Глава 25 · Скрижали судьбы

– Мать моя Великая Мяучила, кто к нам пожаловал! – Исчадие облизнулся и нахально оглядел гостью. Все же стоит поработать над его манерами.

– Зд-дравствуйте, – от неожиданности я даже запнулась.

– Ялия, сколько лет, сколько зим, – Каз вздернул бровь, сквозь личину на мгновение проступила красно-черная кожа.

– Новое лицо тебе не идет, слишком слащаво для прожженного циника, – подмигнула ему провидица. – Про годы ты уж загнул, накануне битвы виделись.

– Встретимся снова? – хмыкнул бес.

– А куда девать остальных? – лукаво улыбнулась Ялия.

– Для тебя я всегда найду время, дорогуша.

Пока эти двое пикировались, будто тридцать лет женаты, я начала приходить в себя. Вот она, провидица, прямо передо мной, столько вопросов было, а сейчас в голове пустота. Фьють-фьють…

– Покончим с обменом любезностями, Казимир, – Ялия погладила кота по голове, и тот замер, вытаращив глаза и не зная, что делать: укусить новую знакомую нельзя, терпеть чужие прикосновения – тоже. Растерялся. – Милые котики, оба. Одному с хозяевами не повезло, второй – баловень и задира. Так о чем мы тут говорить собрались?

Она удостоила меня теплым взглядом. Кот потихоньку улизнул из-под руки и отсел подальше, брезгливо подергивая ушами.

– Ты все это затеяла… Как? Зачем? – выпалила я.

– Ради Ворлиана и его любимой сказки, например. Я ведь его вырастила. Подобрала сироту-бродягу, воспитала. Не помню, когда увидела его будущее, до или после, события стираются. А может, мне кажется, что миры не должны смешиваться и всякому свое место: бесам – в преисподней, людям – в их мире, сказке – где-то посередине.

– Почему я?

– Судьба такая, откуда мне знать. Я вижу многое, вот угрозу разглядела и юную спасительницу полузабытого мира. Разве не честь спасти мир, Янина?

– Я столько потеряла! – если честно, не думала это говорить, оно само прозвучало. Вылетело слово-воробей, не поймаешь.

– Воины, что в битве полегли, витязи, пожертвовавшие годами жизни, – это не твои потери.

– Ядвига…

– Знала, на что шла. Мы поговорили незадолго до битвы, когда будущее стало более четким. Путь победы был в двух вариантах. В первом ты бы сошла с ума.

Казимир скатывал хлебный мякиш в шарик с таким видом, как будто это творение всей его жизни. Они знали, что Ядвига смертница, знали…

– Твои мысли слышно за версту, – с ноткой сочувствия сказал он. – Нет, ты бы не придумала ничего лучше. Нет, не спасла бы. Да, мы бы победили, а потом воевали с тобой. Я знал одну воительницу, в самом начале, когда попал в Лукоморье. Ей самое место было в преисподней. Поверь, этой зверюге был бы рад любой из наших генералов. В ее избе валялись кости разной степени изгрызенности, содранная с людей кожа, на кольях всегда красовались свежие головы. Неважно чьи: животные, люди.

– В одну кучку тела, в другую бошки, – довольно ухмыльнулся Бальтазар. – Это по-нашему.

Стоит ограничить ему просмотр фильмов.

Как бы то ни было, слова звучат правдиво: слишком сильная злость бушевала во мне, я могла… сотворить что угодно. И сейчас хожу по канату без страховки.

– Давай, гибрид, я тебе расскажу, как было дело, чтобы ты не мучилась и занялась насущными вопросами, – вздохнула Ялия.

– Все началось на первом году моей учебы. Вы пришли к директору и сказали что-то про десяуть лет и что предстоящий набор ведущих игроков – самый важный за последние столетия и должен определить будущее Лукоморья, – заунывным голосом сказал кот. – Яу подслушивал.

– Ах ты шалунишка, – притворно пожурила провидица и принялась загибать пальцы, рассказывая о цепочке событий.

