Глава 51 · Гранд

«…иначе я расскажу твоему Гранду маленькую тайну о твоем приезде. Представляю, как он огорчится».

Что, мать его, это значит?

Я больше не ощущал стыда за то, что подслушивал их разговор. Больше не ощущал злости на суку Тео. Только какой-то страх. Что скрывает Лив? Зачем она в действительности приехала?

Тихо закрыл дверь за собой в свою спальню и уперся лбом в нее. Они не заметили, что я был слишком близко. Не обратили внимания, что слышал практически все, до того момента пока Винс не прошептал ей что-то. И последние его слова я отчетливо слышал в своей голове. Играет. Она играет со мной?

Тело жаждало действий. И я, ведомый им, открыл дверь и вышел. Сбежав вниз, направился на громкий смех из гостиной. Мой взгляд зацепился за пару. Мужчина крепко держал девушку за талию, а она теребила пальцами ножку бокала.

Желание схватить Лив и потребовать объяснений заставило сделать шаг в их сторону.

– Гранд, сынок, все в порядке? – заботливо спросила мама, и я остановился, переводя взгляд на нее.

Моя рука до сих пор сжимала телефон. Я отослал сообщение Коулу с просьбой, а точнее, приказом позвонить мне, что он тут же и сделал. И это дало возможность выйти из-за стола, чтобы найти Лив и выяснить, какого хрена она устроила это шоу. Узнал. Даже больше, чем предполагал. И теперь, когда на меня все обернулись и ждали ответа, не мог сказать и слова, только кивнул.

– Надо повторить этот вечер, только собраться, как раньше, в ресторане семьями, – предложила Кристалл, а я остался стоять рядом с Лив и Винсом. До носа донесся ее тонкий аромат, и внутри всколыхнулось все. Разум вел активную борьбу с чувствами, и я стоял как монумент. Вот голубей только не хватало, чтобы полностью соответствовать образу.

– Это было бы замечательно, тем более Маргарет прилетает завтра поздно вечером, – поддержала ее мама.

– Гранд, мне кажется, твоя девушка скучает, – подал голос Винс и указал на блондинку, сидящую рядом с Лесом.

«Да мне похрен! Похрен, сукин сын! Что ты знаешь? Что?» – хотелось закричать и врезать ему и бить до тех пор, пока не услышу признание. Но годы практики показали, что это не лучший выход, и мне пришлось улыбнуться и пройти к Кими.

Больше не обращал внимания на разговор, смотрел на Лив. Она болтала с Винсом, с подругами и отвечала на провокации Кристалл шутками. Но слишком часто облизывала губы, переступала с ноги на ногу. И это было продиктовано не затекшим телом, а скорее желанием убежать. Нервничала. Значит, причина все-таки была. Неотрывно следил за ней, ее глаза встретились с моими, и она приоткрыла немного рот, а затем, закусив губу, отвернулась.

– Гранд, не хочешь посмотреть сад? – тихо спросил Тео рядом, и я кивнул. Мне нужен был глоток свежего воздуха, подальше от этой воображаемой сцены.

Мы вышли сквозь стеклянные двери и оказались в райском саду. Горечь во рту от воспоминаний. Когда мама увидела его, то влюбилась… в прошлое. А я стоял и сохранял улыбку, потому что меня как будто ударили в солнечное сплетение. Кислород пропал. Это было то место, о котором когда-то мне рассказывала малышка Ливи. Возможно, под влиянием болтовни моей мамы она тоже мечтала о рае.

– Вот когда я вырасту, у меня будет задний двор, похожий на Эдемский сад, с качелями, небольшим озером и рыбками. Точно будут рыбки, а еще беседка, где никто меня не увидит, и туда я никого не впущу. Это будет только мое место, мое и… – Лив замялась и покраснела, а я усмехнулся, затягиваясь сигаретой в ее спальне. Порочные мысли посетили эту малышку, определенно.

– Место для принцессы и принца, – подсказал ей.

– Нет. – Рассмеявшись, она села напротив меня. – У всех должно быть тайное место для встреч. Там, где они могут не скрывать друг от друга себя настоящих. Вот сад будет моим местом.

– Будешь там встречать любовников? – открыл я рот от такого открытого намека пятнадцатилетней девочки.

– Гранд, ты озабоченный дурак, – покачала она головой, но улыбнулась.

