Глава сорок пятая

Глава сорок пятая

Наш разговор прерывает появление сразу двух лекарок, которые сначала смотрят на побитого Рэна, а потом - на растекшуюся по стулу Рору, и то, как эти двое смотрят друг на друга. Хорошо, что сцена достаточно впечатляющая и мне удается ускользнуть почти незамеченной - даже не представляю, какое оправдание можно придумать тому, почему одна смертная решила попробовать на крепость череп отпрыска - и будущего наследника! - одного из родов Старшей крови.

Оказавшись в коридоре, в нескольких метрах от двери, я опасливо озираюсь по сторонам. Тихо. Никого. Но в аптекарском саду тоже не было ни души, и я совершенно не слышала шагов Рэна, хотя все это время он, кажется, успешно за мной крался.

Прижав сумку к боку, быстро, на полусогнутых как лиса, бегу до лестницы, а оттуда - вниз, до конюшен. Потом - через длинный двор, слушая стенания нерадивых студентов на дисциплинарных отработках, в сторону главной башни. Длинный запутанный путь, но я впервые использую самые людные места, потому что так же впервые чувствую неприятную панику - в последние дни вокруг меня происходит слишком много чертовщины, которую я абсолютно никак не могу объяснить. Надеюсь, наша с Кайлером вылазка в башню и то, что м там найдем, хоть немного приоткроет завесу тайны надо всем произошедшим.

Когда подхожу к двери его (временно - моей) комнаты, рядом топчется лакей с запиской. Снова тот же фокус, когда буквы проступают на пергаменте только после того, как я прикасаюсь к нему пальцами. Кайлер просит быть готовой к шести и позаботиться обо всем необходимом. Речь, конечно, идет о нашей вылазке, но что бы могло значить это многозначительное «необходимое»? Меч? Удавка? Или парочка бутербродов с окороком и сыром?

Когда захожу внутрь, то на кровати лежит еще один «подарок» - кожаная куртка и удобные кожаные штаны на шнуровке. А рядом - пара ботинок на устойчивой подошве. Я быстро переодеваюсь во все это и не без удовольствия разглядываю себя в зеркале, потому что все это сидит на мне абсолютно идеально, как будто не взялось из воздуха. А было сшито педантичной портнихой после сотен примерок и подгонок. И почему мир так не справедлив и женщины вынуждены носить ужасные неудобные мешки, называемые платьями, вместо того, чтобы наслаждаться удобными штанами, как мужчины? От одной мысли о том, как в этом удобно сидеть в седле, в груди становится тепло.

Я собираю волосы в максимально тугой узел на затылке, в карманы на куртке сую парочку склянок с целебными зельями, которые потихоньку стащила из лекарской. Все, что стащила из аптекарского сада, раскладываю по боковым кармашкам, чтобы тоже, в случае чего, было под рукой. Не невесть что, что как минимум я смогу устроить веселенький прием любому желающему сделать во мне парочку лишних дырок.

На всякий случай беру пергамент и чернильницу. Хвала Взошедшим, у Кайлера она из выточена из камня (хоть и весьма изящно), плотно закрывается и можно не переживать, что в следующий раз, когда я открою сумку, все мои вещи будут плавать в океане чернил, как однажды уже было.

Подумав, сую за отворот рукава маленький нож для бумаг. Я бы даже палец не смогла ним порезать при всем желании, но ведь мой «поклонник» этого не знает.

Кайлер появляется за пять минут до назначенного срока, и несколько мгновений молча рассматривает меня с ног до головы. Вид у него при этом такой, будто все это сидит на мне безобразно и нелепо. Я мысленно дергаю плечом - подумаешь, ну и пусть? Может он из той породы мужчин, для которых женщина всегда должна быть одета максимально неудобно, но обязательно в тугом корсете (в котором невозможно дышать) и с глубоким декольте.

— Тебе идет, - наконец, говорит он, хотя звучит это почти как оскорбление.

