Эпилог
Десять месяцев спустя
Мы лежим на кровати, и между мной и Глебом — наша маленькая девочка, наше нечаянное внезапное чудо, которое месяц назад пришло в этот мир.
Утренний свет заливает комнату. На удивление я сегодня выспалась, вставала к малышке не больше пары раз, хотя обычно она может проснуться и пять, и семь за ночь.
Мне нравятся наши неспешные выходные, когда можно провести время с семьёй.
Мы ведь с Довлатовым именно семьёй и стали. Я ношу его фамилию, а Алиса Глебовна — отчество.
Глеб с любовью рассматривает крошечные пальчики нашей крохи, а я наблюдаю за ним и не могу поверить, что это всё — наша такая странная, но безмерно счастливая жизнь. Чудо по ошибке. Только я очень счастлива, что она произошла.
— Посмотри, какие у неё маленькие пальчики с маленькими ноготочками, — не перестаёт удивляться Глеб, и в его голосе звучит настоящая гордость.
Я улыбаюсь, ощущая, как сердце наполняется теплом.
— И пяточки, и ушки, и глазки. Всё такое мини, — усмехаюсь, поглаживая животик малышки.
Она зевает и хлопает ресницами, показывая самые зелёные глаза на свете. Такие же, как у отца.
— Я до сих пор не верю, что она у нас есть. Это просто невероятно, — целую маленькую ручку.
— Доброе утро, Алисик, доброе утро, — смеётся Глеб, перебирая пальчики малышки.
Отцовство Довлатова изменило. Я вижу, как его взгляд наполняется нежностью, когда он держит нашу месячную дочь на руках. Он иногда ходит с ней по квартире и говорит, как будто она уже может понимать его, шутит и смеётся, а Алиса отвечает ему своим тихим сопением и кряхтением.
Глеб не стал другим человеком, но более мягким, более чувствительным, это да. Рождение дочерей меняет отцов, где-то я об этом читала, и на примере своего мужа вижу, что в этом есть доля правды.
Я позволила себе быть счастливой вместе с Глебом, решилась на этот шаг и не прогадала. Переехала к нему, доверилась, по новой открыла любовь к этому замечательному мужчине. Всё поменяла в свое жизни.
Встряска? Да. Шоковая терапия? Можно итак сказать. Но результат меня радует.
С Толей нас быстро развели, и благодаря Глебу он больше не лезет в нашу жизнь. Пытался пару раз дёрнуться в мою сторону, но получил по шее от службы безопасности Довлатова. Я первое время передвигалась с охраной, Глеб всё-таки отрядил мне личного водителя с функциями телохранителя. Для него я стала хрустальной вазой, которую надо беречь.
Так что Орлов быстро сдулся. А когда на него насели адвокаты Довлатова в суде, я получила всё, что мне причитается по закону, и это ощущение свободы от Толи стало таким облегчением. Нас больше ничего не связывало. А годы, прожитые вместе, быстро забылись. Словно их и не было.
Я работала почти до самого декрета, в конце уже из дома, но теперь, вопреки своим ранним намерениям, собираюсь задержаться в отпуске по уходу за ребёнком подольше.
Эльвира вернулась на место помощницы Глеба, она, конечно, была очень удивлена, когда узнала, что между мной и Довлатовым вспыхнуло что-то серьёзное. Сначала я не хотела ей ничего говорить, но потом решила коротко упомянуть, что знала его в прошлом и была влюблена.
Эля пообещала не распространяться об этом в фирме. Там итак все были в шоке. Никто не ожидал, что новая помощница окрутит шефа, а когда я ушла в декрет, ещё большему удивлению не было предела.
Но сейчас, глядя на нашу малышку, я понимаю, что ничего в этой жизни не происходит просто так. На всё есть божий промысел, как говорится. И в отношение меня у высших сил получилось просто замечательно, хоть и весьма странным способом.
Но и за это я благодарю.
Спасибо небесам за всё.