Глава 31. Крис

Каким бы замечательным и чудесным ни был день рождения, полностью расслабиться на нем я так и не смогла. В голове постоянно крутятся мысли о Марусе, о Соне, о словах Марка. Сколько ни пытаюсь, избавиться от них не выходит.

Неужели бывшая Антона так ужасно могла поступить? Подобное даже предполагать страшно. А о том, чтобы рассматривать как версию, вообще молчу.

— Мамочка, — ко мне подходит Соня. Я как раз сижу на веранде и допиваю кофе. — Дай, пожалуйста, воды, — печально просит малышка.

Наливаю в стакан свежей воды, протягиваю дочери. Она выпивает содержимое чуть ли не залпом. Видимо, набегалась так сильно.

Смотрю на дочку и понимаю, что она без настроения. Наверное, устала после конкурсов и веселья. У Сонечки иногда бывает, что она хочет побыть в тишине.

— У тебя все в порядке? — интересуется у малышки Антон.

— Ты хочешь узнать, почему я такая грустная? — смотрит на него. Вздыхает.

— Конечно! — заверяет ее.

— У Марусе хочу, — садится на стул рядом с нами. Складывает ручки вместе, кладет их на колени, опускает взгляд. — Соскучилась по ней. Сильно.

Слова дочери острым лезвием разделяют сердце на две части, заставляя его кровоточить.

— Может, поедем? — спрашиваю у Антона. Он задумчиво смотрит куда-то вперед.

Достает часы, кому-то пишет. Через несколько секунд получает ответ. Хмурится.

— Сонечка, хочешь домой? — уточняет у моей дочери.

— Да, — кивает та. — С Марусей.

Антон поднимается из-за стола, берет девочку за руку. Поворачивается ко мне.

— Поехали, — дает команду. — Нам сейчас машину подгонят.

— Как это? — не понимаю. — Мы же приехали сюда на твоей.

— Обратно поедем раздельно, — отрезает строго. — Мне нужно будет заскочить кое-куда.

— Но… — тут же начинаю волноваться. С Антоном спокойно. К нему я привыкла. А новый человек — это всегда новый человек.

— Никаких «но», — ободряюще сжимает мою руку. Разворачивает на себя.

Встречаемся взглядами. Глаза в глаза. Утопаем друг в друге, я вдруг понимаю, что забываю дышать.

— Все будет хорошо. — Спокойный и уверенный голос Антона пробивается сквозь страх. — Доверься мне, — просит.

— Хорошо, — выдыхаю. — Я тебе доверяю.

— Садись, — распахивает передо мною дверь.

— А попрощаться? — Со стороны дома к нам подходит Вадим. — Не хотите? — с улыбкой произносит мой брат.

— Хотим, — отвечаю ему, ступая навстречу.

Бегло обнимаемся, Антон неустанно озирается по сторонам.

— Нам нужно ехать, — подгоняет.

— Ты мне ничего не хочешь сказать? — в лоб спрашивает Вадим.

— Позже, — отмахивается Чехов.

— Сам справишься? — уточняет.

— Да, — заверяет без тени сомнения.

Рассаживаемся по машинам, разъезжаемся в разные стороны. Антон направляется к сестре, а мы с Соней возвращаемся домой.

Подхожу к входной двери, перед ней на пороге стоит коробка. Застываю в паре шагов.

— Это ваше? — Сопровождающий нас охранник выходит вперед.

— Нет, — отступаю назад. Инстинктивно закрываю Соню собой.

— Возвращаемся в машину, — командует нам.

— Нет! — отрезаю. — Тот, кто оставил здесь коробку, именно этого и ждет, — набираюсь решимости, смотрю на сопровождающего нас мужчину. — Откройте дверь.

— У меня будут проблемы, — мнется. И этим дико меня раздражает. Был бы Антон рядом, моментально бы проблему решил.

— У тебя будут проблемы, если я не попаду в квартиру, — разворачиваюсь к нему, говорю, не скрывая вспыхнувшей злости. — Кто откроет квартиру? — держу на раскрытой ладони связку ключей. — Ты или я?

— Давайте сюда, — забирает у меня из рук ключи от квартиры. Осторожно подходит, открывает замок. Затем все так же аккуратно распахивает дверь.

Тишина. Ничего страшного не происходит.

— Я же говорила, — бросаю через плечо, поднимая Сонечку на руки. Переступаю неизвестный предмет, захожу в квартиру, запираюсь изнутри. Охранника вынуждаю последовать за собой. Я уверена, что ему ни при каких обстоятельствах нельзя возвращаться в машину. Коробка появилась не просто так.

— Зря мы пришли сюда, — бурчит себе под нос. Никак не желает униматься.

— Зря? — вопросительно выгибаю бровь. Блин! Знал бы он Захарова так, как знаю его я, не позволил бы подобного!

— Антон будет ругаться, — упорно продолжает стоять на своем. Не сдается. Чем раздражает меня еще сильнее.

— Дай ключи от машины, — требовательно протягиваю руку. Смотрим друг на друга, не скрывая эмоций. Враждебность во взгляде спрятать не получается.

Чуть ли не силой выхватываю у него брелок из рук. От негодования и злости аж трясет всю.

Нам нельзя было возвращаться в машину! Я докажу, что права!

Подхожу к окну, направляю сигнал на внедорожник. Удаленно его завожу. Жду.

Тишина. Ничего не происходит.

Лишь рядом с входной дверью слышится странная возня.

— Я же говорил, надо было возвращаться в машину, — говорит со злостью. Лезет назад. Туда, где у него лежит пистолет.

Закрываю собой ребенка.

— Извини, — шепчу, стремительно бледнея. Переживание настолько сильно, что я едва контролирую себя.

— Антону позвонить надо, — достает сотовый. Выдыхаю. Все же он его доставал, а не оружие.

— Надо, — соглашаюсь.

Блин, вот же ж я… Нельзя было перечить профессионалу. В итоге оказывается, что из-за меня мы все попали в ловушку.

Прислушиваюсь к посторонним звукам. На лестничной клетке происходит что-то странное. Мурашки бегут по рукам.

— Сонечка, пойдем к тебе в комнату, — обращаюсь к малышке. Она вкладывает свою ладошку в мою.

В этот момент со стороны улицы раздается мощнейший взрыв.