Глава 17

Утром я еле-еле встала с кровати ко второй паре, шипя от боли и радуясь, что в доме я сейчас совершенно одна, а потом, подойдя к шкафу, вытащила давно лежащую сиреневую толстовку, которую решила сегодня надеть, дабы спрятать свои синяки от посторонних глаз. Совсем не радовало наличие в этот день физкультуры, можно, конечно, сослаться на плохое самочувствие, но преподаватель отправит меня в медпункт и там вскроется моя ужасная правда, а мне совсем не хотелось, чтобы в институте появились сплетни по поводу того, что меня избивает собственная мать.

Нет, кое-как, но нужно пережить этот день, а потом еще две недели, пока не сойдут синяки, хотя, мне кажется, это займет намного больше времени.

Сегодня состояние моего тела выглядело еще более плачевно — глядя на меня, можно было подумать, что я избита толпой хулиганов или и вовсе попала под поезд. Но больше всего меня пугало состояние моего лица — измученное, с синяками под глазами, бледное.

Приняв душ, я сделала себе на лицо тонизирующую маску и налепила под глаза патчи, а затем отправилась на кухню, потому что есть хотелось просто жутко.

Сделав чай, я стала готовить бутерброды из белого хлеба с ветчиной и паштетом, накидав еще сверху пару кружочков свежего огурца.

После того, как подкрепилась, я ушла смывать маску, которая, кстати, результата особо не дала. Вернувшись в свою комнату, я надела толстовку и штаны, которые шли с ней в одном комплекте, волосы собрала в пучок, а затем начала замазывать лицо тональным кремом и консилером, чтобы придать коже более человеческий вид. Уложив брови, я подкрасила ресницы и в принципе была уже готова, но вспомнила, что я не подготовилась к одному практическому заданию — вчерашние события просто выбили это у меня из головы.

Обреченно вздохнув, я собрала тетрадки в рюкзак и спустилась в прихожую, где быстро надела куртку, шапку, ботинки, а затем выскочила из дома, встречая Аню почти на своем пороге.

— Привет! — девушка как всегда цвела и пахла. — А чего это ты сегодня в таком виде?

Я заметила, как она оценивающе посмотрела на меня, потому что в институте я в таком виде никогда не появлялась.

— Так, физкультура, — нашлась я. — Не хочу потом переодеваться.

— Ааа, — подруга кивнула. — Понятно. Ну, пойдем?

— Пойдем, — ответила ей я.

Мы шли по дороге и Аня, не переставая, рассказывала о своих выходных, проведенных за городом у бабушки, а я слушала, улыбалась и старалась вести себя как обычно, не выдавая своего положения.

— А у тебя как прошли выходные?

Я повернула голову к ней, хмурясь от холодного ветра.

— Нормально, — пожала я плечами. — Ничего особенного. Сериалы смотрела.

Девушка недоверчиво посмотрела на меня.

— У тебя все нормально?

— Да, вполне, — в глаза я ей, естественно, не смотрела.

— И с Авдеевым?..

— Да, все хорошо. Правда.

Я не умела врать. Подруга почувствовала что-то неладное, но добивать меня вопросами не стала.

Вскоре мы пришли в институт и стали переодеваться на физкультуру, девочек было много, но двоих я не увидела, тех, кто задирал меня. Остается только гадать — то ли их отчислили, то ли они просто прогуливают пары.

Физрук нас как всегда не особо щадил. Все началось с разминки, а потом мы стали сдавать нормативы, чему я была не рада. Упражнение на пресс далось мне очень тяжело, потому, что синяки на спине и плечах давали о себе знать.

В какой-то момент, я наклонилась, чтобы сдать норматив на растяжку, а Аня стояла сзади меня, толстовка поднялась и обнажила поясницу, демонстрируя великой красоты отметину от ремня.

Встав в исходное положение, я обернулась и встретилась взглядом с подругой, которая смотрела на меня во все глаза. Неожиданно она посмотрела на физрука, который ждал следующего студента.

