27

Полы Замка начало застилать холодным туманом.

Спустя долгие часы тревожащих ожиданий и десяток выплаканных платков спустя Ласка поняла — пора действовать.

Разыгранная сцена потеряет свой вкус, если не доиграть ту до конца во время. В конце концов, она обещала деду Гелио забрать всю силу своего отца и стать Королевой, а еще прекрасно помнила про угрозы явиться к ней привидением, если часть их плана будет нарушена.

— Надеюсь, у него действительно был план, и старый манипулятор выжил и спрятался, — подбадривала себя Ласка, переодеваясь в более удобный костюм. Платье будет мешать пробираться сквозь бурю и метель.

Она знала, как привлечь своего отца, как заставить битву приблизиться ближе к замку. Опасно? Несомненно! Но не было времени искать, нужно было действовать с такой скоростью, чтобы стены замка не покрылись толстым слоем льда. Иначе вся битва напрасна. В живых останется только Гелио!

Ласка спустилась в тайную комнату его деда и принялась обыскивать.

— Ну давай же, — злилась она, открывая тумбочки, заглядывая в шкаф, потом под шкаф. Даже по каждой картине прошлась пальцами. — Куда же ты его спрятал?

Предположить, что дед не припрятал ужасное сокровище, она не могла. Хитрец был умнее их всех вместе взятых.

Ласка упала в любимое им кресло и вытянула ноги поближе к потухшему камину. Вся комната уже начала покрываться тонкой корочкой льда, отчего пятки ботинок упорно соскальзывали, словно полы комнаты были не на одном уровне. Она наклонилась и, едва не упав, проскользила к камину по обледеневшим, каменным плитам. Взмолилась и запустила руку под ограду. Наконец, нащупала то, что искала.

— Вот и ты, мелкий проказник! — она вытащила шероховатый предмет, с презрением рассматривая кусок моллюска. Украденный в детстве, пронесенный сквозь года, чертов палец, он же зуб, даже сейчас впивался в ладонь. — Ты навлек на Королевство новую беду, тебе и понести искупление, — словно выговаривала она ему, сжимая тот в кулаке до боли.

Следующей преградой было покинуть замок. Задача легкая для привидения, стала для ставшей видимой Ласки непосильной, спасибо стараниям и новой силой Гелио. Её не выпустили бы и обычной горожанкой за ворота, а уж после приказа нового Короля Гелио охранять Королеву, Ласке придется сделать то, что она не ненавидела. Но с чем прекрасно справилась бы. Уж престолонаследники за долгие месяцы их учений, нотаций и выволочек поделились с ней опытом стервозности на славу!

Ласка сбежала по ступенькам и, убедившись, что в Главной зале, собравшей оставшихся уцелевших горожан, всё не так плохо, как могло бы быть на текущий момент, с легким чувством удовлетворения обратилась к новому главе Охраны. Прежнего — Гелио непродуманно забрал с собой. Прислужники, окутанные его согревающей магией, понимали, что шли на верную смерть, но преданные Короне не спорили, а подчинились.

Ласка выдохнула, сбавляя тревогу в голосе, и приказала:

— Открыть Главные ворота!

Глава сглотнул и едва не махнул рукой, повторяя распоряжение. Осознаниечтоприказала новая Королева, заставило его робко склонить голову и еле слышно ответить:

— Смею не подчиниться. Королева, моя смерть будет даже не такой быстрой, как у тех, что больше часа назад ушел в метель и ветра!

— Так ты боишься наказания Короля? — выкрикнула она дерзко, накидывая плащ, словно в сказанных им словах было столько глупости, что и на миг его воспринимать нельзя. — А что Король не вернётся, не боишься?

Глава замотал головой, испуганно залепетал:

— Я не смею, Королева.

— Не сметь! Спорить! Со мной! — рявкнула Ласка, топая ногой, сцепленные заколкой золотистые волосы рассыпались по плечам. Ей самой на миг показалось, что она засияла огнём. Как делал дед Гелио. Как делал сам Гелио.

Стража охнула и склонила головы.

