Глава 28

Стоя у склона пологого холма и смотря вдаль, я в очередной раз подивилась красоте окрестностей. Густые заросли леса начинались совсем близко: он раскинулся вширь и поднимался все выше по холмам, далее устремляясь к северной равнине. Холмы все еще сохраняли изумрудную зелень, хотя сам лес был темный и непроглядный, словно настороженно и зорко хранил свои древние тайны.

Я слегка поежилась, зная, что ощутимый холодок, коснувшийся моего тела, явно не из-за вечерней прохлады. Мне было странно ощущать и тревогу от мысли, что может там находиться, и безумное желание войти под мрачный полог деревьев.

— Здесь произошло то, что является причиной моих давних исследований, Лилиан, — заговорил Вегард, когда он вместе с Реджиной приблизился ко мне.

— В этом лесу погибла ваша сестра, милорд. Каллироя. — Я обернулась к нему и увидела, как в его глазах появилось нескрываемое удивление, а губы сжались.

— Кто тебе об этом успел рассказать? — спросил Вегард, нахмурившись.

— Кто-то из прислуги, я уже не помню, — ответила я, приподняв подбородок и смотря прямо в глаза владыке. — Ничего тайного мне не собирались сообщать, это было сказано вскользь, когда я расспрашивала об истории вашего древнего рода.

Вегард некоторое время молчал. Но потом он слегка улыбнулся. Я предположила, что он не очень поверил мне, но ему польстило то, с какой почтительностью в голосе я отозвалась о его семье.

— Все верно, — отведя от меня глаза, вымолвил он и кивнул, словно самому себе. — Кроме одного.

— Что вы имеете в виду, милорд?

— Моя сестра не погибла, Лилиан. Она была похищена.

Я остолбенела, непонимающе уставившись на Вегарда. Возле меня незаметно появилась Реджина. Переведя свой взгляд на неё, я увидела, как она грустно улыбнулась.

— Я не совсем понимаю, милорд, — выдавила я из себя, немного отойдя от удивления.

Вегард некоторое время не смотрел на меня, созерцая дальние холмы, над которыми клубились облака тумана. Он стоял ко мне в профиль, его волосы слегка развевал ветер, отчего пряди иногда падали ему на лицо. Но Вегард словно не замечал этого, погруженный в свои воспоминания.

— Это случилось более десяти лет назад, — наконец, снова подал голос владыка. Он подошел к нам с Реджиной ближе и остановился у раскидистого дерева, одиноко стоявшего у склона. — Я с отцом тогда был в столице. Были празднества по поводу рождения наследника короля… Каллироя осталась в Оверлуке одна, под присмотром многочисленной прислуги и гувернантки. Иногда ее посещали подруги. Особенно, Реджина.

При этих словах я невольно перевела взгляд на Реджину. Она молча кивнула, подтверждая слова Вегарда. А потом все же сказала:

— Мы с сестрой владыки Вегарда были дружны. Наша дружба не уменьшилась и после того, как я вышла замуж, хотя, ты знаешь, мы не были одного круга. Так как я жила в Левигане — то есть, совсем рядом, — то иногда могла навещать ее. А во время отсутствия хозяев делала это чаще по просьбе самой Калли, которая чувствовала себя одинокой без отца и брата. Нередко в замок я приезжала с компанией других друзей Калли — их было немало, все они входили и входят в высшую аристократию не только Левигана, но и всего Провиденс-Хилла.

— Но любила она тебя больше прочих, — услышала я глухой голос Вегарда, который все еще стоял с отрешенным видом, созерцая окрестности. Однако я поняла, что ни одно слово не ускользнуло от него.

— И это делает мою скорбь по ней еще глубже, — ответила Реджина на слова Вегарда. — Как и мое чувство вины.

— Я тебе уже сто раз говорил, Редж, не повторять эти слова снова и снова, — вдруг заявил Вегард, строго посмотрев на брюнетку. — Твоей вины нет!

— Редж? — я коснулась ее плеча, чтобы привлечь к себе внимание. — Ты о чем?

— Ох, Лили, — скорбно вымолвила Реджина, выдохнув с какой-то внутренней тяжестью. — Не слушай Вегарда, он талдычит мне одно и тоже вот уже десять лет подряд, но я то знаю, что моя вина есть и она немаленькая!.. В тот злосчастный день я приехала в Оверлук с утра, — после некоторой паузы продолжила Реджина. — Мой первый муж был очень добр и разрешал мне ездить с визитами к друзьям даже тогда, когда он сам был в деловых поездках. Так вот… Каллироя в тот день долго упрашивала меня присоединиться к ней для прогулки в лесу. Я была против, так как прекрасно знала от нее самой, что ей запрещено туда идти. Но Калли всегда была упряма, и, самое главное, ее упрямство смешивалось с крайним очарованием, из-за чего она всегда получала желаемое. Не буду долго вдаваться в подробности, но я согласилась. И то, только после того, как Каллироя поклялась мне всеми богами, что пару раз уже ходила в лес на прогулку и ничего страшного в нем не заметила.

