Глава 38. Игнис и планы на будущее

Он проснулся и не сразу понял, что что-то не так.

Тело было легким. Голова — ясной. В груди — тишина. Не та, зловещая, которая предвещает скорый откат, а настоящая, спокойная. Такая, какой он не чувствовал у себя… никогда.

Игнис сел на узкой кушетке и уставился в стену.

— Не сон, — сказал он вслух и для верности ущипнул себя за руку.

Боль вернула его в реальность.

Эльза действительно приходила. Она действительно водила руками над его телом, говорила про какие-то чакры, нажимала на точки, о которых он никогда не слышал. И после этого отката не было.

Вообще.

Игнис встал, прошелся по комнате. Холостяцкая берлога, заваленная книгами и артефактными заготовками, сегодня не раздражала. Сегодня всё казалось возможным.

Он остановился у окна и впервые за долгое время позволил себе подумать о будущем.

Раньше он старался не думать. Слишком больно.

Будущее для него всегда казалось серым, тусклым, сжатым в точку выживания. Он знал, что с его «бракованным» даром никто не захочет иметь дело. Ни одна аристократическая семья не отдаст за него дочь. Ни один серьезный наниматель не возьмет на постоянную работу.

Максимум — маленькая артефактная лавка в каком-нибудь захолустье. Если повезет — небольшая сеть. Деньги, тишина, одиночество. И вечный страх, что однажды дар рванет по-настоящему.

Он даже заряжать артефакты приноровился хитро — сложными многоступенчатыми схемами, чтобы не использовать магию напрямую. По артефакторике он был одним из лучших на курсе. Безо всякого таланта к ремеслу, без кузнечного дара, без магии созидания — просто за счёт ума и отчаяния.

Такая жизнь. До нее.

А теперь...

Игнис положил руку на грудь. Дар молчал. Не рычал, не дергался, не норовил вырваться. Просто ровный, теплый, послушный.

Она сделала это. Дважды.

Значит, может делать снова и снова.

В голове сама собой сложилась картинка: он стоит перед каким-то наглым типом, который посмел его задеть. Вокруг — люди, свидетели. Он наказывает обидчика огнем — ярко, мощно, красиво.

А Эльза подбегает к нему, кладет руку на грудь, смотрит с тревогой:

«Всё в порядке, Игнис?»

«Конечно, Эльза».

Он улыбается ей, и все видят: его дар стабилен. Он под контролем. Никто не знает, что ее рука в этот момент просто гасит откат.

Он станет обычным. Таким же, как все.

А значит...

— Наследство, — прошептал Игнис.

Если его дар стабилен, он может претендовать на долю в семье. На место в обществе. На нормальную жизнь аристократа.

Для этого нужно только одно: чтобы она была рядом.

Всегда!

Он рухнул обратно на кушетку и уставился в потолок.

Эльза…

Она то в лазарете, то на учебе, то на вылазках. Сильная, быстрая, умная.

Долго ли ей понадобится его помощь?

Рано или поздно лекарка сможет обойтись и без него.

А ей уже кто-то пишет. Игнис вспомнил, как она улыбалась, глядя в коммуникатор.

Обрадовалась...

Кто это был?

Румус? Она недавно ходила с ним на свидание.

— Дракон, — скрипнул зубами Игнис. — Холодный, скользкий, расчётливый.

Будет ли Румус согласен, чтобы его девушка ходила на вылазки с каким-то нестабильным магом?

Да любой нормальный парень запретит. Или она сама перестанет…

Зачем ей Игнис, если есть дракон, который может дать больше?

Он представил: Дора, Ирма, Румус и Эльза. Компания. Без него.

Игнис со злостью перевернулся на другой бок, уткнулся лицом в подушку.

Стыд снова кольнул где-то под ложечкой. То самое недопонимание.

Как же глупо!

Но больше он так жить не будет.

— За шанс надо хвататься, — сказал он вслух.

Он повернулся на левый бок. Представил: Эльза в него влюблена, бегает за ним, помогает с огнем, заботится.

Красиво!

Повернулся на правый. Реальность: она выставила условия. Кристаллы. Деньги. Никакой романтики.

