Глава 9

Влада тяжело сглотнула, осознавая, что рот наполнился слюной. Только её вкус напоминал кровь, отдавая на кончике языка металлом.

Нашла ладонями опору, и сдвинулась на край кожаного дивана.

— Зачем? — глупый вопрос, учитывая их прошлые перепалки. Колючий ком непонимания и паники встал поперёк горла. Кровь с утроенной силой бросилась ей в лицо.

— Потому что я так хочу. — Руслан даже не шелохнулся. Лишь обвёл красивое личико, перепачканное страхом, снисходительным взглядом, и прошёлся языком по губам.

— Я не буду с тобой спать. — Зло шипит, раздувая изящные ноздри. Глухой мужской голос врезается в её мозг, подобно столкновению.

— Будешь. — Бескомпромиссно. Бросая это слово ей в лицо.

На, подавись…

Руслан чувствовал на своей коже её испепеляющий взгляд. Девушка готова была превратить его в прах. И ему это нравилось. Кончики пальцев пощипывало от предвкушения её кожи под ними.

— Иди к чёрту. — Произнесла, глядя ему в глаза. Где она взяла смелость, чтобы выплюнуть ему это в лицо ещё раз? Влада никогда не была девушкой робкого десятка, но с ним… страх сковывал девушку крепкими цепями, затягивал узел на шее, и перекрывал кислород. Однако… она это сказала. Снова.

Потому что не хочет потом винить себя за бесхребетность. За то, что побоялась ему противостоять.

Мужчина поджимает упрямый подбородок и захватывает нижнюю губу зубами. Его взгляд снова падает на её грудь. Задумался, будто переваривает её короткое пожелание.

— Либо ты это делаешь сама, либо я позову того, кто это сделает за тебя. — тихий голос. Знакомый и чужой одновременно. — исход один.

Как же ей сейчас хотелось проехаться по его красивому профилю. С такой силой, чтоб у него земля из-под ног ушла. Чтоб почти идеальные черты лица перекосило на миг.

Когда-нибудь. Обязательно. Она себе это позволит. Мысленно пообещала себе это, и соскользнула с дивана. Обида душила, заставляя давиться собственной яростью.

Сделала шаг назад, не сводя с него глаз. Больше всего выводила отъявленная издёвка в холодном взгляде. Сволочь.

— Если ты ищешь пути к отступлению… — отталкивается от кожаной обивки и поднимается следом за девушкой. — у тебя их нет. Ну же, Влада! — нетрепливый шаг в сторону брюнетки, и его пальцы оттягивают горловину водолазки, освобождая шею. Словно она его самого душила. — Я хочу взглянуть. Это не просьба.

— Стой! — выставляет руку вперёд, останавливая его. — Хорошо… хорошо. Я сделаю. — отступает, упираясь лопатками в книжный шкаф. — Я сниму. Но ты не тронешь меня. Иначе… честное слово…

— Я понял. — перебивает девушку и… смеётся? Смеётся во весть голос. Лёгкая хрипотца щекочет её собственное горло, оседая где-то в лёгких. — Понял. — успокаивается и складывает руки на крепкой груди. — Ты не устаёшь повторять одно и тоже? Я уже и сосчитать не могу, сколько раз ты обещала меня убить.

Девчонка дёргается в сторону, и хватает со стола статуэтку, но не успевает даже замахнуться, как Туз выбивает чугунную статуэтку из женских рук. Та летит вниз и глухо ударяется об ковёр. И хорошо, что не на ногу.

А потом ещё один неожиданный шаг и Руслан всем телом наваливается на брюнетку. Прижимает трепыхающееся тело к стеллажу, не давая вздохнуть, но вырывая из сладкого рта тихий протест.