– Не отрицаю, так с кем ты будешь там встречаться? – Задумчиво покрутил пальцами бычок. После возвращения месяц назад она одна из немногих разговаривала со мной как раньше. Как будто этих лет заточения в лечебнице не было. Но она не знала, кем я стал. И продолжала быть со мной такой доверчивой, а внутри с каждым днем образовывался ком.

– Неважно, – передернула она плечами и встала, расправляя свою постель. – Ты еще долго? Завтра с утра алгебра и контрольная, а сейчас, между прочим, уже два.

– Буду спать у тебя, – заявил я и потушил сигарету в пепельнице, которую Лив сохранила для меня.

– Гранд, иди домой, твоя мама будет волноваться. И вряд ли моему отцу понравится, что ты испачкал мои простыни своими грязными ботинками, – поджав губы, сказала она.

– Какая ты злая, – пожурил я ее.

– Если я буду спать с кем-то в одной постели, то это раз и навсегда. Не сломай шею, когда будешь спускаться, – тихо сказала она и выключила светильник.

– Мечтательница, – рассмеялся я.

– Ты слышал, что я сказал? – меня в бок толкнул Тео, и я моргнул.

– Нет, повтори, – еще находясь под впечатлением от воспоминаний, ответил я.

– Сегодня ночую у тебя, достал отец. Знаешь, что он выдал? – возмутился парень, и я повернулся в его сторону.

Да мне плевать! Похрен на тебя!

– Ну, – недовольно ждал продолжения.

– Он сказал, что я должен следить за Лив и за тобой. И если вы будете где-то вместе, то рассказать ему. А по всей видимости, моя сестра действительно собирается за этого урода замуж. Ты же стоишь и ничего не делаешь! Мне не нравится он, да и как они спустились, Лив ведет себя странно. Этот Винс как будто удерживает ее рядом.

– Это ее жизнь. – Я сделал шаг, чтобы уйти, но он перехватил мою руку.

– Черт, я так и знал. Трахнул и успокоился? – зло процедил он.

– Отвали, это мое дело. – Стряхнул его руку и быстро вернулся в гостиную.

Заметив, что тут остались только подруги Лив и моя спутница, я удивленно подошел к компании.

– А где все? – спросил их.

– Лив уехала с Винсом, ночует у него, как обычно. Он такой милый и невероятный, они идеальная пара. А остальных провожают на улице ваши родители, – с готовностью рассказала Кори и улыбнулась, радуясь моему недовольному лицу.

– Ким, поехали. Вечеринка окончилась. – Я грубо схватил девушку за руку и потащил за собой.

– Гранд, больно, – пропищала она.

– Похрен, – не оборачиваясь, бросил я, продолжая свое занятие.

Мы выскочили на улицу, где я увидел Хью и маму, машущую вслед удаляющейся машине.

– Сынок, вы уже уходите? – разочарованно спросила она меня.

– Да, пора развлекаться, а то я чуть не подох на этом ужине, – зло ответил я. – Иди в машину, – подтолкнул девушку к «Ауди».

– Был рад встрече, Гранд. – Хью кивнул и зашел в дом. Лицемер! И дочь вся в тебя!

Смотрел на маму и не чувствовал любви. Ничего не ощущалось, кроме ярости. Необходимо накричать на нее. Только почему?

– Сынок, что ты делаешь? – покачала она головой.

– То же могу спросить у тебя, – усмехнулся я.

– Не разрушай свою жизнь, не повторяй мой опыт, – печально сказала она и потянулась, чтобы погладить мое плечо, но я отстранился.

– Какой? Не стать алкоголиком или не лечиться в психиатрической клинике? Думаю, с меня достаточно наркомана. Не считаешь? – выплюнул эти слова в нее, а она закрыла глаза. Боль, мне необходимо было причинить ее всем, чтобы не одному страдать. – Не повторю, не волнуйся. Потому что я только использую людей, а не влюбляюсь в них, как ты.

Добил. Только кого? Себя. От своих же слов стало гадко, но я сжал кулаки и, развернувшись, пошел к машине.

Я запутался. Не доверяю. Никому. Даже самому себе.

Сев в машину, пристегнулся и громко стартовал. Мне стало противно внутри, тело разрывалось от раздражения, от неподвластной ярости. Противно от всего, что происходит сейчас. От воздуха. От жизни. От самого себя.

