Глава 9

Просто так прикрыть глаза и полежать не получилось, потому, что я предательски уснула. Усталость взяла надо мной верх, которой я была не в силах сопротивляться. Мне снилось что-то тревожное, но что именно, я не могла вспомнить, потому что мгновенно проснулась от тихого щелчка входной двери.

Спросонья я и забыла, что со мной случилось и где я вообще нахожусь, а увидев над собой стоящего с удивленным взглядом Авдеева, и вовсе замерла, испуганно смотря на него.

— Катя? — мужчина положил на стол какую-то папку, не отрывая от меня взгляда, а затем присел рядом с диваном на корточки, потому что я все еще продолжала лежать, поджав под тебя ноги. — Что ты здесь делаешь?

Мое сердце застучало так быстро, что грудь от этого стала подрагивать. Взгляд упал на настенные часы, и я ужаснулась, увидев на них столь позднее время. Девять часов! Господи…

Я тут же села, касаясь стопами прохладного пола, и сжала края дивана дрожащими от напряжения пальцами. В голове медленно всплыли воспоминания всего, что сегодня произошло, но почему-то казалось, что было это давно.

— Кать, — Денис накрыл мою левую руку своей, горячей и большой, от чего дрожать я перестала и подняла голову, встречаясь с его теплым, но слегка обеспокоенным взглядом.

— Прости, — прошептала я. — Я… я бежала, а потом бродила по городу и увидела здание, — я до боли закусила губу, потому что почувствовала, как начинают душить подступающие к горлу слезы. — Мне больше некуда было идти…

Брюнет нахмурился, затем поднялся и сел рядом на диван, разворачивая меня к себе.

— Так, тише, — он взял мое лицо в свои ладони. — Расскажи мне по порядку, что с тобой случилось?

Волна горечи накатывала на меня, и я уже едва сдерживалась, чтобы не разреветься прямо на его плече.

Авдеев тут же снова встал, обошел стол и налил в стакан воды из графина, а потом, вернувшись, протянул его мне. Жадно выпив содержимое, я вздохнула и, кажется, удушение понемногу стало отступать, хотя, на душе все еще было паршиво, а в груди сидел колючий комочек.

— Так, — мужчина снова сел рядом со мной. — Рассказывай.

Я вздохнула, стараясь окончательно прийти в себя и больше не пытаться заплакать.

— Я вернулась после института домой, — начала я, вспоминая все, как было на самом деле. — Мама бродила по комнатам, вид у нее был какой-то расстроенный или шокированный, а то и все вместе. Когда я спросила, что случилось, она сказала, что у Кирилла поднялась температура, и ему стало хуже. А потом, — я опять закусила губу. — Потом она сказала, что лучше бы на его месте оказалась я, а после закричала, чтобы я убиралась из дома, — закончила я рассказ. — Вот, собственно, я и здесь.

Денис смотрел на меня и хмурился, явно обдумывая то, что только что услышал от меня.

— И как давно подобное происходит? — наконец спросил он.

— Бывает, — пожала я плечами. — Но после того как мы переехали сюда, мама будто с цепи сорвалась. А когда она увидела твой свитер… — начала я и тут же закрыла рот, жалея вообще, что сказала это.

Авдеев стал чернее тучи.

— Продолжай, — тихо произнес он.

Я поджала губы.

Вот сказано же, сначала думай — потом говори.

— Она сказала, что я вожу в дом мужчин, да и вообще, что я…

— Я понял, — перебил он. — Прости, но, думаю, у твоей матери что-то с головой. Родной человек не может так себя вести, — мужчина вздохнул. — Она точно твоя мать?

— Точно, — ответила, хотя в голову начали закрадываться сомнения.

Мы помолчали.

— Вернешься домой? — наконец спросил Денис, заставляя меня серьезно задуматься.

— Не знаю. Лидия может быть дома, не хочу ее сейчас видеть. Я могла бы переночевать у подруги, но не хочется ее снова стеснять.

— Снова? — зацепился Авдеев. — Ты уже уходила из дома?

— Да, — кивнула. — Я ночевала у Ани после разборок из-за свитера, — призналась я, виновато покосившись на мужчину. — Прости, не знаю, как сложилась его судьба.

Тот хмыкнул.

— Вставай, — сказал он и сам поднялся. — Поедешь со мной.

