23 · Пылающие сердца

Айрис с грохотом приземлилась на крышу крыльца. При падении она подвернула правую щиколотку, но ей удалось сгруппироваться, покатиться и удержаться на краю крыши. Черепица резала ладони, но боль помогала собраться.

Айрис села на карнизе, борясь с искушением посмотреть на окно. Увидеть Романа напоследок.

Однако она сдержалась и смотрела прямо перед собой, на поле с высокой травой, которая клонилась под порывами ветра. Слева Айрис увидела шоссе, темнеющее в лунном свете, и Готорнскую дорогу, которая срезала путь через луг словно ползущая змея.

Расстояние до нее было приличным, но Айрис не сомневалась, что сможет сбежать под прикрытием травы, а потом пуститься со всех ног к Этти и Тобиасу.

На секунду крепко зажмурившись, она спрыгнула с крыши.

До земли было невысоко. Айрис приземлилась на ноги, и щиколотка снова вспыхнула болью. Пошатнувшись, она вытянула руки, чтобы восстановить равновесие. В траве стояли две бочки для дождевой воды, и Айрис спряталась между ними, давая себе отдышаться и оглядеться.

Прошла минута. Потом еще. Айрис заставила себя ждать. Может, тут ходит патруль, который она еще не заметила. Как только эта мысль пришла в голову, дверь позади нее открылась и послышались приближающиеся шаги по мощеной дорожке.

Айрис прижалась к бочкам, используя их как щит, чтобы ее не заметили. Краем глаза она уловила, как мимо нее прошла высокая тень.

Она опять выждала. Солдат вернулся, как будто его поставили стеречь этот участок.

Айрис посчитала его шаги, когда он проходил в следующий раз – проверить, сколько у нее времени, пока он стоял к ней спиной. Потом тяжело сглотнула и заставила себя бежать. Она пробиралась в траве как можно быстрее, глядя вперед – туда, где должна быть дорога. Она сделала всего десять шагов, когда ее засекли.

– Стоять!

Айрис инстинктивно замерла, но потом вспомнила голос Романа. Его последние слова, сказанные тихим шепотом в ее приоткрытые губы:

«Беги, Айрис».

И она бросилась бежать.

– Я сказал СТОЯТЬ!

Прятаться было слишком поздно. Айрис заставила себя бежать быстрее. Трава хлестала по ногам, ледяной ночной воздух обдувал влажную кожу. Ей казалось, что у нее выросли крылья, что ее ничто не сможет остановить, но тут вслед ей открыли стрельбу.

Айрис споткнулась; кровь бурлила от страха.

Каким-то образом ей удалось удержаться на ногах, уклоняясь от выстрелов. Пули прошили землю слева от нее, так близко, что она ощутила запах взрытой почвы. Паника затопила ее, как река, прорвавшая плотину.

Она почти добралась до Готорнской дороги.

Темноту прошил еще один залп, а потом раздались крики. Айрис ни разу не оглянулась. Выскочив на дорогу, она знала, что это то место, где Тобиас остановил родстер. Знала, потому что миновала выбоину на дороге… но машины нигде не было видно.

Они уехали.

Айрис приложила руку к груди с облегчением и опустошением. «Куда мне идти?» – подумала она, тяжело дыша и пытаясь успокоить сердцебиение. Нужно было составить новый план, как ускользнуть от солдат Дакра. Она замедлила шаг. Мысли в голове рассыпались, как осколки битого стекла.

Измотанная, она перешла на быстрый шаг по дороге. Вокруг царил полный мрак, пока она не услышала знакомый рев двигателя. Через мгновение темноту прорезал свет фар.

К ней мчался родстер Тобиаса, вынырнувший из густой травы по другую сторону дороги. Айрис бросилась к нему, и яркий свет фар ударил ей в лицо. Сзади кричали солдаты Дакра: «Стоять, стоять!»

Она не остановилась, и их приказы растворились в темноте, как звезды на рассвете. Тобиас развернул родстер задней дверью к Айрис, и она прыгнула.

Она ударилась коленями о металлический бок машины. Этти схватила ее под руки и втянула в кабину. Не успела Айрис моргнуть, как Тобиас вдавил в пол педаль газа. Шины взвизгнули, разбрызгивая грязь, а по бамперу застучали пули.

