Глава 26

Заточенная в своей комнате, окруженная мрачными стенами, Мария ощущала, как время безвозвратно убегает в небытие. Последние лучики надежды исчезли, когда она попыталась бежать, но была быстро поймана. Все тщетно. Его власть над ней казалась безграничной, ведь его слуги, напитанные магией и подчиненные ей, всегда находили ее след. В последний раз, ей показалось, что она сможет, уже почти вырвалась, но все это время Он наблюдал за ней и веселился. Ничтожество! Мерзавец! Когда-то он сыграл на самых затаенных ее желаниях и делает это снова, а она бьется, как птица в стекло. Его гулких шагов по коридору она слышала, задумавшись, поэтому вздрогнула, когда дверь распахнулась излишне резко, и он вошел, громко и насмешливо пожелав приятного вечера. Мария только глянула искоса и отвернулась к окну, за которым было уже совсем темно. За колдуном вошло пятеро слуг, каждый нес огромные подносы с едой и напитками. Теплые, манящие ароматы жаркого тут же заполнили помещение. Мария против воли почувствовала, как свело от голода желудок, а дочь пнула ее изнутри. И как всегда при мысли о дочери, у женщины от слез защипало в носу, а плечи окатило холодом. За ужином Джеральд много и весело рассказывал обо всем и ни о чем, а Мария вяло ковыряла вилкой еду в тарелке. Недавние спазмы оказались ложными схватками, она не раз с таким сталкивалась в своей ведьмовской практике. Но постаралась использовать этот момент для побега. – Скажи, зачем ты пыталась сбежать, Мария? – внезапно спросил колдун. Его смех проникал в самые глубины ее души, отражая ее безысходность. Она подняла на него совершенно черные в тусклом свете свечей взгляд и прошептала: – Я буду бороться до последнего вздоха. Я не умру в твоих руках. Колдун усмехнулся еще шире, в его глазах блеснул уверенный свет. Он считал, что она уже была сломлена. Глупая ведьма, одно название, что Верховная, а по сути – простая баба, как и все они – без мозгов. Она лишь марионетка в его ловушке, все ее попытки освободиться разбивались, подобно волнам о скалы. – Твое упрямство будет вести тебя только к смерти, Мария. Никто не спасет тебя. Ни лесные духи, ни волшебная сила, ничто. Твоя судьба уже предрешена и мы прекрасно это знаем, не так ли? Мария вдруг почувствовала, как ее сердце сжимается в ледяной хватке страха. В ее глазах зажегся последний проблеск надежды, но он угас так же быстро, как и появился. – Это несправедливо, – шептала она, а ее голос отражал безотчётное отчаяние, – неужели тебе совсем не жалко нашу дочь? Ведь это твой ребенок! Твоя плоть и кровь! Джеральд встал и медленно подошел к ней, встал за ее спиной и принялся медленно массировать ее сведенные от напряжения плечи. Его голос стал мягче, но в нем все еще звучала насмешка. – Ты не можешь понять, Мария, что я делаю это для тебя? Ведь если ты освободишься, сможешь ли ты защитить свое дитя от боли, которую принесет этот мир? Разве к тебе этот мир был милосерден? Разве пожалел он тебя? Вспомни? Разве не ты, будучи совсем юной и невинной потеряла всю свою семью, родителей, братьев и сестер в какой-то никому ненужной и давно уже забытой всеми схватке давно почивших князей? Разве не тебя потом насильно взял один из них, сделав своей игрушкой? Я знаю, что ты сильна, но сила не всегда может спасти нас от страданий. Мария опустила голову, слезы катились по ее щекам. Огромная черная дыра из боли и отчаяния разрасталась внутри нее, пожирая все светлое. – Ты прав, колдун, – прошептала она, сдерживая порыв гнева, – я не хочу, чтобы моя дочь переживала то, что я переживаю. Колдун усмехнулся и погладил ее шею, чуть сдавив, будто показывая, что волен сделать все, что только пожелает с ней. – Мария, моя очаровательная, нежная, страстная Мария… ты не понимаешь. Жизнь – это