Глава 11. Подготовка к балу

Утро встретило меня хорошими новостями и укоризненным взглядом от Вейн.

— Ну, что? – лениво спросила я, спуская босые ноги в мягкие тапочки.

— Госпожа, нескольких девушек ночью вытаскивали из озера. Любопытно то, что среди них были как избранницы отбора, так и некоторые служанки… - Вейн негромко фыркнула, а я тихонько рассмеялась.

Кажется, мне это никогда не надоест.  С подобными приятными мыслями я начала подбирать платье для завтрака.

— Госпожа… - вновь позвала горничная, - всех девушек собирают после завтрака для объявления нового испытания.

— О? Хорошо, - я с достоинством кивнула, слегка передёрнув плечиками.

Платье и украшения были выбраны, а потому – я начала готовиться к очередной встрече с распорядителями.

Сам завтрак прошёл в гнетущей тишине. Некоторые поглядывали на мою безвинную персону с очевидной злобой. Пф!

Будто я лично их в это озеро толкнула.

Когда мы поели, обслуга унесла пустые подносы и в тот момент герцогиня Хельда Дебуа вошла в зал и присела на уготовленное ей кресло, жестом попросив налить чаю.

— Рада приветствовать вас всех в добром здравии, девушки, - веско произнесла женщина, - однако, мою радость омрачают события прошедшей ночи. Для леди совершенно недопустимо безоговорочно доверять случайным домыслам и подвергать свою жизнь опасности.

Я едва не закатила глаза. Ради всех богов – они всего лишь искупались.

— Переходя к сути грядущего испытания, - продолжила женщина, - вскоре будет праздноваться тридцатый год правления нынешнего императора. В честь этого события, во дворце вдовствующей императрицы устроят светский вечер и, конечно, бал. На этом балу третий принц станцует с каждой избранницей особенный танец. Для этого события у вас будет шанс отрепетировать танцевальные движения с самим принцем.

Девушки радостно загудели, а я слегка поджала губы.

— Советую вам отнестись к данному испытанию со всей ответственностью, - добавила герцогиня, качнув головой. Однако, перед уходом, она вдруг поманила меня ленивым жестом.

Я учтиво поклонилась:

— Герцогиня.

Остальные девушки уже вышли, оставив нас наедине. Женщина прикрыла глаза и отстраненно проговорила:

— Леди Бьякко присматривает себе жениха из рода Центрийских?

Моя улыбка похолодела от такого бесцеремонного замечания.

— Не понимаю, о чём вы.

— Жаннет Тиридская считала вас своей внучкой и более всего на свете желала видеть ваш брак с третьим принцем, - продолжила Дебуа, - на вашем месте я бы поразмыслила над этим, леди.

— Вы не на моём месте, - тихо произнесла я, прикусив губу ещё сильнее.

Какое право они имеют советовать мне?

Никто из них не понимал бабушку. И она… Она бы никогда не заставила меня против воли.

Бабушка просто хотела, чтобы я и Гидеон были счастливы в любви. Чтобы нам повезло больше, чем ей.

Её жизнь была отдана империи и сыновьям, но никак не мужу. И, хотя вся страна считала, что она искренне скорбит по почившему императору… Некоторые знали, что это не так.

Покойный император был хорошим правителем, но не самым лучшим человеком.

*  *  *

Бальный зал дворца находился в отдельном, роскошном павильоне. Он пустовал уже много лет, но по случаю грядущего праздника – расцвел новыми красками. Гигантские окна были радушно распахнуты, пыльные шторы выбиты, паркет – отчищен до блеска.

Именно здесь нам можно было практиковаться с принцем. На практику уделялось по часу для каждой девушки, а так как нас осталось шесть…

Ах, да. Нас осталось шесть.

Вы спросите: «а где ещё две участницы?». Так вот: их тайком отослали в первые дни нашего пребывания здесь. Официальная причина: недостойное поведение.

Вейн рассказала, что одна из девушек была точно замешана в каком-то тёмном дельце, что скрывала первое время. Но вместе с нашим приездом сюда, тайная служба начала внимательнее разбирать дела участниц и кое-что раскопала…

Теперь я понимаю, почему герцогиня Дебуа так бесцеремонно высказалась насчёт Адриана. Но я в любом случае не собираюсь становиться победительницей отбора.

Итак, с учётом графика Гидеона, каждая из нас могла практиковаться с ним раз в три дня. Когда я пришла в танцевальный зал, принц как раз прощался с Дейей. Он был одет в лёгкую свободную рубашку и чёрные брюки, то есть выглядел максимально неформально.

Его алые волосы особо ярко переливались при свете дня и, оценив всю окружающую обстановку, я вдруг… Почувствовала неуверенность.

Знаете, какое-то детское смущение. Просто, когда-то именно с Гидеоном я училась танцевать. Это инициатива бабушки – сделать нас партнерами по танцам.

Ох и развлекались мы в ту пору, сколько туфель оттоптали друг другу…

— Добрый день, леди Бьякко, - учтиво поздоровался принц, как-то дразняще усмехаясь.

