Глава 2

Злата

Хорошо, что я сидела. Земля резко ушла из-под моих ног, когда я услышала, что больше половины заказчиков отказались сотрудничать со мной. А остальные — просто еще не посмотрели мой прямой эфир.

Алена продолжала кричать и материться. Ругалась, не сильно подбирая слова, но я уже ее не слышала. Да, я с ней полностью согласна. Мне конец.

Бессильно опустив мобильный на диван, я едва сдерживалась, чтобы не разреветься. Вот и накаркала, ворона. Теперь можно забыть о карьере блогера-ппшника* насовсем (прим. человек, который ведет здоровый способ жизни и правильно питается).

В нашем мире такое не прощают. Не прощают…

Уверена, хейтеры только и ждали подобной ошибки, чтобы стаей опасных стервятников накинуться на меня и обглодать до косточек мой позор.

А все из-за дебильного бургера и зажаристой картошки, которые я с аппетитом наминала перед камерой. Все-таки вопрос Миры несколько человек услышали. А среди них был засланный казачек, помощник моей главной конкурентки — Софии Риччи, которую я обошла в популярности и количестве подписчиков. Соня часто пакостила мне из-за зависти. Распускала мерзкие слухи, но меня они не сильно цепляли. Доказательств-то у нее не было. А сегодня я сама дала ей все карты для своего уничтожения в руки. Помощник взломал доступ к моей камеры и записал на видео все, что было после завершения прямого эфира.

Видимо, белая краска надежно проникла в мои мозги, отравляя их своим токсином. Потому что не догадаться проверить айфон, перед тем как смело поглощать фастфуд, может только настоящая блондинка. И это звучит не как комплимент, а окончательный диагноз. Как можно было не заметить работающую камеру?

— Боже, что же будет? — как заведенная я повторяла один и тот же вопрос, устало потирая виски. Кредит на квартиру, поступление Миры, частный садик Егорки… Все это требовало денег. Немалых денег. - Что мне делать? — едва слышно кинула в напряженный воздух, но перепуганная сестра и тяжелая квартирная тишина не спешили помогать. Они и сами не знали ответа.

Тяжело выдохнула, я облокотилась на стол и закрыла лицо ладонями. Остро захотелось, чтобы кто-то сильный и смелый сгреб меня в охапку и заверил, что все будет хорошо. Что все, даже самые страшные и трудные проблемы можно решить. Что скандал в инстаграме не стоит и выеденного яйца.

Но мамы с папой больше нет. И я давно в этом мире одна.

Господи, почему же все так сложно? Хочу, чтобы родители были живы. Они всегда знали, что делать. А я в свои двадцать два года, словно брошенный на произвол судьбы котенок. Только и умею вляпаться во что-то и плакать от страха и несправедливости.

Разве о таком я всегда мечтала? В столь раннем возрасте стать матерью-одиночкой и опекуном сестре? Нет, у меня были совсем другие планы, которым не суждено сбыться.

Единственное, что я в идеале усвоила: взрослая жизнь слишком дерьмовая, чтобы так рано в нее погружаться.

— Злат, может, все еще наладиться? Ну подумаешь, какой-то бургер съела…

— Господи, Мира, уж лучше помолчи! — рявкнула я со злостью, отчего сестра встрепенулась и беззвучно зашлась в плаче.

Да, я злилась. Злилась на сестру. На надоедливых фанатов, которые так тщательно следили за моей жизнью. На помощницу, которая не смогла найти выход из сложившейся ситуации. Но больше всех, я злилась на себя.

Я и только я виновата в случившемся. Я ведь всегда была осторожна. Всегда. Почему на этот раз так не повезло? Почему я так халтурно отнеслась к проверке камеры и социальных сетей?

Я вскочила с диванчика и заметалась по кухне как загнанный в клетку зверь. Огромная квартира-студия сейчас мне казалась невероятно тесным помещением. Окружающая атмосфера давила, дорогая техника бесила своим видом. Не вовремя всплывшая мысль, что вскоре мы втроем можем оказаться на улице, резала мне душу не хуже ножа.

Нет-нет-нет. Такого точно не будет. Я что-нибудь придумаю.

Оповещения противным звуком нещадно осыпали последнюю модель айфона. Холодный стальной виджет непрерывно напоминал о том, что все это не сон, а суровая и пугающая реальность. И думать надо быстрее.

— Злат…, — несмелый голосок сестры вытащил меня из пучины неприятных раздумий. — Давай, я сделаю нам чаю с бергамотом? У меня и конфеты вкусные есть. Посидим, поговорим и вместе придумаем, как нам выпутаться из этой ситуации. Помнишь, мама всегда так делала? — Мира достала из кармана горстку шоколадных трюфелей и аккуратно положила на стол. В ее глазах опять задребезжали слезы.

Какой же она все-таки еще ребенок.

