Глава 9

– Я тебя слушаю, Рома, – говорю равнодушно и даже немного так, словно делаю ему великое одолжение, согласившись на этот разговор. Мы сидим на скамейке в небольшом сквере недалеко от моего дома. Что-то не меняется никогда. Роману иногда нужны были такие вылазки. Подальше от любой техники. Он даже телефон не брал с собой. – Давно я так не сидел, – вздыхает Роман. – Тем более в такой приятной компании. Меня тоже тянет вздохнуть, только наигранно печально, а одним только вздохом сказать: «Не держи меня за идиотку, я вынесла урок из прошлого раза». – Я говорила, что у меня дела, – напоминаю. Сейчас мы похожи на знакомых, которые встретились поболтать ни о чем и обо всем. Странное ощущение… И, наверное, вчерашний день выжал из меня все эмоции, которые вызвал Роман, потому что сейчас его присутствие никак меня не волнует. Я просто наслаждаюсь кофе летним утром. Не надо никуда бежать, не надо постоянно оглядываться и присматривать за детьми. Немного времени для себя, а Роман пусть скажет, что хотел, а то не отстанет, и валит на все четыре… То есть к своей жене. – Как ты живёшь, Юля? – вопрос заставляет меня подавиться вкуснейшим латте. Сейчас в голосе Романа нет ноток балагурства – он спрашивает меня абсолютно серьезно. Боже, да я знаю, что он делает… Ищет подход. Это умеет с каждым, только талант свой использует не по назначению. Вот не человек, а просто сборник талантов. Их бы в правильное русло, цены бы не было. С юмором меня расположить к себе не получилось. Решил побыть моим другом или психологом? Ага, вот так взяла и раскрыла ему душу… Размечтался! – Лучше всех, – улыбаюсь, но на Романа не смотрю, наблюдаю за дамой с собачкой. Тоже белый шпиц, как и у Чехова. Только дама не в берете, а мы не в Ялте. Ничего, скоро Сочи, море, мои крохи рядом. – Юля, – Роман отвлекает меня от мыслей о классике русской литературы и предстоящем отдыхе, – Вадим тебя нашел тогда? Четыре года назад? – Что? – спрашиваю слишком громко, и шпиц, остановившись, с неодобрением на меня смотрит. – Значит, не нашел, – усмехается Роман. – А я тебя три дня ждал в Подмосковье. Ждал? Зачем ждал? Но я проглатываю этот вопрос, хотя мне интересно. Только если я сейчас покажу свой интерес, то я на крючке. Роман это поймет и будет дразнить новой наживкой. В принципе, какая разница, где и зачем он ждал меня. Не дождался же, так к чему сейчас ворошить прошлое? – Видишь, как получилось, – развожу руками, – жизнь решила по-другому. Подумаешь, меня не дождался, встретил другую. Спасибо за кофе и компанию, – поднимаюсь и выбрасываю стаканчик в урну. Мне надо уйти, хотя понимаю, что хочу остаться. Пусть Роман заготовил ложь, но я хочу это услышать. Пусть ничего не изменится… Да, любопытство он разжечь умеет. – Юля, да подожди, – Роман хватает меня за руку, тоже поднимаясь. – Я тебе обо всем расскажу, что произошло тогда. – И что дальше? – отступаю на шаг, освобождая руку. – Это ничего не изменит. – Но ты будешь знать правду, – настаивает Роман. – Черт, если бы Вадим тогда успел до того… Впрочем, не будем о нем, прошлое не изменить. Но, Юль… – и замолкает. Да, отличная тактика. Оборванная фраза, недомолвка насчёт Вадима. Мне стало бы очень интересно покопаться в том, что произошло. Только вот я не могу вернуться к этому, потому что у меня дети. И теперь они в приоритете. – Договаривай, не держи в себе, – возвращаю Роману его вчерашнюю фразу. Интересно, а что дальше будет? Какую тактику он применит в следующий раз? В том, что он будет, я не сомневаюсь. И когда Роману это надоест? Волны разбиваются о скалы, но вода камень и точит. Какой случай