Глава 40

Ян

Кира в понедельник появляется в офисе, чтобы забрать свои вещи. Их, может, и не так много, но коробка «съезжающего» все равно наберется. А еще девушка решает проставиться в связи с повышением, поэтому вечером нас ждет небольшой фуршет. Пока Кира ушла на разговор к теперь уже бывшей начальнице, наши коллеги атаковали меня.

— А тебе без нее не будет скучно?

— А как ты отпустил?

С этого вообще смеюсь, как будто кто-то может запретить человеку сменить работу или перейти на новую должность.

— А вы же останетесь вместе?

Я не знаю, что ответить. С одной стороны, не хочется врать, с другой — мне не нужно, чтобы на нее сейчас накинулись и начали трепать по поводу нашего расставания. В суете того вечера, когда я отвозил ее на новую квартиру, мы не успели обсудить момент, как вести себя в офисе.

Я отбиваюсь от назойливых вопросов, решаю подождать Киру на нашем любимом месте у кофейного автомата и сразу договориться, какую стратегию мы выберем на сегодняшний день.

За выходные в моей жизни ничего не изменилось. После расставания с Кирой я не побежал к Миллер. Если честно, я не готов скакать от одной к другой, да и все же я жду действия от нее. Нет, если будет совсем тишина, я как-нибудь обозначу свое присутствие, но сделать больше, чем уже сделал, просто не могу. Я предложил снова быть вместе. Пусть выбирает сама.

Все очень просто и сложно одновременно. Кира дала мне то, что я должен оценить как самое большое богатство, — свободу действий. Но легче мне не стало.

Пока я жду ее, успеваю сделать нам кофе. Кира появляется в отличном расположении духа, видимо, разговор был приятный.

— Латте тебе сделал, — протягиваю ей стаканчик.

— Да ты такой заботливый, — улыбается и забирает свой кофеек.

— Есть проблемка.

— И какая же?

— Наши коллеги спрашивают, а не расстались ли мы. Боюсь, если расскажем, вместо радостных проводов тебя на повышение нас ждет вечер сплетен.

— Я тоже так думаю. Блин, почему мы сразу не поняли, что так будет?

— Просто было не до того. Если хочешь, мы пока никому не скажем, а потом, когда ты будешь работать там, постепенно все будет понятно. Думаю, в этом ничего плохого нет, просто таким образом на тебя сейчас не свалятся лишние проблемы.

— Побыть твоей девушкой еще один вечер? Это заманчиво. Пожалуй, я соглашусь. Иначе придется всем рассказывать, что я бросила главного красавчика «Индекса», — она еще и смеется, но мне тоже почему-то весело.

Я не знаю, чего ей стоит такое легкое общение со мной, но держится она бодрячком. И в этот момент я понимаю, насколько сильно ей благодарен за все, что было между нами за эти месяцы. Да, я не смог ее полюбить и сделать своей навсегда, но мы прожили прекрасные мгновения. Нам было классно вместе, и это время можно вспоминать с трепетом и теплом. Ей больнее, чем мне, знаю. Пусть и расстались по ее инициативе, но причина-то была во мне. Но я безмерно счастлив, что встретил в «Индексе» ее. Для меня Кира навсегда останется прекрасной.

Именно поэтому я и предлагаю немного оттянуть момент признания нашего разрыва. Хочу поберечь ее и дать ей насладиться своим праздником — она заслужила это повышение и теперь имеет право отметить его. Впереди у нее новые цели и планы, и она обязательно всего достигнет. Это же Кирюха. Упертая и уверенная в себе.

Улыбаюсь ей, и мы вместе идем к остальным. Я помогаю ей собрать вещи, Кира раздаривает соседям по столу всякие милые безделушки на память, рассказывает, где лежат документы в ее ноуте тому, кто временно будет на подмене, пока будут искать нового сотрудника. Чуть позже мы переползаем к фуршету. Все резко заканчивают созвоны, переписку в чатиках и уверяют, что подбили все задачки. Еще бы, когда запахло едой и шампусиком в конце рабочего дня. Я на машине, поэтому с соком, конечно.

Кирюху хвалят, говорят, как сильно будут скучать, как будет сложно без нее, ведь она всегда столько всего знала и за секунду могла любому подсказать и дать совет. Хотя и отработала тут не десять лет. Как-то привыкли к ней все, да и я привык к ней как к своей лучшей коллеге. Но, думаю, для нас обоих так будет лучше.