— Чёрт, — выдохнул он.

Слева было приятнее. Но справа — правда.

Он снова перевернулся на правый бок и заставил себя думать:

«Кристаллы. Много кристаллов. Купить, принести, продолжать эксперименты. Может быть, она научит его самого успокаивать откат? Тогда она вообще станет не нужна. И пусть тогда ходит с Румусом, а он женится на какой-нибудь красавице. На Эсталии, например. О ней весь курс мечтает».

Игнис невольно улыбнулся.

Эсталия…

Тонкая, светловолосая, с глазами цвета утреннего неба. Она даже смотрела на него пару раз. Может быть...

Он вскочил с кровати, заходил по комнате. План вырисовывался грандиозный. Эсталия, наследство, место в обществе, уважение...

За окном было темно. Он проспал несколько часов.

Реальность вползла в голову холодным сквозняком.

Слишком рано. Слишком грандиозно. Сначала надо решить проблему с даром. А для этого нужна Эльза. И только она.

И еще одна мысль, неприятная, липкая: «Если кто-то узнает, что его огонь становится стабильным не сам по себе, а благодаря лечению... Что тогда? Скандал? Позор? Обвинения в обмане? Иллария и ее дети используют это против него».

И впервые он вдруг понял, что Илларии выгодно, чтобы его дар был нестабильным. И возможно, поэтому его нормально не лечили, не приглашали лекарей, специализирующихся на развитии дара, и постоянно твердили о том, что единственное его решение — это подавление дара, чтобы он не вырвался наружу.

А может, не дар держали взаперти, а его самого?

— Эльза, ты нужна мне, — вновь сказал он сам себе, в его глазах блеснул опасный, жесткий огонь; челюсти сжались непроизвольно.

Нужен повод, чтобы она была рядом постоянно. Легальный повод.

— Как? — спросил он у пустой комнаты.

Комната не ответила.

Он долго ворочался, вставал, ходил, снова ложился. Потом вышел на улицу.

Ночной воздух обжёг лицо, ветер трепал волосы. Фонари горели мягко, уютно, но ему было не до уюта.

Решение пришло само. Простое. Единственно возможное.

— Эльза должна быть моей, — он сказал это вслух, и слова прозвучали твердо, как приговор.

Но тут же всплыла проблема.

Она — простолюдинка. Он — граф, сын графа.

Пропасть!

А без нее — он бракованный сын, нестабильный маг, никому не нужный. С ней — сильный, уверенный, перспективный.

Игнис усмехнулся. В голове сложилась идеальная схема.

У многих аристократов есть любовницы. Ничего страшного. Его любовницей будет лекарка — удобно, полезно и вполне объяснимо. Он будет везде таскать ее с собой, все будут видеть: его дар стабилен, он под контролем, он нормальный.

А женится он на красавице-аристократке. Не на Эсталии, а на той, которая с пониманием отнесется к его «тихой пассии». Главное — выбрать правильно.

Эльза должна быть благодарна за такую возможность. Для простолюдинки стать любовницей графа — невероятная удача. Она будет делать всё, чтобы он был богат и влиятелен. И тогда...

— Тихая и мирная, — пробормотал Игнис и хмыкнул.

Эльза — тихая? Мирная?

Нет. И это проблема. Проблема, которую надо будет решить. Она простолюдинка и много не знает о высшем обществе и его правилах. Надо ее просветить, пояснить, обучить. Когда она поймет правила высшего общества, возможно, она станет сдержаннее.

С этими прекрасными мыслями он вернулся в комнату и уснул с улыбкой на лице.

Утром его распирало от грандиозных планов и замаячившего будущего. И он отправился на рынок.

— Кристаллы. Надо купить кристаллы, — почему-то говорил он вслух и улыбался.

За два года в академии Игнис не терял времени даром. Деньги, баллы, связи — всё, что можно было взять, он взял.

И даже место на курсе у Крэга, куда пробился благодаря мудрости, оброненной старым лекарем:

«Нестабильный дар учит одному: никогда не оказываться в положении, где он тебе жизненно необходим. А для этого надо быть достаточно опытным бойцом, чтобы магия стала приятным дополнением, а не единственной надеждой».

