Глава 3. Плато Дюжины Ветров

Драконья территория, где проходило испытание, была суровой. Скалы, холодный ветер, редкие деревья, прижатые к земле. Посреди всего этого небольшой поселок, где разместилась стая Дерека. Румус встретил их на границе. – Он в большом доме, – сказал он, кивая в сторону массивного здания с огромными окнами. – Команда в соседнем. Вы там же можете расположиться. – Как он? – спросила Эльза. – Ранен. В плечо. Ничего опасного, но… – Румус помолчал. – Он ждет. Дом Дерека оказался огромным. Просторные комнаты, высокие потолки, окна от пола до потолка. В такой дом можно поселить десяток драконов, но здесь жил только он. Эльза вошла внутрь и сразу почувствовала себя неуютно. Слишком много пустого пространства. Слишком далеко все друг от друга. Величественно, будто вот-вот заиграет оркестр и начнется грандиозное представление. – Дерек? – позвала она. Он вышел из дальней комнаты, держась за плечо. Лицо бледное, но глаза горели. – Ты прилетела! – воскликнул он, и в его голосе было столько облегчения, что у Эльзы сжалось сердце. – Я прилетела, – ответила она. – Что с плечом? – Пустяки. – Он махнул рукой. – Заживет. – Покажи. Он колебался, но потом зашел в одну из комнат – самую маленькую, которую только нашел. Каморка без окон, в ней стеллажи с коробками и несколько коробок стояли на полу. – Здесь, – сказал он, садясь на коробку. – В этом доме всё такое огромное, что между нами можно поставить еще один дом. А я хочу быть ближе. Эльза не ответила, сняла с него рубашку и бинты, осмотрела рану. Рана отлично затягивалась, как он и говорил. Она прикоснулась недалеко от раны, и Дерека будто пронзило током. Он резко обернулся, дыхание стало учащенным, глаза расширились и, не моргая, смотрели на нее. – Дерек, тебе настолько больно? – тревожно спросила Эльза. – Нет. Не знаю. Нет. Просто ты касаешься меня, – чуть сбивчиво пояснил он и отвернулся, закрыл глаза и печально произнес: – Я сейчас приду в себя, не обращай внимания. Голос прозвучал всё еще сбивчиво. Эльза влила в рану немного своей целительской магии, а затем закрепила новую повязку. Дерек сидел тихо, неподвижно, но его тело дрожало от каждого прикосновения. Он сжимал руки в кулаках и всё еще тяжело дышал. – Не вижу никаких проблем у тебя, но ты выглядишь нездоровым. Тебе бы отдохнуть, – констатировала Эльза после сканирования, когда он уже надевал рубашку. Теперь Дерек стоял перед ней, медленно застегивая пуговицы, и смотрел, не отрываясь. Ему понравилось, как ее взгляд скользнул по его накачанному телу, а на щеках появился легкий румянец, и она стала разглядывать коробки, будто это были королевские сокровища. Почему-то от этого у Дерека поднялось настроение, и с расправленными плечами он подошел к Эльзе поближе. – Рассказывай, – вдруг потребовал он. – Что случилось? Ты выглядела такой расстроенной, когда пришла. Что-то случилось у Игниса на балу? – Ничего не случилось, – уклончиво ответила она. – Эльза, – его голос стал твердым. – Я знаю тебя. Ты бы не прилетела просто так. Говори. Она молчала. Он взял ее за руку. – Что бы это ни было – я должен знать. Я помогу тебе с чем угодно. Я на твоей стороне. Эльза подняла глаза. – Мира вышла замуж. За Дамиана. Дерек смотрел на нее, не отводя взгляда. – Мы пытались ее отговорить, – добавила она. – Но она сказала, что выбирает разум. Статус, деньги, будущее детей. Он вдруг улыбнулся. – Ты поэтому такая расстроенная? – Я… мы не знали, как тебе сказать. Дора чувствует себя виноватой, что наговорила ей… – Эльза, – он