Глава 8

Утром за вещами Кирилла приехала мама, отчим же остался со своим сыном. Я как раз лениво расхаживала по дому, никуда не спешила, когда она открыла дверь своим ключом и вошла. Увидев меня, мама нахмурилась.

— Почему ты не в институте? Решила, что если дома никого нет, можно прогуливать?

Я приподняла бровь.

— И тебе доброе утро. Мне ко второй паре, — развернулась и пошла в ванную, понимая, что настроение она мне сейчас значительно подпортит. Так и вышло.

Пока я чистила зубы, мать подошла ко мне со спины и стала в дверном проеме, складывая на груди руки. Вид у нее был, конечно, уставший, но, кажется, орать у нее сил хватит.

— Ты в курсе, кто тот мужчина, который был вчера с тобой?

Вот то, чего я и ожидала.

Я сплюнула пену и, прополоскав рот, обернулась с ней, опираясь одной рукой о раковину.

— Знаю, а что не так?

— В больнице сказали, что он бизнесмен, большая «шишка» в городе. Что ты с ним делала? — прошипела Лидия.

— Он спонсор нашего института. Мы познакомились с ним на мероприятии, и он предложил обсудить один проект за чашкой кофе, — нагло врала я, точнее, недоговаривала истины. — Когда Кирилл позвонил мне — вы, между прочим, ему не отвечали, — мы уже прощались. Денис Олегович, не раздумывая, предложил свою помощь, и я согласилась, потому что понятия не имела, что делать, — отчеканила я.

Мать, молча, выслушала меня, не сводя глаз.

— Ну, хорошо, — кивнула она. — А какие у вас с ним отношения?

Я нахмурилась.

— В каком смысле?

— В прямом. Ты спишь с ним?

Докатились.

— Мама! Ты издеваешься? Он жизнь твоему сыну спас, а ты!.. Да как у тебя язык поворачивается? — начала кричать я, уже без притворства, потому что Лидия снова переходила черту. — У нас разница в возрасте колоссальная!

Продолжая стоять в дверях, мама скривилась.

— А что? Может, это все-таки был его свитер, а не Ромы? А?

Я поджала губы.

— Тебе не надоело? — прошипела я. — Почему ты пристаешь ко мне? Хочешь лишиться дочери? Если продолжишь так делать, я уйду из дома. Мне хватит денег, чтобы снять квартиру и жить отдельно, лишь бы не слушать твои нотации!

— Я твоя мать и я за тебя отвечаю! — ответила она. — Поняла?

— Мне уже восемнадцать, так что я сама за себя могу отвечать! — прошипела я в ответ и пошла на выход, проскальзывая мимо Лидии. — Я собрала Кириллу сумку, она в прихожей, — бросила и пошла к себе в комнату.

Я злилась на мать, злилась так, что начинала ненавидеть. Этот ее вечный контроль, недоверие раздражали, хотя я никогда не давала ей повода сомневаться в себе.

Надев сиреневый свитер и утепленные серые классические шорты на черные капроновые колготки, я достала из шкафа замшевые ботфорты на плоской подошве, потому что на улице стало достаточно холодно и даже начались небольшие морозы. Куртку надо бы тоже сменить на теплое пальто.

Спустившись вниз, я поняла, что Лидия уже уехала.

Тем лучше.

Позвонив Ане, я сообщила, что выхожу и жду ее у дома, она же ответила, что тоже уже выходит.

Надев пальто, теплый шарф и шапку, я вышла из дома и закрыла за собой дверь на ключ, двигаясь прямиком к подруге, которая как раз перешла дорогу.

— Привет! — ее глаза горели. — Так, рассказывай! — мы не спеша пошли по тротуару, в сторону института.

— О чем? — не поняла я.

Аня приподняла бровь.

— Как о чем? Машина Авдеева стояла у твоего дома!

— А, — протянула я. — Он вчера «украл» меня выпить кофе, — начала я поддерживать легенду, рассказанную матери. — Позвонил мой брат, сказал, что ему плохо. Мы сорвались и помчались к нему. Оказалось, аппендицит, так что мы возили его в больницу.

Подруга, не перебивая, слушала меня.

— А потом он привез меня обратно. Вот все, — закончила я.

— И все? — возмутилась Аня. — Да вы же вместе вышли из машины, и пошли в твой дом!

Я нахмурилась и посмотрела на нее.

— Ты что, шпионила за нами?

Она улыбнулась.

— Ну, мне же интересно.

Я закатила глаза.

— Да, я решила его поблагодарить и хотя бы чаем напоить, но ему позвонили и он уехал.

По взгляду девушки было понятно, что она разочарована.

— И все? У вас ничего не было? — спросила с надеждой.

— Нет, — ответила. — Ничего.

Аня вздохнула, тяжело так, но ничего больше не сказала.

— А у тебя как с Димой? — решила я сменить тему.

Тут подруга оживилась.

— Мы поругались и больше не вместе, — она улыбнулась.

Я даже остановилась, удивленная такой реакцией.

— А чему ты радуешься-то? — не поняла я.

— Я свободна для новых отношений! Я свободна и готова бороться за Павла Андреевича!

Я едва сдержалась, чтобы не застонать от бессилия.

— Он же прямым текстом заявил, что не будет встречаться со студентками!

— Будет! Я влюблю его в себя!

— Да?

— Да! Я надела сегодня новое платье и готова к его практическому занятию! А потом попрошу его об участии в каком-нибудь исследовании, чтобы проводить с ним больше времени!