Вначале Ялия писала Ворлиану о своих предчувствиях, о надвигающейся угрозе, тот, в свою очередь, писал письма с пометкой «очень важно» и отправлял руководству, но они оставались без ответа, как и многие до этого, вне зависимости от повода. Провидице-отшельнице пришлось явиться лично, чтобы обсудить видения и возможность предотвратить катастрофу своими силами. У нее не было четкой картинки, больше ощущения и странные сны, которые она не могла трактовать точно. Директор не хотел верить в дурное, однако познакомил ее с Ядвигой. Уже втроем они решили, что лучше подготовиться.

– А на меня как вышли? Ворлиан ведь рядом был, говорит, присматривал, прикинувшись дворником. Не на улице же ткнули пальцем в первую попавшуюся девочку?

Ялия развела руками:

– Снова я. Должна сказать, что к тому моменту меня изрядно вымотали обрывочные видения про сказочный мир, как будто других мало. А тут еще конопатая девчонка и за ней – след из хлебных крошек-событий. Найти тебя оказалось сложно, но можно.

Годы наблюдений и продолжающиеся видения Ялии обо мне были своего рода компасом, указывающим верное направление к цели. В это время Ворлиан не только мел улицу, но и готовил мне компаньона.

– Он его растил как никого до этого, – глаза Ялии гордо сверкнули. – Ворлиан такой, все делает на отлично.

– Яу сам себе место выбил! – фыркнул кот. – После разговора вашего решил и сделал.

– Ты отличный компаньон, выращенный отличным магом. Думаешь, тебе и твоей подружке показывали и рассказывали больше, чем другим, просто так? Помню, как Ядвига рассказала, что ты пробрался в ее избу, когда на упыря охотились. Смеялась до икоты.

– Подожди, что?

Академия, Ядвига и Бальтазар в одном месте?

Кот прижал уши и виновато косился то на Каза, то на Ялию.

– Ты знал Ядвигу до того, как мы впервые постучали в ее дверь?!

Эти трое тихушников с их тайнами начинают меня пугать.

– Да, знал. Ягуся, она читала нам лекции в Академии, помогала в охоте на упыря, потом индивидуально занималась со мной, когда яу получил место твоего компаньона.

– Ты всегда был такой молчаливый в ее присутствии…

– Бояулся проболтаться, – вздохнул кот. – Директор дал мне задание познакомить вас, и я это сделал. И все, клянусь консервами. Яу не знал ничего особенного, кроме того, что подслушал и что мне сказали. Директор любит говорить: «Меньше знаешь – крепче спишь».

– Да, бывает, не допытаться от него информации, – усмехнулась Ялия.

– Ну хорошо, а вакансию аниматора я нашла тоже вашими стараниями?

– Нет, мы ничего не делали, это было уже в видениях.

– Давайте подытожим, – язык едва ворочался, просто хотелось встать и уйти. – Вы, тайная секта спасителей Лукоморья, использовали меня втемную.

– Ну, я бы так не сказал, – Казимир забрал мою тарелку и преспокойно стал доедать.

– Скажи как есть.

– Ешь ртом, как я, – буркнул бес, но добавил: – Я, например, вообще не хотел в этом участвовать, долго не верил в этот предполагаемый захват сказки. Вилами по воде писано. Кто знал, рыжуля, что все дойдет до этого.

– Так ты, получается, знал, что там твои сородичи, с самого начала?

– Ничего он не знал, потому что я не знала. Видения – это тебе не комикс, деточка, не праздничная открытка. Я видела черный туман, застилающий… – начала Ялия.

– Я не тебя спросила, – онемение сменила злость. – А вот этого обжору.

– Не знал, честное бесовское, – черный язык облизал ложку. Сама безмятежность. – Наш чудесный оракул пропал на два года. Два проклятых года до битвы ее никто не видел. Появилась накануне как ни в чем не бывало. Здрасьте, я ваша тетя.

– Просто я знала, что вы сами разберетесь. Зачем ходить туда-сюда и годами обсуждать очевидные вещи?

Бальтазар отлепил уши от головы и с интересом наблюдал за развитием событий.

– Действительно. – Деревянная ложка треснула в пальцах беса, и я поняла, что он в бешенстве. – Казимир, там твои соплеменники жрать хотят! Могла бы и обмолвиться. Я хотел тебя придушить в тот вечер.

