Глава 35

Кристина Я припарковалась возле подъезда и тут же написала Кириллу, что я дома. Не дожидаясь ответ, я закинула в сумку телефон, вышла из машины, достала чемодан из багажника и зашла в подъезд. Когда дверцы лифта открылись на моем этаже, сердце застучало так сильно, что казалось, его слышно на весь дом. Я мечтала об этом мгновении целую вечность! Папа на свободе! Боже, даже не верится, что всё получилось! Открыв дверь, я застыла на месте. В зале, среди перевернутых и разбросанных вещей, стоял мой папа. Я бросилась к нему, не веря своим глазам. – Папа! – воскликнула я, чувствуя, как защемило в груди. Я крепко обняла его, словно в последний раз, и слезы хлынули на его плечо. – Как же я рада, что ты дома! Я так за тебя переживала! Он обнял меня в ответ, но вместо теплоты я ощутила напряженность. – Всё хорошо, малышка, теперь всё наладится, – поглаживая мою спину, пробормотал он. Папа отстранился, как будто это объятие стало для него испытанием. Его лицо исказило что-то похожее на грусть и злость одновременно. – Крис, – холодно сказал он, – нам нужно поговорить. О нет, прямо сейчас я не готова общаться о Громове. Я окинула взглядом квартиру. Кругом хаос: шкафы открыты, книги валялись на полу, как будто кто-то искал что-то в спешке. Я сердито сжала губы, вспомнив разбросанные ящики с моим бельем. Даже в моих трусах покопались уроды. – Пап, ты знаешь, кто это сделал? Он вздохнул и потер лоб, будто собирался с мыслями. – Догадываюсь, – ответил он, – давай просто приберем здесь? – Ты голодный? – уточнила я. – Закажи что-нибудь пожрать, пока привезут, мы успеем всё здесь разобрать. Глядя на бардак, я засомневалась в его словах, но спорить не стала, позвонила в ресторан, сделала заказ и кинула телефон на полку. От Кирилла ответа не было, и сообщение он не открывал. Я стащила с себя пиджак, и мы принялись за уборку, упорно игнорируя накалившуюся атмосферу. Я пыталась настроиться на позитивную волну, но папа был где-то глубоко в своих мыслях, и его неприязнь нарастала. Нетрудно догадаться в чём дело. Тень Громова незримо витала следом за мной. Мыслительный процесс работал на максимум, я думала, как правильно папе преподнести информацию, чтобы он меня понял. Примерный диалог с папой постепенно выстраивался в моей голове. Вырисовывался и тут же сминался и выкидывался в воображаемую урну. Всё не то! Когда раздался сигнал домофона, я вздрогнула. Как и предполагал папа, мы быстро справились с уборкой. К приезду курьера я домывала полы, вслед за пылесосом, которым ловко орудовал отец. Вот и настало время для разговоров. Мы сели за стол. За ужином особенно сильно чувствовались неловкость и напряжение, их хоть режь ножом, как стейки из мяса на наших тарелках. Без особого аппетита я гоняла вилкой по тарелке картофельную дольку, размышляя, как же начать разговор, но папа заговорил первым: – Что у тебя за история с Громовым? – как бы между прочим спросил он, глядя в свою тарелку. В этот момент мое сердце пропустило удар, и я замерла. Как бы внутренне я ни готовилась к этому разговору, всё равно оказалась не готова к вопросу. – Ты обещала, что всё объяснишь. Что мне не о чем беспокоиться. Давай, объясняй, – папа перевел на меня гневный взгляд и сжал сильнее вилку. Его пальцы побелели от напряжения. – В какую авантюру ты ввязалась, Крис? – Почему сразу в авантюру? – возмутилась я, а внутри меня закипела обида. – Потому что я чувствую здесь какой-то подвох. Зачем ты вообще пошла к Громову? Я же просил держаться от него подальше! – Пап, давай ты успокоишься? – я тяжело выдохнула и в примирительном жесте подняла ладони. – Я сейчас расскажу всё с самого сначала, а ты выслушай до конца. Ладно? Сердце трепетало в груди, словно пойманная птичка. Так, спокойнее, Крис. Учитывая, что папа вышел и наши договоренности с Кириллом потеряли свою силу, я могу открыто рассказать ему обо всём. Ну, почти обо всём. И я рассказала с самого начала, избегая интимной