Глава 71

Я резко обернулась. В нескольких метрах от меня стоял высокий, худощавый, невероятно бледный мужчина. С изможденного, с заостренными скулами и впалыми щеками лица на меня смотрели черные, как смоль глаза. Нет, они не смотрели… Они горели лихорадочным пламенем!

В голове всколыхнулось воспоминание. А ведь я уже видела этого человека… вернее, я видела мужчину, который, как две капли воды, был похож на него. В своём видении!

Страшная догадка острым кинжалом пронзила меня.

Себастиан!

— А я тебя, похоже, недооценил, — король вальяжно привалился к стене, с интересом разглядывая меня. Его тонкие длинные пальцы поглаживали лацкан черного сюртука, словно лаская его. А на сухих, потрескавшихся губах играла странная, почти плотоядная ухмылка.

Наверняка, именно с такой улыбкой маньяк выслеживает свою очередную жертву, — возникла в голове непрошеная ассоциация.

Я невольно поёжилась.

А Себастиан медленно перевел взгляд на лежащего у стены Йена, на рубашке которого расплывалось ярко-багровое пятно. В черных глазах сверкнуло ликование.

— Чтож, — взгляд вновь перекочевал на меня. — Думаю, наш запас темной энергии уже изрядно пополнился. — Король тихо рассмеялся. В его смехе было что-то дьявольское, от чего все волоски на теле вставали дыбом.

— Не пополнился, — едва слышно прошептала я, незаметно начиная плести заклинание.

Себастиан наблюдал за мной с почти скучающим видом. И когда я вскинула руки и швырнула в него плетением, он едва не расхохотался. Подняв ладонь, он без труда отразил его, перенаправив на противоположную стену. Раздался оглушительный грохот, и из зияющей трещины на пол посыпались мелкие камушки и осколки.

— Девочка, ты, конечно, сильна, — улыбка стала шире, открывая желтоватые, длинные зубы. Теперь она походила на звериный оскал. — Но, извини, тебе катастрофически не хватает навыков… А этот… — Он пренебрежительно кивнул в сторону Йена. — Скоро сдохнет. Или уже сдох. Так что помочь тебе он не смож…

— Мразь! — с моих пальцев сорвалось еще одно плетение.

На сей раз король не успел выставить щит, и моё заклинание полоснуло его по плечу.

Лицо перекосило от боли, улыбка слетела с лица, а ноздри расширились от ярости.

— Шлюха! — хрипло ругнулся он. Затем его губы что-то прошептали, и в мою сторону стремительно полетело облако едкого, густого, черного дыма.

Я проворно выставила защитный щит, и черный дым, врезавшись в него, разлетелся по комнате, распадаясь на мелкие, похожие на змей, фрагменты.

На лице монарха отразилось искреннее изумление. Похоже, он не ожидал, что я вообще на что-то способна. Губы сжались в тонкую линию, а в глазах сверкнула неприкрытая ненависть. Рука выбросила в мою сторону еще одно заклинание.

Я успела увернуться, и оно, просвистев в миллиметре от моей щеки, врезалось в железную дверь. Комнату наполнил душевынимающий скрежет.

Тяжело дыша, я торопливо установила защитный щит, моля всех святых, чтобы он продержался хотя бы короткое время. Чтобы я успела собраться и подумать, что мне делать. Ведь я прекрасно осознавала, что в честном бою мне этого подонка не одолеть. Каким бы он ни был слабым магом, умения у него в разы больше, чем у меня — пусть сильной, но первокурсницы. И он не глупая геерна, которую можно шарахнуть плетением, а хитрый, расчетливый маг, владеющий королевской магией разрушения. Мне его не убить.

Еще одно заклинание врезалось в мой щит. По защитному куполу поползли мелкие трещины…

Таня, думай!

Спина ощутила холодный метал.

Думай!

И тут в голове сверкнула идея… Я вовсе не была уверена, что у меня получится, но терять было нечего. Мой взгляд упал на бледное, почти бескровное лицо Йена, на расползающуюся под ним багровую лужу. И в груди словно что-то взорвалось. Что-то, что вытеснило все страхи, всю неуверенность в себе.

Я подняла взгляд и твердо посмотрела на короля.

— Слабак, — бросила с издевкой, тайком подправляя щит. — Обидно, да? Простую девчонку толком одолеть не можешь? — Состроила сочувствующую мину и покачала головой. — Понимаю. Всю жизнь осознавать, что ты ничтожество. Что брату досталось всё: сила, талант, порядочность, благородство. А тебе лишь жестокость и глупость. Да, больно.

На бледном, почти синюшном лице Себастиана выступили багровые пятна. Пальцы задрожали от едва сдерживаемого гнева.

Отлично!, — со злорадным удовлетворением подумала я. — Продолжим.

— К тебе даже невеста Йена переметнулась лишь потому, что ты типа монарх! — бросила насмешливо. — Потому что как мужчина ты полный ноль! Даже минус! — Последнее прозвучало особенно пронзительно. — Никчёмный, закомплексованный урод!

Глаза короля вспыхнули, по всему телу пробежала судорога ярости.

Удар! Плетение снова врезалось в мой купол, не причинив мне вреда.

— Не получается? — я наружно рассмеялась. — Говорю же, никчёмный, бездарный, закомплексованный слаб…

Конец моей фразы потонул в диком, почти зверином реве. Себастиан сорвался с места и бросился ко мне. Его глаза, наполненные исключительно желанием убить, были прикованы к моему лицу, и, казалось, он не замечает больше ничего.

Таня, теперь всё зависит от твоей ловкости! На три… Раз, два…

Три!

Я отпрыгнула от двери в тот самый момент, когда мужчина протянул руку к моему горлу, и быстро прошептала:

— Портус оффере!

Раздался тихий щелчок, и дверь в пещеру с геернами распахнулась. А разогнавшийся монарх, даже не успев понять, что произошло, влетел внутрь…

Я моментально подлетела к двери и захлопнула ее.

— Портус парспар! — громко выпалила, на всякий случай придерживая ее обеими руками.

В дверь бахнуло чем-то тяжелым, от чего она содрогнулась. Затем на нее что-то навалилось, и до моих ушей донёсся приглушенный вой.

— Портус парспар!!! — повторила я, моля небеса, чтобы моё заклинание выдержало.

И тут… по ту сторону раздался оглушительный рык. Что-то громко зашебуршало. А потом подземелье пронзил истошный крик. Еще один. Еще и еще… Казалось, человек захлёбывается в боли и страдании.

Я зажмурилась и зажала уши, но предсмертные крики всё равно пробивались сквозь толстую дверь, сквозь мои ладони. И я знала, что означают эти крики. Короля жрали геерны. Медленно, холодно, безэмоционально.

Так прошло около минуты… а потом всё резко стихло.

Я медленно открыла глаза. Прислушалась. За дверью царила мертвая тишина.

Значит, это конец.

Устало выдохнула и вытерла со лба капельки пота. Руки дрожали, пальцы ощущались ледяными. Но я знала, что победила. Что мы победили.

— Йен, мы победили, — прошептала и провела ладонью по лбу, покрытому ледяным потом.

О боже! Йен!!! Мысль о моём умирающем возлюбленном раскалённой стрелой пронзила сердце.

Я бросилась к любимому, опустилась перед ним на колени и прижала пальцы к голой шее, пытаясь нащупать пульс… и похолодела. Йен не дышал. Медленно, словно оттягивая неизбежное, потянулась к своей шее и прикоснулась к кулону. Камень обжёг пальцы ледяным холодом.

Йен был мертв…