17. Наблюдение

Возвращение в офис было напряженным. Тмаш Агак молчал всю дорогу, его мощные пальцы барабанили по рулю, выбивая нервную дробь. Я сидела, уткнувшись в окно, все еще не понимая причин его внезапной ярости.

А спросить не решалась.

Но все же когда мы остановились, напряжение в его позе немного схлынуло.

— Ларрин, — обратился он ко мне повернув голову. — Хочу принести вам свои извинения за ту вспышку в участке. Я не должен был на вас срываться.

Я выдохнула облегченно. Все-таки дело было не во мне, видимо, его довели в кабинете следователя. Что-то связанное со взрывом на полигоне.

Я кивнула ему.

— Ничего страшного, увор Агак. Я понимаю.

— Вряд ли, Ларрин… — как-то странно ответил он, но продолжать разговор не стал. — Идемте. У нас сегодня очень много дел. И так почти полдня потеряли.

Мне оставалось только догадываться, что у него на уме.

Но едва мы переступили порог главного офиса, мое внимание переключилось на нечто странное. Повсюду — в холле, у лифтов, в коридорах — появились странные устройства.

Небольшие латунные коробочки с матовыми стеклянными «глазками», замысловатые узоры из светящихся медных нитей, закрепленные на стенах, небольшие сферы, мерцающие тусклым внутренним светом. Они не издавали звуков, не двигались, но их присутствие было ощутимым, почти физическим.

Возле одного такого «артефакта» столпились инженеры из отдела разработки.

— Никакого излучения, — бормотал один, водя перед коробочкой портативным сканером-артефактом. — Ни магического, ни теплового. Пустышка.

— Не может быть, — возразил другой. — Агак бы не стал просто так вешать украшения. Это наверняка какая-то новая система безопасности. Сверхсекретная.

По всему офису стоял гул голосов. Сплетни, догадки, теории заговора роились в воздухе, смешиваясь с запахом кофе и страха. Люди говорили шепотом, нервно поглядывая на непонятные устройства. План работал. Идеально.

Я не могла сдержать улыбки, чувствуя прилив теплой, почти детской радости и гордости. Мой совет, моя наивная идея сработала! Он послушал меня.

Ко мне подошел молодой клерк из бухгалтерии, тот самый, что обычно смотрел на меня свысока.

— Эй, Ларрин, ты же всегда рядом с боссом. Скажи, что это за штуки? — он кивнул на ближайшую лампу-шар.

Я сделала самое таинственное и многозначительное лицо, какое смогла, и приложила палец к губам.

— Увор Агак строго-настрого запретил мне что-либо обсуждать. Извини.

Его глаза округлились от любопытства и страха. Он тут же отступил, и я видела, как он шепчется с коллегами, кивая в мою сторону.

С этого момента ко мне стали относиться с новым, неподдельным интересом и даже опаской. Весь день я провела на невероятном подъеме, летая по коридорам с чувством собственной значимости.

Под конец дня, когда суета немного утихла, Тмаш Агак вызвал меня к себе. Он сидел за своим столом, и на его лице уже не было и следа утреннего гнева, только привычная деловая собранность.

— Айна Дор, завтра вечером мы отправляемся на прием в клуб «Элизиум». Герцог Висконти представляет свой новый проект, и нам необходимо быть там. Вы поедете со мной в качестве моей помощницы.

Я замерла, мысленно переваривая его слова. Прием. Высший свет. Та дверь, которую я закрыла для себя, сбежав из дома.

— Я… я понимаю, — пробормотала я. — Я подготовлю все необходимые документы по проекту…

— Нет, — он мягко прервал меня. — Ваша задача — выглядеть презентабельно. Завтра с утра зайдите в салон и выберете себе подходящее вечернее платье.

Он открыл ящик стола и выписал чек, и положил на стол передо мной.

— Это на представительские расходы. Сумма должна покрыть все необходимое.

Я взглянула на цифры и чуть не поперхнулась. Этой суммы хватило бы на гардероб на год вперед.

— Увор Агак, это слишком щедро! Я не могу… — попыталась я запротестовать.

— Можете, — перебил он меня, и в его глазах мелькнула та самая ускользающая искорка. — Вы представляете мою компанию. И… — он сделал паузу, — вы заслужили это. Ваша идея, — он кивнул в сторону коридора, где висел один из «артефактов», — уже приносит плоды. Ложная тревога в цеху сегодня утром. Рабочий сам испугался и признался в мелком воровстве, решив, что «глазки» все видят.

Он встал, давая понять, что разговор окончен.

— Завтра к пяти вечера будьте готовы.

Я вышла из его кабинета с горящими щеками, сжимая в подрагивающих пальцах чек, который обжигал их.

Прием. Платье. И его признание, пусть и косвенное. Мир снова перевернулся, и на этот раз он был полон блеска, шелка и головокружительных возможностей. А еще скрытой опасности и тревоги, которая уже просачивалась в мои мысли.