Глава 15

— Ах, нейра Ингира, какой приятный сюрприз! Рада встретить вас в театре! Стивен говорит, вы редко выходите из дома! — не особо следя за громкостью голоса, выдала Аливира. Народ с любопытством стал на нас оборачиваться. Я услышала рядом тихий смешок Витольда. Его, похоже, ситуация забавляла. Стивен наоборот сжал губы. — Великолепно выглядите, — между тем продолжала моя будущая родственница. — Этот цвет вам так к лицу!

— Благодарю, нейра Аливира, — я вернула ей улыбку. — Увы, работа не позволяет часто появляться в свете.

— Работа? — в голове Аливиры послышалось искреннее, неприкрытое изумление. — Но, нейра Ингира, теперь, когда у вас есть жених, зачем вам работа?

Витольд закашлялся. Похоже было, что он тщательно, но тщетно сдерживал смех.

Стивен не дал мне ответить. Он решительно повернул к себе чересчур откровенную невесту и негромко, но твердо произнес:

— Милая, Ингире сейчас хочется домой. Она устала после трудового дня. И мы не будем ее задерживать.

После, взяв за руку Аливиру и не позволив ей произнести больше ни слова, он направился на выход.

— У вашего брата будет нескучная семейная жизнь, нейра Ингира, — весело произнес Витольд.

— Сам выбирал, — ответила я, ни капли не жалея Стивена.

— Жестокая вы, — хмыкнул Витольд. — Вы позволите довезти вас до дома?

— Буду рада.

И мы все так же под руку отправились на выход.

Карета Витольда ничем не отличалась от моей ни внутри, ни снаружи. Семьи попроще и победней обычно обходились без лакея на запятках и одной лошадью, у нас же с Витольдом было примерно одинаковое состояние и положение в обществе.

Мы расположились рядом на сиденье.

— У вас непосредственная родственница, нейра Ингира, — заметил Витольд.

«Глупа как пробка», — перевела я для себя и ответила:

— Да, нейра Аливира не отличается сдержанностью.

Очередной смешок подсказал, что меня поняли правильно.

— Где мы можем увидеться завтра, нейра Ингира? — сменил тему Витольд.

— Завтра я буду на работе, с утра и до вечера.

— Отлично. С вашего позволения я навещу вас до обеда.

Да как скажете. Можно и до обеда. Похоже, Витольд собирался сделать мне предложение руки и сердца и обсудить подробности брачного контракта. Что ж, теперь я уж точно была готова. Пусть и не к самому статусу жены, но к свадьбе уж точно.

Очень быстро я оказалась дома. Тетушка, к моему удивлению, не стояла на страже. Так что я беспрепятственно дошла до своей спальни и вызвала Мари.

События ускорили свой ход. Теперь, как и на Земле, мне приходилось думать быстро и стараться не «тормозить», по крайней мере до скорой свадьбы.

Вымывшись и переодевшись, я с наслаждением растянулась на постели и скоро уплыла в мир сновидений.

Утром все пошло по известному сценарию. И в назначенный час я была в лавке. Оставив Эльвиру с Ритой за прилавком в ожидании покупателей, я направилась к себе. Шла спокойным шагом, как обычно, никуда не торопилась.

Однако сколько бы я ни пыталась обмануть саму себя, получалось у меня плохо. Да, держать в руках себя я умела, и все равно нервозность ощущалась. Как обычно бывает перед принятием серьезного решения, нервы находились на пределе. Я, конечно, была уверена почти на сто процентов, что знаю причину появления Витольда в лавке. Но всегда оставался тот самый один процент, отведенный на неожиданный поворот судьбы.

В общем, да, я нервничала. Мне нужно было выйти замуж, если я хотела сохранить лавку. Иначе даже заступничество кронпринцессы мне не поможет. Патриархат, чтоб его! Я могла бодаться с одним Стивеном, но сейчас у него появилась поддержка в виде будущего тестя. Так что, увы и ах, мне действительно нужно было замуж. За Витольда.

Он появился примерно через час. Как обычно, элегантно одетый, он переступил порог моего кабинета, поздоровался и уселся в кресло напротив меня.

