Глава 9. Да будет бал!

Пока я одевался, слуги уже подсуетились и принесли мне поднос с маленькими бутербродами. Жрать хотелось зверски, поэтому, перед выходом, закинув в рот несколько штук, я удовлетворенно запил все бокалом вина, своей задней интуицией чувствуя, что вино сегодня мне будет просто необходимо.

Остановившись возле дверей Альбины, сдул с плеча невидимую пылинку и постучал. Дверь незамедлительно открылась и оттуда, стараясь слиться со стенкой, мелкими шажками выбиралась служанка. А следом за ней, и еще одна.

— Хм-кхм, — я прочистил горло, во все глаза разглядывая побег прислуги. От моего голоса девушки даже подпрыгнули и, обернувшись, отшатнулись.

— А…можно мы пойдем? — сказала одна из них, цветом своего лица напоминая полотно и опасливо оглядываясь назад. И не дождавшись моего ответа, обе девушки проскользнули мимо меня и со всех ног ламанулись в неизвестном направлении. Заглянув внутрь, увидел Альбину, что тихо матерясь, что-то делала со своими волосами.

— Нет, ты представляешь? — обратилась она ко мне. — Эти мымры рогатые, хотели изменить цвет моих волос, — гневно проговорила она, оборачиваясь ко мне. А я, просто обомлел от вида девушки. Зеленое платье, как вторая перчатка обтягивающая тело девушки опускалось до самого пола. Глубокое декольте, по краям расшитое изумрудами и разрез, до середины бедра, заставляли не просто затаить дыхание от привлекательности всей картины, но и почувствовать ком в горле, благодаря которому, из моего горла стали вырываться странные хрипы, что очень отдаленно напоминали, что это мое дыхание.

— Ну что ты молчишь? — спросила она меня, но потеряв дар речи, я просто стоял и любовался. — Эти вредительницы сказали, что такого цвета волос просто не бывает. Вот как так-то а? Значит, мои волосы есть, а цвета такого нет? Что за глупости такие? О-о, а я смотрю, ты принарядился? — восхищенно проговорила она, разглядывая мой черный костюм в тонкую зеленую полоску. Волосы, чтоб не мешались, мне пришлось собрать в низкий хвост кожаным шнурком. — Какие у нас с тобой костюмы подходящие, не находишь? — а я, громко сглотнув, смог только кивнуть не имея возможности отвести взгляд. А Альбина тем временем уже собирала свои волосы в высокую прическу, выпуская несколько рыжих прядей, что локонами спадали на плечи, обрамляя ее прекрасное лицо. — Да ты завис похоже, милый? — усмехнулась эта бестия, опуская руки и подходя ко мне.

— Я… — мне даже горло пришлось прочистить, чтобы то хриплое карканье, могло хоть немного напоминать мой собственный голос. — Хм-хм, ты просто замечательно выглядишь, — все-таки сумел проговорить я, не обращая внимание, что Аля поняла, какой эффект на меня произвела и теперь ехидно улыбается.

— Ага-ага, — усмехнулась она. — Именно из-за этой замечательности, ты решил не вести меня на бал? Учти блондинчик, это первый в моей жизни бал, и если из-за твоего столбняка я туда не попаду, то тебя будут ждать замечательное время наполненное моей местью — и, заметив испуг на моем лице, усмехнулась. — Проникся?

— Ага, — задумываясь, чем мне может такое грозить, я даже слегка поежился, понимая, что от ее изощренной мести мне просто не спастись, поэтому протянул руку, предлагая пройти в бальный зал.

Пока мы шли через лабиринт коридоров, она разглядывала картины и портреты, висевшие по всем стенам, что напоминали времена славных битв и тех демонов, что в них участвовали. Не всех конечно, а моих дальних родственников.

— Чудовище, — тихо сказал я, отвлекая ее от разглядывания картинной галереи. — Скажи, а почему служанки испугались тебя так, как меня никогда не боялись? — задал я животрепещущий вопрос.

— Ну, вот ты мне скажи, что ты можешь с ними сделать? — она приподняла левую бровь, уставившись на меня в ожидании ответа.

— Хм, ну как что, убить, — усмехнулся я.

— Вот именно! — воскликнуло мое чудовище. — Всего-то убить.

Хм, всего-то? Неужели в ее представлении смерть, уже не является поводом для волнения?

