32

Сучка. Гребаная сучка! Уже второй развела меня, как мальчишку, как доверчивого старикашку!

– Эй, не хлопай дверью! – ругается Кирилл, когда я сажусь в его тачку. – Воу-воу, полегче!

– Отвези меня на мойку.

Кирилл решает промолчать; и правильно. Уже и не знаю, когда именно все пошло наперекосяк и где та точка невозврата, но будь у меня волшебная возможность, я бы все исправил. Я бы все изменил!

Не посмотрел бы в её сторону или вообще не приперся бы в клуб в ту субботу. Уехал бы из города, отправился в поход и проветрил свои отмороженные мозги!

– А я и не знал, что Каролина в курсе…

– В курсе, – перебиваю я, бросив взгляд в окно.

– Мм. Чего бесишься?

– А мы можем ехать молча?

– Без проблем. Тогда будем слушать музыку.

Прибавляет громкость динамиков и сворачивает на объездную дорогу.

«Black Bacardi,

Танцы в моей кровати.

Не говори мне «Хватит!»

Снимай свое платье!»

– Она уже в печенках сидит! – не выдерживаю я. – Выключи её, пожалуйста!

– Надо же, тебе известно это волшебное слово.

Громко вздыхаю и пялюсь в окно. Кирилл переключает песню, но и эта не внушает спокойствия.

«Между нами тает лед.

Пусть теперь нас никто не найдет.

Мы промокнет под дождем.

И сегодня мы только вдвоем!»

– Ты издеваешься?!

– Да что ты так бесишься? Это просто песня!

– Мила эти сопли слушает почти каждый божий день в моей машине, пожалуйста, дай мне возможность хоть немного отдохнуть от этой белиберды!

– Ладно. Как тебе это? – с раздражением бросает Кирилл.

«Райзап, телки и гайзы!

Монотонно голову качают раста пацы.

Нам бы панцырь, от Фараонов

Прятать планы на плановый день.

Комнаты сужаются, становится все делать лень!»

– Спасибо, пойдет.

Кирилл фыркает.

– Она в бешенстве, да?

– Кто?

– Не тормози, Макс. Каролина твоя.

– Во-первых, она – не моя и закрыли тему. А, во-вторых, эта девчонка вот с такими тараканами в голове! Сучка хренова.

– Ух ты. И что же она такого вытворила, раз удостоена столь многообещающего звания? – хмыкает Кирилл, обгоняя красный седан. – Выговорись, станет дышать легче.

– Она с самого начала знала, кто я.

Проходит пара секунд и салон наполняет истеричный смех.

– Чего ржешь?

– А что мне еще делать? Ну ты и болван, Макс!

– Заткнись.

– Я сейчас сдохну просто. Так она, знала тебя с самого начала? Ты уверен?

– Не знаю, может и не с самой первой встречи, но потом поняла, что к чему.

– И тебя это бесит?

– Да, черт возьми, меня это бесит!

Кирилл внимательно смотрит на меня, потом сворачивает на перекрестке налево и заезжает на заправочную станцию.

– Что-то здесь не так, – говорит он, вытягивая из бумажника две бумажные купюры. – Почему ты сразу не сказал, что тебя зовут Максим?

Поворачиваю к нему голову и неопределенно пожимаю плечами.

– Не хотел, чтобы она узнала тебя?

– Наверное.

– А почему?

– Потому что мне и так достаточно, что какая-то блогерша в очках знает мое имя и снимает дурацкие видео про наш клуб!

– А-а. Ну да, ну да… Каролина не выглядела расстроенной и даже смущенной. Скорее, это я краской залился, когда она сказала, что все знает.

– Когда ты говорил с ней? – тут же спрашиваю я, смерив его взглядом.

– Бог мой, чего ты такой дерганый то? Ты пошел за светильниками, она и сказала! И кажется, ей было все равно. Кстати, а ты то хоть был в прошлую субботу в клубе?

– Нет, – задумчиво отвечаю я.

Кирилл хмыкает и открывает свою дверь.

– Данил был?

– Не-а. У него любовь-морковь.

– А ты?

Кирилл выходит из машины и прежде, чем закрыть дверцу, оборачивается.

– …Нет. Я занят был. А где ты шатался?

– Да так. Тоже занят.

Занимался сексом с Каролиной, вот что!

– Ничего себе! Кажется, мы впервые пропустили вечеринку… Ладно, я пошел. А, погоди! Я не понял… Так, почему Каролина – «хренова сучка»?

Потому что я вновь хочу её. Потому что она может совершенно ничего не делать, даже не говорить, не вертеть передо мной своей задницей, а я все равно буду хотеть её.

Только её.

– Потеряла светильники, которые нужно обменять. Теперь хрен его знает, где их в том бардаке искать.

