Глава 19

 Наталья

 — Ну это мой день рождения, — ноет Дашка. — И я хочу праздновать его с друзьями.

 — И отпразднуешь на выходных.

 — День рождения сегодня, а не в выходные. Почему я должна проводить его с папой и бабкой? Она опять приготовит свою вонючую рыбу.

 «Вонючая рыба» — это лосось под соусом. Мать Жени прекрасно его готовит. Но Дашка не любит рыбу ни в каких ее проявлениях.

 — Во-первых, папа и бабушка соскучились, — Дашка надувает губы, поедая маффин с малиной. — Они тоже готовятся и хотят тебя поздравить, — добавляю я.

 Мы с Евгением теперь не общаемся. Он неожиданно прекратил со мной все контакты, и я выдохнула. Подозреваю, что моего бывшего отшептал от меня Константин. И я безмерно этому рада. Пусть Женя думает, что за мной стоит сильный мужчина.

 — Ну и ты упускаешь главное, — улыбаюсь дочери. — Ради этого стоит поиграть в хорошую дочь и внучку.

 — И ради чего же? — скептически цокает Даша.

 — Бабушка и папа подарят тебе деньги. И за счет них на выходных ты сможешь отпраздновать свой день рождения как следует.

 — Да? — загораются ее глаза. И ее тоску как рукой снимает.

 — Да. Свекровь звонила мне, интересовалась, что тебе подарить. Я посоветовала, что лучше деньгами.

 — Я говорила, что ты у меня умница-красавица? — играет бровями Дашка, убегая в комнату с энтузиазмом собираясь к отцу.

 Вот и славно. Теперь мне осталось решить, что надеть на непонятное «мероприятие» с Константином.

 Звонок в дверь. Нервно кидаю платье на диван. Я полагала, что Евгений подождет Дашу внизу и я не буду его лицезреть. После того как он закрыл мою пекарню, мне хочется плюнуть ему в лицо. И я не сдержусь даже ради дня рождения дочери.

 Открываю, но это не Евгений. На пороге стоит мальчик-курьер с двумя букетами цветов и большим бумажным пакетом.

 — Наталья Николаевна?

 — Она самая.

 — Это вам, — вручает мне букеты. — И это тоже, — протягивает пакет.

 — От кого?

 — В цветах есть карточки, — улыбается парень. — Распишитесь, — сует планшет. Складываю цветы на тумбу, быстро черкаю ручкой, отпуская курьера.

 Женя, видимо, решил подлизаться. А нет. Цветочками не откупится. Я такой подлости никогда ему не прощу.

 И тут меня ждет приятная неожиданность: в одной из карточек написано «для именинницы», а в другой «поздравляю с рождением дочери. Все-таки это больше праздник матери. Заеду за тобой к семи вечера. Константин».

 Неожиданно.

 Еще раз перечитываю карточку, убеждаясь, что не ошиблась.

 Вы ли это, Константин Леонидович?

 Откуда в вас столько романтики?

 Зарываюсь лицом в букет, вдыхая запах свежих цветов. Мне так давно не дарили цветы. Тем более не в мой праздник. Это настолько неожиданно от рационального и циничного Когана, что даже подозрительно.

 Не успеваю засунуть нос в пакет, как из комнаты выходит Дашка.

 — Ого! Это мне? — восторженно спрашивает она.

 — Тебе, — протягиваю ей второй букет.

 — А это? — заглядывает в пакет. Не успеваю у нее забрать еще одну карточку. Мало ли что там написано. Константин Леонидович может быть и пошлым.

 — Я заметил, что ты увлекаешься фотографией и съемками роликов, — зачитывает она вслух. — Прими от меня эти скромные подарки для развития твоих увлечений. Константин.

 — Ого, — загораются глаза Дашки. Дочь вынимает из пакета разные коробочки с какой-то техникой.

 — Что это?

 — Это круть! — счастливо хлопает в ладоши Дашка. — Это камера и свет, микрофоны, штатив и линзы для телефона. Ты даже не представляешь, сколько это стоит. Особенно от этой фирмы, — Дашка обмахивается руками, показывая свое впечатление.

 — Насколько дорого? — интересуюсь я.

 — Ну, скажем так, ты бы никогда мне этого не купила, даже если бы были деньги, — смеется Даша.

 И она права, я не трачу большие деньги на пустые покупки.

 Что-то Константин зачастил с дорогими подарками.

 — А Константин ничего такой, он начинает мне нравиться. Где ты его нашла?

 — Еще бы он тебе не нравится после таких подарков, — скептически цокаю я.

 — Только не говори, что их надо вернуть и бла-бла, — закатывает глаза Даша. — Я не отдам мою прелесть, — сгребает все назад в большой пакет.

 — Да не собиралась я возвращать. Но губу не раскатывай, это единичный случай.

 ***

 — Даша передает тебе большое спасибо за подарки, — сообщаю я Константину, когда мы едем на неведомое мне мероприятие.

 — Рад был угодить.

 — И цветы для меня тоже были шикарны. Только давай это не будет входить в привычку.

 — Что именно? Цветы? Я полагал, что женщинам приятно их получать? Я ошибался? — иронично интересуется он.

 — Я про дорогие подарки для Даши.

 — Они не дорогие.

 — Для нее дорогие. Ты и так дал мне достаточно. Не нужно подкупать мою дочь, она потом не поймет… — нервно выдаю я.

 — Во-первых, я никого не подкупаю. Я хотел сделать девочке приятно. — холодно отвечает Константин. — Во-вторых, что значит «она потом не поймет»?

 — Мы расстанемся и… — не могу сформулировать, да и Константин мне не дает.

