Глава 11

Я посветил фонариком в овраг. За кустами, которые загадочным образом неплохо разрослись на довольно крутом склоне, шевелилось что-то больше и непонятное. В памяти всплыли слова подпоручика о том, что овраги лучше обходить стороной. Почему-то ведь он сделал на них особый акцент? Похоже не зря. Понять, что за монстры там сидят невозможно, а проверять с риском для жизни, ищите дураков.

За четверть часа, пока мы отдыхали, на склон так никто и не вылез. Мы закинули рюкзаки, мне напялили два, но теперь получилось второй нормально зафиксировать, чтобы его не трепало во время бега. Стараясь не приближаться к краю обрыва, побежали вдоль оврага, пока что нам с ним было по пути. Но метров через двести ситуация изменилась.

Овраг плавно изгибался на север, а нам надо было на запад. Кроме того, он врезался в лесной массив, куда мы входить никак не собирались. Но как перебраться на ту сторону, миновав находящихся на дне чудовищ?

Не доходя до леса шагов двадцать, я увидел перекинутое через овраг огромное полусгнившее дерево. Похоже, оно пролежало здесь не один десяток лет. Земля перед бревном была вытоптана, значит им достаточно часто пользовались в качестве моста.

Дождь так и продолжал моросить, поверхность давно лишенного коры ствола стала скользкой. Я осторожно вскарабкался на бревно. Ботинки немного проскальзывали, но идти можно. Неторопливо ступая по мокрой гладкой поверхности, я дошел почти до середины и посмотрел вниз. Вот нахрена я это сделал? Нет, высоты я не боюсь, просто увидел то, что не мог разглядеть через кусты.

— Братва, — тихо сказал я в микрофон портативной рации. — Идите за мной. Только очень осторожно.

Я убедился, что все трое забрались на бревно и начали медленно продвигаться вперёд. Контролируя каждый шаг, дошёл до конца моста и спрыгнул на землю. Андрей и Антон достаточно быстро продвигались и почти дошли до конца. Кэт дошла почти до середины и застыла на месте, уставившись на копошение поблескивающих в темноте тел на дне. Ребята уже спрыгнули на землю, а девушка так и стояла на одном месте, как изваяние.

— Кэт, ты чего там застряла? — насторожился я.

— Я не могу, — пробормотала она и замолчала.

— Чего не можешь?

— Я не могу идти дальше, — по голосу было понятно, что она вот-вот заплачет.

— Ты высоты боишься, что ли? — хмыкнул Антон.

— Нет! — отрезала она.

— Тогда что тебя там держит?

— Я не знаю, — ответила она дрожащим голосом, продолжая смотреть на дно оврага.

— Перестань туда смотреть, — сказал я и снова забрался на бревно. Рюкзаки я оставил на траве. Шаг за шагом я медленно приближался к ней. — Смотри на меня.

Пока я шёл к девушке, бросил беглый взгляд на дно оврага. Точно под тем местом, где стояла Кэт, из копошащейся массы торчала огромная морда, похожая на жабью. Если это был уже привычный нам жабоид, то он очень большой. Ширина морды была около двух метров или больше. Девушка смотрела прямо на него и не могла пошевелиться.

Похоже нечисть её загипнотизировала, но Кэт сдалась не полностью, она могла хоть как-то со мной разговаривать. Но, если это так, тогда совсем непонятно. Если я правильно понял, открывшийся у девушки дар связан с психомагией. По идее это она должна была управлять монстром, а не наоборот. Значит жабоид в этом плане оказался сильнее.

— Катя, соберись пожалуйста, — сказал я, остановившись метрах в десяти от неё. — Посмотри на меня. Ты слышишь? Посмотри на-ме-ня! Да очнись же ты в конце концов!

Девушка с большим усилием медленно отвернулась от чудища и подняла на меня стеклянные глаза. На настоящую Кэт такое выражение лица было не похоже.

— Иди ко мне потихоньку, — мягко сказал я, но она опять начала поворачивать голову вниз. — Смотри на меня! Слышишь? Смотри на меня! Я сейчас сам к тебе подойду!

Кэт снова уставилась вниз и смотреть на меня уже не собиралась. я начал потихоньку приближаться. Когда до неё оставалось несколько шагов, она подняла ногу, собираясь шагнуть вниз. Окликать её смысла ноль, похоже нечисть полностью подавила её волю. Я рванулся к ней и в этот момент она сделала шаг вперёд. В прыжке я успел схватить её за руку и рухнул на бревно плашмя, едва не соскользнув вниз вместе с Кэт. Левой рукой я умудрился зацепиться рукой за дыру, оставшуюся от сгнившего сучка.