перебил ее, и улыбка стала шире. – Мира не моя истинная. Она замерла. – Что? – Я подыгрывал ей, чтобы она вышла за Дамиана, чтобы он переключился на нее и не тронул мою истинную. – Твою… истинную? Он протянул руку, поправил выбившуюся прядь ее волос, заправил за ухо. – Ты. Моя истинная. Я люблю тебя. Эльза не успела ничего сказать. Он наклонился и поцеловал – жадно, крепко, будто боялся, что она исчезнет. Когда они отстранились, Дерек выглядел так, будто с него свалилась гора. А Эльза стояла с открытым от удивления ртом и округлившимися глазами. – Ты в своем уме? – выдохнула Эльза. – Ты… ты спятил? Может, это от раны? Или ты еще головой ударился? Или это от того, что Мира… – Я в своем уме, – он улыбался, сиял, будто солнце. – И никогда не был так уверен. Мира мне не нужна. Мне нужна ты. – Но… – Теперь решать тебе, – он взял ее за руки. – Останься. Помоги мне пройти испытание. Будь рядом. Я покажу тебе, что я лучший. И нам суждено быть вместе. Эльза уже положила одну руку на лоб Дерека, а вторую – на свой. – Вроде нет горячки… С тобой что-то явно не так. Так, бред, дрожь… Какие еще у тебя симптомы? – переключившись на деловой тон, затараторила она. Ее глаза сузились, взгляд бегал по Дереку и иногда уходил вправо-вверх, – она будто перебирала в памяти болезни, симптомы, но раз за разом совпадений не находила. – Дерек, тебе надо к драконьему лекарю. Я с таким не сталкивалась. Я драконов так глубоко не изучала… – расстроенно и нервно сказала Эльза. – Мне надо, чтобы ты была рядом. Останься, прошу, – проговорил он и приблизился лицом к ее щеке. – Я не понимаю, зачем тебе я? Твою рану отлично обработал местный лекарь, и я не знаю, как унять твой бред. Я не знакома с драконьими болезнями, – пробормотала Эльза и отстранилась, даже отшагнула назад. – Эльза, я здоров, – почти взвыл Дерек, шагнул к ней ближе, взял ее лицо в свои ладони. От него повеяло жаром, а всё тело напряглось, не то желая что-то сделать, не то желая его остановить. – Эльза, – выдохнул он глухо, протяжно, будто произносил молитву, – просто будь рядом, чтобы увидеть мое восхождение. Просто будь рядом. Эльза нервно мотнула головой. На ее лице читалось явное недовольство: между бровей залегла морщинка, взгляд стал сосредоточенным. Дерек не стал наседать, выпрямился, убрал руки и, глубоко вздохнув, мягко спросил: – Помнишь на красной вылазке, когда ловили лиса? Мы говорили с тобой, и оказалось, что ты зря недолюбливала меня, что мы не конкуренты. Она кивнула. – Давай и сейчас поговорим. Честно. Эльза глубоко вдохнула уже накалившийся в комнатке воздух и кивнула. – Почему ты не хочешь стать частью стаи? – Зачем я тебе в стае? Одновременно проговорили они свои вопросы и взглянули друг другу в лицо – прямо, открыто, любознательно. Дерек взял инициативу на себя: – Хорошо. Я отвечу первым. Ты моя истинная. Ты мне нужна, Эльза. Я хочу быть с тобой. И он вновь шагнул к ней, встав настолько близко, что его горячее дыхание обожгло щёку. Она хотела отшагнуть назад, но на полу что-то лежало – мешало, и больше отходить было некуда. Поэтому вместо шага назад она высоко подняла голову, в глазах пробежала искра, Эльза сделала шаг к нему. С вызовом. С улыбкой. С силой. И между их губами остался буквально один сантиметр. – Дерек, я встречаюсь с Румусом. И не думай, что буду твоей жилеткой, временным вариантом, успокаивающим из-за разрыва с Мирой. Я не игрушка. – Ты не игрушка, – не то повторил, не то проговорил он тихим, но твердым голосом. – Я знаю про Румуса, – продолжал он, но имя