Я строго поправила пояс своего облегченного платья и вздёрнула носик:

— Приветствую, Ваше Высочество. Как поживают ваши танцевальные навыки?

Я тоже язвлю, склоняя голову набок. Золотые волосы пришлось убрать в высокий хвост, который постоянно щекотал шею.

— Сильно улучшились, - гордо заявил Гидеон, - прошу не оттаптывать мои ботинки – они почти новые.

— Прошу не ронять меня «случайно», это чревато конфликтом, - дразняще парировала я.

Гидеон вскинул бровь:

— О? Только если намерено.

Паршивец! Я невольно рассмеялась.

— Хорошо… Тряхнем же стариной!

Танцевать с ним было… Странно. Для тренировок мы избрали более энергичный танец. Должна сказать: он и вправду отлично вёл в дуэте, правда, один раз действительно чуть не уронил меня намеренно. Я в тот момент испуганно вцепилась в рубашку принца, а он – обхватил мою талию, нагло усмехаясь.

Не удержалась и чертыхнулась сквозь стиснутые зубы.

Мы словно опять дети, склочные, вредные и прилично капризные… Наши танцевальные практики превращались в догонялки, дергание за волосы…

Это было весело, если честно. Я как наяву слышу далёкий детский смех.

Когда мы танцевали с Гидеоном на первом балу отбора, я была напряжена, но сейчас всё по-другому. Возможно, дело в воспоминаниях, которые оживило это место…

Час пролетел очень быстро.

Когда дворецкий смущённо покашлял, намекая на то, что время вышло, мы отстранились друг от друга почти синхронно, странно запыхавшиеся. Я знала, что мой хвост жутко растрепался, да и принц не выглядел в этот момент таким строгим и чинным.

— Было приятно танцевать с тобой, - искренне улыбнулся юноша, склоняясь к моей ладони. Короткое касание губами – как выражение доброй воли, вызывало у меня странные эмоции: будто разряд тока по коже.

Я вышла из павильона, вдохнула летний воздух и впервые задумалась о том, что… Возможно, напрасно мы с Гидеоном враждовали?

Нас связывало так много в детстве. Достаточно много, чтобы сосуществовать мирно. Да, была детская ревность и, возможно, поэтому он тогда…

Я оборвала саму себя, чувствуя приступ жгучей обиды.

Нет, я не могу просто взять и просить то унижение, которому он подверг меня. Бьякко не прощают.

Мы, возможно, не враждуем прямо сейчас… Но и друзьями нам не стать.

Однако, эти мысли не принесли мне должного удовольствия, скорее наоборот – кислый привкус во рту.

*  *  *

Той ночью мне снова снился тот самый сон.

Прошлое должно оставаться в прошлом, но есть места, которые всё мутят воду и возвращают назад…

В этом сне бабушка Жаннет казалась непривычно усталой и я знала, отчего. Мне было четырнадцать лет, когда я посетила с нею поминальный вечер по почившему императору.

Тиридская стояла в усыпальнице с прямой спиной и печальным лицом. Она была на шаг впереди всех прочих и именно ей приносили соболезнования по случаю утраты.

Император умер уже довольно давно, но традиции предписывали родственникам поминать усопших добрым словом.

Это был очень тихий светский раут и после него бабушка казалась такой изможденной и такой… Старой.

В тот день я впервые подумала о её преклонном возрасте и невольно вздрогнула.

— Тебе там не понравилось, Эвелин? – спросила вдовствующая императрица, будто лишь сейчас заметила меня.

— Мне не нравятся места, где ты грустишь, бабушка… - пробормотала я, насупившись.

Она рассмеялась и потрепала меня по волосам, поглаживая пальцем ручку чашки.

— Старики часто вспоминают о былом и оттого грустят, - весело заметила Жаннет.

— Ты… Очень любила умершего императора?

Знала ли я, что этот детский вопрос заденет её? Конечно же, нет. Я всего лишь была подростком и только начинала интересоваться тем, что несёт за собой брак.

Бабушка замолчала, будто не услышала вовсе. А потом медленно покачала головой:

— Нет, Эвелин. Наш брак был только лишь договором двух могущественных семейств. Мы не нравились друг другу.

Тогда я, кажется, удивилась. До этого совместная жизнь с мужем казалась мне чем-то сказочно-прекрасным, но теперь…

— Тебе уже четырнадцать, Эвелин. Нет смысла скрывать то, с чем сталкиваются многие аристократки… - бабушка вымученно улыбнулась, словно ей вовсе не хотелось говорить, а я, отчего-то, сильно занервничала, сжимая вышитый платочек в ладонях.

— Для многих брак становится пыткой, Эвелин, - негромко произнесла Жаннет, - ты выходишь замуж за человека, которого совсем не знаешь. Первая брачная ночь… Больше похожа на насилие. И кроме кровати ничто вас не связывает всю жизнь.

Я многого тогда не понимала. Но слова бабушки напомнили мне рассказ тюремного заключения.