Рука девушки была мокрой и скользкой, но у меня хватало сил её удержать. Морок с её лица как ветром сдуло, она смотрела на меня полными ужаса глазами.

— Вытащи меня отсюда, — тихо прошептала она. — Вытащи, Паша, пожалуйста.

— С возвращением в реальность, — пробурчал я и начал подтягивать её к себе. — Соберись, хватайся за меня.

Кэт подтянулась на одной руке и схватила меня за плечо. Она сделала это так резко, что мои пальцы чуть не выскользнули из дупла. Сосредоточившись на том, чтобы не свалиться, я помогал ей вскарабкаться по мне на бревно.

— Спасибо! — воскликнула Кэт, встав на скользкий ствол.

Как только я поднялся, она поцеловала меня в щёчку и чуть ли не бегом припустила к Антону с Андреем, которые уже шли к нам на помощь. Вскоре мы все оказались на нужной нам стороне оврага. Время было уже к полуночи, надо бы поторопиться попасть в Гусиный брод.

Через несколько минут бега мы обнаружили прогал, ведущий к шоссе. Не сбавляя скорости, мы выбежали на асфальт и погнали в сторону Гусиного. По пути нам не встретилось ни одной попутной машины. Когда входили в поселок, достал из кармана телефон, сеть появилась. Только вот кому звонить теперь. На часах полдвенадцатого. Из сотрудников базы у меня записан только номер Сизова.

Хрен с ним с базой, переночуем здесь, в посёлке. Надеюсь тут можно хоть что-то найти. Наше внимание привлекла музыка, льющаяся из распахнувшейся дверцы трактира в переулке слева. Есть шанс по-человечески подкрепиться и найти ночлег. Уверенным шагом повел группу именно туда.

Я открыл дверь, зашел в плохо освещенное помещение, осмотрелся и замер, чувствуя, как у меня сжимаются кулаки до боли в костяшках. За дальним столиком сидели пятеро ордынцев. Один из них увидел меня и положил вилку на стол. Его лицо расплылось в улыбке и я узнал эти хитрые глаза. Это были они.

Отстегнув фиксирующие ремешки кобуры, я приготовился выхватить ПП в любой момент, медленным твёрдым шагом приближаясь к их столику. Ордынец напрягся, я засек, как его рука скользнула к кобуре, но улыбаться он не перестал.

— Что случилось, брат? — протянул он всё тем же тоном, как там в лесу. — Почему такой напряженный?

— Да тут такое дело, — начал я, с трудом удерживаясь, чтобы не пустить ему пулю в лоб. — У нас машина сгорела, ты случайно не в курсе, кто это сделал?

— Э-э-э, бра-а-ат, ты на что намекаешь?

— А что тут непонятного?

— Зря ты так, — покачал он головой. Улыбка немного угасла, но не исчезла. Только стала немного грустной, что меня полностью обескуражило. — Когда ты сказал патрулю, что мы друзья, я зауважал тебя. Думал потом при встрече спасибо скажу.

— Сгоревший броневик похож на спасибо? — желание всадить ему пулю обострилось, но закрались сомнения. А вдруг это всё-таки не они?

— Я видел, где вы оставили машину, — кивнул ордынец. Его друзья давно положили столовые приборы и замерли в напряжении, ожидая приказа. — Мы проехали мимо неё обратно через полчаса после нашей встречи, с ней было всё в порядке. В двух километрах на восток мы встретили такую же бронемашину, как ваша, она ехала в вашу сторону. Может это сделали они? Я могу завтра посмотреть видео с регистратора и прислать тебе, дай мне свой номер телефона.

— Ты не обманываешь меня? — спросил я, пока не в силах поверить, но был уже близок к этому.

— Не вижу смысла, брат, — сказал ордынец уже совсем серьёзно, без улыбки. — Сначала у меня не было повода тебя уважать или доверять тебе. Но после твоего разговора с патрульным, я понял, что ты человек чести. И я человек чести. Чтобы ты успокоился, я пришлю тебе полностью видео с регистратора. Ты посмотришь и поймёшь, что мы не причём. Та машина, что мы встретили, тоже нет гарантий, что виновата, но лучше проверь сам. Мир?

Улыбнувшись азиат протянул мне руку. Его бойцы продолжили терзать цыплят табака, словно ничего особенного не произошло. Меня немного отпустило и я не видел повода не протянуть руку в ответ.

