11. Ник

Я смотрел на то, как Ника садится в такси, даже не взглянув на меня.

Она быстро скользнула на заднее сиденье, захлопнула за собой дверь, и машина тут же тронулась с места.

Серая иномарка выехала со двора, оставляя за собой длинный след красных огней фонарей.

Я продолжал стоять на месте.

Не двигаясь.

Сжимая руки в кулаки и пряча их в карманы джинсов.

Меня трясло.

Трясло, как мокрую псину, которую выкинули на мороз.

Трясло от злости. От злости на уёбка Артёма.

От злости на себя. От злости на всю эту чёртову ситуацию.

Но сильнее всего меня трясло из-за поцелуя.

Блять…

Вы знаете это ощущение, когда вас бьёт током от шерстяной вещи?

Когда снимаешь свитер — и искры буквально стреляют по коже?

Вот поцелуй с ней долбанул меня в тысячу раз сильнее.

Меня будто облепило сотней наэлектризованных вещей.

И всё это разом шарахнуло по телу. По коже. По нервам. Достало до груди и ушло куда-то под рёбра.

И разлилось внутри, как горячий чай.

Было ли у меня когда-нибудь такое раньше?

Никогда. Ни разу.

Я будто приход словил. Хотя даже толком не знал, что это такое.

Я вспомнил её губы. Такие мягкие. Тёплые. Нежные.

Такие…

Блять.

В общем, такие, что никаких эпитетов не хватит.

Как, скажите мне…

Как теперь вообще можно целовать кого-то другого, когда на этих губах у меня так переклинило?

Я сжал челюсти.

Зачем я вообще это сделал?

Из-за ревности?

Я выдохнул и провёл рукой по лицу.

Да.

Теперь я чётко понял это чувство.

Ревность.

Оно, оказывается, всё это время жило где-то глубоко внутри.

В подсознании. Спрятанное под коркой души.

И сидело там тихо до тех пор, пока я не увидел, как её касается этот осёл.

Артём.

Я ведь весь вечер просидел рядом с Димоном, Саней и Толиком.

Отшил эту настырную Ритку.

Даже не стал с ней разговаривать толком.

Не хотел, чтобы она меня касалась.

Потому что… Я только на неё и смотрел. На моего рыжика.

Она болтала с Артёмом.

Пила пиво. Смеялась. Потом осталась одна.

И в тот момент я даже собирался подойти к ней.

Попросить прощения за свою резкость в машине. За то, что сорвался.

Но она уже направилась к Паше. Что-то прокричала ему на ухо.

Пашка весело закивал и уткнулся в телефон.

Через секунду музыка сменилась.

Рыжик захотела веселья.

И уже в следующее мгновение она стояла посреди двора и кричала во весь голос, призывая толпу танцевать.

И толпа реально пошла за ней. Почти все.

Она подняла руки.

Повела людей кругом, виляя бёдрами.

И народ начал повторять за ней движения, весело смеясь.

Я смотрел на это и только одно думал.

Объясните мне…

Что за магия спрятана в этой девочке?

Она могла расшевелить даже мёртвого.

И даже меня. Меня, блять, могла заставить плясать под свою дудку.

Пританцовывая, рыжик остановилась рядом со мной.

И послала мне воздушный поцелуй.

Так, как умела только она. С какой-то детской нежностью.

С той самой искренностью, которая всегда была только у неё.

Она не злилась на меня. Обижалась — да. Но не злилась.

Я не выдержал и ответил ей тем же.

Поймал её поцелуй. И отправил свой обратно.

Саня с Димой рядом заржали так, что чуть со скамейки не свалились.

Но мне было плевать.

Я смотрел только на неё.

На девочку, которая два года была для меня как младшая сестра.

Этот дурацкий ритуал с воздушными поцелуями появился у нас год назад.

Когда Ника провожала меня на соревнования.

Она тогда стояла возле автобуса и сказала, что хочет поехать со мной.