Я напряглась и нахмурилась.

— Куда это?

— Переночуешь у меня, — выпалил Денис, от чего мое тело покрылось сотнями мурашек и захотелось спрятаться под диван от взгляда этих его карих глаз.

Заметив мою нерешительность и даже страх, Авдеев улыбнулся.

— Не бойся, я ничего с тобой не сделаю. У меня большой дом и мы друг друга не потревожим, если пожелаешь, даже пересекаться не будем. Но я не могу оставить тебя в беде.

— Может, я здесь переночую? — пропищала я, надеясь на помилование со стороны брюнета.

— Нет, — сказал Денис. — Обувайся, либо это сейчас сделаю я.

Мои брови взлетели вверх, но я решила не ослушиваться Авдеева, а ловко прыгнула в ботфорты и застегнула их, а затем выпрямилась.

— Отлично, — кивнул брюнет. — Теперь пойдем со мной.

Мы вышли из кабинета, и мужчина запер дверь на ключ, после чего мы последовали уже по знакомому маршруту через коридор, лифт и гардероб, а потом, под внимательным взглядом администратора, покинули бизнес-центр, встретив на пороге двух здоровых охранников. Как я позже поняла, здесь открыто до девяти часов вечера. Буду знать.

Пройдя на парковку, мы уселись в салон машины, и не успел мужчина завести ее, как я тут же повернулась к нему с надеждой в глазах.

— Может, я все-таки домой поеду? А?

Денис повернулся ко мне, как-то слишком соблазнительно облизывая свои губы, проводя по ним языком. От этого жеста внутри меня что-то екнуло и тут же вспомнилось, как он этими губами целовал мои губы.

— Насколько я помню, ты сама не хотела возвращаться сегодня домой, — напомнил он, вырывая из мыслей. — К тому же, мы вроде бы договорились, что я тебя не трону, и ты будешь ночевать в другой комнате, если пожелаешь — в другой части дома с запертой дверью, если все еще боишься меня.

Я посмотрела на его красивое лицо и отвернулась, садясь ровно.

— Хорошо, — сдалась я, понимая, что это лучше, чем снова пересекаться с Лидией. Смущал только тот факт, что у меня не было с собой никакой одежды кроме той, что сейчас на мне.

Мы ехали около десяти минут по незнакомой мне дороге, которая привела в хорошо освещенный частный сектор с большими каменными домами за коваными воротами.

Как только мы подъехали к дому № 7, ворота автоматически открылись, впуская автомобиль Авдеева.

Мне открылся вид на огромный дом из кирпича бледно-оранжевого цвета, крыша, лестница, двери и фундамент которого были темно-коричневыми. Всего в доме было два этажа, а также балкон. Рядом с домом имелось два гаража, повторяющих сочетание цветов.

Сам двор был выложен камнем, а чуть дальше он переходил в сад, который сейчас был идеально убран, а деревья подготовлены к зиме. Также имелся домик для охраны, из которого, при нашем появлении, вышел мужчина в форме. В целом, зрелище впечатляло.

Выбравшись из машины, Авдеев перекинулся парой слов с охранником, а потом повел меня внутрь, держа под локоть, видимо, чтобы не убежала.

Как только мы вошли в небольшой коридор и убрали вещи в шкаф, то пройдя уже в прихожую, нам навстречу выбежал огромный черный доберман, при виде которого у меня не то чтобы дар речи пропал, у меня волосы на голове от ужаса зашевелились, и возможно поседела пара прядей.

— Не бойся, — Денис вышел вперед и похлопал пса по шее. — Это Зевс, он тебя не тронет.

Не тронет? Эта зверюга?

Доберман тем временем отошел от хозяина и двинулся ко мне, не сводя пристального взгляда. На шее у него виднелась массивный ошейник в виде цепи, от которого животное производило ужасное впечатление.

Сев напротив меня, Зев поднял правую лапу, ожидая какой-то реакции от меня. А я смотрела не него и боялась пошевелиться.

— Он с тобой здоровается, — пояснил Авдеев. — Возьми его лапу в ладонь.

Протянув руку, я пожала его лапу, и почему-то стало смешно от мысли, что собака воспитана лучше некоторых людей. После того, как мы «поздоровались», Зевс встал и ушел по своим собачьим делам, оставляя нас.