— Цыплята нормальные? — спросил я, после рукопожатия. — Рекомендуешь?

— Берите, не пожалеете, — хмыкнул он. — Это лучшее, что есть в этой забегаловке. Меня зовут Барлас, сын Амгалана из потомков Субандай-хана.

Ордынец встал и протянул мне руку снова. Насколько я помню, этот жест они просто так не делают. Полностью назвать своё имя и род, сопровождая это рукопожатием, это почти братание по-нашему. Или приобщение к кругу близких друзей.

— Граф Павел Петрович Бестужев, — ответил я, пожимая руку потомку великого хана. Ответить на его жест следовало взаимностью, чтобы не навлечь на себя неприятных последствий из-за неуважения. — Сын Петра Всеволодовича Бестужева из Оренбургской губернии.

— Я знаю эту фамилию, — Барлас крепче пожал мою руку. — Мой дед рассказывал про русского, с которым они когда-то бились бок о бок. Это был Всеволод Алексеевич Бестужев. Мой дом всегда открыт для тебя, брат! Приезжай в мою провинцию, я покажу тебе всю широту нашего гостеприимства.

— Спасибо, Барлас! К большому сожалению не могу пока пригласить тебя в гости, сначала надо вернуть родовое поместье. Тогда ты будешь первым желанным гостем.

— Ловлю на слове, Павел! Желаю удачи в твоих начинаниях.

Мы обменялись номерами телефонов. Я сразу написал его полное имя, имя отца и родовую принадлежность, чтобы потом не забыть. А это потом могло наступить меньше, чем через минуту. Я никогда не мог похвастаться хорошей памятью на имена, уж тем более на монгольские.

Мои бойцы уже уселись за соседний столик, я присоединился к ним. Пока готовят цыплят, мы заказали местного разливного и вяленого хариуса. Ордынцы вскоре покинули трактир. На выходе Барлас изобразил воинское приветствие, я встал со стула и ответил тем же.

Разделывая жареного цыплёнка, я сидел и думал. Если ордынец прав, и поджигатели именно те, кто ехал им навстречу на таком же Урале, то кто они? У нас даже не было физической возможности тут кому-то насолить.

С другой стороны, если бы сильно насолили, то нам могли бы устроить засаду и расстрелять на месте. Но они лишь сожгли нашу машину. Значит насолили, но не так? Может ниточки тянулись издалека? У меня зародились некоторые подозрения, но лучше всё-таки проверить.

Когда мы доедали своих цыплят и жареную картошку с грибами, на улице послышалась какая-то возня. Дверь резко распахнулась, громко стукнув ручкой об кирпичную стену и в трактир ввалились трое. Парень и девушка буквально втащили на себе раненого товарища. Следом на импровизированных костылях вошёл ещё один, поджимая ногу, замотанную кровавой тряпкой.

Мы тут же сорвались с мест, чтобы помочь. Раненого, находящегося на грани сознания, мы уложили на стоявший у стены кожаный диван. У тех, кто его тащил, просто не было сил даже на это.

В девушке я узнал ту самую брюнетку, которую видел в учебке под Мытищами. Вид у неё сейчас был довольно жалкий, она с головы до ног была измазана в грязи, на которую налипла палая листва. Несмотря на это, она всё равно оставалась очень привлекательной. Похоже она тоже узнала меня.

— Спасибо, — прошептала она, еле шевеля губами. В её глазах я увидел терзающие сомнения, словно она хотела что-то ещё сказать, но по какой-то причине не могла.

— Да не за что, — ответил я, помогая усадить хромоногого на диван. — Может вам вызвать лекаря?

— Мы уже вызвали, спасибо ещё раз. Дальше мы сами.

— Ладно, крепитесь, удачи, — сказал я и не стал больше навязываться.

Надо было хоть имя спросить, но возвращаться к разговору уже ни к чему. Я спросил у бармена о возможности ночлега, и он любезно предложил небольшой номер в гостевом доме. Я еще раз оглянулся на потрёпанных бойцов, и мы вышли из трактира в указанном направлении.

Встретиться взглядами с брюнеткой больше не получилось. Ну ладно, значит не судьба. И почему меня это так волнует? В ней было что-то притягательное кроме красоты. Возможно высокий уровень интеллекта, читаемый в её глазах? Умные девушки всегда мне нравились, а она точно относилась к этой категории.