— Хитро, — похвалила я подругу. — У тебя все схвачено.

— А то! — засмеялась она.

Когда мы пошли в аудиторию, Павел Андреевич поднял голову от ноутбука и проследил за нами.

— Видела? Он смотрел на меня! — шепотом сказала Аня. — Работает!

Я улыбнулась.

— Похоже на то.

— Да! Хорошо еще было, если бы ты с Авдеевым начала встречаться! Представляешь, какая бы у нас компания была! Закачаешься!

Встречаться с Авдеевым?..

— Да, Аня, мечтать не вредно, — пробормотала я, и тут же прозвенел звонок на пару.

Примерно в середине пары, когда все были опрошены и занимались своими делами, мне пришло сообщение от Дениса, которое я поспешно прикрыла так, чтобы никто не видел, тем более Аня.

Денис А.: «Здравствуй Катя! Я сегодня буду в институте, предлагаю посидеть где-нибудь на перерыве».

Я смотрела на сообщение и не знала, что ответить. В конце концов, подумав, я стала отвечать.

Вы: «Здравствуй! Прости, наверное, не получится, на перерыве я хотела подготовиться к занятию, не успела вчера. Сам понимаешь»…

Побарабанив пальцами по парте, я дождалась ответа и стала читать.

Денис А.: «Ничего страшного, в другой раз».

Остаток дня прошел нормально. Вернувшись после третьей пары домой, я сразу же наткнулась на бродящую по комнатам маму, которая была сама не своя, даже привычно завязанные в пучок волосы были лохматыми.

— Мам, все нормально? — я встала на пороге и даже не разделась, наблюдая за ее перевозбужденным состоянием.

Услышав меня, она обернулась.

— У Кирилла поднялась температура, — пробормотала мама. — Ему стало хуже… Господи, да лучше бы на его месте оказалась ты! — закричала она, оборачиваясь ко мне с перекошенным лицом.

Мое сердце пропустило удар, потом другой и замерло. Услышать от родной матери такое в свой адрес не просто больно, это удар ниже пояса… удар ножом в спину…

— Что? — вырвалось у меня. — Что ты такое говоришь? — я отказывалась верить своим ушам, да, у матери бывали скачки в поведении и словах, но это…

— Что слышала! Лучше бы ты попала в больницу, чем он! — крикнула Лидия снова. — Мой бедный мальчик…

В носу закололо от обиды, а глаза стали набираться слезами.

— Убирайся отсюда! Видеть тебя не хочу! Дрянь!

Я попятилась, а потом и вовсе выбежала из дома, хлопая дверью.

Я бежала по улице, а ветер бил мне в лицо, делая не больнее, чем слова собственной матери. Как можно сказать такое своей дочери?

Как только я миновала какую-то улицу, на которой даже никогда не была, я остановилась и пошла пешком, вытирая слезы.

Мне было плевать, куда я иду, плевать, лишь бы не возвращаться домой к матери-истеричке и не слушать снова ее бред!

В конце концов, подобно бродяжке, я ходила по округе около часа, никого не замечая вокруг себя, пока не подняла голову и не увидела в конце улицы знакомое здание бизнес-центра.

Сунув руку в кармашек рюкзака, я обнаружила пропуск, который дал мне Авдеев и, не раздумывая, ноги понесли меня именно туда.

Поднявшись вверх по ступеням, я вошла внутрь здания и оглянулась. Настенные часы показывали почти пять часов вечера, и людей тут не было вообще — они либо еще работали, либо уже ушли.

Подойдя к стойке администратора, меня встретила все та же девушка, которая приветливо мне улыбнулась.

— Екатерина Андреевна! Здравствуйте! — отчеканила она. — Давайте ваше пальто! — тут же сказала, выходя из-за стойки и протягивая руки.

— Здравствуйте, — поздоровалась я, раздеваясь.

Меня удивило, что администратор не спросила меня ни о чем, а просто забрала вещи и сказала что-то вроде «если что-то понадобится, я здесь».

Кивнув ей, я прошла к лифту, протянула пропуск и, дождавшись, пока откроются створки, вошла и нажала на нужный этаж.

Меня все еще трясло от произошедшего и хотелось плакать, но я взяла себя в руки, пообещав себе, что нужно начать что-то со всем этим делать.

Выбравшись из лифта, я прошла к двери кабинета Авдеева и сразу же постучала, но мне никто не ответил и не открыл дверь.

Нахмурившись, я потянула за ручку и та поддалась. Дверь оказалась открыта.

Войдя, я убедилась в том, что кабинет пуст — Авдеева здесь нет, возможно, вышел куда-то. Оглянувшись, я прошла и села на диван, положив рядом с собой рюкзак и сжав в ладони телефон. Хотелось написать Денису сообщение, но что-то меня останавливало…

Меня останавливал стыд. Я пришла к нему тогда, когда мне некуда было идти. Я пришла тогда, когда у меня случились неприятности. Зря вообще это сделала, можно было посидеть в каком-нибудь кафе. Но уже поздно, администратор скажет, что я была здесь и… что? Что он подумает?

Стопы от обуви уже болели, и я расстегнула молнии, сняла ботфорты и залезла на диван, ложась на мягкий подлокотник и подкладывая под голову руки, при всем этом еще и поджав под себя ноги. Поза была немного нелепая, но я хотела на минуточку прикрыть глаза, подождать мужчину, а потом уйти домой…