Глава 16

Я понимала, что эта ситуация не закончится для меня ничем хорошим. Так почему живот от этих мыслей свело сладкой судорогой. Ну нет иного исхода, если тебя к кровати прижимает здоровенный красивый мужик, а мысли путаются и руки слабеют. Мозг отключается и все, что говорила мама, становится таким откровенно неважным, что ты забываешь даже звук ее голоса.

Остаются лишь поблескивающие в темноте комнаты глаза и оглушительно бухающее сердце. Я была растеряна, хотела как-то выйти из неловкой ситуации, глупо пошутить, разрядить обстановку, но вместо этого замерла, парализованная его подавляющей близостью.

Натаниэль нежно убрал волосы с моего лица и начал медленно наклоняться. «Что я творю?» — взвопили во мне остатки разума, но что толку? Я все равно наблюдала за происходящим, словно со стороны, не в силах никак повлиять на ситуацию. Натаниэль меня завораживал. Он вызвал интерес еще при первой нашей встрече, и дальше судьба постоянно нас сталкивала, заставляя все чаще думать об этом мужчине. И сейчас, когда его губы оказались так близко, я просто не смогла сопротивляться непреодолимому магнетизму.

Его губы были властными и хранили легкий привкус терпких сигарет и кофе. У меня не было ни малейшей возможности победить в этом противостоянии. Я капитулировала, даже не начав борьбу. Меня никто и никогда в жизни не целовал так отчаянно и безрассудно. Именно сейчас я окончательно попрощалась с воспоминаниями об Адаме. От этого поцелуя у меня просто снесло крышу. Я забыла, как дышать, где я и почему отсюда нужно как можно быстрее бежать. Впрочем, Натаниэль очень скоро мне об этом напомнил.

— Говорил же, что в следующий раз могу истолковать твое поведение превратно, — сообщил он отстранившись. — Какие еще тебе нужны демонстрации?

Я, осознав, что для него все было обычной демонстрацией, вспыхнула до корней волос и торопливо высвободилась. Оказывается, Натаниэль и не удерживал меня сильно. Или уже не удерживал. Я даже не поняла, когда наступила свобода. Щеки горели, а руки мелко дрожали. А он как ни в чем ни бывало скатился с кровати и, обернув простыню вокруг бедер, скрылся за дверью душевой.

— Выход найдёшь сама! — бросил он. — И в следующий раз я тебе не отпущу. Не знаю, зачем ты за мной охотишься. Вот, правда. Замуж не возьму, а для всего остального еще мала… да и для замужа мала. И вообще, я предпочитаю женщин постарше и поопытнее!

Это добило. Нашелся ценитель! Я вскочила с кровати, швырнула в стену вазу и с удовольствием услышала, как она разбилась, а после этого выскочила в темный коридор. Про бутылку, которую должна была забрать, я даже не вспомнила, поэтому вопрос Адама из темноты оказался неожиданностью.

— Ну как успехи? — язвительно поинтересовался бывший и перегородил мне путь.

— Да пошел ты! — выругалась я и со всей силы толкнула его руками в грудь. Не ожидала, что от моего толчка Адам отлетит к стене.

— Я и не знал, что ты такая бешеная, — крикнул он мне вслед с восхищением. Но мне было наплевать на его скудные мысли. Мне хотелось кого-нибудь убить. Точнее, хотелось убить наглого и невозможного куратора, который сначала меня поцеловал так, что аж душа перевернулась, а потом откровенно послал.

В комнату идти нельзя. Я была слишком взвинчена, смущена и уязвлена. Думаю, девчонки сразу заметят мое состояние и попытаются узнать причину. А рассказывать им ничего не хотелось. Да и что я могла рассказать?! Я валялась с голым куратором в постели, он меня поцеловал, а потом сказал, что малолетки его не интересуют? Ну уж, нет! Такие подробности личной жизни я предпочитаю хранить при себе и ни с кем не делиться. Девчонок я своих успела полюбить, но мы с ними еще не настолько хорошо друг друга знали, чтобы выворачивать душу наизнанку.