* * *

Сегодня Каролина молчаливая и слишком задумчивая. Как пасмурное небо в октябре. Часто проводит рукой по волосам, тихонько вздыхает и может уткнуться в одну точку на несколько минут. Нет, мне как бы все равно, что там в её многообразной жизни творится, честное слово! У меня своих забот хватает. Через пять дней Мила станет совершеннолетней девушкой и познакомит нас со своим кавалером, с которым у меня будет тяжелый первый и последний разговор, потому что больше этот тюфяк в её жизни не появится. А еще я изо всех сил стараюсь удалить из своей «Корзины» всяческие мысли о девушке, что сидит напротив меня и как-то неподвижно пялится в каталоги с вариантами фресок. Проблемы? – Еще какие!

– Господи боже, может, хватит уже?! – тянет Кирилл, разминая спину. – Честное слово, я больше в жизни никуда с вами не поеду! С тобой, – кивает он мне, – в частности. Мы с Данилом хотя бы откладываем то, что понравится, а ты сидишь как бесполезное создание! Даня, определись уже, что именно из этих одиннадцати вариантов будет красоваться на стене! Я уже не могу. Проголодался, как слон! Голова вообще не варит.

– Каролина, а что ты посоветуешь? – интересуется Данил, повернув к ней голову. – Эй, с тобой все хорошо? Ты не заболела?

– Мм… Я выйду на минутку, хорошо? – слабо улыбается она, взглянув на него. – Все в порядке, просто голова болит. Выбирайте то, на что не устали бы смотреть изо дня в день.

Она покидает большой круглый стол и скрывается за двумя декоративными колоннами. Салон по изготовлению фресок уж слишком пестрит золотым цветом и каким-то фальшивым греческим мотивом.

– Что-то случилось? – спрашивает меня Данил, подняв бровь.

– Ты наезжаешь на меня что ли?

– Я спрашиваю, – хмуро говорит он. – Ты обидел её?

– Пф-ф! Откуда мне знать, что с ней, и с чего ты взял, что я в этом виноват? Мы с ней вообще не общаемся, практически.

– Так иди узнай.

– Пошел ты! Тебе надо иди и сам узнавай.

– Я сам пойду и узнаю, что с твоей Каролиной случилось! – бросает Кирилл и поспешно выходит из зала. – Дети, ей-богу!

– Что происходит?

– Мы уже битый час выбираем долбаную фреску! – отвечаю я, смерив друга раздражительным взглядом. – Что?

– Ничего, – пожимает Даня плечами. – Может, бревно все же мешает моргать?

Не выдерживаю и поднимаюсь с места. По пути к выходу, надеваю парку и толкаю белую дверь, что в самом низу заметно облупилась и почернела от грязи.

Меня встречает легкий смех Каролины и улыбчивая физиономия друга, что буквально любуется ею.

– Спасибо, Кирилл, – благодарит она, по-дружески похлопав его по предплечью. – Ты прав, что-нибудь придумаю.

Заметив меня, выражение его лица молниеносно меняется. Тут и неожиданность, и ступор, и ужас – все в куче.

– Уезжаешь? – спрашивает он, засунув руки в карманы джинсов. – Уже выбрали что-то?

Перевожу глаза на Каролину, что тут же уводит погрустневший взгляд в сторону. Какого черта, меня бесит, что Кирилл в курсе её проблем, а не я?!

– Тебя Данил зовет, – вру я, кивнув на дверь. – Срочно.

– А-а. Понял. Ладно, пошел…

Когда дверь за ним закрывается, я подхожу еще ближе к девушке, чей запах готов вдыхать день за днем, и спокойно спрашиваю:

– Что случилось?

Она поднимает на меня большие глаза и шмыгает носом:

– Ничего.

– Ты заболела?

– Нет.

Склоняю на бок голову:

– Эй, – заглядываю я в её погрустневшее личико, – у тебя какая-то проблема?

Каролина набирает ртом воздух, смотрит куда-то вниз, потом нерешительно глядит на меня и нежно улыбается:

– Будет очень странно, если я стану обсуждать это с тобой.

– А что со мной не так? – вдруг улыбаюсь я. Боги, эта девушка даже не представляет, насколько она прекрасна.

– Ну, мы с тобой вроде как не дружим, так что…

– Что было, то было. Давай, просто забудем, ладно?

– Точно? Мне ведь…очень стыдно, Макс… – запинаясь, говорит она.

– Эй, – зову я, коснувшись пальцами её подбородка. – Все в порядке. Ты можешь расчитывать на меня.

Её глаза по-прежнему опущены, но она улыбается. Нежно, по-доброму. У меня внутри все переворачивается, когда я смотрю на эти воздушные зефирки.

– Мне тут приглашение поступило…

Мимо нас проходит парень, и Каролина тут же замолкает. Оборачивается, глядит на него так, словно боится, что он может услышать её.

– Не против поговорить в курилке? – спрашивает она, кивнув на серую дверь. – Там редко кто бывает.

– А ты не против, если я закурю?

Пожимает плечами и улыбается:

– Нисколько.

Отлично, кажется, мы находим общий язык. Пропускаю её в небольшую комнатку с матовым окном и серо-зелеными стенами, что значительно уменьшают пространство. В углу небольшой черный столик, на котором умещается разве что стеклянная пепельница, а на полу декоративное деревце в золотом горшке. Достаю из кармана упаковку сигарет и зажигалку, закуриваю и выдыхаю дым в приоткрытое окно.