Девушки пригнулись на полу. Вдали раздался еще один залп, но угроза становилась все тише по мере того, как автомобиль набирал скорость.

– Айрис? – Этти помогла ей сесть на сиденье. – Ты не ранена? Они?..

– Я в порядке, – нервно ответила Айрис. – За нами отправят погоню?

– Не знаю. – Тобиас переключил передачу. – Лучше давайте действовать так, будто погоня есть.

Айрис кивнула и вытащила из кармана гаечный ключ, попутно обнаружив, что у нее дрожат руки. Наплыв адреналина ослабевал, оставляя в костях тлеющие угли. Она бросила инструмент на пол и вытерла ладони о рукава, отчаянно желая почувствовать что-то кроме страха.

– Держитесь, – предупредил Тобиас перед крутым поворотом.

Айрис была рада возможности отвлечься. Она приветствовала ветер, бьющий в лицо, и километры, бешено пролетающие под колесами. Все, что уносило ее подальше от опасности.

– Вижу, вы заменили колесо, – сказала она.

Тобиас фыркнул, Этти лишь простонала.

– Монтажная лопатка никуда не делась из багажника, – пояснила Этти. – Лежала под одеялом. Айрис, прости. Не надо было посылать тебя в город. Я пыталась посигналить тебе спичкой, но было слишком поздно.

– Все хорошо, – ответила Айрис. – Хорошо, что я туда пошла.

Почему хорошо – она не объяснила, хотя Этти с любопытством склонила голову набок. Айрис расскажет ей потом. Когда взойдет солнце и она сможет убедить себя в том, что Роман не был игрой ее воображения. Потому что она еще ощущала, как тает прикосновение его руки и звук его голоса, как будто их встреча была всего лишь сном.

Айрис потрогала палец, бороздку, оставшуюся от обручального кольца, и прислонилась затылком к сиденью так, чтобы смотреть на звезды. Созвездия еще никогда не казались такими близкими и такими прекрасными.

* * *

– Вы видите? Какие-то огоньки в зеркале заднего вида.

Негромкий, но встревоженный голос Тобиаса разбудил Айрис.

Она не знала, долго ли дремала – две минуты или полчаса, – и, выпрямившись, потерла занемевшую шею. Ее друзья смотрели назад, а не вперед, и она тоже развернулась на сиденье и прищурилась, вглядываясь в темноту.

– Вижу, – отозвалась Этти в тот момент, когда Айрис разглядела вдали горящую красную точку. – Но что это?

Еще один кружок света. Потом появился третий, и они выстроились в ряд, все увеличиваясь. «Это сердца», – поняла Айрис. У них были пылающие сердца, заметные под бледной, прозрачной кожей.

– Это гончие, – сказала она, и желудок завязался узлом. – Дакр послал за нами гончих.

Этти развернулась и наклонилась к Тобиасу.

– М-м, Бексли? Не паникуй, но нам нужно ехать чуть-чуть быстрее.

– Чуть-чуть быстрее? – воскликнул Тобиас сквозь ровный гул двигателя. – Я уже иду на пятой передаче.

– Пожалуйста, скажи, что есть шестая. Или седьмая.

Тобиас оглянулся. Лунный свет посеребрил его лицо.

Знал ли он старые мифы и признал ли неестественные сердца в этих огоньках? А может, он разглядел длинные лапы и оскаленные зубы, которые становились видны? Тобиас отвернулся и переключил родстер на следующую передачу.

Автомобиль протестующе накренился. Айрис закрыла глаза. Волосы спутались на обветренном лице. Она могла думать только одно: «Пожалуйста, пожалуйста, не сломайся. Не здесь, не здесь».

– Бексли, они нас догоняют, – сказала Этти. – Кости богов, какие они быстрые!

– Они были созданы быстрыми, а не выносливыми. – Тобиас снова переключил передачу. Двигатель жалобно заревел, и скорость начала заметно снижаться.

– Тобиас, мы замедляемся? – недоверчиво спросила Этти.

