Глава 42
Колесо года делает уверенное, снежно-хрустящее движение к зимнему солнцевороту, и по его колее приходит Йоль — жизнеутверждающий праздник поворота цикла, отмечаемый 21–22 декабря в день Солнцестояния.
В современном язычестве Йоль по-прежнему рассматривается как священное межвременье, когда старый год умирает, формируется новый, и границы между мирским и священным становятся размытыми, впуская в мир как силу, так и опасность. Вдохновляющими практиками, которые сейчас окружают Ночь Матери, является языческое почитание женских божеств, предков и живых женщин, культов Матрес и Матрон как духов-хранителей.
— Один из самых великолепных особняков в мире, — лениво потягиваясь, рассказывал Астар, когда мы уже подъезжали к жилищу Дома Морозовых, — его фотографии часто выставляют во всемирно известных журналах, на его интерьерах учат в лучших дизайнерских школах. Посмотри, видишь вон ту башню слева? Ей уже больше тысячи лет. Замок был почти полностью разрушен во время гражданской войны между магами в начале второго тысячелетия, но ей удалось устоять. Тогда, ценой жизней почти всех взрослых магов и ведьм из клана Морозовых и нескольких других, в первую очередь — Астерос.
— То есть, когда-то они были заодно?
— Именно. Более того, старательно роднились каждые несколько поколений, поддерживали дружеские связи в свете, вели партнерство в бизнесе. Вообще-то они внесли довольно значимый вклад в развитие страны не только в магическом сообществе. Но во второй половине второго тысячелетия у них был уже четкий патриархат, который несколько закостенел к нашему времени.
— И сейчас мы направляемся прямиком в их логово, при том, что меня туда не приглашали? — усмехнулась я. Да уж, весело будет.
Демон посмотрел на меня и глаза его блеснули лукавым огоньком.
— Ты же не боишься?
— Мы будем рядом, — сжал мою руку, сидящий по другую сторону Михаил.
Мне оставалось лишь с благодарностью посмотреть ему в глаза, попытавшись сдержать страх.
*
Гости в самых роскошных нарядах, блистали в свете свечей. Женщины в длинных и пышных платьях из шелка и бархата, украшенных драгоценными камнями. Мужчины одетые в длинные фраки, галантные и вальяжные. Самые сладкие сливки высшего света магического сообщества наслаждались вечером во всей его роскоши. Среди них были известные политики, богатые бизнесмены и знаменитости. Каждый хотел показать себя в лучшем свете и быть замеченным.
Все гостевые комнаты были открыты для свободного посещения, и гости удовлетворяли свое любопытство, рассматривая картины и антиквариат, украшавшие замок. Вместе они наслаждались музыкой, пили дорогие напитки и угощались изысканнейшими блюдами от лучших поваров.
Это был вечер особенного великолепия и богатства, долженствующий показать истинных хозяев мира.
В центре бального зала прекрасное видение величественно кружилось в вальсе сразу с двумя мужчинами. Ее платье, с длинными рукавами и довольно скромным декольте, обтягивающее стройную хрупкую фигурку, расходилось от верха бедер, всей своей пышностью крича о торжестве этой ночи. Цвета чистейшего снега, словно нежный цветок на фоне темной ночи, прикрытый золотисто-прозрачной вуалью, с редкими огненными узорами расцветающими то тут, то там, платье завораживало и не оставляло возможности отвести взор. Низ этого пышного великолепия, украшенный многочисленными огромными белоснежными перьями, взлетал вверх при каждом движении танца, так, что казалось, будто девушка вот-вот игриво взмахнет хвостом и поднимется в воздух. Волосы прекрасной юной ведьмы огненным водопадом (мой каприз настроения) свободно ниспадали на плечи и спину, вихрем следуя за ней, оставляя шлейф ярких искр.
Девушка плавно перемещалась из одного объятия в другое, почти что летая над полом. Мужчины во фраках и масках цвета ночи, двигались мягко и плавно, поддерживая и подхватывая партнершу крепкими руками, давая при этом раскрыться ее грации и великолепию чувственной красоты молодости и Силы. Ни намека на флирт, ни на миллиметр недопустимых движений, но четкое обозначение своего расположения.
В окружении элегантных гостей, которые любовались ее движениями, девушка сияла своей красотой и уверенностью. Танец продолжался, и она казалась полностью погруженной в этот момент. Ее глаза сияли, а тело двигалось в полной гармонии с мелодией.