— А… вот боюсь даже спросить, но чем ты их так запугала?

— А, — отмахнулась она. — Просто пообещала наслать на них жуков — стригунов, если они еще раз посмеют хоть что-то сделать с моими волосами. Согласись, смерть в таком случае выглядит гораздо великодушнее.

— Безусловно, — пробормотал я, мысленно рисуя такую картину. Вот идет симпатичная служанка, и она…лысая. Да, смерть в этом случае выглядит действительно гораздо великодушнее. Меня даже передернуло от такой картины, и я поспешил вытрясти из головы это видение. Ведь для демонов, длинна волос это не просто красиво, это показатель его силы и места в обществе. — А как ты собиралась это сделать?

— Не знаю, — не весело проговорила она. — Просто чувствую, что смогу, а как, и сама не знаю.

Хм, это очень странно, но додумать мне не удалось. Перед нами с Альбиной уже открывали двери в зал, где от пестроты нарядов местных и приезжих девиц, в глазах стали мелькать разноцветные пятна.

— Его Высочество, наследный принц Дариус ДерХрешинайский со спутницей, — проорал Вилас, и взгляды всех присутствующих обратились в нашу сторону. Мужчины, одетые во фраки, с почтением отвешивали легкие поклоны, а девицы, с блаженными улыбками на лицах, присаживались в низком реверансе, открывая вид на декольте. Мне вот кажется, или они если еще вот чуть-чуть наклонятся, то их арбузики просто выкатятся наружу? А, нет, не кажется. Одной такой низко преклонной все-таки пришлось запихивать их обратно. Альбина от такого зрелища даже закашлялась, пытаясь скрыть смех, а я с усердием держал маску холодного безразличия, в душе потешаясь, и жалея, что сам не могу проявить эмоции.

Пройдя к трону, который возвышался над присутствующими, и стоял чуть ниже отцовского, я чинно присел, до последнего момента не выпуская руки своего рыжего чудовища. Отец, видя мои действия, даже усмехнулся.

— И что, ты реально думаешь, что я теперь весь вечер буду здесь стоять? — выделив последнее слово, сказала Альбина, приподнимая одну бровь. Щелкнув пальцем, отец распорядился принести еще один стул, похожий на трон, чтобы девушке было удобнее, а вот я хотел просто усадить ее себе на колени. Но, не судьба. После того, как девушка с грацией королевы устроилась рядом со мной на принесенный стул и обвела присутствующих снисходительным взглядом, по залу поползли шепотки. И иногда, я даже мог расслышать возмущенное фырканье.

Отцу явно доставляло удовольствие наблюдать за тем, какое шоу может начаться, ведь я должен был пройти к трону один, и через несколько минут открыть бал первым танцем. Но, своими действиями я сразу обозначил, что ничего подобного не будет. Хотите напутственное слово и первый танец? Да пожалуйста! Мне же не жалко.

— Дамы и господа! — начал я, приподнимаясь со своего трона. — Мне очень приятно видеть всех вас здесь сегодня, — в подтверждение своих слов, я даже немного поморщился, что явно не укрылось ни от отца, ни от подхихикивающей Альбины. — Поэтому, чтобы не мучить вас долгим ожиданием, я объявляю начала бала — и, сделав короткую паузу, усмехнувшись, закончил. — Даниэль, первый танец — твой! — переложил я всю ответственность на плечи братишки. А вот не надо было меня как школьника отчитывать. Может у меня тонкая душевная организация и толстое чувство справедливости, поэтому, пускай теперь сам решает, кто будет удостоен чести, чтобы танцевать с принцем. Бросив взгляд на брата, что топтался у стенки, о чем-то весело разговаривающим со своими друзьями, уже искреннее улыбнулся. Ну а чего, сделал близкому гадость, даже на сердце радость. Вот только младшенький, похоже, моей радости не разделил и нахмурившись, направился в мою сторону. С каждым шагом выражение его лица менялось с хмурого на злое, потом видимо он что-то придумал, и вот ко мне идет уже не злобный мелкий, а вполне довольный, я бы даже сказал решившийся на какую-то каверзу, брат. Уже преодолев половину зала, его улыбка стала хищной, словно сама за себя говорящая «ну, что, поразвлекаемся?», а вот у меня кажется, как и у Альбины до этого, третий глаз открылся. И я всем своим нутром ощутил, что этот малолетка, хочет отомстить мне за такую подставу. И что направляется он вовсе не ко мне, а к девушке, с которой и собирается открыть бал первым танцем. К Альбине. Э-ээ, нет, мелкий. Такого удовольствии я тебе не доставлю. С понимающей ухмылкой я стать покручивать перстень наследного принца на своем пальце, ясно давая младшему понять, что ждет его за такой дерзкий поступок, и улыбнулся еще шире, когда заметил тень неуверенности на его лице. Правильно, если не хочешь перенять наследование троном, то лучше не лезь к моему рыжику. И вот он, даже побледнел слегка и неуверенно оглянулся по сторонам. А хер ли оборачиваться? Тут везде одни бабы. Бери любую и вперед. И похоже, что он понял всю глубину той задницы, в которой оказался, и более не мешкая, с вызовом во взгляде, схватил первую попавшуюся девицу, даже не глядя на нее и закружился в танце.

