Глава 9

Заколебавшись, Лиза отложила от себя трубку. Вытерла ладонь, будто та замаралась. Провела по волосам. Потрогала горящие огнем щеки. И выйдя из гардеробной, несколько раз прошлась по коридору туда-сюда. Взгляд остановился на небольшом баре, который они с мужем устроили в торце кухонного острова, отделяющего кухню от гостиной. Бар был единственным пожеланием Серого к интерьеру, с которым Лиза не стала спорить. И сейчас ее манило к красиво расставленным бутылкам, словно магнитом. Она чувствовала, что не справляется насухую. Хотя и не понимала… пока не понимала, что так сильно её растревожило. 

В конечном счете, пить Лиза, конечно, не стала. Лишь умылась холодной водой, чтобы остудить голову. И постояла у крана, наблюдая за тем, как тонкую струйку засасывает в воронку слива. Вот бы так ее страхи – взять и спустить в канализацию. Так нет же. Попробуй от них избавься! 

 Больше всего Лизу бесило то, что у этих панических атак не было никакого видимого повода. Ее просто накрывало. То в квартире Тани, то вот теперь. А почему? С чего? Ну, мало ли, по какой причине та переписывалась с её мужем. Они ведь были коллегами. И это, пожалуй, все объясняло. Да. 

А она, дурочка, вон как себя накрутила! Лиза усмехнулась, поражаясь собственной мнительности. Вернулась в гардероб, подхватила брошенный телефон и снова открыла приложение. 

Сообщений было много. Но все они были удалены. 

Пальцы дрогнули. Телефон выпал из Лизиных рук. Ну, вот! Вот… Её снова тряхнуло! А ведь даже это объяснялось очень и очень просто. Работа у них секретная. Обсудили что-то и тут же убрали из мессенджера любые о том упоминания. Логично? На первый взгляд – да. Но если копнуть глубже – ни черта! Никакой логики. Вряд ли бы сотрудники разведки поддерживали связь через Ватсап. Представив этих доморощенных шпионов, Лиза захохотала. Но в ее смехе не было веселья. Лишь зарождающаяся звенящая хрусталем истерика. Она не понимала, какого черта? О чем им было говорить? Лиза даже не знала, что у её мужа был этот самый Ватсап установлен. Между собой они переписывались в Телеграм. Там же были и все их друзья, их общие чаты-болталки. 

Кстати, о Сером! Ей ведь так и не отдали его вещи… Среди которых должен быть и телефон. Интересно, почему? Забыли? Поверить в это было довольно трудно. 

Лиза вскочила, заметалась по комнате. Некстати проснулся Данька. И заревел. Лиза приложила сына к груди, одной рукой успокаивающе поглаживая темный пушок на его головке, а другой судорожно пролистывая остальную Танину переписку. Может, кому-то могло показаться безнравственным то, что она делала, но Лизе было на то плевать. Она кожей чувствовала какие-то несостыковки. И это будило в ней дикое, непреодолимое желание докопаться до истины. Мало что в этой жизни могло захватить ее так. Не зря же она сделала карьеру в журналистике. 

В телефоне Тани Лиза не нашла ничего интересного. Едва дождавшись утра, она набрала Богданова. 

– Лиза? Привет. Рад тебя слышать. Ты по делу? 

– Я хотела узнать, как мне забрать вещи Сережи. Но если я отвлекаю, то могу позвонить попозже. 

– Нет, все в порядке. – В трубке зашуршало, будто Демьян переложил телефон из одной руки в другую. –  Просто удивлен, что ты до сих пор их не получила. 

– Я немного тебя поправлю. Дело не в том, что я их не получила. А в том, что никто не потрудился эти самые вещи мне выдать. 

На том конце связи повисла тишина. 

– Кхм. Извини, я сейчас проясню этот вопрос и тебе перезвоню. 

– Спасибо, – сказала Лиза уже в гудки. 

Весь день она ждала звонка от Сережиного командира. Но так его и не дождалась. Ближе к восьми в дверь позвонили. 

– Лиза, это Богданов. 

Лиза открыла дверь и метнулась в спальню. Ей нужно было срочно переодеться, потому что встречать гостей в испачканной отрыжкой Даньки футболке она не могла. 

– Эй, есть кто-нибудь? 

– Заходи! – крикнула Лиза. – Я сейчас. Одну минуту. Ты располагайся пока. 

– Я принес то, что ты просила, – сказал Демьян, когда Лиза с сыном на руках вернулась в комнату. 