– Выходи, – резко приказал я девушке, свернув на обочину, а она испуганно распахнула глаза.

– Что?

– Выходи из моей машины. – Я достал из кармана брюк купюры и бросил в нее. – Ты отыграла свою роль, а на большее мне нахрен не нужна. Вышла из машины!

Наверное, девушка была слишком шокирована моим поведением и последовала моим словам. Или я был так зол, что не расслышал матов в свою сторону.

Выдохнул и стукнул руками по рулю. Невозможно так жить больше. Я должен знать правду! А эта сука с Винсом. Но она говорила, что любит меня. Говорила! И все просто разбилось в одну секунду. То чувство легкости, полноты внутри сменилось напряжением и ненавистью.

Взгляд зацепился за карточку от номера, валяющуюся на сиденье. Выпала, видно, когда доставал деньги.

Вот куда следовало поехать, подумать, выпить и разгромить нахрен ту постель, в которой я спал с ней. Убить сегодняшний день. Выехал на дорогу, и мыслей больше не осталось. Подумать было не о чем. Не оттого, что не хотел. Жаждал. Но боялся, что-то подсказывало, меня не обрадует правда.

Гребаный сценарист, я всеми фибрами души ненавижу тебя. Знаешь об этом?

Когда вошел в номер, это было единственное, что осталось в голове. Из ванной комнаты слышался звук льющейся воды, и я уже развернулся, чтобы уйти.

Лив. Она не с Винсем, она тут. И, возможно, ждала меня. Ненавидел ли я ее? Нет. Как бы ни старался. Как бы ни хотел этого сейчас, за то, что она от меня скрывает. Не мог. Пошлятина внутри проснулась, и я, сжав губы, прошел в комнату и сел на диван.

Секунды казались минутами, а те часами. Но вот вода прекратила бить по моим воспаленным нервам, и через, как мне показалось, год вышла Лив, суша на ходу полотенцем волосы.

«День сурка с ней неизбежен», – усмехнулся я про себя, оглядывая ее в халате. Он был ей слишком велик, от этого она казалась маленькой и хрупкой.

Наивный. Какой я наивный. В голове пронеслись слова Винса, и я подал голос:

– И что ты тут делаешь?

Она подпрыгнула на месте от неожиданности и подняла голову, испуганно прижимая руку к груди, а другой сжимая полотенце.

– Гранд? – прошептала она.

– А на кого еще похож? – ухмыльнулся я.

– Хорошо, что ты тут. Нам надо поговорить, – прерывисто сказала она и отбросила полотенце на кровать.

– Интересно, начинай, – предложил, стараясь принять расслабленное положение. Но, мать вашу, кто бы знал, как это тяжело.

– В общем, ты был прав. Я хочу извиниться, я… – Она тяжело вздохнула и, сев на постель, провела рукой по волосам. – Просто тяжело доверять тебе после всего. А девочки… может быть, поняли все не так…

– Извиняешься, значит, – покачал разочарованно головой, ведь ожидал совершенно других слов.

– Да, – кивнула она и встала, – ты приехал сюда, потому что…

– Чтобы вышвырнуть тебя отсюда, – зло ответил. Врал я. Врала она.

– Если бы ты не вел себя как последний урод, то я бы не поверила им! – повысила она голос. – Ты послал меня, а потом появляешься с этой выдрой и… и… как хочешь! Достал!

Она нервно начала дергать халат, а я почему-то улыбнулся. Злая она. Злой я.

Поднявшись с места, быстро сократил расстояние между нами и схватил ее руки, Лив дерзко подняла подбородок, сверкая решимостью в глазах.

– Что еще ты хочешь? – процедила она.

– О чем говорил Винс на лестнице? – требовал я ответа.

Лив выдохнула и отвела глаза. Под моими пальцами я четко ощущал, как быстро бьется ее пульс. Сейчас узнаю… но нужно ли мне это? Нет. Должен.

– Говори, – сглотнув, сказал я.

– Ты подслушивал? – Она подняла голову на меня. Снова холод в них. Снова маска. Как я от этого устал.

– Отвечай, Лив, что он имел в виду, когда сказал, что я очень расстроюсь, узнав маленькую тайну. Почему ты прилетела? – уже отпустил ее руки и схватил за плечи.

– Я… – Она раскрывала рот, но не произнесла ни звука.