Утром мы наняли машину и добрались до учебной базы. Хорошо выспаться в крохотном номере с двухъярусными кроватями, больше напоминавшим хостел для трудяг эмигрантов, не удалось, но теперь это уже не важно. Главное крыша над головой и отсутствие риска быть сожранным нечистью. Охранник на КПП сообщил, что нас срочно хочет видеть подполковник. Сейчас, наверное, будем огребать за утраченный транспорт, несмотря на то, что нам удалось выполнить невыполнимую задачу.

Видели бы вы удивленную рожу адъютанта. Глаза круглее, чем у совы, если такое возможно. Выражение крайнего удивления быстро сменилось абсолютным счастьем, а в глазах замелькали денежные знаки. Он сразу напомнил мне о моём обязательстве. Прости, друг, придётся немного подождать, деньги будут, как и обещал.

Когда мы вошли в кабинет, подполковник Павлов Владимир Иванович смотрел в окно, сцепив руки за спиной. Мы замерли в центре кабинета, не думаю, что он не услышал наше появление. Желание покашлять, чтобы обратить на себя внимание, я подавил в корне. Собравшись с мыслями, начальник учебки повернулся и смерил нас суровым взглядом.

— Слушаю вас внимательно, молодые люди. Чтобы угробить бронемашину, нужны очень веские причины.

По молчаливому согласию, все важные переговоры от имени группы всегда вёл я. И сейчас не собирался ни на кого перевалить эту обязанность. Опустив момент встречи с ордынцами и возможные доказательства причастности к этому делу кого-то из своих, я пересказал наши приключения кратко, но не упустив важные подробности.

Когда я сказал, что нам удалось уничтожить врата, подполковник вскинул брови. Первым делом он открыл папку, где находились вводные данные нашего задания и присвистнул.

— Ну теперь у вас хватит денег, чтобы купить новый броневик взамен утраченного, — ехидно сказал он и криво улыбнулся. — Даже вам немало останется.

— Ваше высокоблагородие, но ведь это не честно! — не удержавшись воскликнул Андрей.

Я шикнул на него, чтобы он не вздумал продолжить своё выступление.

— Не честно было просрать дорогостоящее казенное имущество! — резко оборвал подполковник. — Сегодня туда выедет экспертная комиссия, они разберутся в причинах. На сегодня свободны. Приведите себя в порядок и отоспитесь. В шесть вечера приходите за новым заданием. Завтра с утра пораньше вас отвезут в новую локацию.

— Отвезут? — удивился я.

— Да, у меня нет возможности дать вам в личное пользование ещё один бронеавтомобиль. Поэтому вас и ещё одну группу отвезут на координаты и заберут, когда вы закончите. Подробности вечером.

Мы разошлись по своим номерам. Я с превеликим удовольствием принял душ, слопал пирожки, прихваченные в столовой и залез под одеяло. Наконец-то нормальная постель, пусть и достаточно скромная. Только заснуть у меня никак не получалось. На телефон пришло сразу несколько сообщений, прозвенев тирадой в тишине комнаты.

Я закрыл глаза и дал себе установку на сон. Еще одна гирлянда из сообщений. Да кому же это там так неймётся? Я взял телефон с тумбочки и уставился на экран. Первое сообщение о пополнении лицевого счёта. За сожжённый Урал с нас вычитать не стали. Хотя не факт, что не взыщут потом. Соответствующую договоренности сумму я незамедлительно перевел подпоручику, пусть станет ещё на одного счастливого человека больше.

А следующие оповещения извещали о доставке фрагментов массивного архивного файла с видеозаписями. Барлас выполнил обещание. Остатки сна сдуло, как рукой. Я сел за стол и подключил телефон к ноутбуку. Ордынец не обманул, проезжая мимо нашего Урала, они даже не остановились, а лишь снизили скорость. Ускоренную перемотку через пару минут остановил, в кадре появился другой Урал, похожий на наш. Лиц сидевших в кабине я не мог разглядеть даже под увеличением, на них балаклавы и солнцезащитные очки. А вот номер я записал и отправил Вите, вдруг у него получится выяснить, кто ездил на нем в этот день.

Они ли сожгли наш броневик, или не они. Пока мне эта информация неподвластна. Павлов сказал, что к машине направлены эксперты, может они смогут изъять запись с регистраторов? Тогда всё станет на свои места.

В холодильнике оставалось полбутылки кефира. Я запил им оставшийся пирожок, залез под одеяло и задремал. Тревожный сон был нещадно прерван трелями криптомессенджера. Я резко сел на кровати, так звонить мог только Витя. Ответить я не успел, звонок был сброшен, но остались сообщения. Здесь была информация об экипаже того самого Урала. Имена, фотографии. Прокручивая ленту, я просто потерял дар речи.