– Мог бы не утруждаться. Я бы и сама справилась. Но спасибо. 

– Хм… Я хотел это сделать лично. И извиниться за то, что сразу этого не предусмотрел. 

– Я все понимаю, правда. Это были нелегкие месяцы для нас всех. 

Демьян кивнул. С интересом уставился на Даньку, который с остервенением грыз собственный кулачок. Лиза подозревала, что зубы у него полезут раньше, чем это предполагалось нормой. 

– Можно я его подержу? Он не расплачется? 

– Не знаю! – засмеялась Лиза, обрадованная, что хоть кто-то из Теней проявил к ее сыну интерес. – Лучше его от себя отверни. Он любит разглядывать окружающее пространство. 

– Такой маленький. Невесомый почти, – удивился Демьян. 

– Потаскай его пару часов кряду, и тебе покажется, что он весит целую тонну. Хотя, – Лиза очертила взглядом бугрящиеся мышцы майора, – я могу и ошибаться. 

– Как у него с животиком? Колики уже прошли? 

Челюсть Лизы медленно опустилась вниз. Он и при желании не смог бы удивить ее больше. 

– Колики? Тебя волнуют Данькины колики? 

– А что в этом такого? 

– То, что ты в принципе знаешь это слово! – захохотала Лиза. Но замолчала, когда до неё вдруг дошло. – Аля беременна? 

– Ага. – Богданов почесал свободной рукой в затылке. 

– Поздравляю, Демьян. Быстро вы. 

Сказала и замерла, испугавшись, что к ней снова вернется мерзкое чувство зависти. Но… нет. С появлением в жизни Лизы Даньки все изменилось. И горечь ушла. Она очень надеялась, что навсегда. 

– Да уж как вышло, – отшутился майор, не слишком успешно контролируя распирающую его грудь гордость. Лиза в который раз подивилась тому, что с большими сильными несгибаемыми мужиками делает любовь. Ну, кто бы мог подумать, что она когда-нибудь увидит Демьяна таким… немного сбитым с толку, поплывшим от эмоций и очень-очень счастливым? Если честно, Лиза уже вообще забыла, как оно, когда так… Когда это только-только начинается, когда все остро, на пике, когда тебя вмазывает, как от наркоты, и каждая минута порознь – что тебе испытание. 

Лиза скосила взгляд на простую картонную коробку, в которой Демьян принес вещи Сергея. Вот и все, что от него осталось. Не считая одежды в гардеробе, которую она так и не решилась убрать с глаз. 

– Там лишь его барахло, видимо, забыл забрать после очередных сборов. И телефон, который Серый оставил в шкафчике. 

– Неужели даже медаль не дали? – вдруг разозлилась Лиза. – Посмертно. Они же любят посмертно давать… 

– Она тебе нужна, Лиз? – тихо спросил Богданов. 

– Нет! 

– Ну, вот поэтому и не дали. 

– Извини. 

– Брось. Тебе не за что извиняться. На вот. Сына возьми, что-то он куксится. А я, наверное, пойду. Уже поздно. Ты обращайся, если что. Хорошо? Мы рядом. Я и парни. 

Лиза кивнула. Забрала Даньку из рук Демьяна и легонько того приобняла. 

– Ты вроде как похудел. Или кажется? 

– После ранения скинул пяток килограммов. 

– Как? Я не знала, что ты был ранен. 

– Был. Мы в этот раз с Исой огребли по полной. 

Лиза сжалась, осознав, что трупов могло быть гораздо больше. 

– И что теперь будет? 

– Я не знаю. К работе нас не допускают. 

– А может, и хорошо? У тебя, вон, ребенок скоро родится. Вдруг это был знак, что не стоит вам и дальше ходить по краю? 

Лиза думала, что Богданов отмахнется от ее бабских суеверий, но, к удивлению, он кивнул: 

– Может быть. 

Прерывая их беседу, у майора зазвонил телефон. Тот улыбнулся, бросив взгляд на экран. Приложил трубку к уху. Говорил он коротко, но в таком тоне, что у Лизы невольно появился новый повод для зависти. Ведь ей самой больше не с кем было так разговаривать. Для нее все осталось в прошлом. 

Не отрываясь от беседы с женой, Богданов сунул ноги в ботинки, помахал Лизе рукой, Даньку почесал, как щенка, за ухом и ушел. Глядя на захлопнувшуюся за ним дверь, Лиза думала, что, может, зря она его отпустила, не расспросив о том, какие дела могли быть у ее Сергея с Таней? С другой стороны, ей меньше всего хотелось давать повод думать, будто она в чем-то подозревает покойного мужа. Ведь это было не так. Или… не было? 