— Антон Петрович, мы отойдем ненадолго! — крикнула она и тут же схватила меня за руку, уводя в раздевалку.

Я поняла, что она все видела и теперь мне придется объясняться перед ней, поэтому я даже не сопротивлялась.

— Это что? — в тишине пустой раздевалки ее шепот прозвучал как-то громко. — Это чьих рук дело? Авдеева? Он что, БДСМ любит? — девушка обошла меня и подняла мою толстовку до лопаток. — Твою мать…

Я отошла от нее и поправила одежду.

— Нет, это не Авдеев сделал, — тихо проговорила я, обнимая себя руками.

— Тогда кто?

Я поджала губы.

— Моя мать. Я… осталась ночевать у Дениса, а когда вернулась домой, она уже сидела в моей комнате с ремнем. Она будто с цепи сорвалась. Никогда ее такой не видела.

Аня с сочувствием смотрела на меня.

— Напиши на нее заявление! Это ненормально!

— Она моя мать…

— Да плевать! Она не имеет права с тобой так обращаться!

Я знаю. Но что я могу? Если я даже сниму побои, что потом ждет нашу семью? Что будет с Кириллом?..

Я молчала.

— Авдеев в курсе?

— Нет, — мой голос дрогнул. — И знать не должен. Никто не должен.

Аня лишь покачала головой.

* * *

Авдеев написал мне сообщение в VK, когда я сидела на последней паре и смотря в окно, находясь очень далеко от реальности.

Денис: «Привет, милая! Встретимся сегодня?»

Я улыбнулась уголками губ, но тут же расстроилась, потому что я не могу сейчас с ним видеться и причина была на моем теле.

Вы: «Привет. Нет, сегодня, наверное, не получится. Извини».

Я отложила телефон и посмотрела на увлеченно рассказывающего теорию преподавателя, смысл слов которой ускользал от меня.

Денис: «Жаль, я соскучился».

Я несколько минут смотрела на сообщение и кошки на душе скреблись. Мне до безумия хотелось к нему, но он не должен был увидеть «живопись» матери на моей коже.

Вы: «Я тоже, но сейчас, правда, не могу».

Денис: «Ладно, ничего страшного».

Звонок с пары прозвенел неожиданно, если честно, я и не заметила, как она пролетела мимо меня.

Закинув в рюкзак тетрадь и пенал, мы с Аней вышли из аудитории, где тут же наткнулись на Павла Андреевича, который нас и остановил.

— Здравствуйте, — в один голос произнесли мы с подругой, только она радостно, а я вымученно.

— Здравствуйте, — ответил мужчина, обводя нас взглядом. — Анна, останьтесь, пожалуйста, мне нужно с вами поговорить.

Глаза девушки засветились от такой новости, и она кивнула, улыбаясь преподавателю.

— Ладно, — я заторопилась. — Я тогда пойду, — и пошла по коридору, искренне радуясь за подругу.

Взяв в гардеробе свою куртку, я оделась и, закинув рюкзак на плечо, вышла из института.

Не успела я спуститься по ступеням вниз, как ко мне тут же подошел высокий крепкий мужчина в черном пальто, а я копалась в это время в рюкзаке, разыскивая наушники, и не сразу его увидела.

— Екатерина Зорина?

Я подняла на него взгляд и голова едва ли не закружилась от высоты его роста, пришлось поднапрячься, чтобы сфокусироваться на его лице.

— Да, это я, — промямлила. — А вы?..

Мужчина потоптался на месте.

— Меня прислал за вами Авдеев. Пройдемте в машину.

Я секунду смотрела на него, продолжая держать открытый рюкзак в руках.

Денис его прислал? Зачем? Я же сказала, что не смогу сегодня провести с ним время. Да и зачем присылать кого-то? Он всегда приезжал и забирал меня сам, к тому же, меня ни о чем не предупреждали. Что вообще происходит?

Я метнула взгляд в рюкзак и наигранно увеличила от удивления глаза.