– Рассказывай, – с улыбкой говорю я Каролине. Её щеки вдруг вспыхивают, она опускает взгляд и с милейшим смятением накручивает прядь волос на палец. – Эй? Ты чего?

Делаю к ней шаг, держа сигарету в стороне и вновь касаюсь пальцами её остренького подбородка, вынуждая взглянуть на меня.

– Что такое?

– Мне неловко говорить об этом с тобой.

– Я думал, мы все выяснили пару минут назад. Куда тебя пригласили?

– На… День рождения.

– Это же здорово. Веселье и танцы, – хмыкаю я, не в силах увести в сторону взгляд. Она так пылко глядит на меня, что сердце вдребезги разносит грудную клетку. – Тебе не с кем пойти или не знаешь, что подарить?

Улыбка. Господи боже, до чего же у нее фантастическая улыбка.

– И это тоже.

– Тогда, что еще?

Подношу к губам сигарету, затягиваюсь и вижу, как внимательно наблюдает за моими действиями Каролина. Её ротик приоткрывается, грудь вздымается, а глазки подергиваются поволокой.

– Я не дам тебе сигарету, – улыбаюсь я и выдыхаю дым.

Взгляд по-девичьи убегает в сторону.

– Я и не хотела.

– А почему так смотришь на нее, словно хочешь?

– Почему ты решил, что именно её я… – Она резко замолкает и прочищает горло. – Ладно… Мм… Я пойду, пожалуй. Спасибо, что выслушал.

Она обходит меня, намереваясь покинуть курилку, но я хватаю её за руку, вынуждая остановиться. Я не хочу, чтобы она уходила. Не сейчас.

Каролина неуверенно оборачивается и напряженно гладит на наши сцепленные руки, потом медленно поднимает глаза на меня и тихонько набирает ртом воздух. Притягиваю её к себе, не в силах оторвать взгляд от нежных и таких манящих губ. Снова затягиваюсь сигаретой, наблюдая, как завороженно следят за моими действиями сверкающие глазки, а потом осторожно наклоняюсь к ней и медленно, порция за порцией, кольцо за кольцом, выдыхаю дым в её сладкие губы.

Не могу побороть в себе это страстное желание поцеловать её. Не могу не перестать представлять себя рядом с ней, с жарким податливым телом, чувствовать мягкие ручки на своей спине. Не могу.

Не могу.

Накрываю её губы своими так осторожно и нежно, как делал это впервые. Она так похожа сейчас на ту неуверенную в себе Каролину, что я встретил в клубе… Пылкая и настороженная, нежная и слабая. По телу разносятся миллионы разрядов тока, когда Каролина прерывает наш поцелуй, соблазнительно облизывает губы и вновь дарит мне медовую сладость своего языка.

Её руки обхватывают мою шею, впиваются в кожу головы. Страсть дурманит разум, оседает в груди; я взлетаю вместе с ней и лечу в пропасть. И черт возьми, мне это нравится. Я каскадер рядом с ней. Могу броситься в огонь, нырнуть на такую глубину, что давление запросто расщепит меня на невидимые частицы – я все могу! Но только, рядом с ней.

Касаюсь пальцами её нежного лица. Провожу кривую линию от виска к шее, вдыхаю волнующий запах нежности и ласки. Упираюсь лбом о её лоб.

– Опять, – шепчу я, смеясь над собой. – Не удержался.

Её рука осторожно берет мою, в которой я по-прежнему держу сигарету.

– Извини.

– Ты… – хмыкаю, – меня с ума сводишь. Твой запах, твои губы… Взгляд.

Каролина поднимает голову и внимательно смотрит на меня. Согласен, слышать эти глупые обрывки, что вылетают из моего рта, не музыку слушать.

– То есть, мне и делать ничего не нужно? – спрашивает она, изогнув бровь.

– Ты о чем?

Она не улыбается, скорее посмеивается надо мной.

– Ну, то есть, чтобы соблазнить тебя, мне вовсе не нужно расстегивать пуговички на рубашке и бросать наживку, чтобы ты клюнул и обратил на меня внимание?

Честное слово, у меня сейчас уши отпадут от ледяного ветра, что дует хрен пойми откуда.

– Ты что, снова играла?

– Браво, да? – ухмыляется она, подмигнув мне. – Кстати, то, что ты проделал с сигаретным дымом – мм, как сексуально. Горячо и эротично.

– Сучка.

– Приму за комплимент.

Хватаю её лицо рукой и приближаюсь настолько, что наши носы касаются друг друга.

– Не смей больше попадаться мне на глаза, поняла?! Иначе ты доиграешься.

– Я собрала еще один элемент, Макс. Скоро дойдем до финиша моей игры. Так что, готовься.

Резко отпускаю руку, бросаю сигарету мимо пепельницы и вылетаю на улицу. Меня еще в жизни так не дурачили и не унижали. Особенно, когда я мало-мальски признался, что девушка нравится мне. Что я, черт возьми, схожу по ней с ума!

Идиотка. Долбаная идиотка!