– Ну же, доверься мне, малышка. Почему? – практически умолял ее, смотря в глаза, наполняющиеся слезами. – Мать твою, не плачь, а ответь!

– Чтобы доказать тебе, что я… не могу, – прошептала она, и по щеке скатилась слеза.

– Что доказать?

– Ты говорил, что никогда не посмотришь на такую, как я. Никогда в жизни. И мне хотелось доказать тебе, что не только посмотришь, но и влюбишься. Потому что я всю свою жизнь любила тебя. А потом, когда все бы получилось, я бы вернула тебе твои же слова, и ты бы испытал боль, как я пять лет назад, – быстро сказала она, не мог поверить в то, что услышал.

– Что?

– Мне больно, Гранд, – облизав пересохшие губы, произнесла она.

Только сейчас заметил, с какой силой сжимаю ее плечи, и отпустил, сделав шаг назад. Так вот в чем состоял план, игра, которую она вела. И Винс был в курсе. Они оба смеялись надо мной, а я как мудак был ведом ими.

– Но, Гранд, сейчас я… не думаю так. – Она подошла ко мне и обняла за плечи, прижимаясь к моей груди. – Я люблю тебя больше всего на свете. Никогда не переставала, всегда мечтала и плакала. Господи, Гранд. Пожалуйста, не молчи. Скажи, что простишь меня. Ну идиотка я!

Она подняла голову, всматриваясь в меня, а мне не было больно. Обидно. И не потому, что она провернула такую кампанию, а потому, что уже простил. Любил. И это чувство сделало меня слабым.

– Хорошо, – вздохнула она и отошла от меня, шмыгая носом. – Я знаю, что повела себя как ребенок. Но думала, что тогда моя боль уйдет, освобожусь от тебя, от мыслей. Не помогло… вряд ли когда-нибудь поможет. Видно, я проклята.

Она выжидающе смотрела на меня, но я не сделал ни движения. Мысли хаотично двигались в голове, и я не мог сосредоточиться. Прошлое перебивало настоящее, и наоборот.

Лив тяжело вздохнула и закусила губу.

– Хорошо, сейчас оденусь и уйду.

– Стой, – услышал свой низкий голос, и она обернулась, тяжело дыша. – Не уходи. Иди ко мне, Ливи.

Столько эмоций на ее лице, и это была доза, необходимая мне. Облегчение. Счастье. Но любовь ли? Подскочив ко мне, она обняла меня, и я позволил себе дышать, растирая руками ее спину, прижимаясь губами к ее волосам. Растворяясь в новой лжи. Если бы я мог различить ее. Но не мог. Был слишком глуп, слишком хотел стать свободным вместе с ней. Жаждал спасения.

– Прости, Гранд. Прости меня, я правда думала, что больше не люблю тебя. Ожидала, что боль и унижение с того вечера намного сильнее, чем чувства. Но не могу больше так. Я люблю тебя, если надо, напишу это дебильное письмо, – всхлипывала она в моих руках, а я только покачал головой.

– Ты глупая, малышка. Я не спорил больше, мне не нужно твое письмо, у меня есть первое. Ксерокопия, тоже сойдет, – отстранился и поднял ее лицо к себе двумя пальцами.

Прекрасная актриса. Пылкая любовница. Любящая и любимая. Что из этого правда?

– Потрахаемся? – спросил ее и получил подарок – смех сквозь слезы.

– А как же твое условие? – Ее руки прошлись по моим плечам и остановились на груди, уже расстегивая пуговицы на рубашке.

Просто мысленно прокричал, насколько я мудак, и прижался губами к ее губам в страстном и эмоциональном поцелуе. Она не стала ни возражать, ни отстраняться – она с готовностью приоткрыла рот, впуская в себя мой язык и с напором возвращая мне эту ласку.

Разум отключился, оголяя обычный… вру… свойственный только с ней голод по животному сексу. Ее руки распахнули рубашку, а мои сорвали с нее халат. Бархат ее кожи под моими губами, и я утонул нахрен в своих чувствах.

Лив откинулась назад, предоставляя моему жадному взору грудь с возбужденными сосками. За один из них я ухватился зубами, втягивая в себя, и расслышал протяжный стон. Член в моих брюках тут же откликнулся и запульсировал. Подросток во мне проснулся и был готов завалить ее на пол, даже не заметив, что мы стоим рядом с кроватью.

