Глава 17

Дима

Какая сигарета бессмысленно тлела у меня в руках? Я уже сбился со счета. Всю ночь просидел на тесной террасе, поглощая никотиновый яд, чтобы хоть немного забыться. Облегчить свою совесть. Выжечь из памяти события последних лет, которые словно гнойный нарыв прорвало одним махом.

На небе появился розовая полоска рассвета, а сна — ни в одном глазу.

Впился затылком в плетеное кресло и как сумасшедший все обдумывал, вспоминал, анализировал… Не похоже, что Злата врала… Разве можно подделать такой шок от услышанного?

Но блд я же ее видел в кабинете, затылок, правда. Но я ее узнал. Видел ее платье с узорчатым плетением бабочки на спине, ее заявление, заключение после изнасилования со своими ДНК… К чему все отрицать? Опять лгать, выкручиваться? Тем более, при новых обстоятельствах. У нас, как-никак, сын общий есть. И этот факт она почему-то тоже скрыла от меня.

Дура, какая же она дура упрямая… Да я бы ее простил, если бы она призналась. Призналась, что это папа ее заставил. Он все провернул, чтобы меня засадить. Но она упорно молчала.

—Дима, пожалуйста, я все скажу… мне нужно к сыну… — из открытого окна донесся рваный голос Златы, невольно выкручивая мои внутренности от переживаний. Судя по затянувшейся паузе, она плакала.

Невеселая улыбка тронула мои губы. Вот как все просто. Гордячка сдалась? Да, я поступил жестоко… но очень действенно. Выживает сильнейший - это я понял сразу, как попал в тюрьму. Но и каждого сильного можно сломать. Было бы чем. Вот и Злата сломалась из-за переживаний о сыне.

Хотелось вскочить на ноги и кинуться к ней в спальню, освободить ее… Но нет, нельзя… пусть еще поразмышляет, поплачет, а я подожду.

Кто бы мог подумать, что я проторчу возле домика прислуги всю ночь? Сначала я пошел в дом, приказал всем спать. Благо у Егора было предостаточно нянек, и он относительно спокойно пошел отдыхать. Никакой истерики - настоящий мужик. Прям гордость взяла за сына.

А я… я, схватив из бара початую бутылку дорогой водки и вернулся к Злате. Как неисправимый садист сел на тесном крыльце и наслаждался ее воплями. Я ведь до дрожи в коленях жаждал мести. Ждал, когда Злата покается и признается во всем. Расскажет все, что гложило ее все время и зачем она так поступила. Но та не спешила говорить. Грубо материлась, сыпала проклятиями и плакала. И опять материлась.

А я с диким упорством ждал ее признания, словно он мне заменит спасительный кислород.

— Дим…, я виновата, только отпусти, пожалуйста…, — громкий всхлип, и мои натянутые нервы больше не выдержали.

К черту! Хватит! Быстро потушил начатую сигарету об стеклянную поверхность столика и прытью направился в дом. Так, холл, коридор, а вот и нужная дверь…

Помедлив буквально секунду, я рывком толкнул белую деревянную поверхность и вошел внутрь. Наощупь нашел выключатель, и комнату мгновенно озарил яркий свет.

Опухшая от слез Злата зажмурилась и испуганно подтянула ноги к себе. Слабая, беззащитная… Совесть полоснула по груди острым гарпуном.

Не объясняя ничего, я рваными движениями развязал ее запястья, и ее освобожденные руки бессильно упали на подушку.

—Иди сюда, — подхватил худенькое тело, и только тогда понял, что практически не дышал все это время. Воздух со свистом ворвался в мои легкие, и я облегченно выдохнул, когда прохладные ручки обхватили мою шею, и Злата спрятала свое лицо у меня на груди.

С каждым новым шагом со Златой на руках моя обида, сидевшая внутри столько лет, таяла. Боль, что душила меня невидимым лассо, медленно улетучивалась из души. На смену ей пришла злость. Злость на себя. Почему-то сейчас я чувствовал себя последним мудаком. Скотиной. И то, что я сделал со Златой, не принесло никакого удовольствия. Да, она призналась. Неразборчиво бормотала, что виновата, что это она все сделала. Просила прощения, нервно комкая пальчиками мою футболку. Тихонько скулила и сквозь слезы просила помиловать ее.