— Ну вот, а ты боялась, — усмехнулся Денис. — Пойдем, перекусим, и я покажу тебе спальню.

Пока мы шли на кухню, я восхищалась размером дома и его дизайном — все так гармонировало друг с другом, что я даже остановилась, разглядывая картину на стене, на которой был изображен городской пейзаж.

Все же, добравшись до кухни, размеры которой и техника тоже поразили меня, Авдеев попытался похозяйничать, но у него особо ничего не вышло.

— Если честно, — он обернулся ко мне с виноватой улыбкой на лице. — Я ужинаю в ресторане, хотя в холодильнике полно еды. А в готовке я не особо силен.

Я улыбнулась, складывая руки на груди.

— Если позволишь, я могу что-нибудь приготовить, — неуверенно предложила.

— Было бы неплохо, — согласился Денис.

В конце концов, разобравшись со всем, я сделала четыре тоста из белого хлеба, яйца пашот, которые положила на те самые тосты и ко всему этому сделала сливочно-грибной соус, которым все полила. Авдеев же, пока я носилась по кухне, сумел заварить нам чай.

Почему-то мне было легко. Я будто готовила на своей кухне с человеком, которого давно знаю. Мы общались, даже шутили, и в мой адрес не было упущено ни одной колкости или обидного слова.

Но, когда мы сели есть, я оставила себе только один тост, другой положила Авдееву, потому что аппетита особо не было. Мужчина, конечно, недовольно посмотрел на меня, но ничего не сказал.

Комнату он мне выделил большую с собственной душевой и туалетом, от чего я широко улыбнулась, пока брюнет не видел. Апартаменты в лучших традициях Авдеева…

В итоге, он оставил меня, сказав, что если мне будет что-то нужно, я могу без замедления звать его. Я кивнула мужчине и пожелала спокойной ночи, а потом тот ушел, оставляя меня в спальне одну.

Сходив в душ, я укуталась в мягкое большое полотенце, а потом вышла, раскидав мокрые волосы по плечам, и увидела на кровати сложенную в квадратик мужскую футболку, которой здесь не было.

Получается, Денис заходил сюда, когда я купалась, и оставил это для меня, зная, что мне не в чем спать. Это даже мило и приятно.

Улыбнувшись, я сняла полотенце и накинула его футболку на себя — она тут же прикрыла мое тело практически до колен. Как раз скрывает мою голую задницу, потому что трусики я оставила на батарее в душевой.

Сев на постель, я взяла в руки телефон, чтобы посмотреть, не звонил ли мне кто, но пропущенных звонков не было, только парочка картинок от Ани в VK и несколько сообщений в беседе группы.

Стало еще обиднее, чем было. Я никому не нужна, мне даже не удосужились позвонить или написать, поинтересоваться, где я и что со мной. Всем на меня плевать и я никак не могла понять, почему. Почему собственная мать ненавидит меня? Почему так обращается? Не понятно…

Полежав некоторое время с закрытыми глазами, я поняла, что уснуть не могу, а когда в мою дверь кто-то начал царапаться, то окончательно решила, что спать еще рано, хоть часы и показывали двенадцать часов ночи.

Встав с постели, я прошла босыми ногами по ковру и, открыв тихо дверь, впустила в комнату низкую тень, которая остановилась рядом со мной и лизнула мою коленку.

— Зевс?

Пес тихо прошел и запрыгнул на мою кровать, ложась прямо посередине. Ну, здорово.

Потоптавшись на месте, я не решилась прогонять собаку с кровати, боясь уехать отсюда покусанной, поэтому вздохнула и пошла на поиски Дениса, надеясь, что он его прогонит сам.

Шагая по едва освещенному коридору, я размышляла, где же искать мужчину в столь поздний час.

— Денис? — негромко позвала я.

В ответ тишина.

— Эй.

И снова тишина.

Тяжело вздохнув, я обернулась к двери своей комнаты, надеясь, что Зевс сейчас уйдет, но ничего подобного не произошло. А жаль.

Спустившись вниз, я недолго побродила по дому, когда, наконец-то, увидела из-под одной из дверей приглушенный свет, на который я и пошла, будто мотылек.

