Глава 23

Марат

Взгляд у следователя горит, по глазам вижу, нарыл что-то, поэтому и примчался ко мне в офис с информацией в зубах.

— Марат Александрович, нашёл я на вашу невестку улики, — довольно протянул Щербаков и как в прошлый раз достал из портфеля серую папку. — Всё здесь. Я был прав, виновата Анастасия.

— Ну и….

— Как вы наверняка знаете, ваш брат якобы добровольно наглотался снотворным. А вы в курсе, что незадолго до смерти Руслан просил своего врача выписать рецепт на другое лекарство, жаловался, что от прежнего снотворного днём чувствует усталость и слабость?

— В курсе, — ответил я. — Доктор выписал ему более слабое средство.

— Вот именно! А теперь возникает вопрос, для чего тогда ваша невестка покупала старое неподходящее снотворное за три дня до гибели мужа, причём в аптеке, до которой из её дома ехать и ехать, и расплачивалась она не банковской картой, а наличными?

— Более слабые таблетки не работали, и чтобы Руслан смог заснуть, Настя приобрела лекарство, которое ему помогало, — пояснил я, а если быть точнее, то просто в очередной раз оправдал девушку.

— Не сходится, — Щербаков порылся в папке и выдернул из неё несколько листков, — вот полная опись аптечки Руслана, составленная сотрудниками полиции. Согласно реестру, ваш брат принимал новое лекарство ежедневно ровно с того момента, как врач его прописал. А ведь если бы Анастасия действительно купила прежнее лекарство по просьбе мужа, и он за три дня до смерти вновь на него перешёл, то в блистере нового снотворного должно было остаться на две таблетки больше, — сказал следователь и начал выкладывать содержимое папки на стол. — Вот Анастасия в аптеке подаёт купюры провизору. Обратите внимание на дату и на упаковку таблеток, что уже лежит на прилавке. Вот она выходит из аптеки. Вам хорошо видно название улицы? Согласитесь, мягко сказано, далековато от дома, да? Вот её показания, в них Анастасия не упоминает о том, что незадолго до самоубийства мужа купила месячный запас тех самых таблеток, которыми отравился супруг. Марат Александрович, я считаю дело закрыто. Убийца найден. За вами теперь решение, оставить всё как есть, и пусть Анастасия радуется жизни, или же её наказать. Если не хотите марать руки в крови, имеется альтернатива. Анастасия молодая и привлекательная. Я могу устроить так, что она просто исчезнет, и поверьте, хоть она и не умрёт, но жизнь её сладкой точно не будет, ровно так же, как и долгой.

— Исключено, — рявкнул я, представив грязный бордель, куда, по всей видимости, Щербаков и планировал сплавить Анастасию. — Если даже решу, что невестка действительно виновна, и я хочу мести, то это будет пуля в лоб, чтобы без боли и быстро.

— Разумеется, способ выбирать вам, — следователь поднялся со стула и взял в руки портфель. — Подумайте. Всё взвесьте. Если что, я на телефоне, жду от вас лишь команды.

Возвращаясь из офиса домой, принял решение подыскать нового следователя, который не предоставляет услуги по физическому устранению людей и не имеет наклонностей садиста-маньяка-работорговца.

После ужина опять едва встал из-за стола, наелся так, что еле дышу. Вот спрашивается, на хрена я каждого блюда добавки просил, завтра что, великий голод настанет, и еда резко закончится? Не знаю, что Анастасия на кухне вытворяет с продуктами, но такое ощущение, как будто колдует, нереально вкусно, словно ей сам чёрт помогал.

Дабы жирок после переедания не завязался, пошёл прогуляться на улицу, эффективней было бы, конечно, навестить спортзал, но физические нагрузки возможны лишь после пары часов.

Зайдя в дом и проходя мимо гостиной, замер, давно я такой трогательной и уютной картины не видел. Настёна, разложив на ковре подушки, лежала на полу на животе и работала за ноутбуком. Нина Васильевна смотрела какой-то фильм, судя по картинке экрана — слезливую мелодраму, и вязала полосатые гетры, точь-в-точь, какие сейчас были натянуты на ножки невестки, которыми она болтала. Бесформенный длинный свитер, что надет на Насте, очевидно, так же дело рук Нины Васильевны. Вязка крупная с косами, женщина в детстве мне тоже такой же вязала.

