ГЛАВА 25

С небес на землю и обратно

Конечно, не на метле, а на машине, но Ритка улетела. Хорошо, когда есть сестра, близкий человек, а у Сашки ни брата, ни сестры… Хотя и тут не совсем так, сёстры у сына есть – дочери Геры, только вряд ли они общаться станут. Жалко, что второго ребёнка у меня нет, не сложилось, да и не потянула бы я второго… Сейчас работа и у меня, и у Риты, а в тот момент тяжело было, вот и не рискнула, да и мужчины, которого видела бы отцом, рядом не было. Когда с Герой встречалась, мечтала о трёх сыновьях, что пойдут по стопам отца, да видно не судьба. У Сашки Верочка, конечно, есть и может всё сложится крепко-накрепко, тогда они мне внуков подарят. Исполнится мечта через поколение, и так бывает…

Что-то я неспроста о детях задумалась. Месячных нет, а я на желудок всё списываю. Похоже, что Гера опять роль аиста в моей жизни сыграл и улетел… Ни сегодня-завтра бабушкой стану, и на тебе подарочек. Это пока догадки, но к врачу сходить не помешает или хоть тест на беременность купить для начала.

Вот тебе, бабушка, и Юрьев день! Две полоски! И никаких вариантов – проверяй, перепроверяй, а результат один – беременная. Что ж за встреча у нас с Герой получилась. Смех, да и только. Об одном сыне он знает, а о втором когда выяснится? Не иначе как, когда и он, как Сашка, в институт поступит, потому что от аиста никаких известий. Да, Журавлёва, залетела! Как своим сообщить? Нет, то, что рожать буду, это у меня никаких сомнений не вызывает. Глядишь, ещё раз встретимся, и мечта о трёх сыновьях станет явью.

Хожу как сомнамбула после теста. Теперь понятны и проблемы с желудком, и сонливость, и реакция на запахи, и какая-то нервозность. Кого первым радовать? Или семейный совет собрать, чтобы новость разом всем сообщить?

Звонок в дверь. Ритка что ли почувствовала? Она иногда меня поражает своим чутьём – я только подумала, а она на пороге.

- Добрый день, Вы – Римма? – незнакомая дама внимательно в меня вглядывается.

- Да.

- Если позволите, то я к Вам, - замялась на пороге, будто сомневается, что её пустят, или от какой-то внутренней неуверенности.

- Отчего же не позволю, проходите! Мы с Вами знакомы? – как можно доброжелательнее произнесла я. Кто знает, вдруг у человека что-то случилось, ведь не просто так она позвонила именно в мою дверь. Нет, она искала именно меня и шла целенаправленно, но почему-то в последний момент передумала бы, если бы я успела открыть дверь.

- Вы так смело пускаете незнакомых людей? – удивилась гостья.

- А Вас стоит бояться? Бойтесь данайцев дары приносящих…

- Н-нет, наверное, нет, - нервно произнесла и наконец-то решилась шагнуть через порог.

- Я так понимаю, что у Вас ко мне какой-то вопрос? Тогда лучше под кофе, не возражаете? Или чай? – попыталась я первой разбить лёд, - Снимайте шубку и проходите в кухню, здесь у нас что-то типа исповедальни.

Незнакомка осторожно вошла в прихожую. Я, честно, сама себе удивилась, когда постороннюю женщину пустила в квартиру. Ну, уже пустила, не набрасываться же на неё, выгоняя. Вот это была бы сцена – живенько представила я.

- Так чай, кофе?

- Спасибо.

- Спасибо чай или спасибо кофе, - похоже, я смутила даму ещё больше. На вид мы с ней ровесницы, но явно не одноклассницы: во-первых, она была не уверена, что я – искомая Римма, во-вторых, своих я всех помню, хотя некоторых и рада была бы забыть, - На улице не лето красное, поэтому согреться Вам не помешает, а я компанию составлю. Вас как зовут?