Реджина резко замолчала. Я видела, как она была напряжена. Руки она сцепила в замок перед собой, ее глаза постоянно смотрели или вдаль, или мимо меня, как будто бы ей так было легче вспоминать все подробности старой истории. На Вегарда я не хотела смотреть, инстинктивно понимая по его молчанию, что ему слушать этот рассказ больнее всего.

— Так вот, дорогая Лил, — продолжила Реджина. — Мы вышли на прогулку после обеда. В это время послеобеденная дрема сковывала весь замок, и поэтому прислуга потеряла бдительность; тогда они находились здесь постоянно, а не как сейчас, до половины дня. Мы гуляли под сенью древних деревьев, не заходя вглубь леса. Помнится, мы обнаружили густые заросли, за которыми перед нами неожиданно предстала открытая поляна, наполненная солнечным светом. На ней росли диковинные цветы, и я клянусь тебе, Лили, что таких ты не увидишь во всем Линдеросе. Они были всевозможных оттенков и словно излучали свой собственный свет. Мы с Калли были в восторге и ходили по всей поляне, иногда срывая самые красивые на наш взгляд, чтобы потом пересадить их в саду замка. Так мы и не заметили, как солнце начало клониться к закату, а мы сами оказались на другой стороне поляны, там, где начиналась глухая, непроходимая чаща.

Реджина снова умолкла, а я почувствовала, что с нетерпением и одновременно со страхом жду продолжения рассказа. Ибо подспудно знала, что он подошел к своей кульминации.

— Из нее, к нашему удивлению, — голосом, ставшим сиплым и каким-то прерывистым, продолжила Реджина, — вышел… даже не знаю, как сказать. Молодой мужчина. Так нам сначала показалось. Но уже секунду спустя я поняла, что незнакомец — не вполне человек. Как я это поняла, не спрашивай, это невозможно пересказать. Скажу только, что на земле такие не рождаются. Дело было не только в неестественной красоте незнакомца. От него веяло чем-то совершенно нечеловеческим, каким-то светом, который не видишь глазами, а только чувствуешь, и он тянет тебя к себе. Безжалостно, заставляя терять связь с реальностью…

Сердце мое забилось чаще. Я вспомнила свои сны, которые были непохожи на обычные. Я мгновенно поняла, как мог выглядеть незнакомец из рассказа Реджины. Смутное предположение уже начало зарождаться в моем сознании.

— Он начал что-то говорить, обращаясь к Калли, — вновь заговорила Редж, тем самым отвлекая меня от собственных дум. — Я ничего не понимала из его речи, которая мне казалась и знакомой, и совершенно чуждой одновременно. Его серебряные волосы струились на ветру, а пронзительные фиалковые глаза словно призывали к себе. Каллироя шла на его зов, совершенно не замечая ничего вокруг. Я помню, как очнулась от непонятного морока и оцепенения и позвала ее. Только она меня не слышала. Я хотела подбежать к ней, так как находилась достаточно далеко. Но сделав несколько шагов, я почувствовала, как мои ноги становятся свинцовыми. Незнакомец смотрел на меня и улыбался. А потом снова перевел взгляд на Каллирою…

Реджина присела на траву недалеко от меня и Вегарда. Я во все глаза смотрела на нее, ожидая продолжения, но не смея нарушать тишину, установившуюся сейчас на лугу. Тревожную атмосферу рассказа усиливали сумерки, незаметно опустившиеся на нас. С ними пришел и туман — настоящий осенний туман, который так часто являлся мне во сне.

— Последнее, что я помню — как он протянул к Каллирое руку и как они вдвоем неожиданно быстро исчезли с моих глаз. — Реджина вздохнула, сминая траву пальцами. — Он утянул ее в черную чащу, Лили. Я уловила ярко-фиолетовое свечение среди деревьев, когда наконец смогла подбежать к границе чащи. Между черными засохшими ветвями в глубине темного леса свечение было недолгим, но я даже сейчас помню его овальную форму величиной с человеческий рост. Оно было похоже на большое зеркало, висевшее в воздухе прямо у поверхности земли, но не касаясь ее. Я видела, как в этом свечении пропадают похититель и Каллироя. Они словно провалились туда. И как только это случилось, овальный проход немедленно исчез.