– Ты пытался, но в итоге успокоился иначе, – она лукаво улыбнулась, и я поняла, куда зашла их перепалка и чем закончилась. Не надо подробностей. – К тому же рост Янины до Яги был предопределен: как бы она спасала Лукоморье, оставаясь просто человеком?

– Ты!.. – у меня не хватало слов.

– Только не надо меня демонизировать. Я вижу события, но кто я такая, чтобы вмешиваться в каждую жизнь? Повторяю, Ворлиан мне как сын, я люблю его, и он бы потерял себя, случись с Лукоморьем беда. Да и происходящее очень похоже на попытку геноцида. Я предупредила, нашла тебя, остальное будьте любезны сами! – провидица улыбалась нам, как детишкам. Что с нас взять, глупых. – Твоя судьба – не моих рук дело, и нет во мне столько гордыни, самомнения – считать себя вершителем жизней. Я сделала, что могла. Сейчас я ответила на вопросы, однако оправдываться не намерена. Ваша дальнейшая жизнь записана не мною. Я пойду, не люблю в этом мире находиться. Хорошего дня.

Она кивнула на прощание и спокойно пошла к выходу.

– Сто лет назад она была гораздо милее – постоянные видения делают ее нелюдимой, немного странной, и правда у нее своя, как у каждого, – задумчиво прокомментировал Каз.

Я смотрела на ее черную косу и гордую осанку, а когда хлопнула дверь, вспомнила, что забыла спросить еще кое-что, и бросилась следом.

Она поджидала, не ушла далеко, кормила пегую лошадку яблоком.

– Маркус, – выдохнула я вопрос. – Зачем он мне?

– Ты ведь уже поняла сама. Это подарок от меня, используй с умом, пригодится. Он питается темной энергией, не раскармливай.

– А кот? Мы спасем его? А руководство я найду?

Провидица задумчиво посмотрела на меня, подобрала юбку, обнаружив под ней шаровары, и лихо вскочила на лошадь:

– Ты смерть и смерть в одном флаконе, и твои потери еще не все случились.

Она ускакала, а я побрела к друзьям-заговорщикам. К их чести, никто не пытался шутить или переводить тему. Молчание было очень кстати, как и красное полусладкое в избе. Дожить бы до вечера.

* * *

Сидели мы долго, я пыталась разложить по полочкам всю информацию. Настя успела спуститься вниз, поесть и снова уйти, а я замкнула взгляд на одной точке и думала.

– Рыжуля, есть еще дела.

– Какие? – я очнулась. Плечи задеревенели, будто на них лежали невидимые гранитные эполеты.

– Кощей и наша голубоглазка, вот какие. Нужно увезти ее отсюда, и немедленно. На днях заходили твои лешие, гостевой дом готов, можем переехать. Будем тренироваться на побережье вместе с витязями Черномора. Не думаю, что он сильно против будет.

– Настя знает о планах?

– Я говорил, она в целом заинтересована, но, по понятным причинам, здесь ей нравится больше. Ох уж эти влюбленные девчонки…

– Хорошо, пусть собирает вещи.

Каз кивнул и пошел за подопечной. Кот сопел, пыхтел, даже мурчал, привлекая внимание. Разговаривать не хотелось, потому я просто разглядывала его глазищи, красивые, как янтарь.

– Хозяуйка, не сердись на меняу. Я ничего плохого не сделал.

– Я благодарна за дружбу с Ядвигой, забудь, это не так важно, как остальное.

Последняя фраза Ялии ледяной змеей поселилась в груди. Неужели всего произошедшего недостаточно, неужели я должна потерять что-то большее? Допустим, они могут забрать человеческую жизнь. Страшно, не могу себе представить. Сделать что-то с моими близкими? Невообразимо.

* * *

– Яга, почему мы в такой спешке уезжаем? – капризничала Настя по пути к избе. – И не попрощались с хозяином. Он был так любезен, негоже словно тать уходить.

Мы торопливым шагом миновали базарную площадь и уже подходили к воротам.

