Глава 11

— Добрый вечер!

Я пролетаю мимо консьержа и, не дожидаясь лифта, бегу на седьмой этаж с сумкой наперевес.

У мамы было множество вопросов по поводу того, почему я перестала ночевать дома и куда постепенно перевожу вещи, но я невозмутимо ответила, что уже взрослая девочка, не нуждаюсь в контроле и не обязана отчитываться. Эля сумела отвлечь и принять удар на себя.

То, что в квартире никого нет и я приехала первой — понимаю по абсолютной тишине, поэтому выдыхаю, снимаю обувь на пороге и направляюсь в душ. После поездки в душном такси без кондиционера хочется освежиться. Как бы там ни было, но я не могу оставаться здесь круглосуточно — нужно ездить в универ и помогать маме с уборкой и готовкой. Она хоть и хорохорится, но малейшие физические нагрузки не слишком благоприятно влияют на общее состояние. Именно поэтому маме пришлось уйти с работы, где требовалось весь день стоять на ногах.

Вытерев тело, я надеваю полупрозрачный комплект нижнего белья, купленный в дешевом масс-маркете. По виду его почти не отличить от тех, что продаются за баснословные деньги у именитых брендов, а Ратмиру думаю, будет всё равно. Не станет же он просить чеки в конце концов?

Уложив волосы мягкой волной, рассматриваю себя со всех сторон. Выгляжу идеально — как и полагается содержанке. Тело пахнет парфюмированным лосьоном, кожа сияет. Остались детали.

Я выдавливаю на ладонь маленькую таблетку, которая защищает от незапланированной беременности и запиваю её достаточным количеством воды. Принимать оральные контрацептивы нужно каждый день. И это моя забота, а не клиента. Чтобы не забыть, я ставлю будильник на одно и то же время. Дети — это прекрасно, но не от женатого мужчины и не сейчас. Я бы хотела родить ближе к тридцати, когда буду прочно стоять на ногах и ни от кого не зависеть, потому что у меня перед глазами есть пример того, как один залёт может перевернуть кувырком всю жизнь. И хотя мама ни разу не упрекнула меня в этом, не получается не думать о том, что было бы, если бы я не родилась?

Взглянув на часы — слегка раздражаюсь. Интересно, что Ратмир подразумевает под «скоро»? Уже прошло два с половиной часа, а его до сих пор нет. Позвонить ему я не имею возможности. Высказать претензии — тем более.

Кто я? Бесправная игрушка? Дорогая купленная блядь?

Последний нюанс, который я планировала сделать перед приходом Мира — воспользоваться лубрикантом, чтобы хоть немного облегчить себе участь. Это тоже моя забота. Раньше мне этого не требовалось — наш секс и без того был прекрасным и возбуждающим, но сейчас я осознаю, что замыкаюсь и боюсь очередной близости.

Нанеся специальный гель на кончик указательного пальца, отодвигаю стринги в сторону. Пытаюсь забыть всё плохое и представить, что Ратмир — мой мужчина. Я жду его дома после работы. Беззаботная, лёгкая и счастливая. Он возвращается, улыбается и глубоко целует. Вкусно пахнущий, доступный и тёплый. Сжимает крепко — до хруста костей, будто ни за что и никогда не отпустит. У нас впереди вечер и ночь, а ещё одна жизнь на двоих.

Я провожу пальцами между половых губ, содрогаясь от резкого нахлынувшего желания. Секс у меня был давно, поэтому такая реакция вполне закономерна, но доходить до пика самостоятельно я не хочу. Будет лучше, если распалённое состояние достанется Ратмиру. От него требуется всего лишь не жестить. Возможно, я даже кончу.

Стрелки часов показывают начало одиннадцатого, но телефон по-прежнему молчит, а в подъезде царит гробовая тишина. Состояние напряженное. Нервы натягиваются, как тетива.

Для чего было обещать? Чтобы проверить мою терпимость? Ответственность? Преданность?

Я выхожу на кухню и достаю из холодильника охлаждённое белое вино и выкладываю закуски на круглую деревянную доску: сыр, хамон, орешки и оливки. Можно было бы заморочиться и над ужином, но это лишнее. За ужином — домой. За сексом — ко мне. Всё честно.

Хотя маму это никогда не останавливало: даже если дядя Олег не притрагивался к еде, она каждый раз старалась, готовила и пыталась ему угодить, за что потом получала дорогие подарки и дополнительные деньги.

