Глава 12

Посмеялась про себя. Ведь наивные представления об этой стране оказались далеки от реального положения дел.

Я мрачно посмотрела на сопровождающих нас мужчин и проворчала:

– Может нас лучше одеть в традиционные наряды с закрытым лицом?

– Нет, это не поможет. Только робость и полная покорность, Алёна, – Дамир строго посмотрел на меня. – Будешь и там играть роль моей невесты, воспитанной по строгим местным законам.

Пожала плечами и проворчала:

– Придётся следовать вашим диким правилам. Уверена, что Зулейка уже плетёт очередную интригу.

– Придётся. Иначе нам не удастся уберечь вас с Зульфиёй от беды. Появляться же без сопровождения помощниц считается дурным тоном. Сайеду простят, что он с родственницей. Мне – нет. Моя бывшая уже всем раструбила, что у меня новая избранница. Практически официальная невеста.

– Кажется, Дамир, мы перестарались.

– Да, Алёнушка. Придётся тебе зимой выходить за меня замуж, – голубые глаза босса потеплели, в них плескалось такое лукавство, что мне даже стало слегка не по себе.

Видимо, на моём лице отразился яростный протест. Я терпеть не могла, когда обстоятельства оказывались сильнее меня.

Тут ещё и Сайед подлил пальмового масла в огонь:

– Или за меня. Мне простят, я молод и горяч, что отбил тебя у друга, – Сайед внезапно оказался рядом и прижал меня к себе, когда я только вышла из машины, а Дамир замешкался, помогая выйти Зульфие.

Я отпрянула. Мне сейчас совсем не улыбалось, чтобы высокое начальство вздумало ревновать с далеко идущими последствиями. Можно было лишиться не только работы, но и спокойной жизни.

Потом мы прошли внутрь. Я украдкой рассматривала дворец ещё одного шейха, которому «наши боссы» хотели сделать какое-то крайне выгодное предложение. Пришлось строго следовать «инструкции» и старательно изображать из себя восторженную дурочку.

С ужасом поймала себя на том, что Дамир начинает мне нравиться. В отличие от Сайеда, он не пытался идти напролом. Босс медленно, ненавязчиво приручал меня. Очень осторожно, словно исподволь. Второй «начальник» был моложе и терпением явно не отличался. Поэтому меня начинала раздражать его некоторая навязчивость и неподражаемая липучесть.

Хотя можно было слегка покуролесить с Дамиром, чтобы поставить Антона на место. Несносный блондин попытался унизить и растоптать меня прилюдно. Поэтому заслужил хорошую взбучку. Хотя его ещё ждёт масса неприятных открытий в Зулейке. В этом я не сомневалась и на мгновение.

Фархад оказался совсем ещё молодым мужчиной с цепким взглядом светло-карих глаз и колоритной трёхдневной щетиной. Вокруг вертелись восемь ослепительно красивых девушек.

– Рад вас видеть, господин Тамаев, господин Аль Мансури. Какая у вас очаровательная помощница, господин Тамаев. Готов обменять её на любую из моих самых лучших гурий.

– Нет. Я не меняю невесту на чужую наложницу, уважаемый Фархад, – меня обняли за талию и с видом хозяина прижали к тёплому боку.

Я строго соответствовала принятой по обоюдному соглашению влюблённой по уши дурочки из суровой и далёкой от этих жарких мест России. Тихонько вздохнула, на моих губах появилась мечтательная улыбка. К сожалению, она оказалась не наигранной. Мне всё больше начинал нравиться мой босс. Он оказался не таким страшным и жестоким, как об этом шептались его сотрудницы.

Поэтому в ответ на комплимент:

– Ты как всегда ослепительна, Алёнушка, – неожиданно даже для себя густо покраснела и опустила глаза.

Мне даже не пришлось претворяться. Конечно, сейчас улучшать наши отношения Дамир не стал, но его ставшие шаловливыми глаза ясно дали понять всем вокруг. Когда мы вернёмся в резиденцию Сайеда, мало «невесте» не покажется.