– Как ни прискорбно, она права, – Казимир остановился, оглянулся и поманил пальцем какого-то местного мальчишку. Тот нехотя подошел. Обычный крестьянский мальчик: растрепанная голова с выгоревшими волосами, латаная рубашонка, босой. Да я же его видела в прошлый раз – деньги у меня стащил. – Передай князю Бессмертному, что мы отбыли по делам, благодарим за постой и гостеприимство.

Монетка исчезла в грязной ладошке, и мальчик убежал.

– Откуда ты знаешь, что передаст? – удивилась я.

– Соглядатай Кощея, передаст с подробностями. Шевелитесь уже, копыта горят, так прочь охота. В избе потолкуем, – Каз возглавил нашу процессию, и мы покинули вотчину Бессмертного.

* * *

Домик вышел – загляденье. Простой, аккуратный, две маленьких спаленки, условная кухня с небольшой печью, окна со ставнями, без стекол. Убранства, естественно, не было, придется Изольду раскулачивать и снова закупать себе. Пахло свежим лесом, смолой и… лешими.

– Хозяйка, – прошелестел над головой Бююрчи. – Принимай работу.

Мои егеря построили домик и по очереди дежурили, ждали, когда я приду. А пока ждали – проиграли Черномору в карты желание и танцевали вприсядку в своей древесной форме. Жаль, я пропустила.

– Нужно к стеклодувам в большой город или слюду где-то найти, Яга, – продолжал леший.

– Не нужно, я привезу из своего мира.

Дали задание угрюмой Настасье переносить необходимые вещи из Изольды в домик. Она бурчала себе под нос и, кажется, даже немного хлюпала носом. Каюсь, мне до ее страданий совсем дела не было: снова разболелся зуб, как в школьные годы перед контрольными. Давно такого не случалось.

– Кощей явно подбивает клинья к нашему юному цветочку, а она тает в его присутствии, – начал Казимир. – Он даже горынычей для тренировки ей несколько раз предлагал. Мы брать-то берем, незачем отказами возбуждать подозрение хозяина, но бдим. По крайней мере, я. Девочка не видит ничего, кроме ясных глаз Его Темнейшества.

– Да, я заметила. – Сто раз обследованный зуб набирал обороты боли, психосоматика во всей красе. – Думаешь, хочет через Настю что-то пронюхать? Она оставалась с ним наедине?

– Нет. Я даже спал на всякий случай вполглаза. Чертовски устал, – он усмехнулся своему каламбуру. – Она могла услышать что-то важное. Ты не говорила при ней о голове старого Кощея?

– Кажется, нет, не помню такого. Кстати, о голове.

Давно мы не обменивались новостями, оказывается. Люблю наблюдать, как из бесовских ушей дым валит. Игры корпорации и визит ССБ вызвали у Трехрогого сильный выброс серы, а Тохино заступничество – довольную ухмылку.

– Правильный пацан, все у него по понятиям. Лично я доволен своим подмастерьем. А с головой… ты извини, я ведь думал, как лучше. Давай я его сам допрошу, а если совсем глухо – прикончу. Можешь руки не пачкать, ты не умеешь информацию силой добывать.

Мы замолчали – Настя с веником сновала туда-сюда, перешагивая через растянувшегося на пороге Бальтазара. Все ждала, когда она ему на хвост наступит и начнется драка.

– Яга, а что в этой сумке? – богатырша нашла мои подарки.

– Насть, это все тебе, – я помогла разобрать. – Книга для обучения чтению, письменные принадлежности и зарядка для твоей коробочки со скоморохами.

Ребенок, как есть ребенок: с благоговением листала страницы, бросала, бралась за карандаши, чиркала в блокнотах. Смеялась так заразительно, что я невольно заулыбалась.

Где моя незамутненная радость жизни?

– Черномор! – пискнул Супчик, и кот померцал навстречу витязю.

– Отлично, – Каз поднялся с крыльца и отправился за ним. Настя бросила карандаши, засуетилась:

– Это ж честь какая мне выпадает. Яга, не встретились бы с тобой, так и не узнала бы я ничегошеньки.

Она облачилась в кольчугу, убрала в ножны кладенец и гордо прошествовала мимо. Ребенок, но тумаков таких раздаст, что мало не покажется.

Надеюсь, Черномор не откажет и поможет нам воспитать достойную богатыршу.