— Во дворце ты сама себе не принадлежишь, - продолжила Тиридская, - и долгое время кажется, будто так и должно быть. Уже в преклонном возрасте, когда тело императора хоронили… Я поняла, насколько одиноко моё существование. Император мог быть грубым и тираничным, мог унижать меня, но правильная супруга не должна выражать возмущение. Она должна терпеть и быть благодетельной.

— Но это же… Неправильно! – невольно воскликнула я.

Новая грустная улыбка коснулась её губ:

— Таков путь императрицы, Эвелин. Я приняла его, приняла эту жизнь и воспитала прекрасных мальчиков, к коим не имела право привязываться слишком сильно. Но иногда, быть праведной императрицей… Невыносимо тяжко, Эвелин. Потому я была рада, когда мне дали шанс уйти на покой.

Она открывала мне неприглядную правду жизни, к которой отчаянно не хотелось прислушиваться.

— Я говорю это не просто так, - внезапно решительно продолжила Жаннет, - я действительно не хотела бы, чтобы ты испытала подобное. Твой брак… Должен быть обоюдным, понимаешь, Эви? Даже если в нём не будет любви, в нём хотя бы будет согласие.

Мысленно я противилась её словам. Четырнадцатилетняя девчушка, я была чертовски упрямой в то время.

— Бабушка, если ты о Гидеоне, он…!

— Он хороший ребёнок, - рассеянно произнесла женщина, - и он никогда тебя не обидит. Я знаю, вы не ладите, но попробуй быть немного снисходительнее, Эвелин.

Я надулась и норовисто фыркнула:

— Он мне не нравится!

Жаннет тихо рассмеялась:

— Что ж, тогда ничего не поделаешь. Надеюсь, вы будете счастливы, мои милые птенчики.

«Птенчики»… Да, именно так она нас и называла.

Сновидение растворилось в моём сознании и я резко подскочила на кровати. Рассвет только тронул темнеющее небо. Я приоткрыла шторы и импульсивно вышла на балкон, чувствуя, как холодный воздух основательно прочищает мутные мысли.

— М-м-м… Госпожа? – Вейн сонно зевнула. Она спала в соседней комнате, но спала очень чутко, потому и просыпалась всякий раз, когда я бродила по ночам.

— Шаль, госпожа? – спросила моя личная горничная и я с лёгким запозданием кивнула.

Вейн была хороша тем, что никогда не задавала лишних вопросов. Она знала, что на некоторые я просто не захочу отвечать.

Девушка поспешно накинула тонкую шаль мне на плечи и я закуталась в неё, прикрыв глаза. Стало немного легче.

Под окном шумели вишнёвые деревья, такие красивые… Запах раннего утра ни с чем не сравним. Вейн вскоре принесла мне чашку горячего молока с мёдом (и не поленилась же сходить на кухню), после чего вновь ушла спать.

Кто-то назвал бы это неуважением, однако, она просто понимала, что я могу очень долго простоять так.

С первым глотком молока, мои мысли вновь коснулись недавнего сновидения.

Бабушка… Ты никогда не говорила об этом прямо, но жизнь с императором была для тебя невыносимой, верно? Тот разговор многое во мне изменил.

Я твёрдо для себя решила: хочу быть счастливой.

Хочу… Быть любимой, понимаете?

Не важно, если мой брак будет недостаточно хорош по меркам общественных норм, богатства, или положения… Я просто хочу, чтобы муж любил меня, а я его.

Когда я встретила Адриана, мне казалось: нашла то, что искала.

Да, сейчас я пока не люблю его, но…

Но со временем точно полюблю по-настоящему.

Есть то, что не купишь за деньги. Когда придёт время: я не хочу жалеть о своей жизни. Я хочу улыбаться, вспоминая её. Звучит очень наивно, но я готова приложить все усилия, ради достижения этой цели.

Бабушка научила меня, что многие в мире светских львов смотрят на твоё благосостояние и желают сожрать всё, что ты копил годами. Сама я поняла, насколько ядовиты окружающие после своего дебюта.

Но брак должен быть тихой гаванью для сердца.

А иначе… Иначе: зачем всё это?

Я вздохнула ещё раз, собираясь уходить. Различила в рассветной дымке силуэты принца и его бравого товарища – мужчины шли на тренировочную площадку.

На миг Гидеон, кажется, притормозил и посмотрел в сторону моего окна, отчего я невольно вздрогнула.

Мальчишка из моих воспоминаний вырос и сильно изменился. Когда-то я могла побить его деревянным мечом, но сейчас… Едва ли.

Я вспомнила сильную хватку Деона на моей талии во время танца и стиснула чашку пальцами сильнее, с досадой отставляя в сторону.

Полно тебе, Эвелин. Ты уже давно не маленькая девочка, которая ждёт своего принца.

С этими мыслями я вернулась в тёплое помещение и прикрыла балконную дверь, а после… Закрыла и шторы.

Оставшиеся сны в кровати были мирными и безобидными. В них я слышала детский смех, ловила солнечных зайчиков на лицо… Во снах Жаннет была жива и улыбалась счастливо.

Но таковыми были лишь безмятежные сновидения.