Глава 38

Первые два дня отпуска пролетают незаметно. Мы постоянно куда-то едем, что-то смотрим. А потом я пытаюсь угомонить мою энергичную девушку, и весть третий день мы проводим, нежась под солнцем, купаясь и наслаждаясь ничегонеделаньем. Сейчас я гребу в сторону берега, практически не сводя взгляда с Алины, которая крутится у кромки воды. Красивая. Длинные каштановые волосы, идеальная фигура. Ее тело не забито татуировками так, что негде пробу ставить, но их больше, чем я бы хотел. С другой стороны, я уже встретил ее такой и такой полюбил. Почему-то так некстати вспомнилось тело Бестии. Молочная, чистая, нежная и мягкая кожа. Прикрываю глаза, представляя себе, что на берегу меня ждет Варя. Тело горит огнем. Не от возбуждения, его снова скручивает от боли. Распахиваю глаза и перестраиваюсь. Сегодня вечером я хочу сделать Алине предложение. За ужином в ресторане. Все должно быть красиво, как любят сейчас девочки. И снова в мыслях рыжая. Мне кажется, она бы предпочла, чтобы я сделал это тихо, когда мы будем только вдвоем. Для нее такой акт был бы слишком интимным, чтобы выставлять его напоказ. Когда я становлюсь в воде по пояс, Алинка уже несется ко мне с визгом. Брызги разлетаются в разные стороны. Ее движения замедляются водой, и я смеюсь от того, как она хаотично машет руками, как будто это поможет ей ускориться. В конце концов она все же добирается до меня и сразу прыгает, вцепляясь, как обезьянка. Мы целуемся, а потом Алина ложится спиной на воду, продолжая держаться за меня ногами. Она раскидывает руки в стороны, закрывает глаза и улыбается, пока я медленно утягиваю ее на глубину. Не знаю, что заставляет меня поднять голову, но я замираю. Между пальм лавирует девушка с двумя детьми, держа их за руку. На ней легкая длинная белая туника, на голове огромная шляпа. Я не вижу ни ее фигуры толком, ни лица, ни волос. Но это покачивание бедрами… оно как будто знакомо мне. Сердце пропускает удар, а потом начинает молотить по ребрам. Прожигаю незнакомку взглядом, пока она не скрывается на дорожке, ведущей к бунгало. Что это было сейчас? Я хватаю ртом воздух, потому что мне его не хватает. – Олег! – зовет меня Алина и тут же соскакивает с моих бедер. – Эй, ты в порядке? Ты покраснел, а потом сразу сделался белым, как полотно. Она трогает мое лицо, привлекая к себе внимание. Я рассеянно всматриваюсь в ее глаза. – Наверное, передоз от солнца. Давай вернемся в бунгало. – Давай, – она нерешительно улыбается. – Знаешь, я бы даже вздремнула немного. – Отличная идея. Перехватываю ее и забрасываю себе на спину. Алина пищит и виснет на моей шее, пока я медленно тяну нас обоих к берегу. Мне нужна эта передышка, чтобы прийти в себя от наваждения. Когда я сходил с ума от новостей о Бестии, мама сказала мне однажды вечером: – Олежек, сколько же было знаков, сынок, что вам не стоит быть вместе. Следовало послушать судьбу. – Да какую, нахрен, судьбу, мам? – рявкнул я. – Она умерла! Это что ж за судьба такая херовая?! – Ты не кипятись. Я знаю, что тебе сейчас тяжело. Но пройдет время, и ты вспомнишь мои слова. Всегда есть знаки. Особенно перед принятием важных решений. Просто нужно их видеть. И что это было сегодня? Гребаный знак, что мне не стоит делать Алине предложение? Чушь. Полнейшая притом. Я хочу сделать и сделаю. Алина – достойная девушка, хорошая хозяйка и ураган в постели. Да, мне просто надо отдохнуть, а вечером наконец решиться на этот шаг, сделать его и ни о чем не сожалеть. Перечеркнуть прошлое и жить дальше. Я слегка трясу головой, напоминая себе, что Вари больше нет. А та девушка с двумя детьми… У нее просто очень похожая походка. Я прячу коробочку с кольцом во внутренний карман пиджака и поворачиваюсь на звук шагов. – Ого, – вырывается из меня при виде Алины. Она одета в длинное легкое синее платье, на ногах босоножки на танкетке. Ее волосы завиты и собраны с одной стороны. Алина крутится