— Спасибо, - говорю для галочки и всем видом даю понять, что готова идти прямо сейчас.

— Я надеюсь, ты взяла веревку? - интересуется он, вежливым жестом предлагая мне пройти в дальнюю часть комнаты, пока он выбирает место в центре. - Пожалуйста, стой где стоишь и не делай резких движений. Я не так часто практикуюсь в этом, и рука может дрогнуть в самый неподходящий момент.

Неужели он собирается открыть… Врата?!

Это невозможно. Это Таум высшего порядка, такие вещи разрешены только императорским таумати и только они достаточно искусны в магии такого уровня, чтобы иметь право использовать ее без риска для окружающих. Но судя по движениям рук Кайлера и появившейся голубоватой дымке, через которую уже плохо просматривается вся комната, становится понятно, что именно это он и делает. Я готова поклясться перед Взошедшими, что он справился быстрее, чем императорский таумати в тот день, когда забирал меня из дома Брайна.

— У тебя нет никаких открытых ран или сильных ушибов? - почти официальным тоном интересуется Кай, и я отрицательно качаю головой. - И никаких взрывных рун или таумических смесей?

Он подозрительно поглядывает на мою сумку, которую я тут же покрепче прижимаю к боку.

— Ничего такого. Я знаю, как нужно пользоваться Вратами, и не готова подвергать свою жизнь риску.

— Похвально, хотя я был бы более спокоен, если бы рядом прозвучало и мое имя.

Я потихоньку пододвигаюсь к нему, чтобы встать рядом, но сохранить дистанцию. Кайлер в ответ на мои попытки держать дистанцию, уверенно берет меня за руку, притягивает к себе и разворачивает к себе лицом, словно собирается закружить в танце. Я даже пискнуть не успеваю, потому что он приподнимает меня над полом и буквально вносит в портал.

Плотная голубая дымка обволакивает нас и воздух вокруг начинает вибрировать, словно вот-вот начнется гроза. Я закрываю глаза и стараюсь не думать о покалывающих кончиках пальцев и о том, что непроизвольно все-таки прижимаюсь к нему в поисках безопасности. Как будто в этой непонятной вязкой субстанции его телу может грозить меньшая опасность, чем моему.

А потом все заканчивается, и когда я украдкой приоткрываю один глаз, вместо красивой уютной комнаты Кайлера, вокруг - острые обломки стен и плотная, плохо просматриваемая завеса пыли. Она мгновенно забивается в ноздри и Кайлер вежливо предлагает мне платок. Такое чувство, что он держал его наготове специально для этого случая. Может, потому что он уже был здесь без меня?

Я торопливо разрываю наш «физический контакт», пытаюсь отодвинуться, но едва не падаю, потому что вместо твердого пола, нога мгновенно «ныряет» в пустоту, и еси бы Кай вовремя не поймал меня под подмышку, я бы наверняка упала… куда-то.

— Я понимаю, что тебе не очень приятно мое общество, - бормочет он, хмуро озираясь вокруг в поисках более устойчивой поверхности, - но ради своей же безопасности - постарайся держаться рядом. Надеюсь, мы не задержимся здесь надолго. Точнее даже, очень на этом настаиваю, потому что наше время ограничено.

— Чем ограничено?

— Моими возможностями, - многозначительно отвечает он, как будто нарочно выбирая самую туманную формулировку.

Ладно, раз ограничено, то нельзя терять ни секунды.

Я моргаю, чтобы немного разогнать набившуюся глаза пыль, и осматриваю то немногое, что уцелело и сейчас очень отдаленно напоминает место, в котором я когда-то жила. Крыши нет совсем - ее остатки валяются вокруг, и куски черепицы хрустят под ногами, когда я, повесив над головой светящуюся сферу (одолженую у Роры), медленно пробираюсь вперед. Пол местами тоже отсутствует, хотя ходить здесь без риска свалиться в пропасть - тот еще смертельный аттракцион. Я стараюсь придерживаться руками за все, что выглядит хоть сколько-нибудь надежной опорой, но уже дважды палки и обломки камня ломаются, стоит мне попытаться на них опереться.