— Нейра Ингира, думаю, вы понимаете, зачем я здесь, — произнес он, вынул из кармана камзола и поставил на стол передо мной удлиненную коробочку. — Здесь брачные браслеты. Нейра Ингира, вы станете моей женой?

— Буду рада, нейр Витольд, — ответила я, ощутив, как напряжение покидает мое тело.

Предложение сделано и принято. Сами браслеты Витольд наденет на меня после клятв у алтаря.

— Но нам нужен брачный контракт, — напомнила я.

— Не сомневался, что вы это скажете, — улыбнулся Витольд. — У вас есть свой законник?

Законниками называли здесь юристов различных направлений.

Я кивнула. Да, конечно, у рода имелся свой законник, а у лавки — свой. И конечно же, я больше доверяла последнему, так как именно с ним обычно вела дела.

Следующие полчаса-час мы с Витольдом обсуждали и записывали примерный план договора.

Потом Витольд поднялся и вышел. А предварительно пригласил меня на ужин в ресторацию. И я согласилась. Нам и правда не обходимо было чаще общаться друг с другом.

Я откинулась на спинку кресла и вздохнула, то ли тяжело, то ли облегченно. Я и сама еще до конца не понимала, какие именно чувства мной овладевали. Прощай, свободная жизнь. Это Ингира не видела ничего другого, кроме навязанной опеки родителей, а потом и тетушки. Я же, Виктория Остапова, привыкла всегда и во всем в первую очередь рассчитывать на себя. И жила так, как нравится мне. Теперь же мою свободу существенно урежут. И кто знает, как сложится моя будущая семейная жизнь.

Осознав, что я накручиваю себя и совсем скоро могу прийти к каким угодно выводам, я достала из стопки бумаг договор на поставку чая и принялась внимательно его читать.

Законником в лавке трудился гном. Крючкотвор каких мало, он был способен убедить кого угодно в чем угодно. Расстарин Шапронский, невысокий, бородатый брюнет с карими цепкими глазами и крючковатым носом, он кормил семью из десяти существ — пятерых детей, жену, двух несовершеннолетних сестер и престарелых родителей. Пробившись, как и его собрат счетовод Осситор Гарский, из самых низов, из семьи потомственных крестьян, он твердо знал свое дело и старался всегда и во всем блюсти выгоду клиента.

После ухода Витольда я отправила вестника Расстарину, и тот уже через два часа прибыл в контору.

— Нейра Ингира, — поклонился он, приветствуя меня, — чем могу быть вам полезен?

С Расстарином мы беседовали три долгих часа. Подробно разбирали каждый пункт из примерного плана. Он вносил свои предложения и поправки. Когда он ушел, моя голова гудела, словно колокол — слишком много знаний, вложенных в нее за раз. И все они никак не желали раскладываться по полочкам.

Расстарин пообещал связаться с юристом семьи Ольстерских и с ним составить черновой вариант контракта с учетом интереса обеих сторон. После этого мы с Витольдом прочитаем полученный вариант, одобрим его или внесем в него правки, и только тогда можно будет договариваться о бракосочетании.

— Как же легко жить без всяких этих заморочек, — проворчала я, оставшись в одиночестве. — Ну вот зачем мне замуж, а?

Витольд появился за несколько минут до окончания рабочего дня, как всегда, элегантно выглядевший.

— Нейра Ингира, — ослепительно улыбнулся он мне, — рад буду провести с вами вечер.

— Благодарю, нейр Витольд, — вернула я улыбку, — искреннее верю, что он пройдет просто чудесно.

На этот раз карета была Витольда. Своих слуг я отпустила. Следовало показаться в ресторации исключительно в статусе невесты, чтобы ни у кого из встреченных нами аристократов не осталось ни малейшего сомнения в том, что именно они видят.

Ресторация здесь была одна. Располагалась она в двух кварталах от императорского дворца и имела пять залов, для клиентов разного статуса.

Большое здание из серого камня, с высокими широкими окнами, по вечерам привлекало к себе внимание яркими огнями как внутри, так и снаружи.

Седой метрдотель в синем камзоле открыл перед нами дверь и склонился в поклоне. Заказанный столик уже ждал нас у окна.