Лиза открыла коробку. Перебрала аккуратно сложенную одежду мужа. Майку, в которой тот тренировался. Штаны. Погладила пальцами. Телефон обнаружила на дне коробки. Включила. И тот послушно ожил. Точь в точь, как совсем недавно телефон Тани. 

Ей хватило нескольких минут, чтобы понять – тот здорово подчистили от ненужной информации. Вот только кто это сделал? Сергей? Или конторские? Лизе хотелось кричать от бессилия. Она попыталась восстановить данные из резервных копий, но не нашла ни единой… 

Что же ты скрывал, Сережа? От кого? Только ли из-за работы? Или была еще какая-то причина? 

Так и не найдя ответов на свои вопросы, Лиза легла в кровать. Попытка уснуть не принесла своих результатов. Она металась в постели, крутилась с боку на бок. То, озябнув, натягивала на себя одеяло, то, напротив, отбрасывала то, вспотев. Данька тоже кочевряжился, хныкал, будто ему с молоком передавалась нервозность матери. Лиза укачивала его в руках и ругала себя последними словами, силилась успокоиться. Но её ни в какую не отпускало. 

И лишь к утру, когда она окончательно измучилась, Лизу вдруг осенило. Да, телефон Сергея пуст. И в этом не было ничего удивительного. Тот был отличным хакером и мог замести следы так, чтобы их никто никогда не нашел. Но Таня… Таня вряд ли так хорошо разбиралась во всех этих хакерских штучках. 

Лизе потребовалось несколько часов, чтобы восстановить данные из резервной копии. Сначала она билась над паролем, потом, с трудом его получив, разбиралась с пошаговой инструкцией по восстановлению… 

– Бинго! – шепнула она, когда все, наконец, вышло. Сердце, которое все это время нетерпеливо подпрыгивало в груди, запнулось и ухнуло куда-то вниз. 

Вдох-выдох. Вдох… Лиза открыла чат. Чего она ждала? Она не смогла бы ответить с уверенностью. Но точно не того, что увидела. 

Фото… грязные видео. Скупые сообщения. Которые она не могла читать, потому что те ее убивали. Которые она все же читала, надеясь сдохнуть. 

Грязь… Тонны грязи. 

Ей казалось, она сыплется ей на голову, пачкает, засасывает в свое болото, забивается в рот, в нос, в уши и глаза. Зловонная, мерзкая… Сколько ни сглатывай – она поперек горла. Она везде. В каждой поре. В каждой клеточке тела. Отравой, разрушающей всё… Всё… Всё! 

– Очко сожми, сильней. Сука–а–а… 

Она этот голос ни с чьим не спутала бы. Хоть на видео ее мужа не было видно. Лишь… ее, Таню. Точнее, ее голую задницу и его член, с остервенением ее таранящий. Звуки животного совокупления. Танин вой. Его грязные… опять грязные комментарии. 

Это было слишком. Лиза пролистала. Еще несколько фото с развороченными… Так, ладно, это тоже все мимо. 

Осознав, что задыхается, Лиза с всхлипом втянула воздух. И удивленно, будто впервые видела эту комнату, осмотрелась. Он трахал ее и здесь… В ее кровати. На постельном, которое они вместе купили в Италии. 

И которое, будто в насмешку, было постелено и сейчас. 

Вдох-выдох. Через боль, через хрип… Каждый глоток воздуха – новый виток агонии. Лиза заскулила. Осмотрелась дико. 

Даже простыни… даже эти чертовы простыни – предательницы. 

На коленях Лиза подползла к кровати. Непослушными руками содрала одеяло. Стащила наволочку с подушки, потянула простынь. Подвывая, будто безумная, но даже не замечая этого. 

Возмущенный творящимся беспределом Данька насупился и грозно взмахнул кулачком. Лиза замерла. Пальцы, комкающие ткань, разжались. Медленно, как старуха, она подползла поближе к ребенку и уставилась на него неживыми, стеклянными от слез глазами. 

«И ротик, да? Глазки и ротик. Ну, вылитый Сережа», – зазвенел в ушах голос свекрови. 

– Да… – прошептала Лиза. – О, да. 

Ей хотелось умереть, да, чтобы никогда их больше не видеть.