Глава 31

Валерия Время тянулось неумолимо долго, или это мне так казалось. Я сидела на лавке, обхватив живот руками и ждала. Ждала, что вот-вот приедет Марина или Алексей, и они смогут меня вытащить отсюда. Хотя то, в чём меня обвиняют, вряд ли позволит им это быстро сделать. Ещё слова моей новой знакомой никак не шли у меня из головы, что мне отсюда выбираться нужно и как можно скорее. А ещё слова Блинова, что меня нужно в камеру, куда Лёльку привезли. Кто эта Лёлька? Так которую сейчас увели, или та, которая сейчас сидит, поджав под себя ноги, и косится на меня. «Она блаженная» вспомнила я слова недавно ушедшей женщины. Поняв, что я стала что-то понимать, незнакомка встала и со стеклянными глазами направилась ко мне. Поняв это, я резко вскочила и стала пятиться назад. – Не бойся, – тонким голосом пропищала она, – я тебе помощь хочу. Ещё немножечко и всё закончится! *** Алексей После разговора с отцом я начал звонить адвокатам, но всё хорошие адвокаты, которых я знал, как назло были заняты. Кто-то был на суде, кто-то в командировке, кто-то не в городе. Отец, конечно, тоже обещал по своим связям найти адвоката, но и у него ничего не получалось. Или же он просто не хотел мне помогать. Потому что, не смотря на все мои доказательства, он по-прежнему не верил в невиновность Валерии. А я чувствовал, что Лере грозит опасность. Мне казалось, что я куда-то опаздываю, что вот-вот должно случиться что-то непоправимое. И от всего этого мне становилось не по себе. Никогда в жизни я ещё не чувствовал себя таким беспомощным, даже когда после аварии какое-то время не мог встать на ноги. Не теряя даром времени, я отправился в полицейский участок. С одной стороны я прекрасно понимал, что мне не дадут свидание с Лерой, но я мог хотя бы попытаться. Припарковав машину, я тут же побежал в участок. Как назло около дежурного уже стояла какая-то девушка. И мне предстояло ждать, пока дежурный освободится. Это было самое долгое ожидание в моей жизни. – Сазонова Валерия Александровна, – назвала девушка данные моей Леры, после этого я тут же подбежал к ней. – Извините,– обратился я к незнакомке. – Я слышал, вы назвали данные Валерии Сазоновой. – А вы собственно кто? – тут же строго спросила незнакомка. – Меня зовут Загорский Алексей Сергеевич, – представился я. – Ах, Загорский, тогда понятно, минутку, пожалуйста, – показала она мне жестом, а сама вновь обратилась к дежурному. – Сколько мне ещё ждать встречи с вашим следователем? – Он сейчас на выезде, обещал скоро приехать, – спокойно ответил дежурный. – Значит, свяжитесь с вашим главным, кто там у вас. Я адвокат Валерии Сазоновой и я отсюда не уйду, пока не поговорю с ней. – Ожидайте, – коротко ответил дежурный и стал куда-то звонить. – А теперь с вами, Загорский, – переключилась на меня незнакомка. – Меня зовут Ставицкая Марина Владимировна, я подруга Валерии и теперь её адвокат. О вас же господин Загосркий я слышала только от посторонних людей. Какое отношение вы имеете к моей подруге? – Я отец её ребёнка! – шагнул я козырей. – Так, понятно, что ничего не понятно, – вздохнула она, – значит так, если вы действительно хотите помочь Валерии, ждите меня здесь. А я пока попытаюсь попасть к ней на свидание Ставицкая снова подошла к окну дежурного и стала требовать встречи с Валерией. И ей это удалось, спустя минут тридцать вышел молодой полицейский и сообщил Ставицкой, что сейчас проводит её к Сазоновой. Лёд тронулся, меня к Лере, не пусти ли бы точно. А у Марины это получилось. Теперь есть хоть какой-то шанс на спасение Леры. *** Валерия С безумными стеклянными глазами блаженная надвигалась на меня, что-то бессвязно бормоча себе под нос. Я же пятилась назад до тех пор, пока позади меня не оказалась стена. И едва она поняла это, как достала откуда-то складной нож. Еще мгновение и она пытается ударить меня. Я не знаю, откуда у меня взялись силы, но я хватаю её за руку и не даю этого сделать. – Скоро всё закончится, скоро всё закончится, – всё с теми же стеклянными глазами бормочет она. Я держу её за руку, не давая совершить не поправимое. Другой рукой женщина хватает меня за горло. Но и тут встречает сопротивление. Я не знаю, откуда во мне взялись эти силы, но я продолжала с ней бороться. Чем закончился бы наш поединок, я не знаю, но в этот момент дверь в камере открылась и тут вновь вошла Томилина. – А ну отошла от неё! – рявкнула она на блаженную. Но тщетно, та по-прежнему пыталась закончить задуманное. Поэтому Томилина, как котёнка схватила её за шкирку и отшвырнула от меня. – Вон пошла! – вновь гаркнула она на неё, та, словно ничего и не было, вновь забилась в угол и стала смотреть на нас своими стеклянными глазами. – Ты как? – обратилась ко мне Томилина. – Нормально, – ответила я, пытаясь отдышаться. – Спасибо. – Поблагодарила я её. – Вот ведь гады, – выругалась она, – не я, так эту дуру попросили тебя убрать! – Меня что?! – хотя я только что пережила нападение, но всё равно не до конца верила в это. – Но за что? Кому это надо? – Томилина взяла меня под руки и усадила на лавку. – А вот это тебе девочка виднее. Кому ты так насолила. – Может это Блинов? Он очень грубо со мной обращался. – Предположила я. – Этот следак? – усмехнулась она. – Да не смеши меня, он честный до глубины костей. Грубый и неотёсанный это да, но честный. Мой хахаль как то ему на лапу хотел дать, так-то его первый раз послал, а второй раз закрыл. Ненадолго, правда, на пятнадцать суток, за хулиганку, но закрыл. – Но за что он тогда так со мной? – не могла понять я. Ну, если этот Блинов такой честный и правильный, то почему он так грубо со мной разговаривал и к какой Лёлке хотел посадить. – Кто такая Лёлька? – решила я выяснить это у своей новой знакомой. – Это я, а что? – не поняла она. – А то, что Блинов распорядился посадить меня именно к какой-то Лёльке. – Вот гад, – усмехнулась Томилина, – да потому что у меня в камере всегда порядок, я за всеми смотрю. А кто знает, что у тебя на уме, чай поди впервой загремела. Вот он и решил подстраховаться. – Тогда почему вы сказали, что если не вы, так эту дуру послали меня убрать. – Да потому что поступали мне несколько раз такое предложения, но я не мокрушница. На такое не подписывалась. А неделю назад, меня на улице какой-то придурок подрезал. Вроде и авария плевая, а он взбесился, орать начал. А потом, сказал, что если я хочу, чтобы он всё забыл, то надо будет одну девочку на зоне припугнуть. И вот чудо, вчера меня сюда сажают непонятно вообще за что, а сегодня приводят тебя. И тут у меня всё срослось. А эту видать для страховки посадили. – Так может, у неё спросим? – предложила я. – Это вряд ли, говорю же, блаженная она. Не первый раз уже с ней в КПЗ попадаю. Она тебе ничего никогда не скажет. – Значит так, сейчас мы будем тебя отсюда вытаскивать, – решительно сказала она. – Как? – не поняла я. – Жить хочешь? И чтобы твой ребёнок жил, значит, подыграешь мне! ***