Глава 11

– Видишь, если ты все понял, то должен понять и мои принципы, – пожимаю я плечами. В том, что Роман умён и понятлив, у меня нет сомнений. А ещё он догадлив. И догадается рано или поздно, что я от него что-то скрываю… Точнее, кого-то. И чем больше мы проводим времени вместе, тем раньше это произойдет. – Юля, – Роман тянет мое имя, будто пытается достучаться до плохого ученика. – Я же тебя не в постель зову. Этого ещё не хватало! – У тебя для этого есть жена, – произношу резко. – Черт! Едва успеваю нажать педаль тормоза. Не стоит вести такие разговоры, когда надо сосредоточиться на дороге. Хотя до упоминания жены все было нормально, а тут при перестроении едва не въехала в новенький дорогущий Лексус. – Всё-таки не удается тебе постоянно прятаться за своей маской бесчувственности, – Роман выглядит довольным жизнью и как всегда правым. Конечно, для такого наглого и самолюбивого типа оказаться уверенным в своей правоте с помощью доказательств – высшая награда. Не скажу же я, что немного потеряла концентрацию из-за того, что он меня бесит. Как же бесит! Сейчас мои дети на пути в Сочи, поэтому злость заняла место страха. Как Роман вообще посмел появиться снова в моей жизни, да ещё как ни в чем не бывало! – Смотри, чтобы у тебя в штанах ничего не скукожилось, если я начну выплескивать все, что проживала тогда, – говорю тихо, но Роман меня слышит, несмотря на шум шин и проезжающих машин. – Узнаю свою девочку, – и снова ему хоть бы хны. Ну все, приехали! – Выметайся и из моего автомобиля, и из моей жизни, – даже указываю дверь пальцем, остановившись, может, и в неположенном, но в ближайшем удобном месте. На Романа мои потуги никак не действуют. У него, наоборот, даже глаза загораются, а самодовольная улыбка становится почти как у чеширского кота. – Теперь я вижу, что мы с тобой похожи даже больше, чем казалось раньше, – у Романа даже глаза загораются. – Нам обоим нужен психиатр? – уточняю, понимая, что уже на грани. Не знаю, судя по всему, нервы окончательно сдали. Мне то ли расплакаться хочется, то ли рассмеяться. Это та самая истерика, о которой я столько слышала? У меня даже тогда, когда Роман исчез, такого не было, хотя худшего со мной ни случалось ни до, ни после. – Запишемся на групповую терапию? – невинно интересуется он, не делая подвижек, чтобы покинуть мою машину. С женой со своей пусть записывается! На семейную! – Рома, просто выйди! – я повышаю голос и бью ладонями по рулю. Это как в каменную стену биться. Можно кричать, сдирать руки в кровь, ломать кости, но она продолжит стоять, глухая к твоим просьбам. Спокойно, Юля, спокойно. Нельзя, чтобы он меня эмоционально выжал и я сдалась. Роман, кажется, видит, что я прихожу в себя. Больше не язвит, молчит вообще, только наблюдает, сев вполоборота. – Счастливо, Юль, – Роман отстегивает ремень безопасности и тянется к двери. Неужели вот так? Это все? Господи, да я сама не понимаю, чего хочу. Но вопросы проглатываю. С таким манипулятором, как Роман, надо держать ухо востро. Он чего-то от меня хочет, но подходит к этому виртуозно. Главное, что это не дети. – И тебе, – спокойно отвечаю я. Он, уже выйдя из машины, но не закрыв дверь, наклоняется. Всё-таки последнее слово должно остаться за ним. – Юля, я двое суток точно буду в Зеленограде безвылазно. Если захочешь поговорить, то, ещё раз повторю, знаешь, где меня найти, – доносится до меня вместе в гулом улицы. Едва слышный хлопок дверцы – и Роман теряется в толпе. Да, теряться он умеет лучше всего. И я бы могла ему сейчас тоже повторить, что прошлое