— Только вот условия здесь диктуешь не ты, милая. — Руслану пиздец как хотелось стереть с её лица эту ярость, которой она пыталась его забросать, словно камнями. Слишком близко. Чувствовал, как её сердечко бьётся о его рёбра, и медленно сходил с ума. Просунул левую руку ей на спину. Точно… белья нет. Взглянуть? Боюсь, что этого будет чертовски мало, Влада.

Девушка переводит взгляд с его глаз на губы, с губ на выпирающий кадык, совсем рядом пульсирующая венка.

Его рука спускается по спине до пояса, подхватывает ткань и задирает её.

А Влада, словно опомнившись, закопошилась под его натиском. Закрутилась в грубых тисках, в попытке скинуть с себя его руки.

— Отойди! — толкает мужчину в грудь, когда его горячие пальцы обожгли её кожу на животе. — Не трогай меня! — только он не слушал. Рывком тянет пижамную футболку наверх, практически вытягивая из неё девушку. Путается в её густой копне волос, и чертыхается. Отбрасывает тряпку в сторону, а строптивая девчонка в этот момент успевает крутануться в его руках, выскальзывая из паучьей ловушки.

Туз перехватывает брюнетку за талию и, отрывая её ноги от пола, возвращает на место. Впечатывает её лицом в корочки книг, и снова налегает всем своим весом. Её обнажённая спина обжигает его кожу даже сквозь шерстяную водолазку. Девушка затихает только в тот момент, когда чувствует поясницей его возбуждение. Затихает, тяжело дыша… впиваясь пальчиками в книжные стеллажи.

— Дёрнешься, и у тебя будут неприятности. — наматывает шоколадные пряди на свой кулак и тянет на себя, вынуждая брюнетку задрать голову. Открыть доступ к шее. Руслан дышит так же тяжело, как и Влада. Склоняет голову к её плечу и втягивает запах её кожи. Чёрт. Осень. На мужском лице проскальзывает тень улыбки.

Её трясёт. В буквальном смысле трясёт. Но девушка сжала зубы, и проглотила все обидные слова, что жужжали на кончике её языка. Глаза зажмурила. Он опустил взгляд ей за плечо. Небольшая грудь упиралась в книги. Твёрдые обложки впивались в нежную кожу, пряча от его глаз соски цвета молочного шоколада. Почему-то мгновенно захотелось попробовать их на вкус. Лизнуть горошины, что так манили его в прошлый раз. Влажные, твёрдые. Он уверен, что они не хуже шоколада.

Просунул руку, скользя по плоскому животику и подбираясь пальцами к нежным округлостям. Пропустил мимо ушей её писк и рваный вдох. Потому что у самого в ушах только собственное сердцебиение.

Тянет чуть сильнее за волосы, и Влада изгибается ещё. Её ротик открывается, и с губ слетает еле различимое проклятье. Кажется, он услышал "Ублюдок".

Сбавляет натиск и отрывает свою грудь от её спины. Скользит ладонью выше и, наконец, обхватывает нежное полушарие ладонью. Большим пальцем задевает сосок и растирает бусину, заставляя ту затвердеть окончательно.

Влада зажмурилась ещё крепче. Так, что под веками заплясала рябь.

Одна мысль о том, что её ожидает, назойливым звоном виснет в её голове. Отскакивает от стенок черепа и замирает, выдавая ей образы, которых она видеть не хочет.

Его тяжелая рука снова спускается к талии. Обводит пальцами впадинку пупка. Медленно, тягуче. До стука зубов. Пробегаются вдоль резинки пижамных штанов, так же мучительно медленно. Издеваясь в очередной раз над её самообладанием. Туда… обратно. Слева — направо… вслушиваясь в её дыхание, которое, кажется, остановилось. Скользнул пальцами под резинку, натыкаясь на вторую… и мазнул губами по хрупкому плечу.

— Не надо… — с придыханием. Пошевелила ногами, переступая с одной на другую… — не надо. Я умоляю тебя…

***

Скинула с себя одежду, заходя в душ. Выкрутила воду так, что горячие струи ударили прямиком в лицо. Открыла рот, пытаясь отдышаться и, в принципе, начать дышать.