Когда музыка утихла, все трои оказались рядом, мужчины стояли по обеим сторонам красавицы-ведьмы, слегка касаясь ее в области талии — один со спины, другой спереди, девушка же замерла с поднятыми руками, напоминая балерину или волшебную птицу с крыльями, готовыми к полету. В глазах ее сверкали слезы — слезы счастья и благодарности.
*
— Потрясающий танец, — молодой привлекательный мужчина подошел на расстояние нескольких шагов.
— Александр! — я настороженно повернула голову, не услышав, как он подошел. — Благодарю Вас. А у вашей семьи превосходный замок. Такое величественное, напитанное историей строение, не может не вызывать восторга.
— Да, отец им тоже гордится, — мужчина скептически поджал губы и цокнул, выказывая свое презрение к чувствам родителя. — Каменные стены вызывают в его сердце больший отклик, чем родные дети.
— Мне показалось, что он хорошо к вам относится, — я внимательно следила за его лицом, — дочерей балует, а Вас представлял как свое величайшее сокровище.
— На людях. Он просто использует любой повод, чтобы укрепить связи с выгодными ему людьми, а сегодня бал.
— Чудесный бал, кстати, — постаралась я уйти от темы.
— Тогда почему Вы здесь? Одна? — он подошел чуть ближе.
— Не привыкла к шумным сборищам. Устала. А, выйдя в парк, не могла остановиться — здесь так красиво! Надеюсь, скоро и у меня так будет.
— Это заслуга матери, целиком и полностью. Конечно, у нее целый взвод садовников и помощников, но она сильный маг земли и творческий человек.
— Она очень талантлива и трудолюбива, — я обвела взглядом парковый лабиринт с заснеженными деревцами.
— Что еще остается, если отец не выпускает ее из дома?
— Это правда? — я посмотрела ему прямо в глаза.
Мужчина помялся и внезапно развел руками.
— Ладно, я немного преувеличил.
— Немного?
— Нуу, возможно, чуть больше, чем немного.
Я подошла чуть ближе.
— Зачем?
Он вздохнул.
— Что Вы думаете о нынешней политике магического сообщества?
Мои брови сами взлетели вверх.
— Я пока не особо вдавалась в это, была немного занята.
— Вам придется. И чем скорее, тем лучше.
— Сначала надо разобраться, что к чему, затем пытаться лезть куда-то.
— Мудро. А если я предложу Вам поддержку?
— Чью именно? Вашу или Вашего Дома?
— Я могу пообещать Вам поддержку моего Дома, когда возглавлю его с Вашей помощью.
Ах вот он куда метит! Только… не вяжется что-то. Как его отец смотрел на него, с каким восторгом и почитанием сам Александр смотрит на родителей. А еще я слышала краем уха, как одна из его дочерей хвасталась тем, что стоило только попросить отца о новых магических фейерверках, как тут же получила желаемое.
— Знаете, я осиротела в шесть лет. Меня, конечно, воспитывала бабушка, даря всю свою заботу и внимание. Но, что такое родительская любовь, я практически не помню. У Вас же это есть, и, если есть возможность улучшить ваши взаимоотношения с отцом, пока все живы — это еще возможно.
Александр улыбнулся, в его взгляде появилась хитринка, затем он громко обратился к стоящему неподалеку дереву:
— Отец, я думаю, достаточно.
Из-за дерева вышел глава семейства Морозовых. Я выпрямилась, изо всех сил удерживая лицо, удалось даже вполне миролюбиво улыбнуться.
— Простите, Елена за этот цирк, но это один из немногих действенных способов убедиться в истинных намерениях человека.
— Понимаю, Дмитрий Валерьевич, — все серьезно.
— Вы умнее, чем стараетесь показать.
— Спасибо, — я улыбнулась и чуть наклонила голову в знак признательности.
Морозовы переглянулись.
— Вам, наверное, интересно, для чего все это?
— Немного. Но, я правда, не хочу влезать в большую политику. Поэтому предпочитаю не задавать вопросов, ответы на которые мне не понравятся.
— Боюсь, все не так просто. И Вы уже оказались втянутой, как только Сила Алины Захаровны перешла к Вам вместе с обязанностью возглавить Дом Астерос.
Я нахмурилась.
— Это как-то связано с заговором, в участии в котором обвиняют и вас?