— Иди сюда, — я раскрыла руки, заключая хрупкую фигурку сестры в крепкие объятия. — Извини меня, истеричку, что наорала. Если бы ты знала, как я тебя люблю, — виновато бормотала, — не плачь, все будет хорошо.

Плечики Миры беззвучно сотрясались, и укол совести пронзил мое сердце. Веду себя как маленькое капризное дитя. Кричу и паникую вместо того, чтобы искать варианты решения проблемы. Родные ни в чем не виноваты и не должны страдать из-за моих поступков.

— Злат, — отстранившись, сестра вытерла ладонью мокрые щеки, — опять телефон звонит.

— Да е-мое, — не скрывая раздражения, я рывком метнулась к столу, где сиротливо лежал злосчастный мобильный. — Да, Алена, что еще? Новый отказ от рекламы? — гневно вскрикнула, прежде, чем услышала спокойный ответ помощницы:

— Выдыхай, бобер. Я придумала, что нам делать.

* * *

— Я такое придумала!

Не успела я распахнуть до конца дверь, как в квартиру ворвался ураган под именем Алена. Вся растрепанная, с выпуклыми как у лемура глазами, она по-хозяйски скинула с себя длинный льняной пиджак и с невозмутимым видом подала его мне вместе с сумочкой.

Всего на несколько лет старше меня, она казалась нереально взрослой и умной. Тоже платиновая блондинка, как и я, только на голову выше. Иногда, нас принимали за сестер. Помощница была со своими тараканами, конечно, куда без них. Типа, сильным увлечением эзотерикой или частой сменой бойфрендов. Но Алена лучше всех подходила на роль моей помощницы. Как по щелчку пальца она умела добыть нужные контакты, адреса или возможности. И в считанные минуты уговорить человека с нами сотрудничать, словно он всю жизнь только этого и желал. Мне подобное давалось очень трудно и энергозатратно.

Несмотря на то, что я блогер, публичный и очень узнаваемый человек, в душе — я стопроцентный интроверт, который людному шумному веселью предпочтет спокойные вечера дома с сыном и сестрой.

Иногда, мне просто хочется посидеть позалипать дома с попкорном под мультики или мелодрамы, без прямых эфиров и постоянного общения. Но статус блогера строго обязывает каждый день общаться с аудиторией и посещать все громкие мероприятия.

Все вечеринки и Vip-собрания для меня всегда превращались в сплошную пытку.

Режущие глаза вспышки камер, беспардонные и невоспитанные мажоры, притворяющиеся моими друзьями люди, а сколько там неадекватов… Брр… как вспомню, так и вздрогну.

Зато Алена ничего не боялась и не смущалась. И, несмотря на громкие перешептывания, перла к своей цели как танк. А я смиренно шла за ней.

— Мира где? — поинтересовалась Алена, заправив за ухо выбившуюся прядь и, не дожидаясь ответа, уверенно направилась на кухню. — Напомни, где у тебя кофе? — тут же донеслось оттуда.

— Мира пошла забирать Егорку из садика, — без особого энтузиазма пояснила помощнице и последовала за ней. — А кофе — на верхней полке возле окна.

Опершись плечом на дверной косяк, я в нетерпении уставилась на бегающую по комнате Алену. Как в ничем не бывало, она поставила турку на плиту и выверенными движениями стала готовить ароматную дозу кофеина. Спустя несколько минут бодрящий напиток шумной пеной оповестил о готовности, и Алена, наконец умостилась на диване с фарфоровой чашечкой, желая поделиться своей невероятной идеей.

— Помнишь, Марата? — неожиданно спросила она, медленно отпивая первый глоток кофе. — Ну тот, сексуальный сосед, любовь всей моей жизни, — поспешила объясниться, глядя на мое вопросительное выражение лица.

— Я думала, что любовь всей твоей жизни — это Ахмет, твой бывший муж. Насколько я помню, ты о нем так отзывалась, — оттолкнувшись от дверного проема, я неспешно подошла к плите и вытерла кофейные потеки, которые Алена спокойно оставила после себя.

— Я тебя умоляю, — помощница брезгливо поморщилась, словно я ей напомнила о самом гадком существе в мире. — Марат и Ахмет — совершенно разные мужчины. Они как огромный член и миниатюрная пиписька. Как идеальное зрение и косоглазие. Как гениальный ум и маразм…

— Очень красочные сравнения, — перебив, я хмыкнула насмешливо. — Но можно ближе к делу? При чем здесь Марат? Как он поможет моей проблеме?

Отличительной чертой Алены была ее неконтролируемая любвеобильность. Особенно к восточным мужчинам. Сама она объясняла это, что в прошлой жизни была нелюбимой наложницей султана и теперь переродилась в тело украинской девушки, чтобы своей красотой разбивать сердца смуглым красавчикам. Если навскидку посчитать, то только за год нашей дружбы Алена рассталась с шестью парнями. Но я не спешила судить ее странность. В остальном помощница была более, чем нормальной и разумной. Да и при том, это ее жизнь. Как хочет - так и пусть проживает ее.