— Ой, ну я не могу, какой же этот Саваш ладный, — вздохнула Нина Васильевна, когда на экране крупным планом показалось лицо чернявого мужика. — Какая же эта Ясмин непутёвая, нос от него воротит, а ещё скрывает, что у них растёт совместный сын. Настасья, лицо-то от цифр отверни, да глянь-ка на парня.

Невестка, подняв подбородок, прищурилась.

— Ага, ничего такой, симпатичный.

Один комплимент от невестки в сторону мужика, и его лицо сразу превратилось в козлиную морду.

— Настасья, тебе бы такого в мужья отхватить, вот бы дети у вас вышли красивыми.

Невестка, дрянь, заулыбалась. Что, понравилась идея родить от морды козлиной?

Воображение заиграло и к представленной картинке в гостиной дорисовало деталей. Теперь в ранее пустом кресле развалился мужик, что недавно с экрана смотрел, вокруг него бегали и орали трое мальчишек лет так пяти-шести, далее в комнату с младенцем на руках входит невестка и радостно сообщает:

— Дорогой муж, я вновь в положении.

Вот же херня. Какого… я себе это дерьмо представил? Так напрягся, что рубашка прилипла к спине.

— Настасья, а чего ты улыбаешься, думаешь, я старая дура? Замуж и ребёночка тебе обязательно надо. И не тяни. А то знаешь, как время бежит, не угонишься. Я как будто ещё вчера молодкой ходила на выданье, а теперь вот, вся дряхлая и лицо в паутине. В зеркало противно смотреть.

— Нина Васильевна, ну какая же вы дряхлая? Скажете тоже, — возмутилась Анастасия, поднялась с пола, села рядом с женщиной и обняла. — Вы молодей всех молодых.

— Эх, Настасья, Настасья, переживаю я за тебя. Нынче вон, какие пошли девки вертлявые да бойкие, а ты тихая и домашняя. Где же нам тебе хорошего жениха отыскать?

— Ну, Нина Васильевна, о чём вы? Я же несколько дней как овдовела, — напомнила Настя, за что и получила прощение за то, что рассматривала возможность родить от морды актёрской.

— Руслану уж всё равно. Тебе о себе думать надо. Если кто подвернётся путёвый — ни на что не гляди, бери, если бог посылает. Только кто ж к тебе посватается, если сутками дома сидишь? — посетовала Нина Васильевна, крепко прижимая девушку. — Я-то что, уже пожила, а вот за тебя сердце каждый день ноет.

— Вот зря вы за меня переживаете, — пропела невестка и выдала: — Мне буквально вчера один положительный во всех смыслах мужчина предложение сделал. Так что я нарасхват и одна не останусь, — хохотнула якобы тихоня, а у меня в глазах потемнело. Значит, вчера сучка не на маникюре была, а к мужику шастала.

— Кто? — воодушевилась Нина Васильевна и гнида, ответив, вбила последний гвоздь в собственный гроб.

— Иванов Виктор Олегович.

— Сука, — сжав кулаки, то ли вслух прорычал я, то ли подумал, и чтобы прямо сейчас не придушить дрянь на глазах у пожилой женщины, вылетел из дома, проветриться и хоть как-то унять злость. Хотя нет, о злости даже не идёт речь, то, что чувствую, называется яростью, всепоглощающей и удушающей.

С превеликим наслаждением обхватил бы сейчас ладонями голову Насти и давил бы до тех пор, пока не ощутил, как под руками, раскалываясь надвое, трещит её лживая черепушка.

В кармане завибрировал телефон, на автомате ответил на вызов:

— Да…

— Марат Александрович, это Щербаков, вы пришли к какому-либо решению?

— Да, пуля в лоб подойдёт.

— Ок, я вас понял, — резво и с готовностью к действию, выпалил следователь и отключился.