– Да, я снижаю скорость. – Он поправил зеркало заднего вида. Сердца гончих отражались в его глазах, но Тобиас казался спокойным и сосредоточенным. – Я и так уже перегрузил двигатель. Нужно его снова завести.

– Хорошо. Мы позволим гончим догнать нас, и что потом?

– Доверьтесь мне, – сказал он так тихо, что ветер почти заглушил его слова.

Этти открыла было рот, но только вздохнула.

Айрис воспользовалась этим напряженным моментом затишья, чтобы посмотреть назад. Теперь она видела гончих отчетливо – зверей, похожих на неестественно крупных волков с блестящими острыми зубами. Глаза у них горели как угли, а лапы били по земле как молнии.

– Тобиас, – вымолвила Айрис, – я думаю…

Она не закончила фразу.

Тобиас молчал, но при этом отслеживал гончих по отражению в зеркале. Он словно высчитывал их прыжки, сокращение расстояния, скорость, разгон. Возможность столкновения.

Родстер снова сбавил скорость. Теперь они почти ползли по дороге.

– Слушайте меня, – сказал Тобиас, и его голос отчетливо прозвучал в темноте. Уверенно, как будто он не впервые убегал от гончих по проселочным дорогам. – Я от них оторвусь, но вы должны мне довериться и притаиться в кабине. Держитесь и, что бы ни случилось, не отпускайте поручни.

Девушки схватились за поручни. Тобиас подождал, пока Этти кивнула, и в следующий миг нажал на тормоза. Родстер с визгом затормозил. Гончие перелетели через них.

Над головами мелькнули длинные лапы, разрезая стылый воздух. Когти зацепили ее волосы, и Айрис ощутила сырой, гнилостный запах их плоти. Она буквально попробовала на вкус подземный мир – тени, которых никогда не касался свет; каменные полы, скользкие от крови. Время мучительно замедлилось. Казалось, минул целый год, пока гончие проносились в воздухе как три метеора, а родстер содрогался под ними.

Гончие приземлились впереди, и мир снова обрел пугающую четкость. Две твари Дакра казались сбитыми с толку, но третья быстро развернулась и бросилась назад.

Тобиас был к этому готов.

Он плавно включил первую передачу, потом вторую, и родстер рванул вперед. В последний момент Тобиас резко затормозил, и машина завертелась по кругу.

Напряжение в груди Айрис казалось почти невыносимым. Гравитация как будто исчезла, и ее подняло с пола, словно под чарами левитации. Мамин медальон завис перед лицом. Эта золотая вспышка напомнила, что нужно держаться и не отпускать поручни.

Бок родстера врезался в заднюю лапу вернувшейся гончей. Раздался тошнотворный хруст, а следом вой.

Тобиас погнал машину дальше, колеса подскакивали на ухабах. Наконец они снова помчались на восток. Родстер проскользнул между двумя другими гончими, которые потеряли время, разворачиваясь для погони. Их свирепое рычание сотрясло землю как раскат грома.

Айрис нерешительно поднялась на колени, одной рукой держась за поручень, другой за Этти.

Она осмелилась посмотреть назад.

Теперь за ними гнались только две гончие, третья билась на дороге. Но уцелевшая пара снова настигала их, как будто открытые пространства и прямые пути подпитывали их мифическую скорость.

На этот раз Айрис не стала отворачиваться. Она смотрела на тварей, пока расстояние между ними не начало сокращаться. Она считала каждый раз, когда Тобиас переключал передачу, пока не поняла, что он выжал максимум. Родстер шел на пределе возможностей; двигатель не мог дать больше мощности. Они практически летели над дорогой, а гончие все равно не отставали.

Айрис застыла, когда гончие ринулись вперед, разевая гнилые пасти. Они хлынули, как прилив, но сразу отступили, когда Тобиас заложил крутой вираж. Наконец они начали замедлять бег, разочарованно рыча и пуская слюну.

Однако Айрис не верилось в спасение. Этой ночью она едва могла доверять собственным глазам.

Она не отводила взгляда от дороги позади них, взрытой колесами и непогодой. Не отводила взгляда от удаляющихся гончих, пока их сердца не погасли, как пламя свечи, задутое в темноте.