Но раз уж не может — отправит со мной свой воздушный поцелуй. И я должен взять его с собой. Чтобы потом вернуть обратно.

Я тогда только усмехнулся.

Но когда вернулся…

Я действительно не забыл.

Встретил её и сразу же вернул ей тот самый поцелуй.

С тех пор это стало нашей фишкой.

Ника часто слала мне их. Даже в сообщениях.

Даже в виде кружков.

Иногда просто в шутку. Иногда — просто потому что ей хотелось.

Когда музыка закончилась и толпа разъединилась, Ника почти потерялась среди людей.

Но я всё равно видел её. Потому что не сводил с неё глаз.

Она почти не танцевала. Просто стояла с закрытыми глазами.

Чуть двигалась в такт музыке.

Но двигалась так, что взгляды половины мужиков на этой вечеринке были прикованы к ней.

У некоторых слюна чуть ли не по подбородку текла.

Даже Саня и Димон зависли.

— Бляяя… — прошептал Саня и демонстративно сглотнул. — Не понимаю я тебя, Никитос… Как ты можешь спокойно сидеть, когда она там?

Спокойно сидеть?

Да я, блять, внутри вращался как уж на сковородке.

У меня член дёргался в такт каждому её движению.

Я мысленно перебил каждого из тех, кто сейчас на неё пялится.

Единственное, что меня хоть как-то успокаивало — парни знали, что Ника со мной.

Они могли смотреть, но не трогать.

Потому что Ника…

Ника не для одной ночи.

Она одна на всю жизнь.

С ней по-другому нельзя.

Просто нельзя.

И тут я увидел Артёма. Он стоял в толпе и смотрел на рыжика.

Смотрел так, что мне уже тогда захотелось врезать ему.

Потом он просто подошёл к ней сзади и обнял.

Ника вздрогнула, но не испугалась.

Она подумала, что это я.

Я ведь единственный, кто мог так просто обнять её за талию.

Рука этого мудака, не почувствовав сопротивления, медленно сползла с её талии на живот.

И только тогда она поняла. Обернулась и увидела Артёма.

— Конец пацану… — пробормотал Дима рядом, когда заметил, что я уже поднимаюсь со скамьи.

Я преодолел расстояние между нами за считанные секунды.

Приказал Артёму отпустить моего рыжика.

Но этот еблан мало того что не отпустил. Он ещё и начал дерзить. Прижимать её сильнее к себе.

С каждой секундой внутри меня всё сильнее закипало.

Пока Ника не вырвалась. Она сразу же схватила меня за руку. Чувствовала, что я злюсь.

Пыталась вытащить меня из конфликта. И я почти ушел. На инстинктах. На реакции на её прикосновение.

Я уже сделал шаг назад. Пошёл прочь.

Пока этот мудозвон не ляпнул то, что добило меня окончательно.

Я сделал шаг вперёд.

Чуть сместился, чтобы случайно не задеть рыжика.

И ударил.

Кулак врезался в его лицо.

Я даже почувствовал, как под ним хрустнули хрящи. Кость сдвинулась. Я сломал ему нос.

Кровь хлынула потоком.

Дальше я помнил всё кусками. Как Ника тянула меня к парковке. Как она ругалась. Как кричала, волновалась.

Рыжик мой.

Моя маленькая.

Я смотрел только на неё. На её лицо. В её глаза.

Потом перевёл взгляд на губы. И больше не смог сдержаться.

Я вцепился в неё мёртвой хваткой и поцеловал.

Буквально утонул в новых ощущениях.

Почувствовал, как она сначала напряглась.

Как замерла.

А потом… Сдалась. Совсем ненадолго.

До неё дошло, что происходит.

Она резко вырвалась и влепила мне пощёчину.

Такую, что у меня в ушах зазвенело.

Но мне было плевать.

Я, как одичалый, хотел продолжить.

Хотел снова коснуться её губ.

— Ты пьян⁈ — кажется, так спросила она.

Я мысленно усмехнулся.

Я сегодня не притронулся к алкоголю.