Уж на что они там на самом деле обратили внимание и испугались, Ласка не стала зацикливаться, подошла к Главе и тонким пальцем подцепила подбородок, чуть царапая кожу и приказывая на распев:

— Открыва-а-й!

Стража даже не дышала. Быть может, Гелио пригрозил им, что и у новой Королевы есть магия Огня? Ласка ногтём сильнее поддернула подбородок Главы, заставляя посмотреть ей в глаза. Секунда и он бегом сорвался к воротам, открывая массивные, плетенные замки и засовы.

С каждым сантиметром ледяные узоры расплывались всё быстрее и быстрее по полам и стенам замка. Ласка окинула последним взглядом каменную лестницу, уходящую наверх, в Главный Зал и отвернулась, собираясь с мыслями. Глава попытался в последний момент перегородить ей дорогу, но даже равнодушного взгляда было достаточно, что он склонил голову и раболепно забормотал:

— Я буду за вас молиться, Королева…

Сдерживая дрожь от своего мерзкого, но вынужденного поведения, она вышла в темнеющую, дрожащую льдинками пустоту.

***

В едва проглядываемой метели расцарапать себе руку было бы невозможно, не знай Ласка этот чертов палец, но за столько лет он лежал в её руке уже как влитой, на отполированной от прикосновений поверхности была одна нужная, шероховатая и острая ступенька. Ласка добрела до поля и огляделась. Это же то самое, где совсем не давно поймал её с попыткой побега дед Гелио! Снега вокруг стало больше, ноги утопали в нем почти по колено. Вокруг подкрадывающаяся темнота навевала ужас и страх. В темноте не было даже всполоха магии Гелио, в гнетущей тишине не слышался заботливый голос Фолла. Всё дышало ледяной смертью.

Ласка перехватила поудобнее зуб и задержала дыхание, страшась неминуемой боли. Мир на секунду замер, чтобы через миг окрасить девственный снег красной кровью. Рваный разрез ладони засиял в ночи, разрезая тьму. Рваным порывом ветра Ласку откинуло назад. В тот же миг зажглись тысячи огней, сотни бликов ослепили до слёз, а горячий ветер заставил сильнее хватать воздух от перехватившего грудь страха.

Она с трудом подняла голову и села на земле. Впереди виднелись еле различимые силуэты. Запах горелой плоти такой знакомый и такой сладкий ударил в нос. И Ласка поняла: кровь перенесла не её, а закинула их на это поле к ней.

— Гелио! — крикнула Ласка в тающую белизну. — Фолл!

Ветер подхватил крик и унёс вдаль.

Она поднесла руку к лицу, к счастью, разрез еще сиял алым. От удара зуб вылетел из ладони, в белом мареве его теперь было не отыскать. Ласка сжала кулак, заставляя кровь прилить к ране и, упав на колени, прижала кровоточащую ладонь к земле.

Сотни льдинок врезались в рану, с такой силой впиваясь, притягивая, что руку с трудом удалось оторвать от земли, а в следующий миг что-то быстрое и рваное снесло Ласку с ног. Она пыталась проморгаться и встать, но чья-то цепкая, когтистая ладонь прижимала к земле, разметавшиеся волосы упали на её лицо, не давая разглядеть мучителя. Ласка дернулась, и уха коснулся лишь однажды услышанный голос:

— Здравствуй, дочка, — прошелестело видение. Холодный обруч сомкнулся вокруг шеи, а рука исчезла. — Я пока тебя подержу так, если ты не против…

— Чудовище, — прошептала Ласка, пытаясь дотянуться до него, но силуэт снова исчез в белизне. Задули ветра, хлестко ударяя снежинками по щекам, Ласка зажмурилась и закричала. Удерживавшая её ледяная удавка не разбивалась, не лопалась под ногтями, и Ласка завыла в отчаянии. Вдруг теплая рука упала ей на лоб, Ласка распахнула глаза и увидела глаза Фолла.

— Ты зачем сюда явилась? Вставай! — Он попытался потянуть её за руки вверх, не заметив удавку.