А-ааа, твою мать, я уже не могу сдержаться! Да меня сейчас на сотню маленьких дарчиков разорвет! Вот какого хрена он не смотрит, что в руки берет? Говорю же, идиот. И вот сейчас он прочувствует еще и глубину той попаньки, в которой сам же и оказался. И пока я изо всех сил старался не заржать в голос, как это сделали отец и Альбина, Дан заметив странное веселье с нашей стороны, стал оборачиваться к своей партнерше по танцу, и икнув, с широко распахнутыми глазами, споткнулся и упал. Прямо под ноги…леди Шимаевой. Да-да, эта грузная леди, четырежды вдова, имеет троих дочерей и троих сыновей, прямо сейчас возгордилась своей исключительностью и великолепием. Обведя присутствующих таким снисходительным взглядом, который говорил «вот видите, какая я потрясная женщина, даже в мои шестьсот сорок, юные принцы к моим ногам валятся», и бодро подхватив этого юного, продолжила танец, меняясь с ним ролями, и ведя, словно кавалер. Даниэль и рад бы вырваться, но куда ж теперь она его отпустит? У нее же опыта по удержанию мужиков ого-го сколько. А я, понимая, что уже просто не могу сдержаться, и моя маска вот-вот даст трещину, прикрыл глаза, стараясь отрешиться от веселья своего отца и рыжей заразы, что уже просто подвывала сидя на своем маленьком троне и терла свои наглючие глазки. Нужно срочно подумать о чем-нибудь другом. Только о чем, мать вашу, можно думать в такой момент? Ага, придумал. Буду думать о том паучке, которого мое рыжее чудовище уделало, как Темный черепаху. Да, тому паучку явно скорости не хватило, чтобы убежать от рыжей самурайши, как в общем-то не хватит скорости и у Дана, свалить от этой далеко уже не юной леди. А-ааа, о чем я опять думаю? Нет чтоб подумать о щенках. Точно! Маленьких таких, черненьких, как детишки у Дана, которые появятся у них с этой мадамой. Интересно, а они своих детей с бутылочки кормить будут или леди Шимаева им свою…а-ааа, да я сейчас просто подохну.

И тут я с ужасом понимаю, что сижу на троне и беззвучно подвываю, а по щекам катятся слезы радости. Огромные такие. И вот даже успокоиться не могу. А рядом, так же подвывая, видимо тоже представили такие картины, отец и Альбина. И тут…грянуло.

— Горько! — во всю глотку проорал один из будущих … сыновей моего брата. Ферник был так рад за свою мамочку, что даже слезы его сестры, что видимо метила на место невесты младшего принца, его не растрогали. А леди Шимаева, не будь дурой, решила не упускать свой возможно даже последний шанс, и впилась поцелуем в губы Дана, от чего тот просто хлопнулся в обморок. Всё. Это выше мох сил. Аха-ха-ха-ха-ха. О-хо-хо-хо. У-у-ха-ха-ха-ха. И сам понимаю, что такой же истерике поддались и друзья Дана и отец и Альбина. Но остановиться, было выше моих сил.