- Простите, я не представилась сразу. Юля…

- Вот и замечательно, Юля...

- Римма, у меня к Вам разговор, но не знаю с чего начать…

- Начните с чая, а там всё само сложится. Хотите варенье, мёд, конфеты… А, - вспомнила я, - есть ещё пирожные, сын вчера купил, так что свежие.

Пока нежданная гостья думала, на что ей согласиться, собиралась с мыслями, видно, разговор она ни раз про себя репетировала, но мой приём сбил её с панталыку, я её осторожно разглядывала. Ну, возраста мы, действительно примерно одного, комплекция средняя – ни худая, ни толстая, глаза грустные, накрашены чуть больше, чем принято в это время суток. Я и сама это использую, когда трудный разговор и разреветься нельзя. Так, значит, разговор предстоит трудный, по крайней мере, для неё. Судя по одежде, приехала на машине: шубка автоледи, следовательно, за рулём. А Юля меня тоже изучает – сделала я про себя открытие.

- Юля, может нам перейти на «ты», не думаю, что у нас большая разница в возрасте, а Вам, возможно, будет проще…

- Римма, мне о Вас, о тебе, - поправилась Юля, - рассказала мама Геры. Вы с ним встречались, а потом…

- А потом он исчез, - помогла я, - поправьте, поправь меня, если я не права – ты жена Геры.

- Как ты догадалась, - удивилась собеседница.

- Это не так сложно: во-первых, мама Геры обо мне могла рассказать только его жене, во-вторых, я примерно такой себе тебя и представляла.

- Я представляла тебя иначе, - призналась Юля.

- Наверное, этакой хищницей, которая строила планы, как захомутать бедного парня, – рассмеялась я, только смех получился какой-то горьковатый, - Я догадывалась, что не вписывалась в карьерное будущее её сына. Но что об этом теперь говорить?

- Я, наверное, больше соответствовала по статусу своих родителей…

- Я как-то в этом и не сомневаюсь.

- Римма, можно я договорю. Нет, ты не подумай, - совсем стушевалась жена Геры, - что я… Просто, я собьюсь, - шёпотом закончила гостья, потом, помолчав, продолжила, - Мы поженились и жили-то, в общем, нормально, родились две дочери. Они уже взрослые. Я не знаю, зачем я пришла и зачем всё это говорю, но Гера сильно изменился. Нет, проблемы начались не сегодня и не вчера… Я в Москву всего на несколько дней. Он меня, наверное, не любил, то есть любил, но не так как мечтает каждая женщина. Мне сейчас кажется, что я только ступенькой была в его жизни. Гера достиг того, чего хотел, ступенька стала не нужна… Девочки выросли, учатся за границей в престижных университетах. Я с ними живу там, Гера здесь. И работа у него здесь… Чужими мы, похоже, стали… Вот мама Геры и сказала, что у тебя от него сын – она фото видела с какого-то праздника. Римма, это сын Геры?

- Да, но не переживай. Это было, как я понимаю, до вашей свадьбы.

- Странно, ты меня утешаешь…

- Юль, а ты чего ожидала? Что мы друг на друге волосы рвать начнём?

- Ты так и не вышла замуж?

- Это к делу не относится.

- Значит, любила и любишь до сих пор, - заключила Юля.

- Любить или не любить я вольна кого угодно, ты жена Геры! Ты хочешь от меня чего-то конкретного?

- Тебе покажется это странным…

- Наша встреча – уже, как минимум, странная, но я тебя слушаю.

- Мы с Герой намерены развестись, оба понимаем, что наш брак изжил себя. Я не жалуюсь, но такой итог, совсем не утешительный. С точки зрения раздела имущества у нас разногласий нет, поэтому, надеюсь, что мы разойдёмся без выяснений отношений, как цивилизованные люди.

- Юля, прошу прощения, что перебиваю, но я не понимаю, при чём здесь я. Это ваша семья, ваши решения.