всего лишь сюжет с ужасным концом. Может быть, в нашей истории нет места спасению или счастью. Мы просто теряемся в безысходности и ожидаем свою судьбу. Колдун покинул ее комнату, оставив ее с ее мрачными мыслями и напоив напоследок ее снова блокирующим силу отваром. Мария понимала, что ее ожидает нелегкий выбор, но она не могла просто смириться и ждать своей смерти. Видение свободы не покидало ее, и она решила, что будет сражаться до последнего вздоха. Пусть для нее все предрешено, но ее дочь сможет найти свой путь в этом жестоком мире. Пусть она станет светом во мраке, который окутал их жизни, и пусть ее история будет вдохновением для тех, кто переживает безысходность и потерю надежды. Мария разъярённой дикой кошкой посмотрела на закрывшуюся за Джеральдом дверь и тихо, но очень твердо сказала: – Да, я не хочу, чтобы моя дочь переживала то, что я пережила. Поэтому я сделаю все, чтобы ты не достал ее души! Судьба ее дочери будет совершенно иной и не будет копировать весь тот ужас и боль, что выпали на долю Марии. Ради этого она будет бороться до последней искорки своей жизни. * * *Ведьминское сообщество бурлило. Воля Верховной Марии была объявлена – зачитана с магически защищенного свитка, такой не подделаешь. Однако чужую и малознакомую для всех ведьму принимать не хотели. Да Лена и сама не рвалась в лидеры. Поэтому при первой же возможности, когда через несколько дней собралась значительная часть ведьм, объявила, что сейчас будет править заместительница Марии – Яромира. Та, конечно, тоже от такого в восторг не пришла, зато ведьмы слегка успокоились. Яромира была знакомой, понятной и приятной. Лена скрывала пока от всех, в том числе и от Яры, что меньше чем через месяц с огромной долей вероятности ее просто не станет в этом мире. Они с Анютой и Враном должны перенестись в их время, в будущее, где, как она надеялась, их ждут близкие и родные, целые и невредимые. Была, конечно, еще вероятность. Вероятность того, что ее и Врана просто не станет. Ни в этом времени, ни в будущем. Нигде. Думать об этом Лена себе запрещала, но, чем ближе подходил назначенный срок, тем чаще охватывал ее ледяной страх, сковывая, не давая дышать. После истории с обман-травой Лена подняла всех на уши и заставила найти средство для проверки всех напитков, еды, помещений от мороков и ядов. Ведьмы подумали, посовещались и выдали ей небольшой амулет в виде розового камушка в серебряной оправе на простом кожаном шнуре. Лена не стала верить на слово и проверила его несколько раз. Проверку он прошел, и жить девушка стала гораздо спокойнее, но все равно послала к князю оборотней гонца с просьбой прислать несколько его человек для охраны. Особо в письме упомянув, что охрана требуется и Ульяне. И даже не схитрила, потому как то, что Ульяна станет следующей Верховной, они решили не озвучивать никому до последнего. Во избежание, так сказать, неприятностей разного толка. Князь Матвей не подвел, прислал целый отряд, но под видом обычных городских жителей. Так что по городу теперь можно было частенько лицезреть статных молодцев красивых несколько суровой, дикой красотой. – Вета! – окликнула Лена одну из ведьм, живущих в женской части великокняжеского терема, – как там наша новая охрана? Не обижают их княжеские воины? Женщина рассмеялась. – Да таких обидишь! Уже столкнулись тут вчерась во дворе, так лесные только рыкнули, всех как ветром сдуло! – Хорошо, но ты проследи, чтоб не было больше стычек. Не хватало еще, чтоб Великий Князь заинтересовался, откуда у него такой отряд. Магия магией, но на всех внушение не повесишь. Слухи все одно поползут. – Слушаю, Елена, – девушка поклонилась и вышла. А Лена слегка поморщилась – ну, не любила она эти поклоны и никак не могла привыкнуть к такому еще