После долгих размышлений я решила отправиться на крышу, где Адам в прошлый раз проводил собрание. Вряд ли сейчас там кто-нибудь есть, можно побыть в одиночестве и все переосмыслить. Возможно, даже чуть-чуть поплакать. У меня оставалось время до вечеринки. К тому же я не видела ничего предосудительного в опоздании. Чего я не видела на вечеринках? Главное, передать Адаму бутылку. И лучше я это сделаю, когда успокоюсь. От себя во взвинченном и злом состоянии я сама не знала, чего ожидать. Вдруг Адам снова решит меня чем-нибудь задеть? В своем сегодняшнем настроении в ответ я могу спалить пол-академии. Выйдет неловко и дорого.

На крыше меня ждал сюрприз, который я, признаться, не ожидала тут увидеть. Сильх.

Он мрачно стоял на тонких перилах, развернувшись лицом к закату и раскинув руки в стороны. Парень плавно покачивался с пятки на носок, чтобы удержать равновесие. Он, словно ловил воздух или собирался прыгнуть. Только еще фейри-самоубийц мне для полного счастья не хватало! У меня сердце замерло в груди, и я не могла пошевелиться. Просто боялась, что неловкое движение его испугает, и он сорвётся с крыши, даже если и не планирует этого делать. Я постаралась бесшумно, даже не дыша, отступить и уйти, но парень, не поворачивая головы, тихо бросил.

— Что замерла? Проходи. Крыша общая, к сожалению…

Он развернулся и легко спрыгнул вниз, словно стоял не на тонкой жердочке, а на широком постаменте. Сильх намеревался уйти, но я почему-то его задержала, тихо шепнув.

— Сам же сказал, крыша общая. Оставайся.

Не понимаю, зачем я это сделала? Возможно потому, что счастливые люди в одиночку на крышу не приходят.

— Я хотел подумать над бренной жизнью в одиночестве. Прости, но не жажду компании, — отозвался парень с холодной усмешкой. Наверное, за ней я не должна была заметить бездну отчаяния в его нечеловеческих глазах. Но не на ту напал. Сегодня меня уже успели обидеть. Второй раз тот же прием не сработает. А может быть, просто человек не тот.

— Ой, — обрадовалась я, игнорируя холодное высокомерие фейри. — Я сюда за тем же. Можно я займу правый угол и пострадаю там. Я недолго максимум полчаса, а то эта идиотская вечеринка еще. Мне туда надо идти, и не с красными глазами.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — А я решил забить… — сообщил он.

— Не выполнил задание? — сочувствующе заметила я.

— Не захотел, — поправил меня он. — Понимаешь ли, Рина, я сплю только с тем, кто вызывает во мне эмоции. Спать с кем-то и по указке кого? Идиота, возомнившего себя главным? Это бред. Если бы я хотел заводить романы по чьей-то указке, то просто не стал бы сюда поступать. Вот и все. Но я привык следовать своим желаниям и здравому смыслу. Возможно, у твоего бывшего какие-то иные принципы.

— Иногда мне кажется, у него их вообще нет, — призналась я и, подойдя к краю крыши, облокотилась на перила. — Даже странно, как хорошо он скрывал свою натуру, а я ведь верила, наивная идиотка. Да?

— Нет. Верить близким — это нормально. И в том, что кто-то за маской благопристойности скрывает темное нутро, твоей вины нет.

Сильх, как ни странно, встал рядом со мной и протянул фляжку. Я помотала головой, но он с усмешкой сказал.

— Думай, отчего оказываешься, Рина. Это крепкий нектар из погребов самого короля фейри.

— Тогда не откажусь, конечно. — Я вздохнула и приняла из рук парня фляжку. Я что, идиотка, отказываться от настоящего нектара фейри? Многие за всю свою жизнь не могут позволить себе его попробовать. А я вот пью из горла на крыше с Принцем Холмов. Даже не верится. Я была аристократкой в третьем поколении, но до учебы в боевой академии не водила знакомств с принцами. Пусть и такими неправильными, как Сильх.

Я сделала глоток и зажмурилась, когда терпкая и согревающая жидкость прокатилась по горлу в желудок. В ней чувствовался ощутимый привкус меда, цитруса и еще чего-то мне незнакомого с бескрайних полей в Холмах фейри. Тепло разлилось по венам, согревая, но я не заметила чего-то невообразимого. Того, за что не жаль продать душу. Хороший, крепкий и дорогой алкоголь, кто спорит. Но я, как настоящая девочка, предпочитала игристое вино. Это и озвучила Сильху, а он только усмехнулся и отобрал у меня фляжку. Этот парень был на редкость неразговорчив. Не то что Адам.

