Глава 19

Приняв звонок Сони, сообщаю ей, что почти приехала. В университете я не была несколько дней, а потом некоторое время отсутствовала она. Итог: только сегодня мы должны пересечься.

Просто прошло время и я остыла, перестала думать о ее словах. Теперь они не кажутся мне такими болючими.

Пары заканчиваются. Соня ходит за мной, явно намереваясь серьезно поговорить, но я избегаю ее. Последнее, что я хотела бы сейчас обсуждать, — это ее поведение.

— Ты домой?

— Нет. У меня дела.

— Я к тебе ездила. Тебя не было в квартире. Больше недели…

— Ездила каждый день? — улыбаюсь, остановившись посреди коридора. С усмешкой заглядываю в ее глаза. — Зачем, Сонь? У меня еще работа есть.

— А я и туда ездила. Там тебя тоже не было.

Вскидываю бровь. Удивительно.

Да, я несколько дней провела у Богдана. Пусть и видела его всего раз после того, как он приказал отвезти меня в ту шикарную квартиру. А все потому, что так приказал Басманов. Сегодня я наконец получила добро на то, чтобы поехать в университет. И счастлива, что смогла выбраться из той клетки.

— Не нужно мониторить мои передвижения. Я же сказала, что со мной все хорошо.

Я выхожу из универа. Соня не отстаёт, идёт хвостом.

— Да я прощения попросить хотела. — Вцепившись в мой локоть, она дёргает меня на себя. — И поблагодарить.

— За что?

Искренне не понимаю. Если за то, что Богдан помог с тем делом, то зря. Ведь все случилось по моей вине.

— Когда Кирилл попал за решетку, я просто не знала, как быть. Даже папе позвонила! Сказала, что согласна расстаться с Киром, лишь бы он помог. В итоге он отказался. Сказал, что мой парень по-любому будет гнить за решеткой и ему будет не до меня. Я все равно его не увижу. Так зачем платить юристу и отнимать время ради какого-то сопляка? Я была так зла, что сорвалась на тебе. Особенно когда убедилась, что все случившееся — дело рук Влада… Прости, Мелисс. Я действительно была на эмоциях и не понимала, что несла. Потом сильно пожалела. И Кирилл отругал меня за те слова. Сказал, что ты не заставляла его тебя защищать. Что он все по собственному желанию делал. Я тогда так сильно испугалась, что потеряю его… Не могла контролировать эмоции.

— Я рада, что все разрешилось. Кирилл — очень хороший друг. Если бы я могла ему помочь, помогла бы при любом раскладе. Тогда Богдан был рядом, все услышал, вот и…

— Он очень хороший, несмотря на то, что про него говорят ужасные вещи, — перебивает меня подруга.

Он ужасен, да. В каком-то смысле. Но есть в нем некая… загадка. Он совсем не такой, каким хочет казаться. Порой слишком жестокий… Однако я уверена: при желании он может быть ласковым, нежным и заботливым.

— Хороший, — произношу вслух, оглядываясь.

— И ещё… — широко улыбается Соня. — Он Кирилла на работу взял! Я так счастлива, Мелисс! Если папа узнает, с кем работает мой парень, думаю, перестанет меня так прессовать.

Ого. Вот об этом я не знала и очень удивлена!

— Классно! Я очень рада!

Мой телефон подаёт признаки жизни. Это новый номер, который не знает никто, кроме Богдана и его правой руки. Телефон тоже новый. Буквально вчера получила.

— Да, — отвечаю на звонок.

— Подойди, — слышу хриплое.

Снова оглядываюсь и вижу на противоположной стороне дороги черный внедорожник. Это явно Басманов. В подтверждение моим догадкам боковое стекло опускается, и я вижу его.

— Хорошо. Секунду.

— Ты мне номер оставь, — просит Соня.

— Я тебе позвоню, — шепчу ей и прячу телефон в карман.

Пульс учащается. А щеки начинают гореть.

Не успеваю перейти дорогу, как вижу машину Влада. Открывается задняя пассажирская дверь. Хромая, он выходит из салона. Под глазом фингал. Рожа в хлам.

Отвожу взгляд и, качнув головой, бегу, едва загорается красный для машин светофор. Открываю переднюю дверь, сажусь рядом с Богданом. Не могу не заметить, что Влад смотрит в нашу сторону.

— Привет! — Бросаюсь на шею Басманова, наплевав, что на нас явно смотрят несколько десятков пар глаз.

Богдан не реагирует. Я отстраняюсь. Обида разрывает сердце. Поджав губы, смотрю перед собой. Это позор.

Он заводит двигатель и трогается с места.

Я обрадовалась, что он сам приехал за мной. Однако эта радость не продлилась долго. Спустил меня с небес на землю. Молодец. Дал понять, что я пустое место. И что не нужно мечтать и на что-то надеяться.

Я поняла.

Едем в полной тишине. Очень хочется задать ему несколько вопросов, однако желание разговаривать улетело к чертовой матери. Даже не оборачиваюсь и не смотрю на него. Мне больно и ужасно обидно.

Сколько ещё я буду игрушкой в его руках?

Поднимаемся в нужный этаж. Снова гробовая тишина. Больше всего мне сейчас хочется закрыться где-нибудь и поплакать. Я так долго его ждала… А он… вот так вот со мной поступает.

Едва оказываемся в квартире, я бросаю рюкзак на пол в коридоре и бегу в ванную. Включив холодную воду, умываюсь. Смотрю на себя в зеркало. Глаза красные, щеки горят огнем.

Даю себе время. Надо остыть и не думать о его поведении. Он же всегда таким был. Сделал меня своей шлюхой, ни разу не обращался со мной по-человечески. И что же меня сейчас так задевает?

Прикладываю прохладные ладони к лицу, чувствуя, как успокаивается пульс.

Выхожу из своего укрытия и застаю его в гостиной. Сидит на диване в расслабленной позе. Ноги широко раздвинуты, а руки откинуты на спинку.

— Сколько ещё прятаться будешь?

— Я не прячусь.

— Вижу.

— Где ты был?

— В командировке.

Я киваю. Нет смысла что-либо спрашивать.

— Подойди.

Делаю, что он велит. Останавливаюсь напротив.

— Давно вернулся?

— Нет. Утром. Принял душ и за тобой поехал.

— Зря. Я бы сама добралась.

— Опустись на колени.

— Что?

— Опустись.

— Зачем?

— Я хочу, чтобы ты мне отсосала.

Я дергаюсь как от пощёчины. Но быстро прихожу в себя, поражаясь тому, что я ещё и осмеливаюсь удивляться. Он всегда таким был. Грубым, требовательным. И добивался того, чего хотел.

— Сколько это будет длиться? Ты так и будешь держать меня в плену?

— Я разве держу тебя в плену? — Голос тихий, вкрадчивый.

— Разве нет? — Я горько усмехаюсь. — Ты пользуешься мной, как шлюхой. Будто я — твоя. Игрушка, с которой ты можешь вытворять все, что хочешь.

— Верно. Ведешь себя хорошо — взамен получаешь жизнь, о которой все мечтают.

— Все — это кто? Ты хоть раз спросил меня, хочу ли я такой жизни?

— Хочешь, — не спрашивает, утверждает он. — Если бы тебе не нравилось, ты давно бы ушла.

Вот дура ты, Мелисса! А ведь прав!

— Я и уходила. Но ты находил меня и тащил обратно!

Он лишь усмехается. Запрокидывает голову и прикрывает глаза.

Попала в цель. Четко. Метко.

— Я устал. И хочу расслабиться. Опустись на колени. Не испытывай мое терпение, Мелисса. Живо.