Мы с Зульфиёй вели себя тихо, как мышки в амбаре. Старательно стенографировали всё и записывали на диктофон. На все вопросы смущённо молчали и не поднимали глаз на собеседника. Фархад так и не смог выманить у нас ни одного слова или лишнего взгляда.

Мы с моей местной наставницей по обычаям и законам едва дождались, когда нас отвезли «домой». Зульфие явно что-то сильно не понравилось в поведении хозяина дворца, куда нас привёз её родственник. Она с тяжёлым вздохом проворчала:

– Фархад явно положил взгляд на Алёну. Дамир, береги свою помощницу пуще своих богатств. Иначе этот ухарь украдёт её и присвоит. Раз он уже тебе обмен предлагает на своих любимых наложниц.

– Согласен, Зульфия. Спасибо, что обратила моё внимание на этот момент. Сайед, я принимаю твоё предложение усилить защиту Алёны с помощью верных тебе людей, – потом он обратился ко мне. – Радость моя, раз ты моя невеста, придётся тебе привыкать к более праздному образу жизни и меньше работать. Я понимаю, что для такой энергичной девушки, как ты, будет непросто приспособиться к настолько кардинальной смене поведения. Только иного пути у нас с тобой нет. Зулейка и Антон должны быть примерно наказаны. Лишь так мы убедим всех вокруг, что вредить нам себе дороже.

– Я постараюсь, Дамир, но ничего обещать не буду. Не требуй от меня невозможного, – ответ оказался неожиданным.

Босс властно прижал меня к себе и под ревнивыми взглядами Сайеда принялся жадно целовать мои шею и губы. Потом весело рассмеялся и проронил:

– Сайед, это моя Алёнушка. Поищи себе другую красавицу. Своё живое сокровище я уже никому и никогда не отдам.

– В ночь перед Новым годом она сама скажет, с кем в итоге останется, – брат Зульфии не собирался отказываться от своих планов на меня.

Мы с Зульфиёй переглянулись и синхронно возвели глаза к потолку, украшенному великолепными росписями в арабском стиле. Мужчины отреагировал вполне ожидаемо: весёлым смехом. Я с трудом узнавала в полном жизни и словно лет десять с плеч скинувшем боссе того усталого и вечно всеми и всем недовольного начальника. Дамир словно угадал мои мысли. Он улыбнулся и насмешливо посмотрел на слегка приунывшего старого друга:

– Даже такие бизнесмены, как мы, можем устать от интриг коллег и родни и работы. Верное средство одно. Нужно срочно искать блондинку, – и он так многообещающе на меня посмотрел, что меня бросило сначала в жар, потом в холод и снова в жар.

Видимо, я даже покраснела.

Сайед сердито выдохнул:

– Дамир, не дразни нашу красавицу.

Зульфия покачала головой и утащила меня «пудрить носик и чистить перья» перед ужином. Потом помогла мне удобно устроиться во вместительной ванне и с тяжёлым вздохом пожаловалась:

– У Сайеда всегда была слишком горячая кровь. Когда же дело касается красивых и умных женщин, он вообще голову теряет. А если ещё и блондинка, то тут им с Дамиром никто не указ.

Мне стало немного жутко. Я только сейчас поняла, в какой неприятный переплёт угодила. Только потому, что Равилю оказалось лень работать. Фархад тоже был тёмной лошадкой. Да и другие желающие, как я с ужасом поняла, быстро найдутся. Поэтому за пределы своей комнаты без сопровождения лучше и носа не показывать.

Я совсем не горела желанием оказаться пленницей в гареме одного из кочующих по пустыне шейхов. Для них красивая и умная женщина была безропотным и на всё согласным заранее символом престижа. Никому из этих мужчин не было никакого дела до того, что думает по данному поводу их жена или наложница. Местная культура разительно отличалась от того, к чему я привыкла. Поэтому для меня существовал слишком высокий риск попасть впросак.

