Эпилог 2

Семь лет спустя

- А я тебе говорю, так нельзя! – голос сына полон негодования.

- Обычно да, нельзя.  Но не в этот раз, поверь мне, как профессионалу, - муж смеется.

Спускаюсь на первый этаж, тяжело ступая немного отекшими ногами. Вторая беременность дается мне сложнее, чем первая. Но с помощью двух моих самых любимых мужчин я со всем справлюсь, без сомнений.

- Что у вас тут за спор? – спрашиваю, заходя на кухню.

- Папа говорит, что на сделанный мною шоколадный круассан нужно порезать соленые огурчики. Мам?! Ну это же ужас, - сын делает вид, что его тошнит.

- А еще неплохо бы добавить кусочки селедки, - добавляет мой муж, подходя ко мне и нежно целуя в губы.

- Фу-у-у!! Как ты умудрился стать шефом?! Кошмар! – возмущению сына нет предела.

- И клубничку не забудь, - вношу свою лепту в рецепт бутерброда для глубоко беременных.

- Взбитые сливки туда же? – интересуется Рутгер, играя бровями.

- Нет, отдельно. Вприкуску поем, - отвечаю с самым серьезным видом.

- О, святые круассаны! – Сын закатывает глаза. – Все, я не могу больше терпеть подобное издевательство над едой! Бедная моя сестренка! Вы ей все рецепторы убьете подобными блюдами. Ухожу! Надо прийти в себя после подобных ужасов.

И демонстративно дефилирует мимо нас с его отцом, обнимающихся возле стола.

- Будущий шеф-повар, - смеется Рутгер, подавая мне бутерброд.

- Весь в своего папочку, - улыбаюсь, откусывая сладко-соленый ужас. – М-м-м… это божественно.

- Не-е-ет. Знаешь, что божественно? – Муж касается губами моей шеи, чуть прикусывает кожу. – Вот это божественно. Люблю тебя, мое сокровище. Моя самая вкусная. В меру соленая, достаточно сладкая, остро приправленная. Тающая на языке, взрывающаяся в голове, бьющаяся в сердце. Моя.

Столько лет женаты, а я все еще слушаю каждое его слово с замиранием сердца. И да, угощать собой можно только того, кто ценит вкус. А не того, кто просто голоден.

КОНЕЦ