Глава 13

— Вау, как круто! — с восторгом воскликнул Егорка, когда мы остановились возле огромного дома бывшего. Внедорожник Миши первый въехал во двор, мы направились следом.

Мне оставалось только, что вздохнуть и натянуто улыбнуться в ответ сынишке. Кто-то, а он невероятно довольный незапланированным путешествием. Пускай даже недалеко от города.

Егорке хватило скупого объяснения, что мы едем в гости. Сестра обиделась, что я ничего ей не рассказывала и демонстративно села с Аленой к Мише в авто. Меня же гложило чувство тотальной безысходности и неведения. Что Дима задумал?

Под пристальным взором бывшего я собрала еще два чемодана с вещами, и мы одной большой компанией направились загород, по уже знакомому мне адресу. Словно старые друзья решили пожарить стейки на природе.

И зачем Диме все это? Спросить у него я не осмелилась, а он и не спешил говорить. При ребенке что-то выяснять — не лучший выход. Да и врать уже бессмысленно.

В таком тяжелом безмолвии мы ехали всю дорогу. Иногда Егорка разбавлял тишину, оживленно комментируя что-то увиденное за окном, на что бывший неоднозначно хмыкал. Особенно, его повеселила реакция сына на живую корову. И Дима невольно рассмеялся сам, когда сын затрепетал от восторга, но встретившись со мной глазами в зеркале, сразу же растерял улыбку.

— Мамуль, мы теперь здесь жить будем? — поинтересовался Егорка, пока я тонула в своих переживаниях. — Ух ты, и бассейн есть.

— Да, Егор Сергеевич, вы теперь будете здесь жить, — вместо меня ответил Дима.

— Временно, сынок, — поправила, подавив желание нахамить бывшему. Не знаю, что он задумал, но я ему ребенка не отдам.

— Может, ты и временно… — со злобой кинул бывший и вышел из машины. — А вот Егор останется здесь навсегда, — открыв дверцу со стороны сына, Дима подхватил его на руки.

Я же подавилась возмущением и молниеносно выскочила за ними. Бывший даже не ждал меня, а быстро шагал к дому, что-то увлеченно рассказывая Егорке. А сын… сын слушал его и звонко хохотал на весь двор. Двоякое чувство царапнуло душу. Если бы не брать во внимание обстоятельства при каких мы здесь оказались, они очень мило вдвоем смотрелись.

И как у Димы так быстро получилось завоевать доверие Егора? Наверное, сыну в моем воспитании не хватало мужского внимания, вот он и решил воспользоваться моментом.

В несколько шагов я догнала бывшего и перегородила ему дорогу.

— И что теперь? — поинтересовалась, не сумев сдержать гневные нотки в голосе.

— А теперь, — Дима с вызовом посмотрел мне в глаза, — добро пожаловать домой, — медленно прочеканил каждое слово. — Думаю, теперь ты будешь вести себя благоразумнее.

— Егор, иди ко мне, — я попыталась забрать ребенка у Димы, но тот не позволил мне этого сделать. — Нельзя идти к чужим дядям на руки, — напомнила я, придавая голосу строгости, хотя самой хотелось зареветь от паники. Вся эта ситуация меня дико пугала.

— Но ты же говорила, что он твой друг, — насупился сынишка. — И он такой прикольный.

— Слышала, Злата: я прикольный, — обманчиво спокойным тоном подметил Дима, хотя в антрацитовых глазах заплясали опасные искорки. — А ты в очередной раз позволяешь себе лишнего, — слегка понизив голос, он полоснул предупреждением. — Иди в дом, не нервируй меня.

До зуда под ребрами хотелось ответить Диме. Сказать что-нибудь такое, чтобы сбить эту неуместную иронию и уверенность. Но инстинкты диктовали свое. Не в том положении я находилась, чтобы испытывать судьбу. Медленно втянув большую порцию воздуха, я в энный раз за столь короткое время заставила себя успокоиться. Нельзя с ним пререкаться. Нужно искать мирные пути решения нашей ситуации.

— Мамуль, — сынок растерянно пролепетал, глядя на мою заминку. — Почему ты грустишь? Он тебя обидел? — уточнил, совсем не стесняясь присутствия Димы.

Грустно улыбнулась. Какой же он хороший. Самый лучший у меня. Мальчиком он был бойким и часто своей прямолинейностью сбивал с толку. Кроме внешности, он и характером был похож на Диму. Правильно говорят, что гены пальцем не раздавишь, все равно видно будет. Даже не зная своего отца, Егорка унаследовал от него по максимуму.

— Кхм… нет, Егорка, — погладила сына по щечке, — не обидел. Я просто немного устала.

— Злата, — бывший прервал наш сентиментальный момент и качнул головой в сторону дома.