— О, нет! — воскликнула я. — Я забыла отдать преподавателю журнал по успеваемости, — и резко подняла глаза на мужчину. — Мне нужно вернуться! Я туда и обратно! Подождите! — протараторила я и, развернувшись на пятках, понеслась обратно в институт, по дороге доставая телефон.

Забежав в здание, я пронеслась по лестнице, а потом по коридору и уткнулась в окно, выходящее на главный вход, рядом с которым все еще топтался тот мужчина.

Я набрала номер Дениса и приложила телефон к уху, ожидая ответа и нервно постукивая ладонью по подоконнику.

— Катя? — услышала я через несколько долгих гудков. — Что-то случилось?

Сердце в моей груди забилось так сильно, что, казалось, сейчас выпрыгнет из моей груди.

— Прости, что отвлекаю, — негромко начала я, посматривая в окно со второго этажа. — Ты посылал за мной водителя?

Денис напряженно молчал.

— Нет, а почему ты спросила?

От его ответа меня будто холодной водой окатили. По коже пробежали мурашки, и рука от нервов стала чуть дергаться.

— Катя?.. — мужчина не дождался моего ответа. — Что такое?

— Здесь какой-то мужчина, — заговорила я негромко. — Он сказал, что ты его послал.

В трубке послышался какой-то шум, похожий на быстрые шаги и стук дверью.

— Где ты? — едва ли не крикнул Авдеев в трубку.

— Я в институте. Сказала ему, что я кое-что забыла отдать преподавателю и сейчас быстро вернусь.

— Он купился?

— Да, но… — я присмотрелась на отплясывающего громилу. — Он нервничает и все еще стоит у института.

На том конце снова послышался шум.

— Никуда не выходи, поняла? Я сейчас приеду! — серьезно сказал мужчина и отключился.

Я убрала телефон в карман куртки и продолжала смотреть на незнакомца, который неожиданно ответил на телефонный звонок и тут же ретировался в стоящую недалеко черную машину, номер которой я не смогла рассмотреть.

Через минут восемь я увидела, как подъехали две машины и из одной вышел Денис, направляясь прямо в здание — двое мужчин следом за ним.

Телефонный звонок раздался сразу же, как только все трое скрылись внутри.

— Где ты? — напряженно спросил Авдеев.

— На втором этаже, в западном крыле. Я сейчас спущусь.

— Нет, стой на месте. Я сам поднимусь, — и снова отключился.

Через пару минут Денис уже шел прямиком ко мне, но на его лице застыла злость. Никогда его таким не видела и это пугало.

Как только он подошел, то прижал меня к себе и облегченно выдохнул, потом отпустил и посмотрел на меня.

— Ты в порядке?

— Да, — ответила, замечая, что к нам идут двое мужчин — шатен и рыжий, оба были почти одного роста и комплекции. — Кто… кто это был?

Денис обернулся к парням.

— Мне нужны записи с камер, — коротко бросил он, обнимая меня за плечи, а потом повел прочь.

До машины мы дошли в полном молчании, и я боялась нарушить его. Лишь когда мы сели в салон, я не выдержала:

— Кто это был, Денис? — в тишине мой вопрос прозвучал слишком громко.

Брюнет откинулся на сидение и посмотрел на меня.

— Я не знаю, — ответил он. — Но машину за тобой я не посылал.

Я смотрела на мужчину, а в душу медленно забирался страх. Что если бы мой инстинкт самосохранения не завопил и я села в салон? Что со мной было бы?

— Будешь ездить в институт и обратно с Сергеем, ты его видела, рыжий парень, — неожиданно выдал Авдеев. — Кто бы это ни был, но добра тебе явно не желали.

Я, молча, смотрела на мужчину, и в моей голове не укладывалось то, что со мной чуть не произошло страшное.

— Поедем, перекусим, — тут же поставил меня перед фактом, будто ничего и не случилось.

Я нахмурилась.

— Кирилл один дома. Я не могу задерживаться.

Денис долго и внимательно смотрел на меня.