Ни глотка не сделал. Вообще.

Только её.

Потому что она сама была как алкоголь.

От которого крышу сносит моментально.

— Ты вообще понимаешь, что сделал? — с истерическими нотами в голосе спросила она.

Её зелёные глаза бегали из стороны в сторону.

Она словно пыталась рассмотреть меня заново.

Понять. Разобраться.

Словно перед ней стоял не тот человек, которого она знала два года.

И я видел это.

Видел, как её взгляд цепляется за моё лицо, за глаза, за губы.

Будто она пыталась найти там ответ.

Но я и сам не понимал, что произошло. Честно.

Я понимал только одно.

Своим поступком я, скорее всего, только что похерил дружбу с этим человеком.

Ника тяжело выдохнула. Её плечи чуть опустились. Она будто резко устала.

Потом тихо попросила меня вызвать ей такси.

Сама она не могла — её руки дрожали.

Настолько, что она даже не смогла нормально достать телефон.

Я молча вызвал машину.

Пока она ехала, Ника подошла к моему автомобилю, открыла дверцу и достала свой рюкзак.

Потом она подошла ближе к дороге и просто стояла там. Ждала.

Не смотрела на меня. Не говорила ничего…

Через пару минут я остался один.

Продолжал смотреть туда, куда уехала машина.

— Это было мощно, — произнёс Саня, выйдя со двора.

Я даже не повернул головы.

— Я имею в виду то, как ты приложил Артёму по морде. Но я бы поступил так же. Ноль процентов осуждения, как говорится…

Я ничего не ответил.

В этот момент мне вдруг дико захотелось курить.

Хотя я никогда не курил.

Просто хотелось сделать хоть что-нибудь.

Занять руки.

Занять голову.

Но вместо этого я просто сжимал кулаки.

Так сильно, что начали болеть костяшки.

Мышцы на руках напряглись.

— Я поцеловал её, — сказал я наконец.

Саня тихо хмыкнул.

— Давно пора было это сделать. А она что?

— Зарядила мне пощёчину и уехала на такси домой, — ответил я.

— Ну это не удивительно, — раздался голос появившегося словно из ниоткуда Димы. — Она два года жила с мыслью, что ты просто друг… А теперь…

— А теперь я трахну Ритку, — перебил я.

— Ебанутый что ли⁈ — заорал Саня.

Но я уже шёл обратно во двор. Туда, где сидела компания.

Трахнуть.

Риту.

Ника — табу.

Ника — друг.

Поцелуй с ней — ошибка.

Я поставил себе цель. И шёл к ней.

Я должен был вытравить рыжика из башки.

Всё будет как раньше. Я всё исправлю.

Вот я дебил…

Умудрился же.

Ритка сидела рядом со Златой.

Когда я подошёл ближе, она сразу заулыбалась.

Широко. Заинтересованно.

— Пошли, — сказал я, протягивая ей руку.

Она без лишних вопросов вложила свою ладонь в мою. Поднялась и пошла за мной.

Толик даже присвистнул нам вслед.

Мне было плевать.

Сейчас для меня было важно только одно.

Снять двухнедельный недотрах.

Чтобы не кидаться на рыжика, как я сделал это сегодня.

Пока я вёл Ритку к машине, она болтала без остановки.

Что-то рассказывала, смеялась, спрашивала.

Я слушал вполуха. Точнее — не слушал вообще.

— Может, поедем к тебе? — спросила она.

Я покачал головой.

Я не хотел везти в свою квартиру девушку, с которой не собирался встречать утро.

— Нет, — ответил я. — В машине.

Она прекрасно понимала, зачем я её увёл.

И стоило нам сесть в автомобиль, как Ритка тут же начала действовать.

Она потянулась ко мне. Её губы коснулись моей шеи, плеч.

Она оттянула воротник моей футболки.

Тихо заурчала.

Её язык скользнул по коже. По шее. По ключице.

Она попыталась поцеловать меня в губы.

Но я каждый раз уворачивался. Почти автоматически. Так же, как уходил от хука на тренировке.