Игнис запомнил эти слова крепче любого заклинания. Крэг брал не всех. У него учились три типа студентов:

— супербогатые, которым важно было просто поучиться у легендарного воина;

— очень целеустремленные — те, кому нужно стать сильнейшим какой угодно ценой;

— и самые нестабильные — для которых это был способ научиться контролировать себя в любых условиях.

Игнис раньше подходил под третью категорию. Теперь же он будет относиться ко второй или даже первой категории, и это радует, и дает ему бонусы в глазах высшего света. Думая об этом, он обошел рынок, приценился.

Кристаллы и лекарские амулеты можно купить на любом приличном рынке. Зелья от головной боли, настойки для бодрости; слабые артефакты, способные стянуть небольшую царапину. Всё это продавалось открыто и стоило недорого. Но любой опытный лекарь знал то, до чего обывателям приходилось доходить через горький опыт: кристалл кристаллу рознь.

Засунуть палец в лечебный артефакт и выйти здоровым — такое бывало только в дешевых сказках. В реальности грубая магия исцеления без понимания процесса часто делала только хуже: рана затягивалась, но внутри оставался гной; кость срасталась, но криво; лихорадка отступала, чтобы через неделю вернуться с утроенной силой. Именно поэтому настоящие лекари ценились так высоко. Они не просто вливали энергию — знали, куда ее направить и в каком порядке. Где достаточно примочки с ромашкой, а где без тошнотворного запаха полыни больного просто не вылечить. Где можно обойтись настойкой, а где требуется неделя строгой диеты и никакой магии.

Отдельным особняком стояли лекарские кристаллы. Они бывали разных размеров: мелкие — самые ходовые, средние — подороже, крупные — роскошь. От размера зависело, сколько маны можно в них закачать. Один даже мелкий кристалл в руках опытного лекаря мог излечить и рану средней тяжести, и сложную болезнь.

Он помнил, как много камней Эльза использовала тогда, в лесу, когда чистила себя от его энергии. Очень много.

Игнис остановился у знакомой лавки. Продавец узнал его, заулыбался.

— Господин Фламма, — поприветствовал его продавец, — продаете или покупаете?

— Мне нужны кристаллы, лекарские. Средние. И все мелкие, что есть.

— Все? — удивился продавец.

— Все, — подтвердил Игнис.

Цена вышла приличная, но он и не жалел. За последнее время он продвинулся в решении своей проблемы дальше, чем за два года до этого. А ведь он консультировался у всех дипломированных лекарей академии. Эльза стоила этих трат. И дальше будет стоить.

Продавец аккуратно упаковывал покупку, когда рядом раздалось недовольное сопение.

Игнис обернулся.

Рядом стоял Дерек. Смотрел на него с явным раздражением, видимо, потому что его не кинулись обслуживать сразу, а предпочли закончить с предыдущим покупателем.

Игнис развернулся и ушел, даже не поздоровавшись с Дереком, а про себя подумал, что не встречал ни одного нормального дракона. Сплошь разочарование.

Игнис спешил в академию, к Эльзе. Рассказать свой гениальный план. Увидеть ее счастливые глаза. Она ведь наверняка переживала, что он отверг ее тогда, в парке. А теперь поймет: это не потому, что она ему не нравится. А потому что она простолюдинка. У них не может быть ничего серьезного. Но он готов сделать ее своей любовницей, обещает, что она всегда будет рядом. Он явно лучше, чем эти драконы.

Идеально!

Сначала он заскочил к себе. У зеркала провозился дольше обычного — пригладил непослушный вихор, уложил волосы в подобие прически, одернул рубашку, поправил воротник. Одежда та же, старая, но теперь она сидела как-то иначе — может, потому что спина прямее стала, и он расправил плечи. Он даже сам себе понравился.

«Надо бы обновить гардероб, — отметил он про себя. — Всё-таки я граф. Пора выглядеть соответственно».

С этими светлыми мыслями он рванул в лазарет.

