Эпилог

Алиса

Год спустя

Я вошла в поезд, села на свое место. Комфортабельный экспресс из Дублина до Белфаста обещал мне приятную и быструю дорогу. Но я все равно нервничала. Для этого было много причин. Я соскучилась по папе, который застрял у Торнтонов, а еще переживала за новость, которая утром немало меня взбудоражила. Нужно будет рассказать Саше, но слова не шли с языка. К тому же я знала, что поездка будет горячей. Не зря же он настоял на поезде. Это, конечно, был самый удобный путь, но… Поезда всегда плохо влияли на наше настроение. Или хорошо? Кажется, в Ирландии за это можно получить штраф? Или только в Британии?

В любом случае, меня это не очень беспокоило. Больше волновало пустое место рядом, которое не спешил занять мой попутчик.

До отправления оставалось две минуты. Мое сердце колотилось о ребра, грозя выпрыгнуть из груди. Кажется, даже волосы шевелились от переживаний. Я достала телефон, покрутила в руках. Он не может опоздать, не имеет права. Я уже приготовилась набрать номер, как на сидение рядом со мной упала кожаная дорожная сумка. Я вздрогнула, но глаз не подняла. Хотя конечно, не удержалась и скосилась на руку.

Саша…

Эти пальцы я не спутаю. Собственно, и сумку я выбирала сама, но пальцы… Сразу стало немного жарко. Холодная влага на ладонях теперь почти кипела. Я поспешила вытереть руки о джинсы и уставилась в окно, чтобы скрыть улыбку. Поезд качнулся. Мой попутчик как раз отправлял сумку на верхнюю багажную полку. Он пошатнулся и чуть задел меня, почти падая на свое место.

- Прошу прощения мисс. Я задел вас, - вежливо проговорил он по-английски.

- Все в порядке, - ответила я, поворачиваясь.

Игра всегда будила во мне трепетную лань. Я подняла наконец глаза и кокетливо улыбнулась мужу, который изображал незнакомца.

Сашка сжал губы и приподнял бровь. Я скорее отвернулась к окну, чтобы не портить игру. Сердце снова застучало, но теперь от предвкушения. Сдвинув ноги, я заерзала, чтобы не застонать. Близость «незнакомца» действовала на меня слишком быстро и остро. Мы выбрали отдельные места, и напротив нас не сидели пассажиры. Но все равно мы были в поезде, у всех на виду и одновременно одни в целом свете. Каждый раз в наших путешествиях я переживала заново тот самый удивительный день, когда мы с Сашей… не познакомились.

Я усмехнулась, но звук застрял в горле, потому что он коснулся моего колена. Мимолетно, едва заметно и сразу убрал руку. Но это выдавало его нетерпение.  Обычно я страдала от несдержанности, а Сашка оттягивал момент чуть ли не до прибытия. Мне иногда приходилось даже писать ему смс с угрозами выйти из игры. Правда, он никогда не реагировал на шантаж. А я никогда не исполняла жестоких обещаний оставить его со стояком. Кажется, сегодня совсем не я страдаю нетерпением. Вернее, не только я.

Он раздвинул ноги и наши колени соприкоснулись. Я сдвинула бедра теснее и развернулась к окну, продолжая изображать неприступность. Для таких особенных поездок в моем багаже был плед. Сначала я возила его с собой исключительно потому что в вагонах было прохладно из-за кондиционеров, потом у него появилась еще одна функция.

Укрывшись до груди, я положила голову на сидение и опустила веки, изображая сон. А сон вдруг пришел ко мне на самом деле. Я дремала, хоть и помнила, что еду в поезде. И сновидения мои были весьма близки к реальности. Кажется, он трогал меня под пледом, бессовестно пользуясь моей дремотой. Он прикасался к груди, гладил и мягко сжимал. Даже нашел сосок через слой водолазки и кружева. Сдавил его двумя пальцами. Кажется, я забыла, что надо сдерживаться и простонала, когда он стал царапать ногтем по ширинке джинсов.

- Тшшш, - прошептал незнакомец мне на ухо. – Тише, девочка. Ты же хочешь кончить, спящая красавица.

Я прикусила губу и совсем проснулась. Повернув голову и раздвинув ноги, я смотрела в глаза моего «незнакомца», пока он продолжал тереть меня прямо через джинсы. Дыхание стало тяжелым. Я едва сдерживала стоны. Но он покачал головой, читая мои мысли, запрещая выдавать свои чувства.

- Кончишь прямо здесь? – снова угадал бессовестный искуситель.

Я кратко кивнула и зажмурилась, вся напряглась, а он перестал меня гладить, просто потянул вверх джинсы. Ткань впилась в меня до сладкой боли и толкнула за край. Я запрокинула голову и до крови закусила губу.

