Глава 41. Дима

После общения с родителями Насти я долго не могу собраться. Разговор с ними удивительным образом выбил меня из колеи.

– Дим, тебя долго ждать? – высказывает свое недовольство по телефону Карпатов. – Нам пациента сейчас будут на операцию подавать.

– Серег, я сейчас заскочу в реанимацию, проверю Тимошу и сразу же к тебе, – ставлю друга перед фактом. – Хорошо?

Понимаю, мне нужно немедленно отправиться в оперблок, но я не могу не навестить сына. Всеми мыслями сейчас с ним.

– Долго не засиживайся, – просит. – Я пока дам наркоз.

– Договорились, – бегло отвечаю ему.

Завершаю вызов, заскакиваю к Насте. Не могу пройти мимо, зная, как сильно она переживает.

Заглядываю в палату и вижу, что девушка спит.

Она лежит на кровати свернувшись калачиком, ноги поджаты, руки спрятаны под подушку, судя по всему, ей холодно, но она настолько устала, что сил встать и накрыться у нее нет.

Прохожу в палату, проверяю, как дела у Викули. Малышка тоже крепко спит.

Красота.

Бережно укрываю обеих своих девочек, ловлю странное и непривычное чувство удовлетворения, что просыпается в сердце. Позволяю себе пару мгновений полюбоваться на спящую девушку, насладиться ее спокойствием и умиротворением. Я сделаю все, лишь бы у Насти и ее деток все было хорошо.

– Тимоша проснулся, – шепчу. – С ним все в порядке.

– Спасибо, – шепчет сквозь сон.

– Спи, – нежно целую в ушко. Поправляю одеяло, подмечая про себя, что Настя расслабилась и выпрямила ноги. Она продолжает крепко спать.

Мое настроение значительно улучшается. Теперь я точно знаю, что никому в обиду своих не дам.

А еще после выписки Настю и детвору заберу к себе в квартиру. Им негде жить, а к ее родителям не отпущу. Пусть лучше живут со мной вместе!

У меня места много, деткам будет комфортно, а за время пока Тимоша в больнице, я как раз успею собрать для него детскую. Настя с Викулей будут спать в моей спальне, а я пока смогу пожить на диване в гостиной. Мне не привыкать.

Строя планы на ближайшие несколько дней, размышляю, как лучше обустроить детскую. Моему сыну четыре года, а я понятия не имею как он живет, что любит и чем увлекается.

Ничего! Наверстаю все.

Лишь бы сын был здоров.

– Привет, герой, – улыбаясь приветствую своего мальчика. Как бы ни было погано на душе, но я стараюсь держаться молодцом.

Мой мальчик – большой молодец, и я не перестаю им гордиться. Далеко не каждый ребенок выдержит подобные испытания, Тимофей не просто выдержал, а не сдался. И поэтому он живой.

– Здравствуйте, – говорит слабым голосом. Он выглядит изможденным, но это нормально, ведь буквально только что после операции.

– Как себя чувствуешь? – интересуюсь. Сам параллельно смотрю показатели приборов, проверяю все ли хорошо.

Только убедившись лично, что показатели в норме, успокаиваюсь. Теперь я могу отправляться на новую операцию со спокойной душой.

– Больно, – признается и начинает подхныкивать. – К маме хочу.

Сердце сжимается от его слов. Как же мне жалко Тимошу…

– Понимаю, – трогаю сыночка за руку, чуть сжимаю, подбадривая. – Но, хороший мой, нужно немножечко потерпеть, – прошу.

– Хочу к маме, – смотрит на меня умоляюще.

– Она обязательно к тебе сегодня придет, – обещаю. Я вывернусь наизнанку, но Насте позволю побыть несколько часов с сыном. – Только чуть-чуть позже.

– Правда? – в глазах малыша появляется нескрываемая надежда.

– Конечно, правда, – заверяю его. – Но сначала тебе нужно немного поспать. Сможешь?

– Я постараюсь, – говорит правду.

– Вот и отлично, – ласково улыбаюсь ему.

Обещаю сыну, что обязательно еще зайду к нему и прошу не плакать, ведь от слез будет только больнее. Он кивает. Надеюсь, поймет.

Перед выходом из реанимации нахожу Санька, прошу его дать Тимоше обезболивающие, пусть поспит спокойно. Хмельницкий заверяет, что сделает все от него зависящее, чтобы снизить боль.

– Сань, это мой сын, – признаюсь своему другу. – Пожалуйста, не спускай с него глаз, сделай все по максимуму.

– Не беспокойся, – успокаивает меня. – Все будет в лучшем виде, – подмигивает. – Иди в операционную, делай свою работу. А я буду делать свою.

Бросив еще один взгляд на лежащего на кровати сына, выхожу из реанимации. Тимоше медсестра уже делает укол, а это значит, он вот-вот уснет.

А когда проснется, с ним уже будет Настя.

Захожу в оперблок, надеваю стерильный халат, моюсь. Медсестра помогает надеть перчатки, ведь я сам этого сделать никак не могу.

– Явился, не запылился, – комментирует мое появление Карпов. – Мы тебя уже хотели с собаками разыскивать.

– Хорошо, что я успел вовремя, – подмигиваю другу. – Готовы?

– Да, – раздается дружное в ответ.

– Слушайте, давайте поставим музыку чуть бодрее, – прошу. Настроение такое, что плаксивые и нудные песни добивают.

Медсестры быстро меняют плейлист, я подхожу к столу. Делаю глубокий вдох.

– Ну, что? Погнали!