Стиснула зубы от его командирского тона и, чтобы не сорваться при ребенке, я лишь коротко кивнула, мол, поняла, и с неохотой потопала внутрь. Дима с Егоркой зашагали следом.

Я все равно не понимала, для чего мы здесь. Ладно еще я с Егором, сестра… но Алену зачем было тащить загород? Или Дима хочет узнать от нее остальные семейные тайны?

Я миновала холл и вопросительно глянула на бывшего. Дальше куда?

— Направо.

И я опять послушалась. На уже знакомой кухне за столом сидели Мира с Аленой, и о чем-то едва слышно перешептывались. Миша по-хозяйски нарезал овощи. Вот у кого у кого, а у этого парня никогда не бывает проблем с аппетитом. Постоянно что-то жует, при любых, даже самых нервных обстоятельствах.

— Миша, — бывший строго окликнул его, — включи Егору в гостиной мультики и присмотри за ним. Я пока поговорю с девушками. - Любишь мультики? — Дима совсем другим тоном обратился к сыну.

— Мам, можно? — Егор с мольбой в глазах ожидал моего разрешения. Дома сынок нечасто сидит перед экраном, просмотр мультиков у нас ограничен. — Пожалуйста, один, про миньонов, — не унимался он.

— Хорошо, — вымученно сдалась. Как раз все обсудим без Егорки, раз Диме так хочется серьезных разговоров.

Когда Егорка с Мишей скрылись из виду, бывший потянул меня за локоть к столу.

— Садись, — опять сухой приказ, и я не посмела ослушаться. Отодвинула стул и села возле Миры.

Дима с видом военачальника оперся кулаками на стол и несколько секунд сканировал нас взглядом, от которого все внутренности скрутило в огромный узел.

— Сначала вы, — Дима жестом показал на сестру с помощницей. Удивительно, Алена за все это время даже словом не обмолвилась и не возмутилась. На нее так стресс действует? — Внимательно слушайте и не перебивайте. Второй раз повторять не буду.

— Мгу, — помощница с сестрой синхронно кивнули.

— Мы с Златой женимся через десять дней. Вы живете здесь до свадьбы и некоторое время после…

— Но заче…- Алена попыталась что-то сказать, но тут же умолкла под потяжелевшим взглядом Димы.

— Что будет дальше… — бывший с паузой протянул:

— … будем решать постепенно. Если будете себя нормально вести — вернетесь домой с руками и ногами. Сделаете какую-нибудь глупость — вам несдобровать.

От услышанного Мира испуганно скривилась, на ее глазах выступили слезы.

— Дима, может хватит пугать? — я громко возмутилась. — Она ж еще совсем ребенок.

— Значит, отлично запомнит, что я сказал, — со смешком парировал он. — На сегодня вы свободны, - бывший небрежно махнул рукой. — Идите в гостиную, нам нужно со Златой выяснить некоторые детали нашего прошлого.

Алена с Мирой закивали как китайские болванчики и послушно потопали в нужную комнату.

А я перестала дышать, позволяя непонятной тревоге связать меня по рукам и ногам от осознания, что мы остались с Димой одни. Такой уязвимой и беззащитной я давно себя не чувствовала. Мысли сновали в голове, как пассажиры в метро в час пик. Полный сумбур! Я ни черта не понимала, для чего бывший привез нас всех сюда. Для чего оставил сестру с помощницей жить в доме. Для чего...вопросов было тьма. Голова гудела, словно в ней поселился рой пчел.

Что мне Диме говорить? Правду или опять попытаться соврать? Хотя, какой в этом толк? Бывший совсем не дурак. Конечно, он и так все понял. Понял за Егорку, что он его.

Сердце трепетало как раненое, липкий страх медленно скользил по спине, а бывший продолжал нависать надо мной мрачной скалой.

Будь он проклят! Если он думает, что так просто может распоряжаться чужими жизнями!

Усилием воли я встряхнула накатившую панику и, гордо вскинув подбородок, встретилась с Димой взглядом, но тут же оказалась в западне его антрацитовых глаз. В густой темноте, которая одним лишь цветом тянула меня на дно.

— Злата, на хера ты так поступила тогда со мной? — Дима нарушил сгустившуюся тишину. — Хотела папочке угодить?

Дима

— Что? Папочке угодить? — со злостью выплюнула Злата, подскочив на ноги. — Ты о чем вообще?

Зеленые глаза с болотной крапинкой вспыхнули яростью, крылья аккуратного носика затрепетали. Если бы я не знал гнилую натуру Златы, то даже бы поверил в ее непричастность. И что она точно не знала, что натворил ее папаша. Стерва настолько естественно играла роль невинной овечки, что раньше я бы без сомнений купился. И наверняка бы простил ее. Но не в этот раз.

— Дима? — вопросительно выгнув бровь, Злата сделала вид, что ждет объяснений. Высокомерием в ее голосе так и сквозило. И хватает же наглости?