Неуверенно постучав, я осталась стоять на месте, а когда дверь открылась, я увидела Авдеева в одних лишь спортивных штанах. При виде атлетического телосложения и дорожки темных волос ниже пупка, уходящих известно куда, мое дыхание перехватило, и я даже забыла, для чего искала брюнета. Сердце стучало где-то в горле, а внизу живота начало разливаться тепло. Мужчина продолжал стоять, подняв левую руку и опираясь ею о дверной проем, не отрываясь, разглядывая на меня.

А я растерянно хлопала глазами, то и дело, возвращаясь от лица Дениса к его телу. Господи, невозможно быть таким красивым… ох, что же со мной происходит?..

Я собралась уже открыть рот и сказать, что пес нагло занял мое место на кровати, когда Авдеев откинулся от дверного проема и втащил меня внутрь, закрывая дверь. Его руки обхватили меня и крепко прижали к себе, а я сжалась под таким давлением и все, что могла сделать, так это положить руки между его и своей грудью, чтобы придержать хоть какую-то дистанцию между нашими телами.

У Дениса было такое горячее тело, что, если бы не его поведение, я бы решила, что у него жар, хотя, это предположение может объяснить его странные действия в отношении меня.

Не теряя ни минуты, мужские губы накрыли мои, и из моего горла сразу же вырвался довольный стон, после которого я закрыла глаза и расслабилась, понимая, что придаю собственные принципы.

Денис целовал меня так, будто не мог насытиться — страстно, сминая губы. При всем этом, брюнет стал подталкивать меня спиной к стоящему прямо за мной дивану и через мгновение, я уже оказалась лежащей на нем, а сверху, раздвинув мои ноги в стороны, нависал Авдеев, все никак не отрываясь от моих губ.

Я же плавилась в его объятиях, не желая, чтобы этот миг кончался.

Внезапно, его руки стали поднимать мою футболку, а потом, практически сразу, его пальцы коснулись внутренней части бедра, нежно поглаживая, от чего я вздрогнула всем телом и наконец-то очнулась от дурманящего меня момента.

— Денис, — я отстранилась от его губ первой. — Остановись, — прошептала испуганно. — Не надо…

Мужчина шумно и тяжело дышал, продолжая находиться сверху, но руки убрал и теперь он обеими руками опирался об подлокотник, что находился под моей головой.

Мы смотрели друг на друга, и только сам мужчина знал, что происходило в этот момент в его собственной голове, а в моей же летали бабочки, которые ругали меня за такое поведение и грозили пальчиком.

Мне стало неудобно перед взрослым мужчиной, но я не могла ему дать то, чего он хотел от меня в эту самую минуту. Я вообще сейчас чувствовала себя нелепо — кто он и кто я.

— Прости, — выдохнул он мне в шею, склонив голову. — Я не сдержал обещание.

Обещание? Ах, да, он обещал не трогать меня…

Я закусила губу и на глаза предательски накатились слезы. Неожиданно для самой себя я обняла его за шею и притянула к своей груди, заставляя лечь. Денис подчинился, подложив свои руки под мои плечи, чтобы не раздавить меня своим телом.

Не стоит себя сейчас обманывать, но, как бы я не была категорична, мне, все-таки, спокойно с этим мужчиной. В нем был шторм, который манил меня, ураган, засасывающий в эпицентр безумия, и я не могла обойти стороной этот запретный для меня мирок, манящий своей опасностью.

— Ты ни в чем не виноват, — прошептала я. — Мы оба… — я осеклась. — Поддались этому порыву.

Авдеев отстранился от меня и сел рядом, опустив руки на колени.

Я сделала тоже самое, поправляя на себе его футболку.

— Да, ты права, — пробормотал он и сразу же встал, привычным жестом засовывая руки в карманы. — Зачем ты меня искала?

Я посмотрела на брюнета и дыхание снова сбилось.

— Уже не важно, — брякнула я и поднялась, устремив взгляд в пол. — Я, наверное, пойду спать. Доброй ночи!

— Может, тебя проводить? — предложил брюнет, шагнув ко мне.

— Нет, я сама дойду, — улыбнулась и выскользнула из кабинета, в котором едва ли не лишилась девственности с мужчиной, вдвое старше себя.

Теперь, пробираясь по коридорам к своей спальне, я думала, что ложиться спать с доберманом теперь вообще не страшно. Если его хозяин не кусается — пес тоже не станет.