ГЛАВА 6

Адепты, получившие направление на стажировку в королевский дворец, времени не теряли – на следующий день после академического бала покинули общежитие и направились в родовые гнезда – за вещами и за информацией.

Каждого родители собирали на стажировку в меру своего разумения. Целителю родители посоветовали все ценные зелья упаковать в сундук с пятью замками и магической защитой.

– В комнате никогда не держи на виду ничего опасного! – наставлял Кайла отец – маглекарь в четвертом поколении. – При дворе куча экзальтированных девиц. Ворвутся, схватят бутыль, выпьют, чтобы покончить с собой от несчастной любви или еще какой дурости, а виноват будешь ты. Так что вот тебе мой подарок!

С этими словами Анджей Бессонов вручил сыну кофр с замками и магзащитой, а маменька – сама отличная целительница, специализирующаяся на женских и детских болезнях, подарила сыну набор разноцветных флаконов с притертыми пробками – для зелий.

– Очень красиво смотрятся на полках, и по цвету удобно различать. Я держу в красных пузырьках слабительное, в зеленых – успокоительное, в синих кроветворное, в желтых – закрепляющее, а про черный говорю всем, что там яд!

– А что там на самом деле? – с усмешкой спросил целитель.

– Коньяк! – хихикнула в ответ матушка.

Кайл обнял родителей и от души поблагодарил за подарки.

Он, вообще-то, уже столкнулся в общежитии с тем, что все более-менее серьезные зелья нужно держать под магическим замком, настроенным на ауру и кровь. Хватало среди адептов любителей заскочить в комнату со словами “о, ты ж целитель” и забрать себе первую попавшуюся склянку. Еще были любители бесплатной выпивки – всем ведь известно, что спиртовые настойки используются всеми целителями. А раз спиртовые – значит, можно выпить! Кайлу довольно долго пришлось отучать любителей горячительного от своих запасов. Слабительное и закрепляющее и тут были в фаворитах – более опасные зелья приходилось надежно прятать.

Еще родители выдали сыну кошель с монетами, наказав экономить, и новенькую мантию целителя, зачарованную на самоочищение. Вот тут Кайл чуть не расплакался – знал, сколько стоит такая одежда. Во время учебы в Академии он потратил немалую часть стипендии на прачек.

Остаток свободного времени целитель провел в лавках травников – закупал ингредиенты, варил зелья, перебирал инструменты и камзолы, освежал в памяти основные целительские манипуляции, а еще за каждым ужином встречался со своей семьей, понимая, что не сумеет часто приезжать из дворца.

Имри Крейстоуна родители собирали иначе. Отец подарил сыну зачарованную многослойную броню – легкую и красивую, выполненную из нескольких слоев паучьего шелка и тисненной кожи редких ящеров. Достоинством этого доспеха было то, что он служил защитой, даже если магия носителя истощалась или кончался запас маны во вшитых в кожу амулетах.

Мать подарила сыну красивый плащ на серебристо-синей подкладке. По краю плаща родительница вышила руны, которые превращали одежду в идеальную защиту от сырости, огня и холода. По сути, на этом плаще можно было спать на голой земле у костра, оставаться сухим под дождем и не мерзнуть в метель.

Старший брат подарил Имри сапоги. Сначала младший даже обиделся, но потом вдруг разглядел клеймо и подпрыгнул от радости:

– Сапоги из кожи василиска! Да им сносу нет!

– Носи, мелкий, – хмыкнул брат, сам умудрившийся сносить такие же сапоги в одном из опасных горных походов.

Остаток свободного времени Имри перебирал свой арсенал. Он, конечно, окончил боевой факультет, но его учили скорее как телохранителя. Поэтому он наточил и отполировал метательные ножи, кинжалы, стилеты, проверил скрытые перевязи для плеч, бедер и спины. Подтянул, смазал, заменил пряжки, где это требовалось.

Парадную перевязь тоже проверил и закрепил на ней “побрякушки”. Так в их семье называли замаскированные под бижутерию амулеты.

Бабушка Имри была пленницей, привезенной его дедом с войны. У себя она считалась мастерицей женских украшений, а в семье магов выяснилось, что супруга генерала Крейстоуна – артефактор. Работать с дорогими ювелирными сплавами или драгоценными камнями женщина не любила, навсегда отдав предпочтение меди, стеклу, изредка бронзе и керамике. Поэтому парадную перевязь Имри украсил медными бляхами со стеклянными бусинками, да еще подвесил четки из пестрых керамических шариков. Хмыкнул, глянув на себя в зеркало.

Дорогая броня маскировалась грубоватым чехлом, плюс медные украшения на перевязи, темные сапоги, берет… Деревенщина, да и только. Ничего! Его отца и брата тоже поначалу воспринимали дундуками и невежами. Зато потом убеждались – род Крейстоун силен, умел в битве и не отдает своего!

Закончив со снаряжением, Имри отправился на разговор с отцом и братом.

В уютной, обитой сукном комнате ему быстро выложили расклад – кто поддерживает с родом Крейстоун добрые отношения, кто вредит, кто завидует, и… в какой семье лучше присматривать невесту.

– Отец! – возмутился Имри. – Вы нашли себе жену в других землях, брат тоже! А меня хотите женить на этих светских курочках?

– Видишь ли, сын, – хмыкнул старый генерал, – мы с твоим братом искали себе женщин в походах и нашли таких, которые готовы были следовать за нами на край света. У тебя же явно другая судьба, поэтому просто присмотрись к девицам из родов Скейврон, Дзирас и Мердон. Вдруг понравится кто-то. Если нет – неволить не станем.

– Хорошо, – Имри поджал губы, но стажер прекрасно понимал – вес при Дворе ему добавят как раз отец и брат, а значит… нужно уметь быть благодарным.

Посидев еще немного, мужчины разошлись, а уже на следующий день Имри собирался во дворец – неделя, отведенная на сборы, пролетела удивительно быстро.