Какое-то время мы просто молчали, любуясь закатом, а потом он с тоской выдал:

— И вот черт дернул короля организовать вашу группу, а? Ведь все так хорошо начиналось!

— Ну вот! — Я надулась. — Думала, хоть тебя мы не напрягаем. Считаешь, нам самим нравится? Хотя… пожалуй, тут стало довольно интересно. Интереснее, чем я себе представляла.

— Меня не напрягаете вы, — отозвался Сильх, не поворачивая головы. Он говорил словно не мне, а в пустоту. — Хотя… скажем так, меня не напрягает факт существования группы и большинство из вас. Меня напрягают последствия и шумиха.

После этой фразы он сделал глоток из фляжки и снова замолчал, уставившись на небо, на котором появились звезды. Тонкая полоска заката еще алела на краю у горизонта, но я знала: еще несколько минут и нас накроет темнота.

Сколько я ни ждала продолжения мысли, Сильх не спешил ее заканчивать. Пришлось отобрать у него фляжку и сделать глоток, а потом уточнить.

— И какие же последствия у образования нашей группы?

— Например, торжественное посвящение, на котором будут присутствовать родители.

— И почему это плохо? — удивилась я. На самом деле, я даже предвкушала, как мама и папа будут смотреть на меня с трибун и гордиться. Да, они желали дочери не такой судьбы, но им не могло не польстить внимание короля. Ведь он прибудет исключительно для того, чтобы оценить первые успехи именно нашей группы, в которой я себя считала лидером.

— Потому что не все готовы пищать от восторга при встрече с родителями, Рина, — невесело усмехнулся Сильх. — Но я это переживу, как впрочем, и много другое, — мрачно заключил он и отправился к выходу не прощаясь. Вполне в его духе.

— Сильх! — окликнула я парня. Он замер и нехотя развернулся ко мне.

— Что?

— Мне не хочется, чтобы ты вылетел из борьбы. Это будет несправедливо. Ну и мне нравится борьба в твоей компании.

— Да мне тоже так кажется! — хмыкнул он и ушел, оставив меня в недоумении.

Я еще немного постояла на крыше, прежде чем почувствовала, что успокоилась окончательно и готова идти дальше нести свое сияние этому бренному миру. Хотелось верить, что Тварь уже вернулась на свое место и не пакостит где-то в академии. Она убегала надолго, и это очень меня беспокоило, но стоило признаться, кроме Твари, было столько раздражающих и беспокоящих меня факторов, что я просто не успевала думать о маленькой бедной собачке, которая могла незаметно, как заправский маг-лазутчик разнести половину академии изнутри.

Вечеринка, наверное, уже в самом разгаре и меня на ней, однозначно не ждут, тем приятнее будет там появиться, но перед этим необходимо кое-что сделать. И не только забрать бутылку из комнаты, но и подготовить один маленький, гаденький сюрприз бывшему.

Я, конечно, очень злилась на Натаниэля, но, во-первых, привыкла выполнять данные обещания, во-вторых, список того, за что я должна поквитаться с Адамом был длинным и рос день ото дня. В то время как Натаниэль обидел меня хоть и сильно, но один раз и не на людях. Поэтому сначала я заскочила к себе, обнаружила, что Тварь на месте, лежит, в обнимку с полупустой миской корма (видимо, девчонки насыпали много, и это «много» в мою собачку не влезло), а девчонок никого нет. Они все уже ушли на и явно переживали, гадая, куда я пропала.

Я взяла сумочку побольше, которая смотрелась с одной стороны прилично, с другой — проверено вмещала в себя бутылку. Думаю, такая есть в арсенале любой девушки. Вырвала из блокнота лист и черкнула на нем пару слов. Записку подкинула под дверь комнаты куратора. Надеюсь, он ее прочитает, поймет правильно и не сорвет мне весь план.

Для вечеринки выбрали все ту же поляну в лесу, где проходило первое, сорванное нами посвящение. К счастью, за последние несколько дней я неплохо изучила окрестности академии и знала, что туда есть другой путь. Он более длинный, но зато по ровной тропке, которая ведет сначала через сад, потом мимо пастбища грифонов и только последние несколько десятков метров по лесу. И то не между елками. Дорога заняла минут пятнадцать. За это время я окончательно пришла в себя и даже улыбалась, когда появилась на поляне. Как вновь прибывшую меня заметили сразу же. Первыми ко мне кинулись девчонки с воплем.