— По-подожди, — захрипела Ласка, наощупь хватая его за руку, чтобы положить себе на шею, заставить почувствовать, — он сковал меня… какая-то магия…

Теплые, дрожащие руки Фолла робко коснулись её волос, он откинул пряди в сторону, а пальцы легонько пробежали вдоль шеи, ощупывая. Он ничего не ответил, а отвернулся на миг, вглядываясь куда-то, вперед.

— Веришь, если бы ты сейчас не лежала тут, если бы мы не были в такой ситуации… я бы придушил тебя сам, — со злостью в голосе прорычал он.

Она сама себя ненавидела сейчас.

— Наш план, — прошептал Фолл, задумавшись, — придется внести коррективы…

Ласка непонимающе заморгала, чувствуя, как холод прокрадывается по ногам уже выше.

— Фолл, — позвала Ласка, — что вы задумали?

Ей на секунду показалось, что он бросит её, уйдет. Ведь всё ради спасения? Всё ради трона?

— Держи меня за руку, слышишь? Чтобы не случилось, держи за руку, — приказал он, стискивая её руку так, что она бы всем усилии не вырвалась. Ласке стало больно.

— Я боюсь, — едва произнесла она, как Фолл закричал так громко, что зазвенело в ушах:

— Гелио, давай!

Ласка моргнула и последнее, что увидела, как взявшийся из ниоткуда уже знакомый ей по форме огненный купол падает на землю всполохами. Она зажмурилась, чувствуя, как проваливается куда-то вниз, а в следующую секунду бурлящая, ледяная вода залилась ей в нос, уши, горло. Удерживающая под водой рука Фолла мешала, тянула в низ, Ласка закричала, хватая ртом воду, забилась, судорожно наблюдая, как словно неподвластный ей воздух, выплывает изо рта пузырями, лишая кислорода. Но Фолл дернул её еще ниже и глубже, замотал головой, приказывая не вырываться, не выплывать на поверхность. Ласка забилась от страха, и он с трудом удерживал её, пинающуюся, паникующую.

Она почувствовала, как легкие жжёт. Секунда — и толчок вверх. Её вытащило наружу и ударило огнем в грудь. Ласка зашлась в крике, отползая, хватая мокрую влажную землю. Казалось, что сейчас цель одна — отползти, спрятаться, убежать — всё равно что, лишь бы спрятаться, хоть забиться под любой куст. Ласка почувствовала тяжелую, горячую руку на лбу и открыла глаза.

— Я не верю своим глазам, — прошептал Гелио, вытирая с её лица капли, он провел пару раз вдоль одежд рукой, согревая и успокаивая.

— Фолл! Где Фолл? — закашлялась Ласка, слишком раздраженно отталкивая руку Гелио.

«Так вот ты какая смерть?» — кричала она про себя. — «Губительная! Удушающая!».

— Я тут, — раздалось откуда-то. Фолл брел к ним, чуть прихрамывая на левую ногу. — Слишком сильно меня откинул, — недовольно процедил он Гелио. Но тот, уже успокоившись, что с Лаской всё в порядке, зажигался от своей злости. Он подхватил её за локти и поставил на ноги, с гневом прокричал в лицо:

— Откуда ты взялась тут? Ты вообще понимаешь, куда ты заявилась?!

— Я? Нет. Это же было поле, я помню, — пробормотала она, стараясь избавиться от его цепкой хватки.

— Это озеро, Ласка! Озеро, куда мы с таким трудом заманили твоего довольно сильного родственника, — пояснил за него Фолл, прося жестом Гелио поостыть.

— Ты растопил его? — даже на секунду восхитилась Ласка, она наигранно изобразила радостное удивление, хотя её саму била дрожь. Она-то видела, как Гелио менялся. Неужели, сам до сих пор не замечал? — Всё озеро?

— А еще это был наш план! И в нем не было тебя! — рявкнул Гелио и повернулся к Фоллу, чуть ли не кидая Ласку в его руки: — Живо бери её, и уходите.