Расторопный официант принял заказ, и вскоре мы с Витольдом наслаждались великолепными блюдами.

Ели молча. Да и не нужен был тут разговор. Главное — картинка. Для всех мы — пара, как сказали бы на Земле. А потому никто и не удивится, когда я через несколько дней выйду замуж за Витольда.

Вечер прошел, как и ожидалось, спокойно.

До дома я добралась вечером после ужина, уставшая и бессильная. Вызвала Мари, переоделась и улеглась спать.

Снился мне Витольд, трясший перед моим лицом контрактом и кричавший, что лавку отдаст Стивену, что бы ни было написано «в этих дурацких бумажках», потому что женщине пристало сидеть дома и рожать детей, а не владеть собственным делом.

Проснулась я злая на будущего мужа. Прямо руки чесались его придушить.

— Похоже, кому-то пора лечить нервы, — пробормотала я, глядя за окно. Там занимался рассвет нового дня. — Я еще замуж не вышла, а уже трушу. Чудно, просто чудно.

Вздохнув, я поднялась с постели и вызвала Мари. Пора было одеваться и снова ехать в лавку. Дела ждать не желали.

Следующая неделя прошла относительно спокойно. Стивен собирался жениться раньше меня, но радости у него в глазах не было. Он сторонился нас с тетей, смотрел на меня как на последнюю в мире сволочь, и все чаще закрывался в своей спальне. Я могла только подозревать, с чем связано такое настроение. Видимо, у него, как и у будущего свекра, никак не получалось отбить лавку. И Стивена это жутко злило. Если в дело вмешался император оборотней, пожелавший помочь сыну с женитьбой, то у Стивена шансов не было. Никто в здравом уме не станет ссориться с могущественным государством оборотней.

После того единственного инцидента в моей комнате Стивен больше никак не общался со мной: то ли обиделся, то ли понял, что бесполезно. Но ему и не нужно было. Глава рода имел право игнорировать любого члена рода. А вот я, по этикету, должна была спросить разрешения у Стивена, прежде чем выйти за Витольда. Впрочем, иногда об этом заботилась и семья жениха. Так что Витольд пообщался со Стивеном сам. Меня в детали разговора не посвятили ни одни, ни другой, но главное я знала: Стивен согласился.

За сутки до его свадьбы в доме появилась Аливира. Она чувствовала себя практически полноправной хозяйкой, ни в грош не ставила тетю, командовала слугами. А вот меня задевать боялась, можно сказать, даже избегала. Гораздо позже я узнала, что ее отец в подробностях расписал недалекой дочери, что и в каком виде ее ожидает, если она попробует обидеть невесту внебрачного сына императора оборотней. Аливира впечатлилась и каждый раз, когда сталкивалась со мной, заискивающе улыбалась и старалась поскорей сбежать.

Эльфийский караван, прибывший в столицу до свадьбы Стивена, помог мне избежать суматохи, связанной с подготовкой к бракосочетанию дражайшего брата. В этот раз его сопровождал герцог Орансариэль Шартонский, тот самый, что привез как-то дешевые конфеты «Лед в молоке» вместо дорогих пирожных «Веселый тролль».

— Доброе утро, шантар, — поздоровалась я, оказавшись у складов.

— Шантарель, — расплылся в улыбке герцог. — Вы великолепно выглядите.

Дамский угодник, он часто приезжал с караванами в столицу — проведать любовницу и двух внебрачных детей. Ему, высокопоставленному эльфу, нельзя было жениться на дочери человеческого купца. И поэтому их связь была якобы тайной. «Якобы» потому, что о ней говорили в свете с самого начала. Но на люди он семью не выводил, а потому правила приличия были соблюдены.

— Благодарю, — вернула я улыбку. — Надеюсь, в этот раз обойдемся без сюрпризов.

— Что вы, шантарель, никаких сюрпризов. Я самолично все перепроверил.

Я сделала вид, что поверила. И действительно, на этот раз привезли только заказанное.

Грузчики работали около двух часов. Их движения, усиленные магией, были быстрыми, точными, четкими. Когда повозки каравана опустели, я пригласила герцога выпить чай в моем кабинете. Он, конечно же, согласился.