осталось в прошлом. У меня новая жизнь, в котором есть место только моим детям и близким друзьям. У каждого своя жизнь. Уже новая. – Да уж, Юлька, – начинаю разговаривать сама с собой, – видимо, окончательно себя в монашки записала, если про потенциального мужика даже не думаешь. Еду домой, стараясь выкинуть мысли о Романе и его слова выбросить из головы. Только никак не получается. Тем более сейчас и отвлекать меня некому будет. Так хочется скорее увидеть моих малышей, хоть и на экране смартфона. Вадим… А если попробовать его найти? Да что же это такое? Роман как будто знает меня лучше меня самой. Все же мне интересно. Осталось во мне это… Я не могу отказаться от знаний, которые мне предлагают. И Роман дал время, чтобы все обдумать. Если бы тогда в парке он начал мне все объяснять и доказывать, то я бы из упрямства не стала слушать и вникать. А сейчас мне самой любопытно. Ну найду я Вадима, спрошу, что он должен был мне передать. Это ведь все равно ничего не изменит и Романа в моих глазах не вознесет на пьедестал. Тем более если они до сих пор общаются, то тайной это не останется. “Нет!” – в который раз повторяю себе и открываю ноутбук, чтобы немного отвлечься на работу, пока не позвонит Лера. И мне даже ненадолго это удается, пока не слышу сигнал мобильного. Но это не звонок в мессенджер, а сообщение. Открываю и со вздохом читаю. Все же стоит, наверное, его заблокировать. “И сегодня не поужинаем? У меня паста с морепродуктами”. А у меня пустой холодильник, потому что несколько дней до отъезда нас с детьми не было дома. Но Роману об этом ведь знать совсем не обязательно. А пасту его жена готовила? Усмехаюсь этой мысли и, не ответив, кладу телефон обратно на стол. Вот только сосредоточиться на рабочей информации уже не получается. Свернув экран, открываю чат с хорошим знакомым Никитой, у которого связей в нашей сфере почти как… Да что ж вечно этот черт вспоминается? Потому что часто напоминает о себе! Пишу сообщение, максимально выжимая из себя информацию, и понимаю, что ее не так и много. Вадим, гениальный аналитик, примерный возраст. Никита пока не в сети, так что придется подождать. Но как раз звонит Лера, так что грызть ногти в ожидании я не буду. Сделав максимально не то чтобы счастливое, но хотя бы не озабоченное лицо, отвечаю на видеовызов. – Как долетели? – спрашиваю бодро, увидев на экране подругу. – Отлично, – отвечает она. – У нас самые прекрасные и послушные дети на свете. – Где они? – пытаюсь разобрать, что у Леры за спиной на фоне. Она переключает камеру с фронталки и показывает мне дом, по которому бегают и мои малыши, изучая комнаты. – Богдан, Лиза, помашите маме, – останавливает она их. У них столько впечатлений, что они наперебой начинают болтать. Как же хочется к ним. Вот почему мы все вместе не поехали на неделю хотя бы раньше? Тогда не было Романа, прошлое меня не преследовало. Сейчас бы отдыхали, а я сижу в душной Москве и пытаюсь понять, что мне делать и как отвязаться от Романа. Наконец я слышу, как Тимур зовёт детей на ужин, и прощаюсь с крошками. Лера обещает позвонить завтра, потому что, несмотря на воодушевление, все с дороги устали. – Все, меня тоже ждут ужинать, – посылает подруга мне воздушный поцелуй. Хорошо, что хоть в этом разговоре не было ни слова о Романе. Сбрасываю вызов, и становится после разговора особенно тоскливо. Меня вон тоже на ужин приглашали. Помяни черта, конечно! Очередное сообщение, но оно меня заставляет забыть и о тоске по детям, и о собственных переживаниях, и обо всем на свете. “Я знаю твой секрет, Юля”.