Глава 42

Яна

Не могу заставить себя перестать считать секунды. Время отсутствия Кирилла кажется вечностью. Я успела уже приготовить обед и поиграть с девчонками. Пока они спали, отправила новые отчеты по работе. Как-то за вереницей дел я подзапустила работу, а она мне все еще нужна: содержание девчонок все еще на первом месте.

С момента отъезда Кирилла прошло уже больше двух часов, а от него нет никаких новостей. Я пыталась позвонить, но он только сбросил. На сообщение он также не ответил, а мне приходится сейчас сидеть, в нервном припадке грызть ногти и сверлить глазами часы на телефоне.

Усаживаюсь на пол перед девчонками и пытаюсь переключиться на них. Они крутят в руках картинки с фигурками. Даша делает попытку отобрать у Машки карточку, на которой изображен красный круг. Машка ожидаемо сопротивляется и прячет карточку за спину, а я не могу сдержать смеха. Такие сообразительные уже в своем возрасте, просто поразительно! И это приятно радует.

– Маш, не будь жадиной. – Слегка щиплю Машку за бочок.

Она кидает в Дашку карточку и подползает ко мне, усаживается рядом, привалившись спиной к моему боку. Прижимаю ее к себе и делаю глубокий вдох. Дашка следует примеру сестренки и прилепляется с другой стороны. Обхватываю их и стараюсь сдерживать силу, с которой хочется мне их обнять. Боюсь, я могу их раздавить.

Я их полюбила намного сильнее. И уже не воспринимаю их как племяшек. Не знаю, что из всего этого выйдет, но одна мысль, что Аня сможет их вернуть себе, вызывает во мне ужас, а сердце в страхе замирает.

Мысленно прошу все силы, чтобы нас не разлучили, иначе я себя не прощу. Не смогу жить спокойно, зная, что отдала их матери, которая, по сути, их однажды уже предала. И нет никаких гарантий, что не предаст их второй раз, но меня уже может не оказаться рядом.

Целую по очереди в макушки, и с ресницы срывается слеза. Удивленно моргаю. Не замечаю даже, что начинаю плакать.

– Девчоночки мои маленькие. Принцессы.

Входная дверь хлопает, и мы втроем замираем в ожидании.

В проеме появляется Кирилл. Окидывает нас взглядом, а я пытаюсь предугадать, что он сейчас скажет. Его лицо не выражает ничего, и я не выдерживаю.

– Ну что? – почему-то шепчу. – Что она сказала?

Кирилл проходит с таким видом, словно ничего серьезного не происходит. Прищуриваюсь и слежу за каждым его шагом. Он сбрасывает пиджак и закидывает его на спинку дивана, пока я шокировано хлопаю глазами. Бросает тонкую синюю папку на столик. Продолжает молчать. Подходит к Машке и перехватывает ее. Она радостно визжит и обвивает его шею, на что Кирилл дарит ей искреннюю улыбку.

– Кир, – слегка ударяю его по ноге, – я все еще тут.

Переводит взгляд на меня. Дашка карабкается на меня и с гордым видом усаживается на мои колени. Вскакиваю вместе с ней. Смотреть на него снизу не очень удобно. Хотя даже стоя я ниже его, но хотя бы не приходится задирать голову.

– Я вижу, Ян.

И опять замолкает, пока внутри меня все вибрирует от негодования.

– И?

– Вон в папке посмотри, – кивает за спину, а сам идет в сторону кухни. – Ты голодная, малышка? Пойдем посмотрим, чем нас тут покормят.

Слушаю удаляющиеся шаги Кирилла и Машки, обмениваюсь взглядами с Дашкой. Она хватает шнурок на моей футболке и не раздумывая засовывает в рот. Видимо, решает, что в моем состоянии я пропущу этот маневр мимо внимания. Но я аккуратно достаю шнурок из крохотного кулачка и чмокаю Дашку в щечку.

– Ты смотришь? – окликает Кирилл.

С опаской подхожу к папке. Почему-то мысль, что увижу там повестку или что-то в этом роде. Гипнотизирую взглядом лежащую папку, но она никуда не исчезает, да и мое зрение не отличается рентгеновскими способностями.

– Что там? Может, ты просто скажешь, и все? – голос подрагивает.

– Не-а, сама посмотри.

Ответ Кирилла убивает последнюю надежду. Морщусь, а Дашка на руках хрюкает от смеха. Перевожу на нее строгий взгляд, но она невинно хлопает синими глазками.

– И ты на их стороне, да?