темы взаимоотношений с Киром. – Ты согласилась стать его фиктивной невестой? – выпучив глаза, в шоке подытожил он. – Да согласилась! – Зачем? Я же просил тебя не лезть! – рыкнул он. – Неужели ты не понимаешь, пап? – воскликнула я. – Я сделала это ради тебя! Я хотела тебя спасти! – Спасти? – с недоверием проговорил он, словно переваривая мои слова. Его глаза искрились гневом и разочарованием. – Спасти, приняв предложение от похотливого ублюдка? – Кирилл не такой! – всплеснула я руками, и мои пальцы сжались в кулаки от бессилия. – Он помог мне. Он помог тебе! Он… – Замолчи! – прервал он меня, поднимая руку. – Ты не знаешь, о чем говоришь, Кристина. Этот человек – опасен для тебя и твоей девичьей репутации. Кому ты будешь нужна после Громова? – Пап, не говори так, будто он… Помойное ведро. – Отброс! Мерзкая свинья! – с яростью в глазах перебил меня папа. – Я говорю как есть, Крис! Громов бабник и коллекционер, он пользуется девушками, а потом выкидывает! Да в большинстве скандальных заголовков светится его фамилия! – Да, за ним ходят журналисты, он интересен общественности, но меня он всем представил своей невестой, пап! – я попыталась оправдаться, но его ярость накрыла меня, как цунами. – Ты фиктивная невеста, а не настоящая, разве не понимаешь? – словно раненый зверь взвыл он. – Я… – начала я, но слова застряли в горле. Я не знала, что сказать. Все было так сложно. – Кирилл не такой уж и плохой, – пробормотала я, но под натиском его слов чувство стыда давило изнутри. – В этих статьях чаще преувеличивают… – У вас что-то было? – спросил он, прищурив глаза. Сердце сжалось в груди. Прикусив губу, я молчала и смотрела куда угодно, только не папе в глаза. – Было? – громче повторил он, я быстро кивнула и испуганно взглянула на него. Глаза отца гневно заблестели. – Он обещал на тебе жениться? – его голос полосовал меня не хуже лезвия ножа. – Нет. Папа был в ярости, его лицо покраснело, а руки сжались в кулаки. – И ты хочешь сказать, что он тебя не поимел, как одноразовую шлюху? Папа вскочил со стула, и тот с грохотом упал. Он стал рычать и ходить туда-сюда, гневные слова срывались с его языка. В моем горле образовался ком. Я просто сидела, не зная, как объяснить ему, что между нами было. Возможно, он не поймет, но это все же моя жизнь! Потоки новых и новых ругательств ядом заполняли пространство небольшой кухни. Я не могла больше это выносить. – Пап… – Ты попалась на удочку мерзавца! – закричал он, его голос разносился по пустой квартире. – Как ты могла так отнестись к себе, к своему будущему? – Папа, прекрати! – Маме было бы стыдно за тебя! – произнес он, и очередная волна боли пронзила мою душу. Эти слова ударили, как молот по наковальне. – Зачем ты снова об этом? – тихо спросила я, чувствуя, как слезы катятся по щекам. – Дай сюда кольцо, – скомандовал папа, протягивая руку. – Я сам его верну Громову. А потом резко схватил правую руку, словно удав накинулся на кролика. – Папа, нет! – закричала я, но было уже поздно. Он снял кольцо и положил его в карман джинсов. – Ты наказана, Крис. Некоторое время ты посидишь дома. Я заберу у тебя все средства связи на неделю. – Ты не можешь так со мной поступить! – в ужасе ахнула я. – Мне нужно ходить на работу! Мне нужен мой ноутбук и телефон! – Ты берешь больничный на неделю и сидишь дома, я так сказал. Это понятно? – пренебрежительно глядя на меня, он указал пальцем. – Пап, я уже не маленькая! – Ты больше не будешь с ним общаться! Я запрещаю с ним как-то контактировать! Он тебе не подходит! – Да? А кто подходит? Дядя Самир? – выкрикнула я, сдерживая слёзы, но в сердце чувствовала, как оно разбивается на куски. – И он тоже не подходит. Ты будешь вместе с Громовым только через мой труп, поняла? От обиды слезы хлынули из глаз, и я не могла их остановить. Не выдержав, я убежала в ванную и хлопнула дверью так громко, что в стенах задрожали рамы. Одно заточение сменилось другим. Что поменялось? Клетка.