Я всё ещё чувствовал губы Ники.

После них…

Губы Риты казались грязными.

Возбуждение не приходило. Точнее, тело реагировало. Член уже стоял колом, упираясь в ширинку джинсов.

Но внутри всё было… Не то.

Прерывистое дыхание девушки раздражало.

Её руки, которые уже залезли под футболку, хотелось просто убрать.

Нащупав мой член через ткань джинсов, Рита довольно хмыкнула.

Потянулась к ширинке. Молния тихо звякнула. Боксёры сползли ниже.

Её ладонь легла на подёргивающийся член.

Она начала двигать по нему рукой вверх и вниз.

Я закрыл глаза.

Машинально опустил ладони на её пятую точку.

«Не то. Всё не то», — вновь пронеслось в голове.

А что — то?

И в этот момент мозг, как назло, вытащил совсем другие воспоминания.

У Ники попа другая. Мягкая. Тёплая. Упругая.

Я касался её. Когда подхватывал на руки.

«Пиздец… — подумал я. — Сижу и пережёвываю воспоминания о мелкой подружке, в то время как привлекательная девушка пытается меня завести. Ну не дебил ли?»

— Достань презервативы из бардачка, — сказал я.

Я почти не касался Риты. Мне было плевать на её удовольствие.

Мне просто нужна была разрядка.

Физическая.

Моральная.

Когда занимаешься сексом, мысли обычно исчезают.

Ника…

Рита какое-то время рылась в бардачке. Потом обернулась. На лице появилось недовольство.

— Там нет презервативов, — пробормотала она. — Но мы можем и без них. Я на таблетках.

Я усмехнулся.

— На таблетках? Это замечательно. Но таблетки не защищают от половых инфекций.

Я никогда не трахал девушек без презерватива.

Нет презервативов — нет секса.

— И что же мы будем делать? — нахмурилась девушка. — Не бежать же за ними к друзьям.

— Придётся попрощаться, — ответил я, дотягиваясь до ширинки, чтобы застегнуть её обратно.

— Подожди!

Она перехватила мои руки.

— Я хочу сделать тебе приятно. Ртом.

Я кивнул.

Мне это действительно было нужно.

Рита подняла руки, чтобы собрать волосы в хвост.

У неё были светло-русые пряди. Не рыжие.

Совсем не те.

Мой взгляд упал на запястье. На браслет с подвеской в виде медведя, который она мне подарила.

« Мой медвежонок…» — словно наяву прозвучал нежный голос Вероники.

Блять. Блять. Блять.

Стоп.

Так нельзя.

Это Рита. Не рыжик. Это не рыжик.

Девушка начала склоняться надо мной, но я резко оттолкнул её. Достаточно грубо.

Ойкнув, она плюхнулась рядом на сиденье.

— Ты чего? — спросила Ритка, надув губы.

Я уже застёгивал ширинку, запихнув обратно в штаны возбуждённый член.

— Уходи, — сказал я.

И именно в этот момент в кармане завибрировал телефон.

Я достал его. На экране высветился вызов.

Контакт: Рыжик.

Она нежно улыбалась на фотографии, глядя на меня своими яркими глазами, в красном платье, с распущенными волосами.

Рита посмотрела на экран и хмыкнула.

— Не даёт тебе твой рыжик? Вот ты и решил меня трахнуть?

— Мы друзья, — ответил я, всё ещё пытаясь убедить в этом самого себя.

— Ага, как же.

Она поправила задравшееся платье, потом открыла дверцу машины и вылезла наружу.

— Если любишь — не пытайся её заменить. Лучше признайся.

Дверь хлопнула. Она ушла.

А я громко заржал на весь салон.

От нелепости ситуации.

От абсурдности всего происходящего.

Я хотел, чтобы на месте Риты была Ника.

Мой друг. Мой самый близкий человек.

А потом мне дала любовный совет девушка, которая несколько секунд назад собиралась мне отсосать.

Бляяяяя.​