— Тогда заедем и заберем его с собой, — пожал плечами брюнет и потянулся к ключам в зажигании.

* * *

Когда мы приехали за моим братом, он уже был готов и ждал нас, сидя у окна. Этот мальчишка слишком полюбил Дениса, можно даже сказать, как старшего брата, которого у него никогда не было. Увы, но природа одарила его лишь старшей сестрой.

Как только Кирилл сел в машину, устраиваясь на заднем сидении, лицо у Авдеева смягчилось, будто ранее ничего не произошло, а затем мы поехали по улице, дружно проголосовав поесть в «Макдональдсе».

Мы разделись, прошли и сели за дальний столик, определяясь с заказом, что было не просто. Меня удивило, что при общении с моим братом брюнет превратился в подростка, бурно что-то обсуждая и смеясь.

В конце концов, мы заказали три «Биг Тейсти», три капучино, «чикен макнаггетсы» и три вида соуса. Мое предложение оплатить, Денис отверг, оплатив все самостоятельно.

Пока мы ожидали наш заказ, Кирилл метался по залу, рассматривая аквариумных рыбок.

— Я могла бы сама оплатить, — пробормотала я недовольно.

— Я вас пригласил, поэтому мне и оплачивать, — мужчина улыбнулся. — Тебе наличные дают родители?

Я хмыкнула и в голове пронеслась фраза «ага, а как же».

— Нет. Деньги мне приходят на карту раз в месяц. Я точно не знаю, кажется из-за того, что у меня нет отца. Я не особо сильна в этих делах, — я пожала плечами.

— Хочешь сказать, что твой родной отец умер? — Денис приподнял бровь.

— Я не знаю, — ответила честно.

— И ты никогда его не видела?

— Нет.

Авдеев минутку помолчал.

— Если ты хочешь, я могу обо всем разузнать, — вдруг предложил он. — Но мне нужно твое согласие в письменном виде и кое-какие копии документов.

Я задумалась. Вообще, это очень заманчиво. Не сомневаюсь, у Дениса большие связи и он может найти информацию на раз, два…

— Хорошо, — ответила, смотря на него. — Я согласна.

— Чудно, — брюнет перевел взгляд за мою спину, и я обернулась, наблюдая за тем, как Кирилл несет наш заказ, стараясь не уронить поднос.

Мы хорошо проводили время. Дениса совсем не волновало то, что он, серьезный взрослый мужчина, ест в «Макдональдсе» да еще и в компании любовницы и ее младшего брата, наоборот, он был как рыба в воде. Я же, позабыв о побоях матери, подняла чуть рукава, чтобы не испачкаться, и Денис все-таки заметил синяки на моих руках.

— Что у тебя с руками? — услышала я и вздрогнула.

Я подняла на него глаза, прожевывая пищу.

— Да ничего, — пожала плечами. — В баскетбол играли, — и как ни в чем не бывало, засунула кусочек курицы в рот, лишь бы не говорить больше ничего.

Авдеев перевел взгляд на Кирилла, но тот, молча, ел, не поднимая на нас глаз.

— Жестко играете, — недоверчиво поглядывая, проговорил мужчина.

Я криво улыбнулась, стараясь снять с себя подозрения.

Неожиданно, прерывая нашу трапезу, позвонил отчим, и мне пришлось ответить на его звонок.

— Слушаю.

— Катя, вы дома? — услышала я его напряженный голос.

Я подняла глаза, рассматривая Дениса и Кирилла.

— Нет, мы в «Макдональдсе», — честно ответила.

— С Авдеевым?

— Да, с ним.

— Кирилл с вами?

— Да, — я напряглась. — А что такое?

В трубке повисло молчание.

— Пап, что случилось?

Михаил шумно вздохнул.

— У нас тут случилось ЧП. Мама едва ли не зарезала человека на хирургическом столе. Ее отстранили, скорее всего уволят, но во избежание скандала уголовное дело заводить не будут. Репутация клиники важнее.

У меня от услышанного едва челюсть не упала на пол.