Он тоже тяжело дышал. Открыв глаза, я увидела, что он смотрит не моргая. Его глаза были темными от желания и страсти.

- Я бы кончила еще раз моментально, если бы ты сейчас вошел в меня, - проговорила я шепотом, потравливая его.

- Не искушай, - прорычал «незнакомец» приглушенно.

Меня веселило его тихое бешенство. Но одним весельем и одним оргазмом сыта я не буду. Сбросив плед, я встала и предельно вежливо попросила:

- Разрешите я пройду.

- Конечно, мисс, - улыбнулся от, но ноги не отодвинул ни на сантиметр.

Я могла протиснуться, наступив на его ботинок, но решила, что это будет грубо и невежливо. Окинув взглядом, пассажиров, убедилась, то никто не обращает на нас внимания, и перекинула через «незнакомца» ногу, но не спешила перешагнуть второй, а села на него верхом, хорошенько поёрзала на члене, который выпирал и просил свободы. Наградой за мое безобразие был сдавленный стон.

- Тише, горячий незнакомец, - вернула я ему совет. – Ты же хочешь кончить?

Он прищурился и, кажется, собирался схватить меня за задницу, но я быстро спрыгнула и поспешила в сторону уборной. Разумеется, он следовал за мной. Я попыталась спрятаться в кабинке, но он втиснул ногу, а потом и сам впихнулся вместе со мной. Мы оказались внутри. Он закрыл нас и сразу прижал меня к двери.

- Маленькая дразнилка, - зарычал Сашка, задирая мою водолазку. – Бессовестная. Что ты творишь?

Он обжигал мои губы поцелуями, щипал соски через лифчик, ругаясь при этом, как сапожник. Знак, что кое-кто уже на грани.

Я смеялась, млея от его напора и влажных поцелуев.

- Развратная девчонка, ругался мой незнакомец, разворачивая меня лицом к небольшому зеркалу. Я уперлась руками в раковину и прогнулась. Он расстегнул и приспустил мои джинсы, отодвинул в сторону трусики и сразу вошел. До конца, до крика.

Разумеется, кричать мне не дали. Он закрыл мне рот рукой, сразу трахая сильно и беспощадно. У меня не было шансов уйти из туалета без оргазма. Жесткий ритм и ласки на грани с болью разрывали меня на куски. Крик, который так и не вырвался на свободу, остался во мне и кипятил кровь.

- Быстрее, - поторопил незнакомец. – Со мной.

Его приказ был таким горячим. Я обожала, когда он был властным, почти грубым. А потом сразу мягко просил. Как сейчас.

- Малышка, сладкая, давай со мной. Прошу, детка.

Я отпустила напряжение, встречая бесконечное, но одновременно столь краткое падение в пропасть удовольствия.

Саша шлепнул меня звонко по заднице, и я выгнулась, почти ломаясь пополам, переживая последний яркий всполох оргазма.

Едва мы отдышались, муж привел меня в порядок, помог одеться. Мои руки дрожали и не справлялись. Смеясь и игриво толкаясь, мы протиснулись по проходу на свои места. Саша держал меня за руку и больше не притворялся случайным попутчиком.

Отдельным сортом счастья было сидеть и шептаться после таких развратных хулиганств.

- Обожаю твой плед. И как ты сворачиваешься под ним калачиком, выставляя попку, - тихонько говорил Сашка мне в ухо.

- Тебе повезло, что я задремала. Могла дольше ждать во сне. Однажды у меня лопнет терпение.

- У тебя с терпением все в порядке. Ты же дождалась меня и не позвонила.

- Напомни за это тоже тебя убить.

- Обязательно, малыш. В саду у Бена? Снова? Тебе нравятся падубы у беседки?

- Замолчи, извращенец.

- Ты сама пристаешь ко мне в поезде каждый раз.

- Я тебя пальцем не трогала.

- Только выставила попку, а потом объездила меня на сухую.

- Ты напросился.

- Пожалуй. Потому сто твои груди стали еще красивее. Или мне показалось?

Я приподняла бровь. Неужели уже заметно?

- Не показалось. Наверно, - ответила я и отвернулась к окну.

Сказать ему сейчас? Прямо в поезде?

Почему нет? Поезд так много значит для нас. И не только как фетиш супругов-извращенцев.

- Что? – тут же среагировал на мою задумчивость муж. – Алиса…

Я снова повернулась к нему и положила палец на любимые губы.

- Без имен, горячий незнакомец. Никаких имен, пока мы не приедем в Белфаст.

- Но все же? –не отставал Сашка.

- Кажется, ты сегодня трахал беременную жену, - выпалила я на одном дыхании.