— Зря обвиняют, — ответил Дмитрий Валерьевич, — хотя я в курсе некоторых целей и имен заговорщиков. Я наблюдал за Вами, и считаю, что Вам можно доверять. — Он помялся немного и посмотрел на сына, — точнее, Александр убедил меня в этом.
— Я слышала, что последние столетия, пути наших Домов разошлись.
— Когда-то мы тесно сотрудничали. Сейчас, я готов рискнуть и начать все с начала.
— Но зачем? Зачем вашему дому связываться с неопытной девчонкой? Крутить мной не получится, Вы, наверняка, уже слышали и про моего управляющего, и про остальных наиболее частых гостей в моем доме.
— Разумеется. И поначалу, не скрою, я посчитал Вас… не той, кем Вы являетесь. Но я рад, что ошибался.
— И все же? Зачем Вам я?
— Влияние, некогда знаменитого Дома, Сила его ведьм, накопленная веками, Вы сами… Я слышал, Вы можете обращаться к самой Тьме и лепить из нее, словно из глины? И при этом, Вам подвластны стихии?
— Допустим.
— Елена, — мужчина подошел близко-близко и прошептал мне в самое ухо, — я умираю, как и наш министр. Скоро Дом Морозовых возглавит Александр, и, единственное, чего я хочу, чтобы наши Дома не утонули в крови заговоров.
Я смотрела на него широко распахнутыми глазами, но не произнесла ни слова. Только к горлу подступил ком, от мелькнувшей мысли, что Александр скоро, как и я, станет сиротой.
— Мой сын — маг воды. Это традиционный дар для нашего Дома. Я действительно горжусь им, Вы весьма проницательны. Но он не справится один против целой стаи. Я узнал о заговоре от своего партнера и друга. Мне хватило ума не показывать своих истинных мыслей, и постепенно я проникал все глубже в это осиное гнездо. Благодаря чему удалось предотвратить смерть министра. Но… Так получилось, что мне пришлось разделить проклятие с ним на двоих. Очень скоро мы умрем. Но это дало время ему заключить очень важную сделку и поймать кое-кого из заговорщиков, значительно сократив их численность. А мне — передать дела и… попрощаться с близкими и дорогими мне людьми. — Он положил руку сыну на плечо, а я заметила, как сверкают глаза Александра от набежавших слез.
— Сочувствую Вам и Вашей семье. Но… Я? Я даже Силу свою еще не до конца приняла, а уж научиться управлять ей мне только предстоит.
— Я верю, что у Вас все получится. Насколько я понял, Вы уникальны в плане магии. Правда, встреча с Вашим предком до сих пор вызывает у меня шевеление волос на голове, эти его рассуждения о чистоте крови, усилении дара, селекции.
Меня передернуло.
— Вижу, Вы тоже не в восторге, — я кивнула. — Мне противна сама идея о той жестокости, о которой он рассуждал. И это еще один повод нам объединиться.
Со стороны замка послышались голоса моих сопровождающих:
— Она сказала, что будет где-то здесь.
— Не стоило оставлять ее одну.
— О, Елена! Дмитрий Валерьевич. Александр.
— Михаил, простите, что задержали Вашу спутницу. Лорд Киам, — мужчины раскланялись, во взгляде главы Дома Морозовых промелькнула неприязнь к Астару, но он быстро посмотрел на меня, на своего сына, и неприятие демонической сути Астара тут же сменилось грустью и безнадежностью. Видимо, он готов мириться даже с теми, кто ему неприятен, лишь бы обезопасить будущее его Дома и детей.
И я шагнула в этот омут.
— Хорошо, Дмитрий Валерьевич. Я понимаю, что Вам тоже нелегко далось это решение, поэтому не заставлю повторять дважды Ваше предложение. Я принимаю его.
— Рад это слышать. Я пришлю Вам приглашение, Елена. Вы почтите своим присутствием наш замок в новогодние каникулы?
— С большим удовольствием, тем более, здесь такой превосходный парк. Надеюсь, мы сможем найти время на небольшую экскурсию?
— Конечно! — мужчина улыбнулся, в глазах его зажегся огонек. — Моя жена будет счастлива показать Вам здесь все.
*
Мы вернулись в бальный зал, Александр провел меня к своим сестрам, его отец поднялся наверх. Уже в самом верху лестницы он споткнулся и чуть не упал. Встать и продолжить путь мужчина смог только с помощью слуг.