 — Прекрати утрировать. Я захотел порадовать твою дочь, я порадовал. Я захотел дать тебе то, что дал. Не вижу проблемы. Принимай с благодарностью.

 — Ох, спасибо, барин. Вы слишком щедры, — не выдерживая, перехожу на язвительный тон. Меня вдруг начинает триггерить факт нашей сделки. Он дает больше, чем я могу вернуть.

 — Просто закрой свой прелестный ротик. Не нужно говаривать со мной в таком тоне. Я даю тебе все на правах твоего мужчины, — осаживает меня.

 Свой прелестный ротик я закрываю, отворачиваясь к окну. Но мои тараканы в голове продолжают скандалить.

 Едем молча минут пять. Парадоксально, начинаю чувствовать себя неблагодарной. Ну если мужик хочет, пусть дает. Уговариваю себя.

 — Тебе идет это платье и жемчуг, — уже спокойно произносит Константин. — И мне нравится твой парфюм, — ощущаю, как его губы проходятся по моему виску, глубоко вдыхает, и моя злость растворяется в его лести. Смотри, какой хитрый котяра. — Но ты была уже в этом платье. Я хочу, чтобы ты обновила гардероб, — тихо шепчет мне на ухо. — Завтра переведу на твою карту средства. Порадуй себя.

 — Вот вы сейчас снова обнулили свои комплименты, — усмехаюсь я, поворачиваясь к Константину. — И мне опять хочется начать скандалить.

 — Переживи это самостоятельно, — тоже усмехается. — Скандал отложи на завершение вечера. Обожаю трахаться, гася злость женщины, показывая, кто сверху.

 Пока я подбираю достойный ответ, водитель паркуется на стоянке какого-то заведения.

 Константин подает мне руку, помогая выйти из машины.

 — Что за мероприятие? — интересуюсь я, когда мы выходим в холл здания и снимаем верхнюю одежду.

 — Демин открывает свой фонд. Что-то типа пиар-компании.

 — Ничего непонятно, но очень интересно, — усмехаюсь я, поправляя длинную жемчужную нить возле зеркала. Константин встает позади меня, осматривая нас в отражении.

 — Ничего интересного. Просто сборище ради показухи. Тебе очень дороги эти бусы? — его голос проседает, а взгляд загорается.

 — А что?

 — Позже узнаешь, — уклончиво отвечает и ведет меня внутрь.

 Ну что я могу сказать. Здесь дорого-богато, горки с шампанским, закуски, певица на сцене в блестящем платье сексуально обнимается с микрофоном и поет на испанском. Вокруг солидные мужчины и их дамы, одетые в деньги. Но атмосферно.

 Мы пьем шампанское, Константин периодически общается с мужчинами и представляет меня просто Натальей, все льстиво друг другу улыбаются. Женщины смотрят на меня заинтересованно. Кто-то язвительно, кто-то ревностно, кто-то с пренебрежением. Но я девочка большая, и меня это ни грамма не задевает. Я за спиной шикарного мужчины и возвращаю всем зеркальные взгляды. Даже забавно.

 Шампанское пьется приятно, а тарталетки с икрой великолепны. Константин иногда шутит, характеризуя того или иного персонажа. Я смеюсь, и мне уже не кажется, что здесь люди из высшего общества. Я знакомлюсь с супругой того самого Демина. Ирина оказывается приятной миловидной женщиной лет сорока пяти, которая искренне предлагает дружить, но задает мне неудобные вопросы. Например, когда ждать нашу свадьбу. Константин отшучивается фразой: «Хорошее дело браком не назовут». Все смеются, но немного растерянно. Меня это не напрягает, ибо замужем я была и мне там не понравилось.

 И вот когда вечер почти подходит к концу, буквально на выходе нас останавливает девушка лет тридцати. Шикарная девушка. Брюнетка с длинными ухоженными прямыми волосами, цепкими карими глазами и хорошей фигурой, которую подчеркивает ее до неприличия облегающее платье.

 — Уже уходишь? — с каким-то притворным сожалением произносит она, и скользит по мне взглядом. — Даже не поздороваешься со мной? — обижено надувает губы. — Я полагала, мы были достаточно близки.

 Смотри, какая дерзкая. Бывшая любовница?

 — Добрый вечер, Полина, и хорошего вечера, вынуждены попрощаться, — сдержано произносит Константин.

 — Даже не познакомишь нас? — снова выразительно меня осматривает.

 — Не вижу смысла, Полина, — уже более грубо отшивает он ее и ведет меня на выход.

 — А Полина у нас бывшая любовница, как я понимаю? — интересуюсь я, когда мы садимся в машину.

 — Я уже говорил, что ты умная женщина?

 — Говорили, Константин Леонидович, — отмахиваюсь я.

 — И чем же вам не угодила Полина? Молодая, стройная, ухоженная, красивая. И явно умеет принимать дорогие подарки не открывая рот.

 — Ты себя недооцениваешь, — вальяжно откидывается на сиденье.

 — Да нет, я как раз таки очень гармонично себя чувствую. Просто интересно. Наскучила?

 — Можно и так сказать.

 — А вы непостоянны?

 — Давай мы избежим сцен ревности. Тем более они не имеют почвы, — усмехается.

 — Да боже упаси, какая ревность? У нас же сделка, — отмахиваясь я.

 — Ты так часто мне об этом напоминаешь, что я начинаю думать, что тебя что-то не устраивает, — уже холодно выдыхает.

 И я ловлю себя на мысли, что он прав. Меня задевает «сделка». И это очень плохо. Надо пересмотреть свое видение этой ситуации.