— Кто это был? — еле произнесла я, ощущая, как спазм сжал мое горло.

— Сид, — сказал Вегард немедленно. Его голос был жестким, но тихим. Даже угрожающим. Я подняла на него глаза и ощутила неприятное чувство какой-то вины.

— Сиды давно исчезли, Вегард, — прошептала я, невольно переходя на «ты». — И даже таких, как я — носителей крови потомков сидов, — почти не осталось.

— Ты действительно так считаешь, Лили? — спросил Вегард, ухмыльнувшись и сложив руки на груди.

— Да, — ответила я сразу же, не думая. — И вообще, даже несмотря на мои внешние отличия, я всегда считала, что сказания и мифы о сидах — лишь приукрашенные истории о тех, кто когда-то жил очень давно и немного отличался… от остальных.

— Как ни странно, твое мнение сильно совпадает с так называемым научным. — Вегард криво улыбнулся, ничуть не удивившись моим убеждениям. — Многие исследователи и ученые вот уже две сотни лет как минимум утверждают, что сиды — или, по-другому, народ Ши, — это как-то давно вымершая раса полудиких людей, обитавшая в лесах. И отличавшаяся силой и физической красотой.

Я удивилась и немедленно захотела согласиться с теми учеными. Но сталь в глазах Вегарда, обозначающая явное несогласие с такими теориями, остановила меня. Тем более, я уже начала сомневаться в том, было ли все, чему я верила до сих пор, правдой?

«Вспомни свои видения. Похититель очень похож по описаниям на того самого Короля из твоих снов. Они оба неземной красоты, от них веет притягательной аурой… Разве эти совпадения случайны?»

— Правду знают лишь немногие, Лилиан, — продолжил Вегард, прервав сумбур моих мыслей. — Одно ты должна знать точно: твои предки — действительно существовавший и существующий поныне мир. Он отдельный, невидимый, скрытый. Сидов в народе до сих пор считают древними и опасными божествами, и я больше склоняюсь к подобным поверьям, чем к дурацким теориям ученых.

— Но как ты можешь это знать точно, Вегард? — воскликнула я. — Ведь это мог быть какой-то маг!

— Маги так не выглядят, и такие разломы в пространстве не их рук дело, — вмешалась в разговор Реджина, продолжавшая сидеть на траве. Она серьезно глянула на меня. — Поверь мне, Лили. Вегарду мне незачем было доказывать, что тот похититель человеком не был. Он давно знал о них. Как и его отец, Раймунд Морион. Они оба знали о том, что этот лес опасен, так как в нем часто появляются разломы.

— Какие разломы? — спросила я.

— Проходы между мирами. Их также называют порталами, но я предпочитаю не смешивать понятия, — подал голос Вегард, опершись о ствол дерева. — Они появляются хаотично, в лесах и около холмов, и не только на моих землях. И чаще всего — в периоды солнцестояний, равноденствий и смен сезонов. В это время сиды могут переходить в наш мир, чтобы творить свои собственные замыслы.

— Какие замыслы? — выдохнула я. От количества информации у меня закружилась голова.

— Разные, — загадочно произнес Вегард. — Но долго находиться в нашем мире они не могут, чтобы не застрять в нем до следующего открытия разломов.

— А люди… тоже могут переходить в их мир? — спросила я тихо.

— Только когда сам сид проведет их туда. Человек не может перейти разлом в одиночестве. Да он и не увидит его.

— Но Реджина только что сказала, что видела фиолетовое сияние разлома, в котором и скрылся тот похититель вместе с Каллироей!

— Она увидела его в момент перехода сида обратно в свой мир, — объяснил терпеливо Вегард. Он прищурился по привычке. — Что самое интересное, сами сиды в своем и нашем мире прекрасно видят появляющиеся время от время разломы. Тем более, они знают, в какие дни года они точно появятся, причем на несколько суток. По нашему времени. — Вегард снова усмехнулся. — Потому что время у них течет по-другому.

— Я до сих пор не могу во все это поверить, — пробормотала я, невольно опершись спиной о дерево, возле которого стоял и Вегард. Я не сразу поняла, что мы стоим очень близко друг к другу, заметив это только тогда, когда почувствовала аромат его духов. Терпких, мужских, смешанных с ароматом сигар. Знакомые нотки заставили меня мысленно вернуться в воспоминания, сейчас совершенно неуместные. Они подсовывали мне моменты прошлого, где я целиком и полностью могла чувствовать запах его обнаженной кожи, находясь в его объятиях.