По большому счету, я вообще не узнаю в этом месте свою комнату. Единственное, что на это указывает - обломки книжного шкафа. Он достался мне «по наследству» от бывшего хозяина, то есть, был в комнате когда я туда вселилась, и оказался таким же ветхим и безобразным, как и моя колченогая кровать, которую мне то и дело приходилось подпирать книгами. Я подхожу ближе, пробую носком, достаточно ли крепкая рядом поверхность и только убедившись в том, что она не рухнет вниз, присаживаюсь рядом на корточки. Трогаю обгоревшую створку дверцы и она рассыпается буквально у меня в руках. А ведь это старое добротное дерево. Однажды, еще в родительском замке, я видела, как причитала служанка, пытаясь растопить камин обломкам старой мебели - у нее тогда ничего не вышло, потому что упрямое дерево ни в какую не желало загораться или хотя бы тлеть. Содержимое шкафа, конечно, тоже не уцелело. То есть, внутри (хотя все это тяжело обозначить хоть какой-то формой) осталась только труха и пепел.

Я встаю и снова осматриваюсь.

Натыкаюсь взглядом на знакомый обломок столбика кровати. Он сильно обгорел, но хотя бы не рассыпается в труху. А дальше, чем в стороне, валяется клок обгоревшего одеяла.

Чтобы еще раз убедиться в своей догадке, делаю еще один круг по «комнате», и останавливаюсь рядом с Кайлером, который все это время стоит как столб, опираясь бедром на край стены. Не знаю, как ему хватает смелости это делать - я шаг ступить боюсь, чтобы не схватиться за все, что можно, а он даже не пытается найти устойчивую опору. Значит, он здесь был до меня, раз точно знает, где точно безопасно стоять.

Здесь выгорело абсолютно все. Жар был такой сильный, что даже камень прогорел внутрь. Значит, эпицентр взрыва точно был в моей комнате. Но несмотря на это, некоторые вещи уцелели, в то время как другие истлели до основания. Например, книжный шкаф.

— Я тоже так подумал, - как будто читает мои мысли Кайлер, когда я еще раз пробую на крепость остатки шкафа, и те рассыпаются в золу. - То, что устроило этот взрыв, было внутри.

Я прикусываю язык, чтобы не «поблагодарить» его едким замечанием о том, что у него было больше времени все здесь изучить и совсем не обязательно было подвергать мою жизнь риску, чтобы заниматься таким неприкрытым самолюбованием. Мог хотя бы досок сюда положить, в конце концов.

Но он прав, потому что я подумала о том же самом.

То, что должно было отправить меня на тот свет, лежало внутри.

В книжном шкафу я никогда не хранила ничего, кроме книг. Даже для рабочих пергаментов у меня была отдельная полка в письменном столе. В Аринг-холле только ленивый не знает о моей страсти к чтению. И это довольно умно - подсунуть мне смертельную ловушку под видом книги, которую я сама же и притащу в комнату. Для этого не нужно даже рисковать и пробираться внутрь. Это можно было провернуть в любой момент.

— А ведь ты много читаешь, - задумчиво говорит Кайлер, пододвигаясь так, чтобы стоять у меня за спиной. - Если бы я хотел как-то незаметно тебя убить, то тоже подсунул бы что-то под видом книги.

— Напомни, пожалуйста, когда ты приехал в Аринг-холл? - фыркаю в ответ.

— О, нет. - Его голос полон искреннего пренебрежения. - Я предпочитаю избавляться от недругов более… гуманными способами.

— Я и не знала, что мир, наконец, эволюционировал до гуманного умерщвления.

— Полагаю, между мучительной смертью в огне и быстрой кончиной от перерезанного горла, ты бы выбрала второе.