—А Марат здесь при всем, — снисходительно осекла меня Алена, допивая свой остывший кофе. — Это он мне подкинул мега идею.

— Ален, давай без лишних прелюдий. Что ты тянешь кота за… Кхм… за то самое причинное место… Рассказывай.

— В общем, — помощница весело встрепенулась и расплылась в широкой улыбке. — Марат сейчас подрабатывает у одного бандюка. Разные задания по мелочам: приди-принеси, узнай-укради. Ну временно, пока не найдет лучшую работу.

Я ничего не ответила. Лишь картинно закатив глаза, показала жестом руки продолжать.

— Ну так вот, — запнувшись, Алена несмело взглянула меня и едва слышно прошептала: —Эти бандюки помогут нам спасти твою репутацию и вывести блог на новый уровень.

— Что? — подавившись слюной, я зашлась в судорожном кашле. — Ты…ты что совсем что-ли? — с последних сил выдохнула возмущение. — Никогда в жизни не соглашусь на подобное…

Тема “криминала” в нашей семье почти что звучит как табу. Наш папа, старший советник юстиции, всю жизнь совестно боролся с ворами и злодеями покрупнее. И в конце концов, один местный авторитет решил избавиться от принципиального прокурора и подстроил им с мамой смертельную аварию. Одним махом превратив нас с Мирой в полных сирот.

Я лихорадочно хватала огромные порции спасительного воздуха и наспех вытирала выступившие слезы. Вот ведь Алена идиотка! Уверена: это ее восточный волосатый сосед надоумил. Никогда не поверю, что она сама додумалась до такого.

— Да чего ты завелась так? — помощница закинула голову и заливисто рассмеялась. Словно узрела нечто нереально смешное. — Ничего опасного, — сквозь сбитого дыхание пробормотала она. — Всего лишь тайная съемка бандитской сходки.

— Господи, ты себя слышишь?! Мне оно зачем? — сама не замечаю, как перешла на крик. — Как связаны бандиты и правильное питание? Или они там на сходке будут готовить безглютеновые каши?

— Нам нужна сенсация! — игнорируя мое возмущение, нагло перебила меня помощница. Придав голосу таинственной интонации, она продолжила: — Нам позарез нужен шокирующий контент! Что-то такое, что затмит твой позор с фасфудом. И все переключатся только на бандитов.

— Алена…, — все витиеватые слова застряли в горле, когда я краем уха услышала скрежет дверного замка. Мира с Егоркой вернулась. — Молчи, позже договорим, — предупредила ее шепотом, прежде, чем маленькие ручки сомкнулись на моей шее.

— Мамуль, я так соскучился!

Борясь с находившимся недоумением и злостью на помощницу, я глубоко вдохнула и молниеносно сменила настроение.

— Мой родной… И я по тебе соскучилась.

Погладила каштановую макушку и носом зарылась в темное волосы сынули. Самый лучший и любимый ребенок в мире. Он - единственное, за что я благодарна его отцу, моему бывшему. Который, как бы глупо это не звучало, даже не знает о его существовании.

— Мамуль, ты что плакала? — некстати подмечает Егорка мои грязные разводы от туши.

— Эм… нет… это я подавилась печенькой. С тетей Аленой болтала, когда ела… и подавилась, вот слезы и выступили, — придумываю на ходу оправдание, лишь бы не расстроить сына.

— Эх, мама, — изобразив сердитую мордочку, Егорка поругал меня пальчиком, — ты же сама говорила, что так делать нельзя. Когда я ем - я глух и нем, — он строго процитировал мои наставления перед ужином.

— Я больше так не буду, — скоропостижно обещаю сынуле и намереваюсь отвести его сестре, но та словно по команде сама зашла на кухню.

— Привет, Ален, — кинула Мира коротко помощнице. — Что с блогом? Что-то уже придумали? А то Злата со своим бургером уже во всех местных пабликах красуется.

— А ты во мне сомневалась? — помощница осуждающее поцокала языком. — Тетя Алена разрулит любую ситуацию. Мы хотим пойти… — неразумно начала она и тут же умолкла под моим предупреждающим взглядом. Не хватало еще сестру втянуть в ее дебильную затею. — В общем, все будет хорошо, Мира, не переживай, — Алена натянула на лицо подбадривающую улыбку.

— Это хорошо, — с облегчением улыбнулась сестра. — Злат, тебе еще что-то нужно? А то я хотела к завтрашней контрольной подготовиться. Много учить задали.

Чувствую себя самой худшей сестрой, которую только представить можно, но все же решаюсь попросить Миру о последней просьбе. По крайней мере, на этот день точно.

— Мирось, можно еще десять минут? Пожалуйста, посиди с Егоркой. Мы с Аленой не договорили.