«Спишь сегодня со мной». Четыре слова, которые отбивали набатом в опухшей голове.

Подонок.

Зарычала, ударяя рукой по скользкой стене. И ещё раз. Ещё и ещё. Со всей своей девичьей силой. Представляя, что бьёт его лицо. Чувствуя жжение не только в ладони, но и всем теле.

Ненавижу.

Подходит ближе к стене и упирается в мокрую поверхность лбом. Облизала губы и, ощутив на них солоноватый вкус, всхлипнула во весь голос.

— Чтоб ты сдох. — просипела не своим голосом. Казалось, что она проглотила комок шерсти, и вот-вот он полезет из неё обратно. Отвратительно. Омерзительно.

— Непременно.

Влада в сотый раз вздрагивает, озираясь на мутное стекло душевой кабины, и судорожно глотая воздух.

Молчит, просверливая дырку в его размытом силуэте. Точнее — в голове. Но набирает в лёгкие как можно больше воздуха и тянется за гелем. Не сводя глаз с мужской фигуры, выдавливает зеленоватую гущу на ладонь и растирает её по своим плечам. Замирает в тот миг, когда он начинает двигаться. Не торопясь, приближается к кабинке и… отворачивается. Облокачивается спиной на стекло, и прячет руки в карманах штанов. Хоть и не чётко, но ей видно, что Руслан сменил одежду. Сейчас на мужчине белая футболка и тёмные, кажется, джинсы.

— Не спеши. — произносит, глядя в стену напротив. — Я тебя не тороплю.

Слабо верится.

Но брюнетка быстрыми движениями вспенивает на себе гель, и так же поспешно смывает. Волосы не трогает. Черт с ними.

Дрожащими руками выключает воду и…

А что дальше?

Зажала зубами нижнюю губу, стёрла с лица остатки слёз, что перемешались с проточной водой.

— А я уж, дурак, рассчитывал, что ты благодарна мне будешь… — в голосе прочитывалась явная насмешка. Даже в момент, когда там, в кабинете, его пальцы отпустили её волосы, а вторая рука выскользнула из пижамных штанов… она знала. Он просто ещё не наигрался. Он будет продолжать эту пытку до тех пор, пока это надо ЕМУ. — А ты опять за своё… сдох… — передразнивает.

«Спишь сегодня со мной». Это всё, о чем она может сейчас думать. Эти слова стальными шариками ударили Владе в спину, когда она выскакивала из кабинета под его пристальным взглядом. И до сих пор эти слова звучат внутри головы. Будто ей пообещали ночь кошмаров.

Вытянулась стрункой, когда брюнет, оттолкнувшись от стекла, развернулся к ней. Высоко подбородок подняла, а зубы сжала до противного скрежета. Дверца медленно отъезжала. А её пульс снова ускорялся.

Её взгляд лихорадочно метался по ванной комнате. Похолодевшие пальцы сжались в кулачки.

В руках Руслан держал мягкое полотенце… и любовался. Гордая. Дрожит вся от страха, словно осиновый листик, но голову не опускает. Ни разу. Маленький боец. Даже забавно.

Остывшие капли кривыми дорожками стекали по дрожащим спине и плечам. Казалось, что они оставляют ожоги на нежной коже. Как и его пальцы.

— Запомни, Влада, — подаёт ей полотенце, удерживая взгляд на припухших женских губах. — У каждого действия есть последствия… и противодействие. — хищно прищуривается. — Всё ещё хочешь убить меня? Хочешь ведь…

Он склоняет голову на бок, и суровое лицо искажает кривая ухмылка. Достаёт из-за пояса оружие и, крутанув его на пальце за спусковую скобу, протягивает брюнетке.

— Возьми… — не скрывая от неё ухмылку. — У тебя есть шанс. Единственный. Больше не дам.