— Ну нет. - Я украдкой пробую пол перед собой, но он шатается под ногой, и я вынуждена остаться стоять на месте, слишком близко с этим типом, которому приспичило порассудить о гуманной смерте именно в том месте, где мой невезучий убийца в который раз не смог меня прикончить. - Я предпочитаю огонь, потому что из него всегда можно попытаться выбраться.

— Но не в этот раз, - подытоживает он.

Да, из этой огненной ловушки я бы точно не выбралась живой.

Как не смогла выбраться и…

— Ты тоже это почувствовала? - спрашивает Кайлер, и мы оба поворачиваем головы направо, откуда на нас накатывают волны ледяного воздуха.

Я ничего не успеваю ответить, потому что оттуда, прямо из темноты, выступает узкая тень.

У этой тени есть руки и ноги - я это отчетливо вижу даже в тусклом свете сферы, которая, как назло, начинает потихоньку затухать. У нас в запасе не больше минуты, прежде чем башня и мы в ней, и наш неожиданный «гость» погрузимся в темноту.

«Спокойно, Йоэль, это не призрак, потому что у призраков нет ног!»

Я мысленно хаотично листаю в голове воспоминания с картинками из разных книг - в основном, почти сказочных - в которых видела изображения призрака такими, как их описывают люди, которым «посчастливилось» с ними столкнуться. И хотя до сегодняшнего дня существование духа отдельно от тела до сих пор никак не доказано, Аринг-холл уже не единожды доказывал, что в этих стенах может происходить буквально все, что угодно.

Тень делает небольшой толчок в нашу сторону и Кайлер тут же толкает меня себе за спину, выставляя вперед руку, как будто собирается отбиваться от непонятного призрачного тела при помощи кулаков. Но прежде чем я успеваю придумать какое-то едкое замечание по этому поводу, между его пальцами вскипает серое облачко, похожее на дым, которое окутывает нас, словно саван.

Это защитная оболочка - я читала о таких в книгах и на одной из лекций нам даже ее демонстрировали, хотя даже у старого профессора творить таумические заклинания получалось в разы медленнее, чем это делает Кай. Боги, надо избавляться от этого прозвища, потому что, по закону подлости, я обязательно забудусь и назову его так вслух, и тогда…

Тень, как будто передразнивает его и тоже вытягивает руки. Они у нее длинные и тонкие, с пальцами, которые стекают на пол каплями темной жижи. Она влажно шлепается на пол и тут же испаряется, поднимая в воздух облака пепла и пыли.

— Кайлер, - я осторожно дергаю его за куртку на спине, - надо… бежать.

Лично у меня нет никакого желания, рискуя жизнью, выяснять - действительно ли это призрак или чья-то очередная неудачная шутка. Однажды мне под дверь подбросили куклу из соломы, которая, увидев меня, начала громко бегать и верещать, после чего я всерьез думала, что на всю жизнь распрощаюсь со слухом.

— И тебе совсем не интересно что это? - хмыкает он.

В отличие от меня, почти безуспешно пытающейся справиться с мурашками и паникой, у него абсолютно спокойный голос. Он как будто точно знал, что просто так, без приключений, мы из башни не выберемся и даже где-то рад возможности пощекотать нервы.

На фоне событий последних дней…

Продолжать игнорировать все эти совпадения, Йоэль эрд’Кемарри, уже становится опасно для жизни.

Наверное, самое время делать ноги. Потому что, хоть в защитной сфере Кайлера намного безопаснее, сама его компания в последнее время сулит одни только неприятности.

Одно плохо - сфера, наконец, гаснет, и в полумраке, к которому мои глаза еще не успели привыкнуть, я не вижу абсолютно ничего. А пол под ногами кажется одной дырой, кроме маленького островка ненадежной поверхности, на который мы стоим.