противника прозвучало, как скрежет, произнесенный на одном дыхании. – Я лучше. Повисла тишина. Они смотрели друг на друга. Дерек – с наслаждением, с удовольствием, с таким чувством, будто пытался впитать ее взгляд, растворить в себе. Он видел в ее глазах только себя и упивался этим. Она – с вызовом, напряженная, грудь тяжело вздымалась, и в этом дыхании читалась битва, которую она вела сама с собой. – Будь рядом, – нарушил он тишину с легкой, почти победной улыбкой. – Будь рядом и увидишь мое восхождение. Ты поймешь – я лучший мужчина для тебя. Эльза закатила глаза и простонала, не скрывая раздражения: – Дерек, вот делать мне нечего – тут наблюдателем торчать. У меня свои дела. Лиана в академии ждет, Фтис и Герман ждут дома. И я еще хотела заехать к Эндрю. Дерек напрягся, сжал челюсти так, что зубы стиснулись и на скулах заиграли желваки. – Останься, – произнес он тихо, но с нажимом. – Почему ты не хочешь? Твои дела подождут. Испытание продлится еще две недели. А на последней я лично сопровожу тебя по твоим делам. Обещаю. – Нет. Я не хочу. Я не хочу связывать себя клятвами со стаей и вообще… Она не успела договорить. Дерек вдруг стал серьезным, дернулся к ней – нечаянно, порывисто, будто его толкнули. Их губы снова соприкоснулись. Эльза быстро отпрянула в сторону. Вот только не к двери, а в глубь комнатки. Два шага – и она уперлась в холодную стену. Дерек настиг ее там, навис сверху, опершись рукой на стену у головы. Его голос стал проникновенным, почти бархатным: – Какие клятвы, Эльза? Ты о чём? – он склонил голову, и его дыхание коснулось щеки. – Никаких клятв… по крайней мере от тебя. Ты просто станешь частью стаи. Эльза смотрела на него снизу вверх. В ее глазах смешались вызов, страх и что-то еще, чему она не хотела давать имя. Она молчала. Дерек ждал. И тишина между ними стала тяжелее, чем любое его слово. И казалось, что с каждой секундой лицо Дерека становилось всё ближе к лицу Эльзы. «Может, ему врезать, – подумала Эльза. – Не хотелось бить пациента. Но с буйными только так». На этот раз Эльза нарушила тишину и жестко сказала: – Мне так предложили присоединиться к стае, что это было почти оскорбительно. «Дерек не против», – изобразила она Румуса, кривляясь. Голос ее задрожал от злости, и в едином порыве она шагнула вперед, толкнув Дерека в грудь. – Будто я спрашивала, – возмущенно продолжила она, и голос набирал обороты, становился громче. – Ничего не пояснили, ничего не предложили. И вообще, зачем мне всё это? Девушки не присоединяются к первой встречной стае – только к стае мужа. Она говорила и уже достигла противоположной стены. А когда развернулась и с вызовом посмотрела на Дерека, ее губы немного дрожали. Дерек сиял. Его взгляд блуждал по ее фигуре, по лицу и, хотя ему не понравилось то, что он услышал, на его лице непроизвольно засияла улыбка. – Что ты хочешь получить? Какие условия тебя устроят? Он двинулся к ней медленно, неотвратимо. – Моя стая – не первая встречная. Ты будешь в моей стае. И точка. А что касается мужа… это дело времени. В его глазах танцевали искры, волосы колыхнулись от пробежавших по ним разрядов энергии. Он остановился в шаге от нее, и воздух между ними загустел, наполнился электричеством и жаром. Эльза упрямо вздернула подбородок, не отводя взгляда. Внутри всё кипело – обида, злость, гордость, но отступать она не привыкла. – Как минимум я хочу, чтобы меня спрашивали, а не ставили перед фактом, – заявила она твердо. – Я хочу понимать, на что соглашаюсь. И я не собираюсь быть придатком