Праздник продолжился, понемногу даже я развеселилась, но чувство легкой грусти не отпускало меня. Советник и демон вовсю отвлекали меня, увлекая в танцы, поднося вкусные напитки.
Организаторы постарались на славу, ведь для ведьм и магов, именно Йоль традиционно считается началом нового года, а не календарный новый год, как принято в обычном мире, хотя и его тоже празднуют. Вообще, насколько я поняла, все крупные праздники в магическом сообществе принято отмечать, ведь происходит огромный выплеск энергии множества людей. В эти часы можно колдовать без особых усилий, заклинания даются легче. К тому же, по традиции, в Йоль принято перезаряжать амулеты, обновлять защиту домов. Йоль — отличное время, чтобы строить планы, выбирать цели и давать обещания. Сила слов и намерений в Йоль особенно велика, поэтому можно смело делиться с близкими планами на будущее, загадывать желания.
Волшебство и магия пропитали все вокруг, и их энергия только росла. В какой-то момент, Астар, увлекший меня в танце в другой конец зала от Михаила, внезапно остановился и посмотрел наверх. Невольно проследила за его взглядом и увидела красивое остролистое растение.
— Омела, красавица.
И прежде, чем я успела возразить, мужчина прижал меня к себе одной рукой, а другой перехватил мою, которой я собиралась упереться ему в грудь, сверкнув глазами, он буквально впился в мои губы поцелуем. Жарким, настойчивым, болезненным. Но на какой-то миг или даже меньше, меня захлестнула эта волна властности и страсти. Он зарычал, почувствовав ослабление сопротивления, выдохнул и зашептал мне в ухо:
— Видишь, дорогая, ты просто сама не знаешь, от чего отказываешься. Ты такая же, как я, однажды ты поймешь это.
Он отстранился и увлек меня в очередное танцевальное движение. Когда мы вернулись к Михаилу, я увидела, что он прикладывает невероятные усилия, чтобы сохранять спокойствие на лице. Но взгляд, которым он одарил демона, не предвещал ничего хорошего.
*
Домой вы возвращались почти молча. Михаил пропустил меня в дом, закрыл дверь перед носом демона и, когда я обернулась, мужчин в холле не обнаружила. Дормэн открыл по моей просьбе дверь, но за ней тоже никого не оказалось. Я позвонила Михаилу, затем Астару, но никто не ответил.
Когда я, закончив с переодеванием и душем, уже почти засыпала, лежа в своей кровати. Пришла смс-ка от Михаила: «спокойной ночи, любимая». Я перезвонила.
— Не спишь? — спросил Миша.
— Где ты? — вопросом на вопрос ответила.
— Уже дома. — Я услышала звон бросаемых на тумбу ключей и звук захлопывающейся двери.
Я ощутила Силу внутри и сама того не ожидая резко с рыком сказала:
— Я жду тебя у себя, сейчас.
— Лен, уже поздно…
— Быстро, — я почти шипела, едва сдерживаясь.
Через семь минут он уже стучал в мою спальню. Посмотрев укоризненно, он спросил:
— Ну? Чего командуешь?
Он выглядел невероятно уставшим, помятым и местами грязным. Сузила глаза, поняв все без слов.
— Зачем?
— Он покушался на мою самку, — театрально оскалившись и нарочито грозно зарычав, Михаил отбросил куртку, схватил меня в охапку и повалил на постель, прижав своим телом. Я тихонько взвизгнула, отбиваясь от его щекотки. Несколько минут мы боролись, хохоча и охая, потом я прикусила его плечо, он прижал мои руки к кровати, не давая мне дотянуться до его шеи. Как-то незаметно наша игра приобрела совершенно иной оттенок, его глаза стали темными, наполненными страстью. Мне безумно хотелось ощутить его горячие руки на своей обнаженной коже под пижамной рубашкой. Представила, как он целует меня, в то время как руки мужчины расстегивают пуговицы или снимают с меня штаны. Почувствовала, как щеки заливает румянец. Ресницы сами собой опустились в смущении. И хочется, и боязно.
— Что ты со мной делаешь… — простонал он, падая рядом со мной и утыкаясь носом в шею.
— Отправляю тебя в душ, — неохотно пробормотала я.
Астар с тех пор появлялся у меня только по каким-либо делам, предпочитая общаться с Каем.