Усаживаю Дашку на диван и устраиваюсь рядом. Тянусь за папкой, доставая оттуда листы. Руки подрагивают, буквы плывут перед глазами, а я тщетно пытаюсь сфокусировать зрение, чтобы понять, что там написано и что это такое. Пробегаюсь по напечатанным строкам. Буквы постепенно складываются в связные предложения, и до меня доходит, что Аня отказалась от прав на девчонок и согласилась передать их Кириллу, биологическому отцу. Перестаю дышать и перечитываю несколько раз. Не могу поверить, что это происходит.

– Нашла? – Кирилл появляется в гостиной.

Заторможено перевожу на него взгляд. Пытаюсь осознать, что происходящее не сон. Киваю.

Кирилл проходит по комнате и падает на диван, отчего я слегка подпрыгиваю на своем месте.

– Как?..

Не заканчиваю вопрос, просто поднимаю листок, и он все понимает без слов. Пожимает плечами, как будто ничего такого не происходит.

Я взвизгиваю и повисаю у Кирилла на шее. Он усмехается, аккуратно усаживая Машку. Прижимает меня к себе, зарываясь в волосы.

– Расскажи, – еще раз пытаюсь добиться от него внятного и развернутого ответа.

Кир отстраняется, глаза весело поблескивают, а у меня радостно подпрыгивает сердце.

– Скажем так, воспользовался советом адвоката.

Хмурюсь, потому что не все из разговора я поняла и услышала. Кир снова усмехается.

– Деньги. Я же говорил, что все можно купить, главное – цена вопроса.

– И сколько? – у меня внезапно перехватывает горло.

– Полтора.

– Миллиона? – пораженно выдыхаю, смотря во все глаза на спокойного Кирилла.

Он только кивает, пока у меня внутри все сковывает льдом.

– И что дальше?

Отстраняюсь. Мне нужно разузнать все, иначе спать не смогу и буду бояться, что все может повториться.

– Мы встретились, она мне сказала про суд, я сказал ей про экспертизу и ее письмо. Она его демонстративно порвала, видимо, не увидев, что я дал всего лишь копию. Ян, ты что так трясешься? – Прижимает меня за плечи к себе, а я пытаюсь выдохнуть, но внутри все ходуном ходит от каждого его слова. – Все хорошо.

– А дальше?

– Дальше я предложил деньги в обмен на отказ от прав на девчонок.

– И она сразу согласилась?

У Кирилла на лице дергается мускул, а сам он становится чернее тучи.

– Не сразу, но только из-за того, что ее не устроила сумма. Когда мы сошлись на сумме, я позвонил нотариусу, с которым договорился заранее, и мы составили документ.

– И что сейчас? Что нам делать дальше?

– Ждать решения органов опеки.

Слишком просто он это говорит, словно чего-то недоговаривает.

– Потом оформим их как надо.

– И все? – прищуриваюсь.

Кир потирает бровь и переводит на меня не очень уверенный взгляд.

– И все, Кирилл? – переспрашиваю, внутренне содрогаясь.

– Почти.

– Ты меня пугаешь.

Кирилл переплетает наши пальцы и устремляет глаза в пол:

– Есть один момент, который надо бы решить до вынесения решения опеки.

– Какой?

– Пока не бери в голову, мне нужно его уточнить у Михи.

– А сейчас Аня где?

Кирилл пожимает плечами:

– Увез ее на вокзал и сказал, чтобы она больше не смела появляться у нас.

Глаза наполняются слезами. Мне становится обидно за девчонок. Как ни крути, а Аня их мать, и она даже не попрощалась с ними.

– И она не просила встречи с девчонками? – Не узнаю свой голос, он наполнен горечью.

Кирилл морщится и молча качает головой. Замечает мое состояние, обхватывает лицо ладонями и утирает текущие по щекам слезы.

– Ну ты чего? Не плачь, все же хорошо.

Неуверенно киваю, прикрывая глаза, но слезы начинают течь еще сильнее. Кирилл не успевает их вытирать и что-то нашептывает.

– Просто… – всхлипываю, – как она так просто взяла и отказалась от них? Как от них можно отказаться?

– Я не знаю, милая. Не знаю, что тебе сказать на это. Но знаю кое-что другое.

Меня душат рыдания, но я стараюсь подавить всхлипы, чтобы услышать, что мне хочет сказать Кир.

– Я знаю, что с тобой девчонки будут счастливы. Ты отдаешь им всю себя, и они нужны тебе. Я вижу каждый твой взгляд на них, и он наполнен любовью и радостью. Я очень надеюсь, что ты не откажешься от того, что я хочу сделать.

Шмыгаю. Разлепляю заплаканные глаза.

– И что ты хочешь сделать? – из-за рыданий голос меня подводит, но мне удается выдавить вопрос.

Кирилл снова стирает мои слезы и быстро целует меня в губы.

– Хочу предложить тебе стать семьей.