Глава 47

Я поглаживаю Мишу по плечам, когда в дверь раздается звонок. – Сынок, ты помнишь, кто придет? – спрашиваю с улыбкой. – Па-па, – старательно выговаривает он. – Да, папа, милый. Пойдем встречать? Миша кивает и, взяв меня за руку, тянет в сторону входа. Я распахиваю дверь и замираю. На пороге стоит Олег, что ожидаемо. Но вот чего я не ожидала, так это того, насколько он красив. Каждый раз теперь этот факт застает меня врасплох. Высокий, худощавый, но я знаю, что под одеждой скрывается крепкое, жилистое, сильное тело. Там все, что положено иметь такому красавцу: кубики, мощная грудная клетка и… Ну, в общем, все на месте. Олег одет в черные джинсы и графитовый гольф, который практически обтягивает его фигуру, подчеркивая достоинства. Невероятно привлекательный. Как говорит жена Гарика, Таня, «слюнопускательный». – Привет, – с улыбкой произносит Олег, присаживаясь на корточки. Мишка пятится за мою ногу, а потом аккуратно выглядывает, рассматривая большую коробку с машинкой в руках Олега. – Привет, – здоровается мой сын на своем пока еще корявом языке. Кажется, его можем понять только я и мама Вера. Остальным требуется дешифратор. – Это тебе, – Олег протягивает коробку, и Миша, у которого уже горят глаза, смотрит быстро на меня, а потом выходит из своего укрытия. – Мам, на, – он протягивает мне пистолет, который держал в руках, и тянется за коробкой. – Она большая, – говорит Олег, внимательно рассматривая нашего сына, – и тяжелая. Может, занесем в дом? – Да, идем, – командует Миша и, развернувшись, бодро шагает внутрь, не забывая оборачиваться, чтобы убедиться, что его новую игрушку вносят следом. – Он так хорошо говорит, – произносит Олег, вставая. – Ну да. Посмотрим, что ты скажешь минут через двадцать. Проходи. Олег подходит ближе, чтобы пройти мимо меня, но задерживается на секунду рядом. Втягивает носом воздух и смотрит на меня абсолютно серьезно. – Привет, Бестия. – Привет, – здороваюсь в ответ сиплым севшим голосом. Не знаю, куда он подевался, но мне все никак не удается отыскать силу в своем горле. Мы располагаемся в гостиной. Олег отказывается от угощений, просит только кофе, и я его варю. Чертыхаюсь, находясь в кухне, потому что у меня опять трясутся руки и практически подкашиваются ноги. Лишь ступив на порог нашего дома, Олег уже занял собой все пространство, оставив для нас с Мишей только укромный уголочек. – А Мила где? – спрашивает Олег, когда я ставлю перед ним чашку. – Уехала в спортивный лагерь. Вернется через три дня. – Чем занимается? – Художественная гимнастика. – Травмоопасный спорт. – Как и всякий большой спорт, – я пожимаю плечами. – Но это то, что она любит, и я не могу его у нее забрать. К тому же, это хороший способ манипуляции, когда она отказывается убирать в своей комнате или делать уроки. – У тебя нет помощницы по хозяйству? – Есть, но она приходит два раза в неделю и то преимущественно готовить, чтобы мы не умерли с голоду. Олег смеется. – Так и не научилась? – Ну почему же? Научилась, но не все. Лучше всего у меня получается выпечка и омлет. Густо краснею под тяжелым взглядом Олега. Ну я же ничего такого не сказала. Вот какие у этого мужчины ассоциации со словом «омлет», а? – Почему ты так на меня смотришь? – спрашиваю я. Олег легонько трясет головой. – Да так… Следующие несколько часов я расплываюсь лужицей на светлом ковре с высоким ворсом, потому что наблюдаю за своими самыми любимыми мужчинами. Миша довольно легко и быстро освоился с новым человеком, которого каждую минуту называет папой. Совершенно новое для него слово, которое он как будто все время пробует на языке, так часто его произносит. Олег тоже весь в процессе игры. В какой-то момент Миша говорит, что устал и хочет мультфильмы. И теперь я наблюдаю за тем, как Олег сидит на полу в позе лотоса, а его маленькая копия расположилась между его коленей и то и дело ерзает, когда на экране телевизора показывают что-нибудь будоражащее. – Пойду приготовлю ужин, – говорю, вставая. – Помощь нужна? Я небрежно отмахиваюсь. – Нет. В моем понимании приготовить – это разогреть то, что приготовила моя помощница. На лице Олега появляется крошечная улыбка, теперь адресованная только мне. Он провожает меня взглядом, который ласкает мое тело. И мне становится очень тепло, даже немного жарко. Достаю из холодильника все ингредиенты, чтобы закончить то, что начала готовить Нина. Ставлю на плиту кастрюлю с водой, выкладываю на стол домашние макароны, соус к ним, тру сыр. Пока макароны готовятся, я начинаю нарезать салат. В какой-то момент застываю, чувствуя, как по затылку бегут мурашки. Он здесь. – Точно помощь не нужна? – тихо спрашивает Олег. Близко, слишком близко. Мне тяжело сосредоточиться на простых действиях. – Нет, спасибо, – ну вот, опять сел голос. – Ты оставил Мишу одного? – Он не отлипает от экрана, даже не шевелится. Варь, он классный. – Он так похож на тебя, правда? – Да, невероятно сильно похож, – отвечает Олег. Я вздрагиваю от неожиданного касания к моему плечу. – Варь, у меня еще остались вопросы. – Не сомневаюсь. – Мы сможем сегодня поговорить? – Можем попробовать. – Я могу остаться до вечера, чтобы искупать Мишку и прочитать ему на ночь сказку? – Не знаю. Не слишком ли много для одного вечера? – В каком смысле? – Ну, он жил без отца два года, а тут внезапно появился ты… Рука жжет кожу на моем плече, как будто оставляет там клеймо с отпечатком уникального рисунка линий пальцев. Олег сжимает его сильнее, а потом мягко тянет так, что мне приходится обернуться и посмотреть на него. Близко-близко посмотреть. Так близко, что я даже вижу крапинки в его глазах. – Варь, – выдыхает он, а в следующую секунду притягивает меня в свои объятия, и я плыву. Руки сами оборачиваются вокруг его талии, а лицо находит знакомую ложбинку в изгибе шеи. И я дышу, парю, срываюсь в пропасть и снова воспаряю к небесам. Все тело вибрирует от ощущений. Таких знакомых и давно забытых. Мы с Олегом, как два кусочка пазла, которые идеально подходят друг другу. И, подумав об этом, я в который раз сетую на судьбу, которая так не вовремя столкнула нас друг с другом. Познакомься мы немного позже, когда я уже вернулась к нормальной жизни, может быть, наши отношения строились бы совсем иначе. Не уверена, что было бы лучше и что вообще смогла бы вот так запросто преследовать его и навязываться. Наверное, сейчас уже не смогла бы. Но я никогда уже этого не узнаю, потому что все случилось, как случилось. И нам неведомо то, что ждет нас в будущем. Мне остается только надеяться и крепче прижиматься к любимому мужчине.