Мы не переигрываем, не целуемся при всех и не обнимаемся, просто стоим рядом, немного соприкасаясь локтями. Изредка Кира что-то шепчет мне на ухо, и я смеюсь от ее комментариев. В этот вечер легко и хорошо, даже удивительно. Нам даже делают какие-то фотки, мы дурачимся всем нашим отделом на селфи, а утром Кира публикует все это на своей странице с милой речью с благодарностью к коллегам. И да, на фотке мы стали рядом. Это особенно подчеркивает то, что важного и интересного было здесь, пока мы работали вместе. Кира не удаляет меня из друзей и не сносит со страницы наши общие фотки — может, на память, а может, еще не готова. Но это абсолютно ее личное дело. Правда все равно одна: моя Кирюха ушла в новую жизнь. И я очень за нее рад.

Женя

Все просто, но как же сложно одновременно. Признаться в том, что ошиблась.

Разве я никогда этого не делала? Разве совсем не умею? Может, так и есть. Сложно сказать, не знаю. Всю свою жизнь я была уверена в том, что для себя выбираю самое лучшее, даже не сомневалась. Отец с детства учил, что надо вершить свою судьбу самому, и я впитала это как главный его урок. Именно поэтому как решила быть актрисой еще в подростковом возрасте, так и шла к своей цели.

Вбила в свою голову, что любое мое решение — оно неизменно правильное, и всю жизнь думаю, что так и есть.

Нет. Но принять это слишком сложно.

Все слова, что я не сказала, все чувства, что не подарила ему. Вся боль, что причинила, все счастливые дни, что отняла. Все те ночи, что мы могли провести в объятиях друг друга, а не чужих людей. Все дни, что могли начать вместе, а не в разных городах.

Груз вины за наше расставание давит на плечи, хотя я и понимаю, что теперь изменить ничего нельзя. В прошлом нельзя, а в будущем ведь еще можно…

Всего лишь сказать ему то, что уже давно пора.

Как там его жизнь? Чем он сейчас дышит? Как проводит свои вечера? Во сколько просыпается утром? Ведь за все то время, что мы сталкиваемся в Москве, я отгоняла от себя мысли о жизни Яна, но все равно думала о нем. Правда, мы были в разных мирах. Мы и сейчас еще в них, но души продолжают тянуться друг к другу даже в той ситуации, когда нам нельзя быть вместе. Он ведь еще с Кирой? Один поцелуй со мной, да и то поцелуй, которого не должно было быть. Если бы не стечение обстоятельств, билеты в один вагон и моя глупость, по которой я заснула на плече Самойленко. Но все это случилось, и поцелуй был. Хотела бы повторить? Да, но только при условии, что Ян будет снова со мной, а не с другой.

А имею ли право надеяться на это? Бывшая, которая бросила, предала чувства. И еще одно… Может, даже самое страшное. Я ведь не уверена, что смогу родить теперь. Ян пока не хочет детей, но ему нет и двадцати пяти. Пройдет пару-тройку лет, и все может измениться. Рано или поздно он подумает, что быть отцом — это важно и классно, а я не смогу стать матерью его детей. Вообще я теперь в сложной ситуации — любого мужчину, который хотел бы быть со мной, я оставляю без уверенности в продолжении рода. И это заведомо трудно.

Но я слишком забегаю вперед, хотя для начала нужен просто разговор с Яном.

Захожу на его страницу, где зависаю в последние дни. Фотографий не так много, изучать-то и нечего, а я сижу и смотрю, надеясь на чудо. Разглядываю его на каждой из фоток, сжимаю телефон крепче в руках, словно так могу дотронуться до самого Яна. Жду какого-то знака свыше, наверное, и вот решаюсь открыть страницу Киры. Если Ян скрывает личную жизнь, эта девушка не слишком стеснительная, Самойленко был засвечен на ее странице и раньше.

Она ушла из своего отдела в «Индексе» в другой, если верить верхнему посту. Трогательное письмо к коллегам с благодарностью за помощь и опыт, а также громкие слова о новых вершинах. Делает карьеру, молодец.

А на общей фотографии рядом с ней стоит мой Ян. Тот, который все еще нужен мне.

Тот, который все еще с ней.

Больно тебе, Жень? А чего ты хотела? Чтобы он расстался с девушкой из-за призрачных надежд на ваше счастье? Бросил ее, как бросила его когда-то ты?

Они рядом и, наверное, счастливы. А я обязательно извинюсь перед ним за все зло, что сделала, но не сейчас. Сейчас я для них лишь третий лишний.