- Римма, если можно, то ещё немного терпения. Мои родители, которые когда-то считали, что Гера неплохая для меня партия, скажем так, слегка разочарованы нынешними нашими отношениями. Охлаждение папы никак не скажется на работе Геры, это я сделаю, хотя бы ради моих дочерей, папа же без ума от внучек. Кроме того, я намерена реализовать и свои карьерные интересы, слишком долго я была в тени мужа. Папа готов вложить в мои планы значительные средства, плюс то, что останется у меня после развода. Мама Геры даже не представляет, что своим разговором только подтолкнула меня к этому решению

Юля говорила и говорила о своих планах, и в них не было места мужу, пока ещё мужу. В её словах, как она не старалась это скрыть, звучала обида, давняя, заскорузлая и примитивная, которою она вынашивала долгие годы. А мне показалось вначале, что она-то Геру любила. Брак оказался по расчёту, но кто-то ошибся в них. Если и было зарождающееся чувство, то сменили его взаимное недоверие и желание не оказаться в числе проигравших. Мне этого не понять – я по расчёту замуж не выходила, тем более не женилась. Я слушала Юлю и замечала изменения, что буквально с каждым словом происходили с ней. Из миловидной женщины она превращалась вначале в оскорблённую жену, потом мстительную и злобную фурию, которая уже и не пыталась скрыть ту бурю эмоций, что поглощала её. Странно, но мне было жаль жену Геры Юлю.

- Я знаю, - между тем продолжала Юлия, окрылённая моим вниманием и молчанием, - что Гера встречался с тобой и не один раз. Не думаю, что вы семейные альбомы рассматривали , - лицо исказила презрительная гримаса, - Если ты выступишь на бракоразводном процессе в мою пользу, то получишь кругленькую сумму, а от Геры не убудет. За всё надо платить.

- Да, за всё! Только я не продаюсь и не продаю. Вы, Юлия, ошиблись адресом. Я хотела, чтобы Вы покинули мой дом, - я встала, внутри меня всё клокотало от брезгливости, - Может Гера использовал Вас, но Вы-то с этим соглашались до тех пор, пока это не стало мешать Вашим изменившимся приоритетам. Теперь Вы хотите отплатить ему той же монетой. Это ваша с ним проблема, я в этом участвовать не собираюсь.

- Богата настолько, что деньги не нужны? – усмехнулась Юлия.

- Денег, может, у меня и не так много, но могу одолжить на бедность… души! Вначале Вашего рассказа мне хотелось Вам посочувствовать, а теперь я считаю оскорблением само присутствие Вас в моём доме.

- Правильно мать Геры говорила, что ты плебейка, - попыталась нанести удар по моему самолюбию Юлия, но он не достиг цели.

- Лучше плебейка, чем неудовлетворённая сучка! Ты продала себя или позволила продать по сходной цене, а теперь при выходе в тираж решила, что можешь ещё наварить. Я не оправдываю Геру – он получает то, что выбрал однажды сам. Но моими руками тебе его уничтожить не удастся. Уходи, - я и не заметила, как опять перешла на «ты». Противно и предсказуемо.

Неожиданно в Юле произошли перемены: плечи устало опустились, и передо мной предстала новая героиня абсурдной пьесы, что разыгрывалась в стенах моей кухни.

- Будем считать, что с этой частью разговора мы покончили, - с некоторым облегчением произнесла Юлия. Вот актриса! – На деньги ты не повелась. Значит, продолжим.

- Я предпочитаю закончить, - выразительно, указывая на дверь, раздражённо сказала я.

- Ну, извини. Должна же я понять в какие руки отдаю пусть и бывшего, но мужа, с которым всё-таки ни один год прожила. Девчонки наши выросли – не сегодня-завтра выйдут замуж, а что останется мне – муж, который живёт со мной по привычке, из боязни что-либо менять. Я ещё хочу быть счастливой, чтобы меня любили, а не возможности моих родителей. В том, что я тебе сказала, есть немного правды, но и ты не промах, сообразила, что к чему. Не знаю, любил ли Гера тебя тогда, честно, не знаю. Иногда появляется ощущение, что он, как телок на верёвочке – привязали к колышку, он и ходит по кругу. А после вечера выпускников его как подменили – эмоции появились. Представляешь, ходил человек с ледышкой в сердце, как в сказке, и вдруг глаза раскрылись, вода в кровь превратилась.