— Как это, чуть не зарезала? — прошептала я.

— У нее случилось какое-то помутнение рассудка. Я не знаю, дело решили не раздувать, она возвращается домой.

* * *

Денис заметно нервничал, когда привез нас обратно, потому что я рассказала ему о случившемся.

Не слушая мои протесты, мужчина пошел в дом вместе с нами, чтобы убедиться в том, что с нами все будет хорошо.

Как только мы вошли, казалось, что в доме кроме нас вообще ни души, потому, что было темно и тихо. Неужели мама еще не вернулась?

— Мам? — позвала я, проходя в гостиную. — Ты дома?

Тишина в ответ.

В следующее мгновение случилось то, чего я вообще не ожидала.

Я обернулась, чтобы вернуться в прихожую, как вдруг на меня налетела мама, сжимая в ладони кухонный нож и замахиваясь им, пытаясь нанести мне удар. Я даже не успела понять, что происходит, как тут же появился Авдеев, перехватил руку Лидии, ловко выбивая нож, а затем, тыльной стороной ладони ударил ее по щеке так, что женщина отскочила, а потом и вовсе упала на колени, прижимая руки к своему лицу.

Адреналин из меня сейчас бил фонтаном. Я во все глаза смотрела на Дениса, а он, в свою очередь, уже набирал чей-то номер на телефоне.

— Что тут за шум? — в комнату неожиданно забежал Кирилл и, увидев всю предоставленную ему картину, замер.

Подняв голову, Лидия тут же рванула к валяющемуся на полу ножу, но стоящий рядом мужчина опередил ее, наступив ногой на оружие. Мама закричала не своим голосом, а потом стала отползать под стену, дергая себя за волосы.

— Что с мамой? — испуганно воскликнул мой брат.

Я тут же быстрым шагом подошла к нему, закрывая собой обзор.

— Иди к себе в комнату, пожалуйста, — прошептала я дрожащим голосом. — Мама…

— Она больна, — громкий властный голос Авдеева перебил меня. — За ней уже едет машина. Ее увезут в клинику, там ей помогут.

Я обернулась к брюнету, который смотрел прямо на нас, а позади него все еще билась в истерике наша мать. Это было страшное зрелище, не для слабонервных…

Я, все-таки, смогла заставить уйти Кирилла в свою комнату, а сама осталась с Денисом, не в силах сказать и слова. Да и что тут сказать? Меня пыталась убить собственная мать и если бы не Авдеев, я уже была бы мертва.

Буквально через пятнадцать минут приехал Михаил и машина из психиатрической больницы, в которую Лидию и забрали. Брюнет оставался с нами, пока отчим не вернулся обратно, ему пришлось объяснить Кириллу, что мама психически не здорова.

Когда брат уснул, мы с Авдеевым поднялись в мою комнату, и я сняла с себя толстовку, уже не видя смысла скрывать многочисленные синяки на своем теле. Денис ничего не говорил, он и без слов все понял.

Мужчина уехал сразу же после того, как вернулся отец, который сказал, что Лидия какое-то время проведет в психиатрической больнице, а потом, возможно, ее отпустят домой под строгое наблюдение, но на работу она уже больше вернуться не сможет.

* * *

Эта ночь оказалась очень тяжелой для меня в моральном плане. В голове не укладывалось то, что родная мать набросилась на меня с ножом — она же явно не капусту на кухне шинковала и на радостях решила меня любезно с ним встретить.

Я не могла поверить, что все это случилось с нами на самом деле. Я-то как-нибудь переживу все это и возможно прощу психически-больную мать, но никогда не забуду всего, что она сделала.

Утром в институт я не пошла — выпитое снотворное в четыре часа утра все еще давало о себе знать, да и после такого потрясения лучше посидеть дома, как и Кириллу.

Сообщив Ане, что я приболела, я снова улеглась спать, борясь с возникшей головной болью.