там, в своем времени. В дверь тихонько постучали. – Войдите, – нейтральным голосом отозвалась Елена. Увидев Ульяну, вошедшую со смущенным и растерянным видом, столь непривычным для некогда колкой и упрямой ведьмы, Елена улыбнулась. Могли ли они при первом знакомстве подумать, что так сплетутся их судьбы? Что они станут сестрами по силе и подругами по жизни? – Проходи, Уля, я сейчас попрошу подать нам чего-нибудь поесть. Ты как? Лично я еще сегодня ничего кроме воды с утра в рот не брала, а уже обед прошел. Уля молча кивнула, принявшись теребить кончик своей косы. Лена удивленно приподняла брови, но промолчала. Через несколько минут на рабочий стол, за которым раньше сидела Мария, поставили несколько большой поднос с двумя мисками плова с курицей, две чашки с парующим травяным напитком, кувшин с морсом и два глиняных стакана. Девушки поблагодарили служанок и принялись есть, попутно обсуждая какие-то текущие дела. Постучала и вошла вновь служанка с накрытой белым расшитым полотенцем корзинкой со сладкими пирогами. – Вот эти, с косичкой, твои любимые, с черникой, – улыбнулась девушка Лене, – а вот эти для тебя, Уленька, яблоко с малиной. Кушайте, девочки, а то исхудали уж больно. Нельзя так. Я, кстати, на вечер баньку-то вам прикажу подготовить. Дед Семен там веников новых принес, хороши они у него, ух! – Спасибо, Нежана! – девушки улыбнулись и потянулись одновременно к пирогам. Служанка вышла, а Лена спросила у подруги: – Уль, а ты чего зашла-то? – Ммм? – отозвалась с полным ртом Ульяна. Потом быстро прожевала и с усилием проглотив, сказала, – да я так… – Что так? – Лена, кажется, уже поняла, что хотела узнать смущенная ведьма. – Ну, так просто… – девушка отложила пирожок, сложила руки на коленях и уставилась на них. – Эй, ты чего? О чем тревожишься? Ульяна покраснела и внезапно выпалила: – А вдруг он передумает? – Не передумает. – А вдруг ему не разрешат? – Так он же Князь, кто ж ему указ? – искренне удивилась Лена. – Ну, не знаю, там же Совет у них свой. Вдруг, не захотят, чтобы он с ведьмой… Ну, женился. – Не думаю, что Князю Матвею можно что-либо запретить, – уклончиво сказала Елена. – Да и, насколько я поняла, он сейчас самый сильный и против него даже близко никого нет. К тому же, это хоть и нонсенс, необычно то есть, – увидев непонимание в глазах подруги, поправилась Лена, – но союз оборотней с Верховной Ведьмой это небывалые возможности. Хотя и странно, что он с тобой запечатлелся. Но я уже узнавала, такое бывало не раз. Просто никогда на таком высоком уровне. – Я еще не Верховная, может, и вовсе не стану. Почему ты так уверенно всегда об этом говоришь? – Мы с Марией это обсуждали не раз. – А как же ты? – Мне надо вернуться домой. Я не могу, не имею права здесь оставаться. К тому же, как бы хорошо мне здесь с вами не было, там мои близкие, друзья, дом. Любимый. – Любимый? – удивилась Уля, – я думала, Вран – это он и есть и ты просто ищешь способ вернуть ему истинный облик. – По сути, да, ты права. Но, насколько я узнала от Марии, этот облик – один из бонусов магии его рода. Раньше они много воевали. И когда маг терял слишком много сил, крови, был смертельно ранен, оборачивался в ворона и так мог существовать довольно длительный период времени. Проблема в том, что он постепенно утрачивает свою сущность человека. А спустя какое-то время и вовсе станет просто птицей. Я не могу этого допустить. – Да, жаль, – задумчиво потянула Ульяна. – Хотела бы я как-то помочь тебе. Вам обоим. – Ничего, все устроится хорошо. Не знаю как, но так должно быть. Кстати, покажешь мне это свое заклятие на усиление урожая? Девушки принялись обсуждать магию, а ворон, сидевший все это время на полке книжного шкафа, и с интересом наблюдавший за ними, задумчиво уставился в окно.