В голове мелькали красочные картинки как я ее придушу. Схвачу за тонкую шею и буду сжимать так сильно, пока не переломаю позвонки. Тварь лживая. И такая же продажная, как и ее отец. Повезло же мне связаться с этой грязной семейкой.

Единственное, что мне нужно вызубрить как молитву: Злата - просто талантливая актриса, которая еще чисто случайно не получила Оскара. И ради спасения собственной шкуры пойдет на все.

— Ну что ж, …. — устало потерев переносицу, я мельком скользнул по ней взглядом. Обтягивающие скинни, светлая футболка… Тяжело сглотнул, когда заметил под тонкой тканью острые соски. Сразу вспомнил наш поцелуй в душе, и как она терлась об меня ими. Блд, о чем я только думаю? Быстро поднял глаза выше, чтобы Злата не заметила, как я вытаращился на ее грудь. А выше было еще хуже. Чуть не заскулил как дворовый пес от голода. Лицо без грамма косметики, легкий румянец и эти пухлые губы, вкус которых я хранил до сих пор. Блд, как на зло, еще красивее сука стала.

— Что, Дим? Обязательно такие паузы делать? — хмыкнула, словно специально дразнилась.

— Кхм, — прочистил нервно горло, я вернул себе равнодушный вид, хотя это было чертовски сделать, когда все мое нутро судорожно трепетало от такой близости. — Ну что ж, Злат, я давал тебе шанс объясниться. Поговорить. Даже, могла бы оправдаться. Я бы выслушал. Честно. Но ты решила играть роль тупой девочки. А я больше не намерен терпеть этот цирк.

Я ожидал услышать что угодно в ответ. Крики, маты, угрозы. Но вместо возмущения и препирательств Злата… рассмеялась? Сначала едва слышно, а затем, схватившись за живот, захохотала на всю кухню. Вот ведь стерва.

— Я…я, — задыхаясь со смеху, она пробормотала: — Это я должна оправдываться?

Раздраженно закатив глаза, я поддался вперед. Все, хватит! Нужно успокоить эту истеричку. И холодный душ идеально для этого подойдет.

Но Злата словно прочитала мои мысли. Резко утихнув, она схватила со стола огромную вазу и рывком запустила в меня. В последний момент мне повезло увернуться, иначе полголовы бы снесла. Прозрачная емкость со звонким стуком разлетелась на мелкие осколки по полу. До скрежета я стиснул челюсти, чтобы не переломать ее хребет надвое. Только не в этом доме. Слишком много чести.

— Сука! — тут же зашипел от боли, потому что дальше в лицо мне полетела металлическая салфетница, от которой я не успел отвернуться. Глаза застила пелена гнева, и я как тот бык, едва не дыша паром, вместо красной тряпки кинулся на Злату. Поднял ее тощее тело и закинул себе на плечо.

— Пусти! Пусти меня! — она пыталась вырваться, барабанить кулаками по спине.

— Закройся, — рявкнул и хорошенько ею встряхнул, — иначе, пойдем сейчас к Егору.

Злата, услышав про сына, моментально умолкла и лишь тяжело засопела. Ух ты, как быстро. Вот и нашел ее слабое местечко.

Наперевес с бывшей я открыл заднюю дверь и вышел в сад. Быстрой поступью направился к домику прислуги. Он давно пустовал, потому что я не терплю чужих людей рядом. А сейчас заброшенное помещение отлично подойдет для этой заносчивой стервы. Посидит взаперти пять дней без еды, подумает о своем поведении. Может и покается о прошлом. А то слишком много себе позволяет. Тварь.

Неужели она так боялась папочку, чтобы упечь меня в тюрьму и скрыть сына? То, что Егор — мой, я не сомневался. Он так был похож со мной, словно мои детские фотографии ожили и предстали в виде этого мальчика.

Блд! От злости грудь пронзило дикой болью. Словно в нее воткнули топор и небрежно вырвали назад, оставляя переломанные кости истекать кровью. Злата за все мне ответит. Обязательно ответит. Жаль, что ее папаша уже сдох, устроил бы им семейное наказание.

Со скрипом я открыл тяжелую дверь в домик прислуги и как мешок с картошкой скинул на землю Злату, и та приземлилась на холодный пол задницей. Не успел я дойти к выходу, как она дикой кошкой подорвалась на ноги и побежала за мной. Вот блд неугомонная!

— Дима, прошу, — она попыталась схватить меня за руку, но лишь полоснула острыми ногтями меня по запястью, — давай поговорим. Я ничего не понимаю.

— У тебя будет много времени, чтобы подумать и наконец-то все “понять”, — презрительно выплюнул и уже намеревался захлопнуть дверь, но в меня опять что-то полетело. Веник? Она запустила в меня сломанным веником?