Последовало мое быстрое освобождение от одежды, ведь Лив уже была голой. Губы не отрывались, руки, мои и ее, изучали каждый изгиб тела друг друга. Тела скучали друг без друга, тянулись и молили о развязке.

Без прелюдий. Секс во спасение наших душ, таким должен был быть этот раз. Мягкая постель, любимая девушка, цепляющаяся за мои плечи и умоляющая трахнуть ее, свели с ума. Шум в голове от собственного возбуждения не помогал мне ни разу.

Горячая плоть, в которую я резко ворвался, заставила на секунду замереть и не двигаться. Забыл, какая Лив жаркая, забыл, как мне хорошо в ней.

– Гранд. – Она заерзала подо мной и с нетерпением ожидала продолжения.

Незачем ей знать, что я едва держусь, чтобы уже не кончить. Скорострел хренов. С каких только пор?

– Да, – выдохнул, сделав один толчок. Я хотел видеть ее в тот момент, когда она получит оргазм.

– Быстрее, – прошептала она, сама сделав мне навстречу движение, а я улыбнулся.

– Не хочу, – ответил, приближаясь к ее губам и оставляя на них ленивый поцелуй, даря еще два толчка.

– Господи, – простонала она, обнимая меня ногами и прижимаясь к груди. – Да трахни уже меня.

– Сама попросила, – уже пришел в норму и вошел в нее еще резче.

Громкий стон, и она выгнула спину, откинув голову и закрыв глаза.

– Смотри на меня, – потребовал я, ускоряя темп.

Она нехотя подняла веки, и теперь на меня смотрела настоящая Лив с живыми зелено-голубыми блестящими глазами, в которых я мог отчетливо все прочитать. Любила. Она меня любила.

Радость от этого подтверждения, быстрые движения, сбивчивое дыхание. На спине останутся вновь отметки от этого соития, да и похрен. С некоторых пор я мазохист.

Мне казалось, что сейчас меня разорвет от вибраций внутри ее, оргазм приближался. Сделал над собой усилие, ведь ей всегда требовался самец. Никогда не верил тем, кто рассказывал, что кончил вместе с девушкой. Поверил, когда сам пережил. Сжимая ее волосы, смотря глаза в глаза, сотрясаясь в конвульсиях, я был готов поверить даже в Каспера.

– Я люблю тебя, – прошептала Лив, лениво улыбаясь и проводя рукой по моим волосам.

А что я? В моих глазах были вспышки, и я не мог не то что ответить, не мог даже дышать. Это не любовь. Это неуловимая реальность. Я не мог понять, что сейчас пережил, и скатился с Лив, закрыв глаза.

Тепло внутри, рука сама притянула ее к себе, а губы нашли ее влажный лоб. Неделя. Прожить неделю, свалить отсюда и прихватить ее с собой.

Знал, что она ждет ответа. Но не хотел открывать рот, все мышцы были расслаблены, и я наслаждался этим.

Мне казалось, что даже задремал, когда услышал свой мобильный телефон. Открыв веки, заморгал, привыкая к свету в комнате. На плече тихо посапывала Лив, и я улыбнулся, смотря на нее. Вот на это готов был любоваться каждый день. Во сне она казалась совсем маленькой, моей малышкой, которой больше не было необходимости ни с кем сражаться.

Но осталась одна проблема, которая создавала неприятное жжение внутри, – Винс. И я должен был с ней разобраться. Теперь все знаю и потребую у него, чтобы он отстал от Лив. Хватит. Пора начать бороться за то, что тебе стало таким необходимым. За свою родственную душу, знающую о тебе больше, чем ты сам.

Осторожно приподнявшись, передвинулся так, чтобы положить Лив на подушку. Встав с постели, прикрыл ее одеялом, а она что-то пробормотала и улыбнулась.

– Ты моя принцесса, Ливи. И у нас есть прошлое, есть настоящее, и когда ты проснешься, у нас будет будущее. – Поцеловав ее в висок, я на секунду закрыл глаза, чтобы продлить этот внутренний трепет в груди.

«Да я романтик», – усмехнулся про себя, направляясь в ванную, на ходу подбирая одежду.

И, мать вашу, я счастлив. И похрен на тех, кто считает, что любовь превращает мужчину в глупого барана. Они просто не знают, что ради этого можно и умереть.