У входа толпились девушки с ее курса. Увидев его, они заулыбались, зашептались. Игнис развернул плечи еще шире, прошел мимо них, чуть замедлив шаг, чтобы они успели рассмотреть и его прическу, и этот внушительный пакет, который он нес так, будто в нём было не полкило камней, а судьба мира.

Пусть завидуют!

Конечно, они завидуют: простолюдинке Эльзе повезло попасть под взгляд графа.

Он вошел в лазарет, готовый к торжественной встрече.

Эльзы не было.

Он вышел в коридор, встал у окна в самой брутальной позе, какую только смог придумать. Прислонился плечом к косяку, скрестил ноги, пакет поставил на подоконник — тяжёлый, внушительный, пусть все видят, с чем он пришел. Поза вышла эффектной, он даже мысленно похвалил себя за удачный ракурс.

Ждал.

Он знал: у Эльзы сегодня смена. Девушки приходили и уходили, заступила новая смена на дежурство, а Эльза всё не приходила.

Он менял позы. Сначала опирался на одну ногу, потом на другую. Поправил волосы раз, другой. Пакет переставил с подоконника на пол, потом обратно. Улыбка, которую он репетировал про себя, начала сползать.

Наконец, одна из девушек лазарета, кажется, Лира, подошла к нему.

— Вы Эльзу ждете? — спросила она, глядя на него с каким-то странным выражением.

— Да. Эльзу.

Девушка замялась. Покраснела. Переступила с ноги на ногу.

— Эльзы сегодня не будет. Она поменялась со мной сменой. Она... — Лира опустила глаза. — Она на свидании. С Румусом.

Это имя ударило под дых.

Игнис почувствовал, как рухнуло что-то внутри. Там, где только что цвела уверенность, теперь стало пусто и холодно.

— Спасибо, — выдавил он.

Отошел. Сделал несколько шагов по коридору, потом остановился, прислонился спиной к стене. Пакет с кристаллами вдруг показался нелепым и тяжёлым.

Румус… Опять этот долбаный Румус.

Он достал коммуникатор, набрал сообщение:

«Эльза, нам нужно поговорить. Срочно. Когда вернешься?»

Отправил. Еще одно следом: «Это важно. По поводу кристаллов и экспериментов».

Третье: «Ответь, пожалуйста».

Тишина.

Да как она смеет?!

Он граф!

А этот Румус — кто он?

Дракон, который планирует жить среди драконов после выпуска.

А если Эльза рванет за ним? Если влюбится и уедет?

— Что за кровосмешение?! — вырвалось у него вслух.

Проходящие мимо студенты обернулись. Игнис сжал зубы и быстро зашагал прочь.

Через полчаса коммуникатор пиликнул:

«Я в другом городе с Румусом. Не знаю, когда вернусь. Давай завтра. И не забудь купить кристаллы».

Он перечитал сообщение раз пять. Спокойное. Деловое. Никакого сожаления, что не встретились. Никакого намека на то, что она предпочла бы быть с ним.

— Наивная, — прошипел Игнис. — Неужели не видит, что он скользкий тип? Не понимает, что с драконом ничего не построишь?

Он громко вздохнул и поймал на себе недоуменные взгляды прохожих. Пришлось ускориться и свернуть в ближайшую аллею.

Вечером он сидел в своей комнате, перебирал кристаллы и обдумывал, как преподнести правила высшего общества, оставшись для нее героем. И как кинуть на драконов тень — неприятную тень обольстителей девушек-простолюдинок. Пусть знает: драконы — скользкие типы, плохие парни, охотники за наивными душами и телами. А он... он предлагает ей честную сделку. Заботу, защиту, постоянство.

В его голове собственное предложение звучало как райская музыка. Идеальный вариант для нее.

Что может быть лучше, чем стать женщиной графа?

Пусть не женой… Ну и что? Зато всегда быть рядом, всегда под защитой, ни в чём не знать отказа.

— Она согласится, — прошептал он, глядя на кристаллы. — Конечно, согласится. Такие предложения не отвергают.

Он улыбнулся. Зловеще. И сам этого не заметил.