— Ты не имеешь никакого права меня здесь держать! — ее вкрадчивый тон молниеносно сменился яростным. — Выпусти меня, придурок!

Ох, кому-то нужно вымыть рот с мылом? Сжав кулаки до побелевших костяшек, я с шумом выдохнул.

Ну все, Злата, тебе конец. Я ведь честно пытался быть хорошим. Но раз ты не ценишь человеческое отношение…

На моем лице заиграла усмешка, я же вовсю представил, что сделаю с ней. Хищно оскалился и неспешной походкой зашагал к бывшей.

— Прекрати! — резко воскликнула Злата и со всей силы ударила меня в грудь. — Прекрати! Ты меня пугаешь!

Словно загнанный зверек она попятилась назад, но тут же уперлась лопатками об стену. Дышать стало трудно. Каждое ее слово, каждый жест рассыпались в воздухе искрами злости, как от костра, в который плеснули бензин. Я сейчас вообще не мог думать ни о чем, кроме нее. Кроме ее аппетитной попы, животика, выглядывающих в вырезе футболки ключиц. Кроме ее запаха, который въелся в подкорку моего сознания. Ведьма! Так испоганила мою жизнь, а я возбуждаюсь от нее, как прыщавый школьник.

Обхватив ее за затылок, я поддался порыву и захотел поцеловать ее. Но Злата извернулась, и я губами мазнул по ее щеке.

— Дима, пусти, — зашипела, обжигая меня ненавистным взглядом. Глаза ее блестели злостью и непокорностью. И опять она дернулась в попытке освободиться.

— Прекрати, — рыкнул ей в губы, вдавливая сильнее в стену. — Прекрати меня мучить, — едва слышно прошептал, словно оправдывался перед собой. Вдохнул ее запах, потерся носом об скулу. Рывком рванул на ней футболку и под ее возмущенный писк чуть не кончил от одного вида обнаженной груди. Так и знал, что она без лифчика.

Между нами нельзя было просочиться и иголке. Одной рукой я прижал ее к себе настолько крепко, чтобы она по максимуму ощутила напряжение твердого члена через грубую ткань джинсов, а другой — скомкал ее идеально блондинистые волосы в комок и несильно натянул, еще раз напоминая, кто здесь хозяин положения.

Злата глухо всхлипнула, вызывая у меня единственное желание: быстрее нагнуть и трахнуть ее. Но я-то знал, что спешить нельзя. Только не с ней. Не с этой гордячкой. Мне нужно, чтобы она сама попросила. Пускай скажет, что хочет меня. Я же помнил, как она потянулась ко мне в душе. Как отзывалась на поцелуй. Как ощутимо трепетала под моими ласками. Как стонала сквозь шум воды.

Хотя и сам был заведен до болезненного предела, я невольно продолжал играть с ней. Зачем-то продолжал нашу общую сладкую пытку. Аккуратно скользил пальцами по ее обнаженной кожи, как бы невзначай касаясь затвердевших горошин на груди, вызывая очередной тихий стон из ее пухлых губ.

Ее тело отдавало сильной дрожью, она тяжело дышала.

— Ненавижу тебя…, — едва слышно прошептала Злата, скользя по мне мутным взглядом. Цепко ухватилась за мои плечи своими тонкими пальцами, словно боялась потерять равновесие, и опять повторила:

— Ненавижу…

И в противовес своим слова сама потянулась к моим губам, а я, недолго думая, перехватил инициативу, сильнее углубляя наш поцелуй. Впуская язык в ее горячий ротик. Руками грубо лаская каждый сантиметр ее идеального тела.

— Ненавижу, слышишь, — повторила Злата, будто пыталась убедить в этом себя. — Никогда тебя не прощу…

Хотелось ответить тем же. Оттолкнуть ее. Уйти куда подальше. Исчезнуть. И обрести, наконец-то, долгожданный покой от этой дрянной девчонки. Той, которая повелась на уговоры отца и предала меня. Той, которая несколько лет назад сумела выжечь на моем сердце неизлечимую рану и навсегда остаться в нем ненавистным воспоминанием.

Но вместо этого я жадно целовал ее. Не просто целовал, а искренне наслаждался ее нежными устами. Ее ароматом пряной вишни. Ненужной борьбой наших раскаленных тел. Точно ненужной, потому что я видел и чувствовал, что и Злата меня хочет. Только не может себе в этом признаться.

Поймав ее запястья в ловушку, я завел их вместе за спину. Она слегка встрепенулась, пытаясь освободиться, но я лишь усилил хватку. Мой потяжелевший взгляд зацепился за ее поднимающуюся грудь. Ее дыхание превратилось в короткие всхлипы. Прикусив до легкой боли ее нижнюю губу, я прошептал:

— Покажи, как сильно ты меня ненавидишь.