— Риночка, ты где была?! Эти! — Элоиза ткнула пальцем в довольных Адама и Циропа. — Говорят, что ты не справилась с заданием! А значит, нам все нужно валить отсюда. Но ведь это не так?

— Конечно, не так! — Я покровительственно улыбнулась и приобняла подругу за плечи.

Разговоры стихли. Даже музыка зазвучала более приглушенно, или это мне показалось? Я уверенно походкой шла по направлению к Адаму, девчонки собрались у меня за спиной. Элоиза с Зеной по правую и левую руку, а остальные держались сзади. Только Рианна недовольно замерла в стороне, скрестив на груди руки, и Сабрина вовсю висла у Сильха на шее. А он через ее плечо внимательно смотрел на меня. Я послала ему хитрую улыбку победителя, которая не укрылась от Адама. Бывшего перекосило, и он раздраженно спросил:

— Зачем ты пришла, Рина? Ты же не любишь публично проигрывать?

— А кто сказал, что я проиграла? — Я усмехнулась и жестом фокусника достала из сумки бутылку.

— Но… — напрягся бывший. — Ты же…

Видеть его растерянным было особенно приятно. Пожалуй, я бы много отдала, чтобы лицезреть это еще хоть раз.

— Что я?

— Ты не забрала бутылку, я видел!

— Тогда нет, но я девушка запасливая и предприимчивая.

— Это подделка! — Наконец нашелся он и посмотрел на меня с вызовом, но я только пожала плечами.

— У нас есть сразу два эксперта. — Я кивнула в сторону Сильха и Сабрины. — Или ты считаешь, что в винах Холмов разбираешься лучше, чем принц фейри?

Адама перекосило окончательно. Нет, он, конечно, мог упереться, встать в позу, но у него не было объективных причин обвинять меня в подлоге, а Сильха и Сабрину — в пристрастности. Его засмеяли бы свои же друзья, если бы он продолжил упрямиться. Поэтому мой бывший, скривившись, протянул руку со словами.

— Ну, давай сюда свою бутылку.

— Она не моя.

Я даже не стала спорить. Просто хмыкнула и без слов передала.

— Можешь остаться, — снисходительно бросил он, но я только покачала головой.

— Воздержусь.

— Что так? Ты раньше любила вечеринки, Рина.

— Адам, ты же в курсе — все зависит от того, кто вечеринку устроил, и от компании, — снисходительно заметила я и окинула презрительным взглядом окружающую обстановку.

— Ну… тут не только мои парни, но и твои девчонки. Их компанию ты тоже забраковала?

— Уйду я. Уйдут и они.

С этими словами я развернулась и поманила своих подружек. Сабрина прищурилась и не двинулась с места. А Рианна вообще отвернулась, бросив через плечо.

— Ты мне не указ.

— Видишь в твоем королевстве бунт, — довольно заключил Адам и подмигнул зардевшейся Рианне.

— Я не возомнила себя королевой, в отличие от тебя, Адам. Мне это не нужно. У меня, знаешь ли, все в порядке с самооценкой.

После этого я гордо пошла к выходу. Правда перед этим еще раз пригласила Сабрину и Рианну. Рианна, к которой присоединились две ее соседки, даже бровью не повела. Была занята тем, что строила глазки Адаму. Что же, ей хуже. А Сабрина внимательно посмотрела на меня, сделала правильный вывод и подошла.

— Мудрое решение, — сказала я. — Поверь.

Мы ушли с поляны, и я успела заметить, что нашему примеру последовал Сильх. Все же принц фейри был на редкость сообразительным. Интересно, это у него гены такие или жизнь заставила? Я бы ставила на гены. Хотя…кто от хорошей жизни бежит в Боевую академию.

— Рина-а, — заныла Элоиза, едва поляна осталась позади, и Адам уже не мог нас услышать. — Мы так хорошо танцевали! Вот зачем ты нас лишила развлечения? Мы тебя, конечно, любим, но тебе не кажется, что это несколько неправильно.

— Поверь, я не лишила вас развлечения, просто подготовила вам другое, гораздо более веселое.