Какое-то время спустя, когда Даниэля уволокли куда-то отлеживаться, а бал был в самом разгаре, я пригласил рыжую на танец. Один танец, второй, четвертый, шестой, а мы просто танцуем, глядя друг другу в глаза и не говоря ни слова. Да и зачем тут слова, я даже не замечал окружающих нас. Я просто потерялся в зелени глаз девушки что, похоже, запала мне в душу. Какая она все-таки красивая и веселая. С ней мне совершенно не скучно. Да о какой вообще скуке может идти речь, если мы с ней на кабана вместе ходили? И на пауков! И на работорговцев!

Но, всему хорошему однажды приходит конец. Вот и сейчас, отцу пришлось взять слово и сообщить, забывчивому мне, что и другие девушки тоже хотели бы разделить танец со мной, поэтому я могу уже отцепиться от прелестной Альбины и дать другим шанс. Его слова общественностью были встречены согласными угуканьями и аплодисментами, а мной, злобной гримасой и мысленными пожеланиями знакомства с еще одной такой же леди Шимаевой.

И тут начался мой личный ад. Перед первым танцем я еще успел приложиться к виски, так что встреченный мной аромат каких-то сладких духов от первой претендентки на трон, вернее на меня, чуть не стал фатальным. Думал, что все, сейчас стошнит, но слава Темному, танец еще даже не успел окончиться, как другая девушка, вырвав меня из этого розового облачка, что в кругах зовется модным платьем и его хозяйки, что как обезьянка повисла на мне, я даже смог благодарно улыбнуться спасительнице. А та, томно вздохнув, прижалась ко мне своим…ну, пусть будет пятым размером и положила мои руки себе на задницу. Беспредел! Что она делает с моими руками? Кое как выдернув последние с ее попы, я отстранился на шаг и так и держа девушку на расстоянии, руками упираясь ей в плечи, ну, чтобы ближе не сумела подойти, я и закончил танец, а та, в свою очередь пыхтя, как стая возбужденных ежиков, все это время, пыталась пробиться сквозь это расстояние, и хвала Темному, безуспешно. Фух, даже вспотеть успел, пока упирался в спасительницу. Вот, даже звучит как-то странно, не находите? А потом были и другие. Каких ароматов я только за сегодняшний вечер не нанюхался? Бели и сладкие духи, и с горчинкой, и даже различные возбуждающие. Меня даже несколько раз «случайно» облили приворотными и афродизиями. А руки? Где мои руки сегодня только не побывали? Ох, даже самому вспоминать как-то стыдно. И вот сколько мне сил пришлось приложить, чтобы эти руки оттуда выдернуть, вы даже и не представляете. И где только носит Альбину и моего младшенького? С мелким-то вроде понятно всё, благодаря полученному впечатлению, он не смог устоять на ногах, и пошел горевать из-за того, как оконфузился в руках «прекрасной дамы», но вот где мое чудовище? После танца, я ее уже не видел, хотя и старался найти хотя бы взглядом, потому, что самого меня в принципе никто и не собирался отпускать.

Но вот, хвала Темному, вечер подошел к концу, и я, выскользнув из зала, старался не попадаться никому на глаза, так как леди попались невероятно целеустремленными, и каждая из них готова была из платья выпрыгнуть, лишь бы проводить меня до моих же покоев. Вот так, по стеночке, по стеночке, я и передвигался короткими перебежками, выглядывая из-за угла и высматривая этих кошмариков, и торопился к себе, по дороге выискивая брата и Альбину. И какого же было мое удивление, когда я увидел их бредущими в покои Али, едва передвигающими ноги, опершись друг на друга головами и плечами, для равновесия видимо, просто словами не передать. Кое как добравшись до двери, Альбина попыталась на щупать ручку, но у нее это не получилось, и тогда Даниэль решил сам испытать свои силы в борьбе с неуловимой дверной фурнитурой. И, о Создатель, с пятого раза ему это удалось. Похлопав широко раскрытыми в неверии глазами, я двинулся следом за ними, а расслышав шум где-то позади себя и выкрики о том, что Его Высочество точно пошел в эту сторону, я подобрался и рванул к спасительной двери, которую не удосужились закрыть вдребодан пьяные собутыльники. Заскочив внутрь и закрыв на замок дверь, развернулся и …

— Твою мать! — воскликнул я, рассматривая пустые бутылки, что валялись на столе и полу. — Это когда же вы успели-то? — а эти двое, как шли, опираясь друг на друга, так и остановились посреди комнаты. С закрытыми глазами. Да просто феноменальная несправедливость!