С боссом было чуть проще, он во многом придерживался европейских взглядов, а вот Сайед, Фархад и остальные могли сломать мне жизнь и даже не понять, что они натворили. Когда я после массажа и купальни вышла в коридор, облачённая в вышитое домашнее платье, там оказались оба моих «босса».

– Мы решили, что сегодня будем ужинать тут. Нам не понравилось, каким жадным взглядом тебя пожирал Фархад.

Я не стала ничего говорить по поводу того, как мне не понравились его косые взгляды и попытки разговорить.

Ужин «в кругу семьи» оказался куда приятнее, чем в ресторане. Ведь тут не было риска столкнуться с Зулейкой, Антоном или ещё кем-то не менее неприятным для меня. За приятной беседой о местных диковинах и достопримечательностях время пролетело незаметно. Зной спал. Можно было позагорать у бассейна и не думать ни о чём неприятном.

Напрасно я надеялась на толику уединения. Стоило мне растянуться на покрывале, которое дала мне для пляжа Зульфия, как с одного моего бока развалился Дамир, а с другого – Сайед. Оба брюнета разговаривали о делах, а сами украдкой рассматривали меня. Сразу дали понять, что просто так я от них уже не отделаюсь никогда в жизни.

Я достала планшет и решила посмотреть какое-нибудь кино. Коль скоро работать в привычном ритме и режиме мне запретили. Подумала и решила углубить свои знания по ОАЭ. Негласных правил и табу оказалось много. Запомнить их сходу я не смогу. Значит, придётся всегда быть на виду у Дамира или Зульфии. Сайед и его непрошеные ухаживания раздражали меня не меньше, чем тонкости отдыха в Абу-Даби.

Я почувствовала, что устала от переживаний этого дня. Поэтому провела пол часика на пляже чисто для поддержания компании и потом предупредила:

– Устала, почитаю книгу и лягу спать пораньше.

Дамир тут же поднялся и пошёл со мной, в голосе прозвучали тёплые и удивительно заботливые нотки:

– Пойдём, Алёнушка, я без тебя уже не представляю своей жизни, – потом подмигнул мне, и я увидела в проёме главных ворот Зулейку, лицо которой перекосилось от зависти и злобы.

Рядом неловко переминался с ноги на ногу неблагодарный Антошка.

– Ну, тебе придётся сильно приплатить и уволить меня, чтобы я исчезла с твоего горизонта, как многочисленные подружки Равиля, – по-кошачьи рассмеялась я и не стала сопротивляться, когда меня сгребли в охапку и принялись жадно и пылко целовать.

С ужасом почувствовала, как мои собственные губы предали собственную хозяйку.

– Оказывается, Алёнушка, у нас с тобой взаимные чувства, – сказано это было так, что моё лицо заполыхало, даже кончики ушей и шея не отставали.

По телу прокатилась сладкая волна истомы, но запретила себе утрачивать бдительность. Проучить бывших – это одно. Начинать сейчас новые отношения сейчас я была совершенно не готова.

– Ну, кто ж знал, что у меня окажется такой изобретательный босс? Кстати, Дамир, есть несколько идей, как сделать прибыльным «Королевский Финик» ещё на старте. Но тебе придётся задействовать свои связи. Премиумные плоды люди даже со средним уровнем дохода покупать не будут, – и снова ощутила требовательный поцелуй на моих губах.

– Вот за это я тебя не просто люблю, а ещё и ценю и уважаю, так за предусмотрительность и ум, радость моя, – от следующего поцелуя, очень нежного и неторопливого, я чуть не растеряла остатки мозгов.

Брань, судя по интонациям, на арабском от Зулейки и крепкий русский мат в исполнении Антона пролились целительным бальзамом на раны, которые эти двое оставили у нас на сердце и душе.