Проснулась я ближе к одиннадцати часам и чувствовала себя намного лучше. В VK меня уже ждали сообщения от Авдеева, Ани и учебных бесед, которые я начала разбирать. Подруга писала мне о домашних заданиях и о каких-то сплетнях, как обычно держа меня в курсе всех последних новостей.

Денис интересовался, как я…

Решив, что отвечу ему чуть позже, я вышла из своей комнаты и заглянула к брату, который тоже уже не спал.

— Можно?

Мальчик кивнул мне и подвинулся, чтобы я присела рядом с ним.

Какое-то время он, молча, смотрел куда-то перед собой, а потом обернулся ко мне и спросил:

— С мамой все будет хорошо?

— Конечно, — я натянуто улыбнулась. — Ей всего лишь нужно какое-то время полечиться в клинике.

Кирилл нахмурился.

— Она бросилась на тебя с ножом?

Я посмотрела на брата и впервые в жизни не знала, что мне сказать ему. С одной стороны Кирилл уже не маленький, но с другой как он потом будет смотреть на собственную мать, узнав правду?..

Молча, я кивнула ему.

Брат нахмурился.

— Но почему? Что ты ей сделала?

Я пожала плечами.

— Не знаю.

Какое-то время мы просто сидели рядом и ни о чем не говорили, пока, наконец, я не поднялась и не позвала мальчика завтракать.

Отчим подтянулся к нам через несколько минут, и впервые в жизни мне его было жаль. При Кирилле мы решили ни о чем, что касалось бы Лидии, не говорить, оставив все на потом.

Сегодня был какой-то странный и непривычный для нас день — будни, мы все дома, но без мамы.

Когда я отправила брата за хлебом, Михаил воспользовался моментом и решил обсудить со мной вчерашнее происшествие.

— Авдеев сказал, что мама напала на тебя с ножом. Это правда?

Я отвлеклась от мойки посуды и обернулась к мужчине.

— Да, это так.

Отчим поджал губы и сел за стол, привычным жестом складывая на деревянной поверхности ладони в замок.

— Может, ты ей что-то сказала, и это вывело ее из себя? Так ведь уже бывало…

— Нет, — покачала я головой. — Свет был везде выключен, я даже не знала, дома ли она. Мама просто… будто сошла с ума. Она тут волосы на голове рвала, когда у нее не получилось меня прикончить во второй раз.

— Второй раз? — переспросил отчим.

— Да, она попыталась снова подобрать нож, но Денис ее опередил. Она просто ненормальная…

— Так и есть, — кивнул Михаил. — У нее какое-то психическое отклонение, точно я не могу пока сказать, — мужчина склонил голову. — Мне жаль, что все так вышло.

— Ты ни в чем не виноват, — я вытерла руки. — Вот только что со всем этим делать дальше?..

* * *

Оставшись одна в своей комнате, я долгое время сидела и смотрела на телефон, не решаясь набрать номер и позвонить Авдееву. Вся эта ситуация с мамой натолкнула меня на мысль, что мне действительно хотелось бы узнать о том, кто мой отец и почему они с мамой разошлись. К тому же, может причина нелюбви ко мне действительно кроется в ее прошлом.

На сообщение Дениса в VK я все еще не ответила, да и я не знала, что сказать.

В конце концов, вздохнув, я набрала его номер и приложила телефон к уху, ожидая ответа.

Гудки как обычно тянулись с мучительной неторопливостью, а я несколько раз уже пожелала сбросить вызов, когда мужчина наконец-то ответил.

— Катя? — услышала я его напряженный голос.

— Привет, — проговорила я, чувствуя, что волнение медленно проходит.

— Как ты там? Все нормально?

— Да, — ответила. — Если можно так сказать.

— Не могу представить, каково тебе сейчас.

Я хмыкнула.

— Все нормально, правда, — проговорила, потом я прикусила губу и резко изменила ход беседы. — Денис, ты вчера предлагал мне узнать, кто мой отец…

— Да, — ответил мужчина. — Я помню, а что?

— Так вот, — пауза. — Что мне для этого нужно подписать?..