Прозрачная фигура, между тем, не предпринимает никаких попыток сблизиться - она так и висит на прежнем месте, только один из ее пальцев медленно распрямляется и указывает на нас. Хотя в моей голове все это выглядит так, будто она нарочно тычет именно в меня. Ну потому что это моя башня, это меня здесь в очередной раз безуспешно пытались отправить на тот свет, а Кайлер просто… как всегда случайно оказался рядом.

— Терпеть не могу такие дешевые фокусы, - раздраженно бросает он, спокойно выходит из защитного кокона и так же спокойно подходит к «призраку».

Я чувствую, как мои колени пускаются в пляс, когда он небрежно, как будто собирается взять что-то с обратной стороны, просовывает руку сквозь бесплотное тело. И оно абсолютно никак на это не реагирует, только все так же странно тычет в меня пальцем.

— Это проекция. - Кайлер брезгливо отряхивает ладони, как будто сильно испачкался. - Идиотские детские шутки - сестра обожала так меня «пугать», хотя если бы эту проекцию делала Ниэль - она была бы намного более правдоподобной.

Проекция?

Я чувствую себя полной дурой, потому что понятия не имею, о чем идет речь.

Я. Впервые в жизни. Не понимаю, черт подери, что это такое и откуда взялось.

— Где-то должна быть «кукла», - задумчиво говорит Кайлер, оглядываясь по сторонам. Щелкает пальцами - и воздух вокруг нас наполняется маленькими искрами, света от которых достаточно, чтобы хорошо все тут рассмотреть.

— А раньше это нельзя было сделать? - выдохнув от первого шока, ворчу я.

— Не хотел мешать тебе быть самостоятельной, - улыбается он. И на этот раз ему даже почти удается замаскировать снисходительность.

Призрак, оказавшись в круге света, никуда не исчезает, и все так же висит на месте, словно приколоченный за веревочку воздушный шар. Наверное, если бы Кайлер ошибся и эта субстанция оказалась настоящим злым духом, ситуация разворачивалась бы не так оптимистично.

— Это должно быть похоже по форме - тряпичная или соломенная кукла, - говорит Кай, и кивает на гору мусора рядом со мной, - поищи там. Это могут быть даже просто связанные ветки.

В его словах может быть логика, хотя откуда я знаю, врет он или говорит правду, если впервые услышала обо всем, что тут происходит?! Может, в этой куче спрятано еще одно взрывное заклинание и через мгновение от меня не останется даже костей?!

Подбираю валяющуюся на полу палку и начинаю разбирать гору камней, пытаясь высмотреть среди них что-то похожее на человеческую фигурку.

— Это подходит? - Отодвигаю в сторону перевязанный черными нитками корень, который, несмотря на нескладные пропорции, все же отдаленно напоминает того самого призрака.

— Да, это «кукла». - Кайлер без опаски вертит его в руках, а потом, зажав в ладони, просто испепеляет, как будто это что-то совершенно обыденное - вот так запросто превращать материальное в пепел.

Призрак тоже исчезает, а вместе с ним - неприятный холод, от которого у меня заледенели даже пальцы на ногах. И разрушенная башня снова становится пустынной и даже какой-то… скучной.

— Вряд ли это было здесь все время, - рискую озвучить свою догадку, хотя до сих пор сомневаюсь - стоит ли доверять этому странному типу или лучше прикидываться дурочкой. - Эта «кукла» не выглядела так, будто пережила страшный пожар.

— Это принесли потом, - задумчиво соглашается Кай.

— Чтобы напугать?

— Ну, судя из того, что я слышал, кто-то довольно успешно использует проекции, чтобы вселить в обитателей Аринг-холла мысль о призраке. Кстати, - его взгляд останавливается на мне, - призраке твоей сестры.

— Она слишком подходящая кандидатура, - пожимаю плечами. - Если бы я хотела заставить всех держаться подальше от…

О, черт.

Манагарские руны перемещения.

Фальшивый призрак.

Разрушенные башни, в которых он «внезапно» появляется.

Какая же я дура!