Я хмыкнула и поманила их за собой в кусты. В прошлый раз мы наблюдали отсюда за сходкой парней.

— Сейчас должно начаться самое интересное.

— А что?

— Подвинься!

Девчонки шушукались у меня за спиной, тем неожиданнее оказался мужской голос, прозвучавший над ухом.

— И что это вы тут делаете? — вкрадчиво поинтересовался Сильх, возникнув за нашими спинами. Альма попыталась взвизгнуть, но Мирра моментально ее заглушила, прикрыв рот ладонью.

— Ты что нас пугаешь? — возмутилась Зейна.

— Интересно, почему вы так вдруг смотались и затаились тут.

— Месть — это сладкое блюдо, — протянула я и снова вернулась на свое место. Девчонки притихли, и Сильх устроился рядом с нами. По моим подсчетам осталось еще пара минут, а Адам неосмотрительно был занят тем, что вскрывал, причем весьма неаккуратно бутылку с вином. Это — вот он очень даже зря… надеюсь, любовь гранд-мэрша к своим запасам вина и порядку окажется сильнее, чем нежелание лишний раз пересекаться со мной.

Ждать долго не пришлось. Натаниэль, видимо, чувствовал, когда над его бутылкой соберутся совершить акт вандализма и появился за секунду до того, как Адам успел снести горлышко заклинанием «клинок воздуха».

— А как он вообще узнал? — прошептала Сабрина, всматриваясь в то, как лихорадочно забегали по поляне студенты, пытаясь удрать. Но не тут-то было. Один взмах руки куратора и поляну с вечеринкой от остального леса огородило защитное поле. Я видела, как в него врезалась Риана, пытавшаяся сбежать и ее откинуло обратно, словно мячик. Было смешно и немного грустно. Сейчас им влетит, а крайней снова окажусь я, хотя и предлагала уйти всем. Кто же виноват, что они не послушались.

— Ну а ты как думаешь? — Сильх усмехнулся и с уважением посмотрел в мою сторону. — Ты опасный соперник Рина. Никогда не знаешь когда воткнёшь нож в спину.

— Ну почему же? — Я пожала плечами и снова повернулась в сторону поляны. Очень не хотелось упустить что-то интересное. — Я всегда четко следую одному правилу.

— И какому, если не секрет?

— Не секрет. — Я снова развернулась и внимательно посмотрела на беловолосого фейри. — Втыкаю только тот нож, который вытащила из своей спины.

Мне было жаль, что я не могу наблюдать за происходящим вблизи. Из своего укрытия я лишь предполагала, какое выражение лица у Адама, я не слышала, как он смешно оправдывается, пытаясь заложить меня. А он явно пытается, такова уж его поганая натура. Но общий смысл происходящего был понятен. Натаниэль экспрессивно размахивал руками, в одной из которых была зажата бутылка. Адам пытался оправдаться. Постоянно вскакивал, а потом, повинуясь жесту куратора, снова усаживался на место, а остальные участники неудавшегося праздника жизни жались друг к другу, уныло понурив головы. Чистая победа. И мне даже не стыдно. Один-один. Я еще помнила тот случай, когда Адам сам заманил нас на полигон-кладбище и сам же настучал Натаниэлю.

— Ну что? — поинтересовалась я. — Полагаю, можно отправляться спать. Сейчас эту толпу выпустят и лучше нам никому не попадаться на глаза. Могут побить.

— Ну, тебя побьют в любом случае, — заметила Сабрина и уточнила. — Не боишься Рина? Ты окончательно разозлила Адама. Он теперь выйдет на тропу войны.

— Он с нее и не сворачивал. Я его разозлила давно. И он в любом случае сделает все, чтобы меня выжить отсюда. Для него это дело чести. Но осуществить задуманное непросто, хотя бы потому, что даже, если я очень захочу, сама уйти отсюда не могу. Была бы у меня такая возможность, я бы здесь не появилась. Праздновала бы помолвку с Адамом. Боже, как ужасно сейчас это звучит.

Мы не стали дальше задерживаться и поспешно покинули опасное место. Разбор полетов на полянке подходил к концу. Мне бы к возвращению Рианны и подружек уже хотелось спокойно и с удовольствием спать в своей кроватке, и делать вид, будто я ни при чем. В последнее, правда, никто не поверит. Но я уж как-нибудь переживу.