на носочках и поворачивается ко мне с игривой улыбкой. Расставляет руки и склоняет голову набок. – Нравится? – Может, никуда не пойдем? – спрашиваю, подхватывая ее за талию и крепко прижимая к себе. В ее бедро уже упирается свидетельство моего желания. Алина игриво шлепает меня по плечу и легонько отталкивает. – Ну нет. Ты обещал ресторан. Мы и так два вечера ужинали на террасе. – Зато на какой. С видом на море, при свечах. М-м-м… голые. – Прекрати! – она хохочет, вырываясь из моих объятий, подхватывает микро-сумочку с тумбочки и идет на выход. – Мы. Идем. В ресторан, – безапелляционно заявляет она, а потом взвизгивает от шлепка по попке. *** – Мне здесь нравится, – говорит Алина, когда мы делаем заказ. – И отсюда тоже видно море. Я подаюсь немного вперед. – Да, только вот тут мы не можем быть голыми. – Зато у меня есть повод одеть красивое платье. – Надеть, – автоматом поправляю я, и в районе сердца снова покалывает. Варя переучивала меня. Даже все время цитировала глупый стишок про Надежду. – Что? – переспрашивает Алина. Я криво усмехаюсь. – Ничего. – Слушай. Я хотела поделиться с тобой мыслями насчет нового салона. Так вот. Смотри. То помещение, которое мы смотрели в центре, не совсем подходит… Я перестаю слышать ее. Потому что мой взгляд, блуждая по ресторану, натыкается на знакомое лицо. Вера. Мать Варвары. И она… с двумя детьми. Через несколько столиков от нас. Внутри меня все скручивается в узел. Жестко так, до скрипа. Или я сумасшедший, или это те же дети, которых днем на пляже за руку вела девушка в шляпе с широкими полями. Я слегка качаю головой. Нет, это не Вера. Просто женщина очень похожа на нее. – Что? Тебе не нравится идея? – спрашивает Алина, и я перевожу на нее растерянный взгляд. – Прости, прослушал. – В смысле? – с улыбкой спрашивает она. – Заслушался музыкой. – А, да, музыканты здесь великолепные, согласна. Ладно, не обращай внимания. Мы же в отпуске в конце концов. Работу можно обсудить как-нибудь потом, правда? Давай за нас. Она поднимает бокал, а я, выдавливая из себя улыбку, касаюсь ее бокала своим. Меня потряхивает. Алина что-то снова рассказывает, мелет всякую ерунду, чтобы, видимо, заполнить эфир. А мне нужно взять себя в руки и сделать ей предложение, но я, черт возьми, никак не могу сосредоточиться. Взгляд то и дело скользит к женщине и детям. Мальчик сидит на высоком стульчике, а девочка на соседнем возле женщины. Почему мужчинам не дана интуитивная способность определять возраст детей? Мальчишка совсем маленький, а сколько девочке, непонятно. Она в том возрасте, определить который на глаз кажется просто нереальным. – Пойду в уборную, – заявляет Алина, вставая. – Не вздумай съесть мой морской салат. – Может, тебе заказать что-то посущественнее? Она смеется. – Не глупи. Ты увидишь, сколько в том салате морепродуктов. Там двое могут наесться. – Тогда тебе не о чем переживать, если я приложусь к нему. Я подмигиваю ей, и Алина убегает в сторону уборных. Поднимаю бокал и делаю несколько больших глотков, продолжая сверлить женщину взглядом. Наконец наши взгляды встречаются, и с ее лица тут же исчезает улыбка, которую она дарила детям. Это точно Вера. В противном случае, с чего бы ее настроение так резко изменилось? Она нервно оглядывается, а потом снова испуганно смотрит на меня. Кто там у тебя, а, мам Вер? И сразу после этого мысленного вопроса я получаю на него ответ. Из тени выходит девушка. Та самая, которая была на пляже, я уверен. Потому что эту походку я не спутаю ни с чьей другой. Сердце трепещет где-то в горле, нервно колотится просто на разрыв. Кудрявая девушка с длинными волосами. Черными. Или просто темными, но в полумраке террасы ресторана они кажутся чернее ночи. Девушка подходит к столу, и Вера бросает на нее взгляд, а потом – снова на меня. Я вскакиваю с места, сжимая дрожащие руки в кулаки. И тут девушка поворачивается в профиль. Сука-а-а. Ты жива.