к чьей-то стае, Дерек. Если я куда-то вхожу, то как равная. Иначе не надо. И с мужем я сама решу. Он слушал. Внимательно. Не перебивая. И в какой-то момент его улыбка стала мягче – не победной, а почти нежной. – Ты и будешь равной, – заверил он. – Если останешься. Эльза не ответила. Смотрела на него, чувствуя, как стена холодит спину, а его жар обжигает лицо, и не знала, что делать, оттолкнуть или уступить. Дерек ждал. Его рука, опиравшаяся на стену, чуть дрогнула, но он не сделал ни шага вперед. – Я подумаю, – выдохнула Эльза. – Это уже победа, – тихо обрадовался он. И отступил, давая ей пространство для дыхания. Но взгляд его остался прежним – горячим, полным предвкушения и уверенности, что она всё равно сделает правильный шаг. – А если я улечу? – Тогда я погибну тут, – он сказал это просто, без угрозы, просто констатируя факт. – Но я надеюсь, что ты останешься. Эльза смотрела на него. В его глазах не было ни игры, ни расчета. Только надежда. – Ты ранен, – произнесла она наконец. – Тебе нужна помощь. – Это не ответ, – усмехнулся он. – Это причина остаться, – ответила она, и в голосе прозвучала твердость. Он не стал спорить, только сжал ее руку и улыбнулся. *** На следующее утро Дерек был само спокойствие. Он вышел к команде, готовый к испытанию, и никто бы не сказал, что вчера он выглядел болезненным и признавался в любви. – Выглядишь хорошо, – удивился Румус. – Чувствую себя хорошо, – ответил Дерек. Они уже собирались уходить, когда на границе поселка появились два красивых дракона. Дамиан и Мира. Они приземлились, оборачиваясь людьми. Дамиан сиял счастливой улыбкой, а Мира оставалась спокойной и безучастной. – Решили заскочить к другу перед медовым месяцем, – объявил Дамиан, сияя. – Как успехи, Дерек? Готов провалиться? – Готов победить, – спокойно парировал Дерек. Дамиан переглянулся с Мирой, что-то шепнул, и та подошла к Дереку. – Поговорите, – велел Дамиан, отходя в сторону. – Вы же старые друзья. Мира и Дерек остались вдвоем. – Вижу по твоей улыбке: Эльза здесь, – тихо сказала Мира. – Ты догадливая, – усмехнулся Дерек. – Это оказалось нетрудно. Она помолчала и добавила: – Всё это время я играла роль. Спасибо, что подыгрывал. – Пожалуйста. Пообещай, что не раскроешь Эльзу. Если с Эльзой что-то случится… – он посмотрел на нее серьезно. – Тебе никто не поможет. – Конечно, – Мира улыбнулась. Они посмотрели друг на друга, и в этом взгляде отразилось лишь понимание. – Теперь сыграй, будто ты расстроен, чтобы Дамиан еще какое-то время не понял, что его обманули, – попросила Мира. – Как мне это сыграть? – вздохнул Дерек. – Как умеешь. Дамиан вернулся через несколько минут. Дерек держал Миру за руку, смотрел на нее, сдвинув брови. В глазах плескалась боль, его напряженное тело, казалось, совсем скоро не выдержит накала. – Мира, не уходи, – проговорил он, стараясь, чтобы голос звучал умоляюще. – Подожди. Я пройду испытание. Я стану для тебя лучшим. Мира выдернула руку, вздернула подбородок. – Дерек, Дамиан уже лучший. Для меня. Навсегда. Она повернулась, взяла Дамиана под руку. Тот сиял, как начищенный золотой. – До свидания, Дерек, – бросил он через плечо и увел Миру прочь. Дерек смотрел им вслед. Когда они скрылись за горизонтом, он, наконец, сбросил с себя напряженный вид и позволил себе улыбнуться. – Ну и спектакль, – хмыкнул он, возвращаясь к команде. – Пора работать. Он чувствовал себя лучше, чем когда-либо. Магия внутри пульсировала ровно, спокойно, послушно. Эльза оставалась рядом. Всё остальное не имело значения.