Давно я не видела Сашу таким… окаменевшим. Он застыл как памятник и даже не моргал с минуту. Зато потом засыпал меня вопросами:

- Погоди, как? Когда? Серьезно?

Я покивала, наслаждаясь его счастливой растерянностью

 - Давно? Почему не сказал утром?

- Я еще не делала тест, но у меня задержка. Я сама поняла по дороге на вокзал. Думаю, все случилось в Калифорнии.

- Боже, это ведь с первого раза. Вот я дал.

- Конечно, это все ты, - поддразнила я.

- Ладно, ты тоже молодец, сладкая. Обожаю тебя. Господи, у нас будет ребенок. Ох, а грудь у тебя станет больше?

- Я засмеялась.

- Кому чего.

- Нет, серьезно…

- Похоже, да…

- Алисааааааа, - протянул Сашка с предвкушением, снова ломая правила.

- Замолчи, - велела я, целуя его, чтобы заткнулся. – Никаких имен.

- Никаких имен, - повторил Сашка послушно.

Очень скоро мы приехали в Белфаст, отправились на самолет до Эдинбурга, а оттуда нас уже забирал водитель Торнтонов. Я предвкушала встречу с друзьями. Узнав совсем недавно Торнтонов, Стернов и даже самого Громова, я уже прикипела к ним. Казалось, эти богатые важные люди намного чище и честнее, чем мои простые друзья из школы. Я понятия не имела, что элитное общество может быть таким приятным. У каждого были секретики, грязные тайны, но и наша история не была простой. В этой компании я могла дышать. Когда меня обнимал любимый муж, казалось, нет большего счастья.

Разве что папа. Он упрямился, как ни странно.

Отец, которого раньше даже в Москву было не заманить, не рвался домой после всех судов. Он мог вернуться в Россию или переехать в Дублин, но продолжал жить в коттедже Торнтонов, каждый день возился в саду. Бенингтон пытался выделить ему жалование, но отец категорически отказался. Только под угрозой выселения лорд Торнтон заставил папу принять содержание в денежном эквиваленте. После этого заманить его жить поближе стало вовсе невозможно. Но я надеялась, что беременность это поправит.

- Как думаешь, папа готов наконец поселиться с нами? Спросила я мужа, когда мы уже подъезжали к КаслТорну.

- Мы вчера разговаривали по телефону. Дима сказал, его зовут садовничать в Сассекс.

- Боже, ты шутишь?

- Нет, малышка. Но он ведь счастлив.

- А ребенок? Его внук. Неужели он и это проигнорирует?

- Брось, Алис. Он ведь счастлив, кронируя и поливая. Порадуйся за него. Уверен, он обязательно возьмет отпуск, чтобы увидеть малыша. Но еще не скоро…

Я перебила Сашу, почему-то нервничая без причины.

- Я думала, он будет рваться на родину, чтобы к маме ходить.

- Ты ведь не рвешься, - напомнил Саша.

- Я – нет, но он… Ты же сам знаешь. Каждую неделю на кладбище ездил и не по разу иногда.

- Знаю, родная. Но вряд ли твоя мама будет его осуждать за это.

- Она не будет, - уверенно решила я. – Она всегда хотела, чтобы мы продолжали жить и оставались собой.

Саша покивал. Я замерла на несколько мгновений. Меня часто так накрывало. Я останавливалась иногда посреди дома или в магазине, или в офисе. Посреди разговора, ни к селу, ни к городу, просто замирала и смотрела на моего мужа. Он дал мне свободу и любовь. Он научил меня бороться за себя и свое счастье. Он показал мне, какая я на самом деле. С ним я перестала существовать и начала жить.

Мы столько пережили, но справились теперь я была женой Александра Вердена и полноправным партнером в его фирме. Мы жили в пригороде Дублина, рисовали и придумывали новые игры, которые потом воплощали дизайнеры и программисты. Но моя любима всегда будет простенькая романтическая ролевушка «Без имён». Саша придумал её, пока мы были в разлуке. Он взял за основу мои рисунки. Я почти полностью потом, уже после суда над Крыловыми, прорисовала основные эпизоды. Мы вместе писали сюжет, отдав программистам почти готовый продукт. Пусть она не стала хитом, как Сашкина «Ферма», но деньги ведь не так важны.

Главное, что…

- Я люблю тебя, - проговорил Саша, вытаскивая меня из ступора.

Моргнув, я прогнала грезы. Реальность была намного интересней самых смелых фантазий.

- Я тоже тебя люблю, горячий незнакомец, - ответила я, положив голову на плечо мужа.

КаслТорн вырастал из-за холма величавыми готическими шпилями. Очередная дорога близилась к концу, но впереди, как всегда, все самое интересное.