— Нет! — возмутилась она, чувствуя, как дрожащая мокрая ладонь Фолла сжала её за руку. — Согрей его хотя бы, — взмолилась Ласка. Ей-то не было холодно. Её трясло только от страха.

— Поздно, — пробормотал Фолл, всматриваясь вслед за Гелио в белую пыль, задрожавшую на другом берегу вдалеке. — Он восстановился, — прошептал он. — Быстрее, чем мы ожидали. — Уходи, Ласка, беги через другое поле в замок, я не смогу уйти с тобой! — сказал он громче Фолл, глядя, как забурлило озеро.

Гелио попытался поднять второй купол, но что-то не получалось.

Неужели всё пойдет наперекосяк из-за неё?

— Гелио! — закричала она, подбегая ближе. — Гелио, разбуди силу деда! Обещаю, я защищу тебя! — он держал небольшой, дрожащий купол и улыбался смиренной улыбкой. Ласка встала на цыпочки и легонько повернула его лицо к себе, не заставляя на себя смотреть, но хотя бы заставить слышать и услышать её голос: — Гелио, я вберу силу своего отца, я защищу тебя, Гелио! Пробуди силу!

Раскатистый гром ударил, молния пронзила озеро, и громкий гул волн сложился в отчетливое:

— Дочка, ты забываешь, кто твоей отец… Так хочешь пойти против меня?

Ласка в ужасе пригляделась: бушующая вода в центре закипала пузырями, выплёскивалась на берег, едва не цепляя носы их ботинок. Фолл оттащил её назад, едва удерживаясь на влажной, ставшей такой рыхлой земле.

— Гелио! — крикнула Ласка, сквозь новый раскат грома. — Я прошу тебя, Гелио!

Мокрая, обманчивая волна подкралась, набежала, снова скрылась и обидным шлепком ударила, сбивая с ног. Но Гелио устоял, бросил мимолетный взгляд, убеждаясь, что они в порядке. По его плечам побежала золотая дымка, а магия заструилась быстрее в огненный купол.

— Фолл, — позвала Ласка. Она встала из ледяной воды и попробовала сделать шаг — вода стала какой-то невообразимо липкой и тягучей, опустила глаза и закричала: десяток мелких щупалец-водорослей оплетали ноги, обманчиво медленно ползли вверх, сжимая в тиски щиколотки. Ласка дернула ногу, вторую, но зелень напитывалась, разбухала и засасывала в воду сильнее. Она отшатнулась, спотыкаясь на мокрой земле, и, запутавшись, упала на спину. Несколько раз попыталась сбить ботинком водяную нечисть с одной ноги, но тут же та наползала на другую ногу.

— Фолл! — закричала Ласка, видя, как по земле подползает к рукам новый виток. Она осознала, что произошло, когда Гелио наконец натянул на озеро пузырившийся от ветра и волн огненный купол:

— Гелио! Фолла смыло! Не опускай купол! — Ласка собрала все силы и закричала громче, что было мочи, так, что даже сама оглохла: — Гелио!

Он услышал, обернулся, поглощенный маревом, было заметно с каким титаническим трудом одной рукой удерживался купол, пока другой он пытался магией сорвать, отрезать пламенем с ног Ласки водоросли. Последние из ветвей она сорвала сама и подбежала к Гелио, запинаясь, снова и снова повторяя рваную, испуганную речь, что Фолла унесло волной.

На секунду в его темных глазах проскользнуло такое пламя, что Ласка отшатнулась в ужасе: Гелио опустит купол — даже медлить не станет. Черная огненная магия заструилась по его рукам сильнее, поглощая уже слабо сопротивляющееся тело нового носителя, подсветила и без того кровожадные глаза. Было бесполезно просить и умолять, Ласка отшагнула в сторону и, выждав момент, сама шагнула обратно в воду.

— Ласка! — взревел Гелио, едва не выпустив из дернувшихся рук на бушующую воду огненное марево. — Немедленно вернись!

— Обещай не опускать купол! — закричала она так, чтобы он мог её расслышать.

— Я сделаю это, даже если мне придется достать тебя из воды самому! А потом опущу купол! С Фоллом или без него.