- Юля, это, конечно, весьма занимательная история, но ко мне она не имеет никакого отношения. Я это и Гере говорила…

- Знаю, мы с ним давно живём как друзья. Я ему свои тайны поверяю, он мне свои – больше некому, родители этого не поймут. Пойми, я хочу, чтобы и он был счастлив.

- Бред! Полный бред: и этот приход, и этот разговор. Готовый диагноз для психиатра!

- Права, конечно, - вдруг легко по-девичьи заливисто рассмеялась Юля, - никогда не умела врать, не стоило и начинать! По правде говоря, мы мирно разошлись, потому что у каждого свои интересы. А ты мне понравилась, дураком будет Герка, если опять тебя проморгает. Я послезавтра улетаю, но на вашу свадьбу приеду обязательно, если позовёте, конечно… Если получится, то мы могли бы дружить. Разве плохо: у твоего сына появятся сёстры, а моих красоток – брат!

Как легко менялась Юля, в ней пропал дар великой актрисы. Сейчас я уже не знала, как я к ней отношусь – совсем голову мне заморочила! И так туго соображаю из-за навалившихся проблем, а тут и вовсе мозги кипят и плавятся.

- Юля, а в какой момент ты настоящая, – вырвалось у меня, - Когда изображаешь жертву или стерву?

- Я настоящей-то ещё и не была. Скажу тебе по секрету, Герка не такой лёгкий человек для жизни – ему нужно, чтобы всё и вся крутилось вокруг него любимого. Хотя это вполне объяснимо: единственный ребёнок, трудности родителей, которым не легко всё самим в жизни давалось, а, значит, сыну самое лучшее и, в первую очередь, потом удобная женитьба на мне с приданным в виде связей. Всё как по рельсам, смазанным маслом или салом, не знаю, чем их там смазывают. Вроде и институт не гражданский, а тягот армейской службы он на себе не ощутил, так физической нагрузки побольше, в остальном же ничего сверхъестественного. Может под твоим чутким руководством, не смейся, потому, как без оного он не приучен, Герка и почувствует вкус жизни, распробует её. Можно я тебе свои координаты оставлю, ты звони, пиши, если захочешь. Твои я знаю, разрешишь, буду ими активно пользоваться. Мне пора, а то засиделась у тебя, как ты говоришь, в исповедальне. Хорошая мысль! Не возражаешь, если плагиатом займусь и у себя такой же уголок для разговоров по душам заведу?- спросила Юлька, направляясь в прихожую, - А знаешь, мы с тобой похожи, я это вдруг ясно поняла, только ты сильнее меня… Жалко, что я тебя раньше не знала, хотя звучит это, наверное, глупо. Не думаю, что тебе всё легко давалось, но есть в тебе какой-то стержень что ли, внутренняя уверенность и мудрость житейская. Я с тобой поговорила, извини, что с перебором, но не известно, кому эта встреча нужнее была, у меня как второе дыхание открылось – я тоже смогу изменить жизнь так, как я хочу. Девчонок бы ещё этому научить не помешало…

Уже в дверях Юлька неожиданно обняла меня и по-родственному чмокнула в щёку.

- Удачи тебе, Римка! Мы с тобой теперь родственницы по Герке, считай сёстры по несчастью… Шучу, но от такой сестрёнки бы не отказалась, я ведь тоже единственный ребёнок в семье со всеми вытекающими…

Я закрыла дверь и прислонилась к ней. И что это было? Я так понимаю визиты родственников Геры и его собственной персоны ещё впереди.