наш? Отворачиваюсь, ведь долго смотреть на Романа все равно невыносимо. Отгораживаться можно сколько угодно, убеждать себя, что я ничего не чувствую, даже давлю любую эмоцию в себе… Вот только один известный человек с сигарой утверждал, что подавленные эмоции не умирают, а позже выходят в более извращённой форме. Вот и сейчас… Чем дольше я смотрю на Романа, тем больше чувствую, что внутри поднимается что-то темное. То, о чем я не хотела вспоминать четыре года: непонимание, злость, обида, разочарование. – Юль, та квартира в Зеленограде, – я даже дергаюсь от упоминания. – Ты меня сможешь найти там, если не в офисе. И номер телефона у тебя есть. Когда будешь готова узнать, я буду ждать. Квартиру, значит, выкупил, как и хотел. А его жена не будет против, если к ним в гости заявится бывшая Романа и мы начнем вспоминать прошлое? Как представлю… Нет, даже представлять не буду, потому что такого никогда не случится. – Не жди, Рома, – качаю головой. – Я не приду и не позвоню. У меня теперь другая жизнь, в которой нет места для тебя. – Мужа у тебя нет, – моя непоколебимость, кажется, начинает немного раздражать его. – Звонишь ты в основном своей подруге. Кстати, почему соцсети не ведёшь? – И звонки мои успел проверить, – стараюсь, чтобы мой голос звучал равнодушно, хотя сердце заходится в груди от страха. Роман ясно дал понять, что знает обо мне многое. Даже распечатку телефонных звонков достал! А там… Нет, ну не так часто я созваниваюсь с воспитателями, чтобы он заострил на этом внимание. Только вот возникает впечатление, что он играет со мной. Что он знает о детях! Так почему бы прямо не спросить? Или всё-таки не знает? Но для него узнать – дело одной минуты. – Некрасиво, согласен, – только раскаяния в голосе Романа я не слышу. – Но своим бегством ты вчера подогрела интерес, вот и решил немного разузнать. И с каких это пор взломать базу данных для него некрасиво? Хакерство его всегда очень заводило, он любил ходить по острию. Неужели женился и остепенился? Да что мне все его жена покоя не даёт? – Ты мог спросить, а не бросаться своими, только тебе кажущимися юморными фразочками, – произнося это, я ищу в лице Романа хоть намек. Сейчас мне надо на него смотреть, чтобы понять, как много он знает и почему молчит, если… Что ж, скрывать эмоции и показывать только то, что нужно, он умеет. – Раньше тебе нравился мой юмор, – Роман улыбается, при этом так открыто, но в глазах застыло лёгкое недоумение. Он не понимает моего поведения, которое я так старательно отыгрываю. Все же быть хорошей актрисой еще сложнее, чем быть хорошим экономистом, финансистом или программистом. Очень много сил отнимает играть то, чего не чувствуешь на самом деле. – Не цепляйся за прошлое, Рома. Живи настоящим, – я тоже выдавливаю из себя улыбку, надеюсь, не слишком кривую и неестественную. – Видишь, мы поговорили, как ты и хотел. – Что с тобой случилось? Та Юля, которую я знал, не отказалась бы от знаний. А я ведь просто хочу тебя просветить, – сдаваться Роман не собирается, в принципе, меня это не удивляет. – Считай, перед тобой версия меня два-ноль, – выразительно смотрю на время, потому что каждая секунда этого спектакля меня морально истощает. – Я не оглядываюсь. Что бы ни случилось, знание или незнание ничего не изменят. Кстати, у тебя телефон разрывается. Счастливо тебе, Рома. Он не пытается меня остановить. И слава богу. Возвращаюсь к своему дому, сажусь в машину и, сложив руки на руле, упираюсь в них лбом. Все равно на душе неспокойно… и чего уж греха таить, мне хочется узнать, что же тогда случилось. Но я должна подавить это желание ради детей.