Но я точно осознал одно: Злата даже примерно не понимает о чем речь. А взяла на себя вину, лишь бы освободиться из холодной комнаты. Только бы вернуться к сыну.

Черт! И почему я раньше об этом не подумал? Или бессонная ночь помогла посмотреть на эту ситуацию более рационально?

Узнал Злату в том злосчастном лесу, и как с катушек слетел. Решил, что она специально меня нашла. Ведь не может быть таких совпадений? Тем более, когда начались такие проблемы с товаром. Оказывается, может.

После объявления о свадьбе перед двумя бандами головорезов план мести созрел моментально: оставить Злату себе и с лихвой вернуть то, что она заслужила. Пускай помучается, как и я когда-то. Потеряв все. Карьеру, свободу, надежду на лучшую жизнь.

Но сейчас… сейчас я чувствовал себя настолько паршиво, будто бы случайно выпил серной кислоты, и та медленно разъедала мои внутренности. Смотреть, как мучается Злата было выше моих сил. И желание мстить куда-то очень быстро пропало.

Мда, слишком дерьмовая ситуация.

— Я виновата, — как заведенная повторяла Злата, не прекращая плакать. Разрывая своим признанием мою грудную клетку на лоскуты.

Придерживая бывшую, я рванул на себя дверь дома и вошел внутрь. Остановился в холле и присел на широкий диван. Не выпуская Злату из рук, я осторожно гладил ее и баюкал, словно маленького ребенка, пока она беззвучно подрагивала плечами.

Дебил, нужно было ее выслушать. Нормально выслушать. Без предъяв и угроз. Не как я привык решать вопросы. По-другому.

Но я не смог. Все, что касалось бывшей, слишком злило, нервировало, выбивало из колеи. Все, что касалось ее, вызывало во мне неконтролируемые эмоции, слова. Стоило только Злате появится в радиусе моего зрения — все, я уже не мог ничего с собой поделать. Превращался в закомплексованного подростка, который желал отомстить своей обидчице. Меня кидало от минуса к плюсу, меня бомбило, разрывало на мелкие частички и возвращало обратно. Порой то, что я испытывал к Злате, пугало даже меня самого. Почему спустя три года она волновала меня как раньше, даже сильнее?

Блд! Блд! И что мне делать дальше?

Да и факт, что у меня есть сын одновременно радовал и пугал до чертиков.

У меня есть сын. От Златы. От той, которую я любил… и, как это не прискорбно признавать, люблю больше жизни.

Наверное, я совсем свихнулся.

Прошло не менее часа прежде, чем я понял, что ослабшая Злата уснула прям на руках. Крепко прижавшись к моей груди, она тихо посапывала заложенным после длительного плача носом. Пальцы бывшей также цепко держали меня за футболку, будто бы она боялась, что я верну ее обратно в холодную комнату.

Я едва и сам сдержал зевок. Первые лучи солнца пробрались в комнату, напоминая, что уже утро. А еще сколько дел сегодня… Опять разборки с пропажей товара, поиск новой крысы, разговор со Златой...

— Дим, — тонкий голосок вернул меня в реальность.

— Мира? Ты чего не спишь?

В дверном проеме сестра Златы растерянно переминалась с ноги на ногу. Сонная, взлохмаченная. Блондинка с таким же вздернутым носиком, как и у бывшей. Раньше я и не замечал насколько они похожи.

— Кхм… нам нужно поговорить, — Мира едва слышно пролепетала.

— Как интересно, — устало зевнул. — И о чем же?

— Дима, — закусив нижнюю губу, Мира умолкла. Нервно теребила край пижамы и не решалась продолжить.

— Я слушаю, — напомнил ей о своем присутствии.

Тяжелый вздох, и фраза, которая выбила весь воздух из моей груди.

— Злата ни в чем не виновата. Это мы с папой все провернули.