Это я действую интуитивно и наощупь. Она — чётко знала, как задобрить мужчину и добиться цели.

Приглушив свет в гостиной, зажигаю свечи. На улице темно. Из окна открывается завораживающий вид на город. Я подключаю телефон к аудиоколонкам и выбираю любимый саундтрек, под который плавно качаю бёдрами и пью вино, чтобы расслабиться.

Всё хорошо. Я имею возможность жить в стильной элитной квартире. Деньги на операцию вот-вот появятся. Не за горами получение диплома. Жизнь налаживается. Я позволяю себе вычеркнуть негативные моменты и насладиться прекрасным настоящим.

Не знаю, так действует на меня вино или что-то другое, но грудь распирает от будущих планов. Возможно, мне стоит стать чуть мягче, хитрее и ласковее, как мама, чтобы заслужить дополнительные баллы перед Ратмиром. Не стоит его жалеть. Важно извлекать из этих отношений собственную выгоду, включив на максимум циничность и меркантильность.

Я добавляю в бокал новую порцию вина и начинаю напевать знакомые мотивы. Голова слегка кружится, в венах вскипает кровь. Я смотрю на разноцветные огни за окном и двигаюсь в ритм музыки до тех пор, пока не слышу шорох за спиной.

Краска ударяет в лицо, когда я оборачиваюсь и вижу Ратмира. Коротко дёргаюсь от того, что меня застали врасплох, но тут же беру себя в руки и лучезарно улыбаюсь.

— Привет…

Мир снимает пиджак и бросает его на спинку дивана. Разминает ладонью шею, играет желваками. Мрачно за мной наблюдает. Его поза расслабленная, взгляд многозначительный. В нем столько всего плещется — агрессия, злость, жажда и нетерпение, что я тону и захлёбываюсь.

— Продолжай, — коротко произносит, забыв о приветствии.

Я вскидываю брови и непонимающе смотрю, подавив в себе желание сделать колкое замечание по поводу манер. Под кожей вспыхивают искры. Я одновременно боялась и ждала этой встречи. Вопреки всему.

— Что именно?

— Танцуй.

Я расправляю плечи и прибавляю звук на колонках, допивая вино до дна. Щёки горят. Сердце совершает кульбит и ускоренно стучит по рёбрам. Я покачиваю бёдрами и провожу руками по талии, ловя флешбэки и соблазняя.

— Соскучился?

— Подойди ближе.

Низкий хриплый голос прокатывается волной мурашек от макушки до пят. Каждый шаг дается с трудом, а каблуки будто намертво прилипают к полу. Я много размышляла о том, как лучше встретить Мира — одетой или голой? Решила, что второе рискованно, поэтому на мне короткое красное платье и босоножки на тонком ремешке.

Как только расстояние между нами сокращается, Ратмир идёт навстречу и, нависнув сверху, грубо стискивает мои скулы. Губы поджаты, глаза прищурены. От него веет силой и уверенностью. От, в отличии от меня, знает, что делает. Интересно, это первая измена жене или были ещё?

— Сколько ты выпила?

Мир смотрит с холодной сталью во взгляде. Его пальцы ожесточённо впиваются в кожу. Стоит почаще напоминать себе, что этот мужчина и тот пылкий горячий парень, которого я знала — разные люди, но я зачем-то прокручиваю в голове тот день, когда Ратмир впервые ласкал меня языком, чтобы сделать приятно.

— Два бокала. Или три.

Покачиваясь на каблуках, часто дышу. В ноздри проникает ненавязчивый аромат дорогого мужского парфюма, который будоражит рецепторы. Так пахнут мужчины, наделенные властью. Теперь я это знаю.

— Не люблю бухих девок, — слегка морщится Ратмир. — Их я могу снять в любом ночном клубе.

Стыд со всей дури хлещет по лицу. Я придумываю порядка сотни достойных ответов, но вслух приходится говорить другое:

— Не волнуйся — это никак не повлияет на наше с тобой времяпровождение.

Пальцы разжимаются. Я высоко вскидываю подбородок и, повинуясь порыву, провожу ладонью по ткани белой рубашки, ощупывая твёрдые мышцы и заряжаясь жаром мужского тела. Судя по всему, получается, потому что в животе неожиданно тепло колет.

— Очень надеюсь, — кивает Ратмир и разворачивается ко мне спиной: — Идем в спальню, Дарья.