Но голос Реджины, поднявшейся и подошедшей к нам, вырвал меня из приятных и одновременно ненужных сейчас мыслей.

— А придется поверить, Лилиан, — сказала она. — Вегард, как и его отец до него, и отец его отца, всегда знал про этот на самом деле существующий мир… божественных сущностей. Кроме семьи Морион знающих единицы во всем королевстве. Они решили сохранить эту тайну. Потому что большинство либо не поверит, либо подвергнется опасности, начав эксперименты с поиском проходов в чуждый мир.

— Но когда сиды появились вообще и на что похож их мир⁈ — с нетерпением в голосе спросила я у обоих. — Вы сейчас говорите о тех, кто связан со мной кровью, хотя связь уже сто раз размыта временем.

— Ну, — протянул Вегард, чуть наклонившись ко мне вперед, — представь тёплый воск от свечи. Представь, что он нечаянно вылился в ковш с водой. Воск застынет. На поверхности он будет одной формы. А под водой — другой. Вот так примерно можно представить наш явный мир и мир Ши. Я предполагаю, как и остальные знающие, что территорией их мир не намного меньше нашего королевства. А откуда появились сиды — до сих пор загадка… В народных легендах, которые, как мы и говорили ранее, считаются какими-то сказками и баснями, считается, что сиды создали свой мир, параллельный нашему, и укрыли его магической пеленой. Произошло это после того, как материк наводнили люди и стали теснить их своим количеством, не говоря уже о бесчисленных междоусобных войнах.

— Но это все-таки легенды, — уточнила я.

— Да, но им я больше склонен верить.

— Тогда… что же, получается… — я была в замешательстве, долго подбирая слова. — Каллироя, получается, жива?

— Да, — немедленно ответила мне Реджина. — Она находится там все это время.

— Но зачем ее похитили?

— А что ты раньше слышала в сказаниях? А, Лилиан? — Вегард приподнял одну бровь. В наступающей темноте я уловила его чуть насмешливый взгляд. — Вспомни. Ты точно слышала о том, что древние божества все еще переходят в наш мир. Раньше, до того как они закрылись, они оставляли здесь многочисленное потомство полукровок. Это были первые потомки: от их ветви идут такие, как ты… После сокрытия мира Ши и по прошествии многих и многих столетий, факты превратились в легенды, а образ сидов стал зловещим. Потому что теперь они не оставляют после себя детей. Они забирают к себе тех, кто им понравился.

Вегард пронзительно смотрел мне в глаза, стоя надо мной так близко, что у меня перехватило дыхание. Я смотрела на него снизу вверх, завороженная его рассказом, который для меня все еще был просто каким-то безумием.

— Это правда, — вымолвила я наконец, немного отстранившись. — Я часто слышала истории, когда молодых парней завлекала та или иная девушка из сидов, и он навеки пропадал, перейдя в их мир.

— Теперь, очевидно, им не хватает девушек, парней людских стало многовато, — заявила Реджина, заставив меня невольно улыбнуться. Но я тут же вспомнила про сестру Вегарда.

— А ты точно знаешь, что она все еще жива и находится у них? — спросила я, взглянув на Вегарда.

— Я знаю это точно, Лилиан. Мне сообщил об этом один из них по прошествии некоторого времени. После безрезультатных поисков в лесу и исследований с помощью магии, я совершенно случайно наткнулся на открывающийся разлом. Это было в день осеннего равноденствия. Мое чутье не подвело — я давно начал догадываться, что сиды выходят в наш мир в определенные дни.

— И что он сказал? Как выглядел?

— Выглядел таким же, каким я себе и представлял представителей его народа. Безупречный во внешности, с чарующим голосом и с опасной аурой. Он мне четко дал понять, чтобы я прекратил свои поиски. Что Каллироя безумно счастлива там, у них, а если я не прекращу совать свой нос туда, куда не следует, то будет худо не только мне, но и моему отцу. Также он тонко намекнул, что может пострадать и сама Каллироя.

— Поэтому Вегарду пришлось придумать легенду о том, что Каллироя погибла в лесу. Вероятно, став жертвой дикого зверья, — подытожила Реджина, взяв меня под локоть. — Он сделал это, чтобы обезопасить отца и сестру, но одновременно и для того, чтобы усыпить бдительность сидов и потихоньку продолжить свои исследования.

— Какие? — выдохнула я, уже зная, что услышу в ответ.

— Те, которые помогут мне проникнуть в скрытый мир Ши, — безапелляционно заявил Вегард. — И ты мне в этом поможешь.