Глава 6. Неизбежность и правда о Богатырских играх

Все сидели молча и смотрели на меня с сочувствием и жалостью. Оговорку мою в таком состояние никто не расслышал или не придал ей значения.

А я что? Сижу пью чай и составляю в голове список вопросов, при гостях расспрашивать я не решилась. Надо осмотреть стеллажи с книгами в своей комнате и посетить библиотеку. Как же мне это не нравится, столько времени потеряю, которого и так мало.

Месяц…

Что из этого тела за месяц можно выжать?! С другой стороны, хорошо, что месяц, а не неделя, могло ведь и так “повезти”.

Проводив гостей, которые выразили свои соболезнования (да “господи-ты-боже-мой”, что ж вы меня уже хороните? У меня есть, чем вас удивить!), отец позвал меня в свой кабинет.

Кабинет находился на первом этаже, так что дошли мы быстро и, открыв дверь, отец пропустил меня вперёд. Кабинет был строгим, на удивление - в темных тонах, одна стена целиком была заставлена книгами, остальные стены были обшиты деревянными панелями темного оттенка. Посреди комнаты стоял большой глянцевый Т-образный стол и во главе стояло большое кресло, по бокам от стола стояли резные стулья. Панорамные окна пропускали много света, а рядом стоял небольшой диванчик. Все мягкие элементы мебели были обиты бархатом изумрудного цвета. На столе идеальный порядок, только во главе лежала небольшая стопка бумаг и стаканчик с ручками и карандашами, по крайней мере, чем-то похожих на них.

Отец прошел и сел в кресло во главе стола и рукой пригласил меня присесть на ближайший стул. Я послушно подошла и села туда, куда мне указали.

— Анна… что ты помнишь про заявление? — дрожащим голосом спросил отец.

— Абсолютно ничего. Как я уже говорила, я даже не помню ничего про эти Игры. И если ты хочешь от меня честного мнения, то считаю, что я не могла его подать сама. Как заявление вообще подаётся?

— Ты должна сама прийти в Дом императора и подать заявление в приёмную комиссию, предоставив свои подтверждающие личность документы. В комиссии сидит три человека и они сверяют твои документы с твоей личность, проверяют магикристалом на наличие магии и после регистрируют твоё заявление. Анна, без тебя бы они не приняли заявление.

— А можно документы подделать и выдать себя за другого человека? — не сдавалась я.

— Если такой способ и есть, то я его не знаю. — отец потер руками лицо и тяжело вздохнул. — Анна, я понимаю, что ты много чего не помнишь, но я уже озвучил тебе, что это очень жестокие бои, где половина участвующих погибают. Ты даже первого этапа не сможешь пройти, — его глаза покраснели, но он себя сдержал, — я подам прошение на встречу с императором и буду молить его тебя исключить из участников, я пойду на всё, лишь бы ты была жива! — прокричал отец.

— Пойдёшь на всё?! А где ты был всё это время?! — я произнесла это медленно, стараясь контролировать свой голос, — У тебя под носом с регулярной точностью происходят “несчастные случаи” — выделила кавычки пальцами, — и ни разу… ни разу никто не задумался о том, кто эти несчастные случаи подстроил.

— О чем ты говоришь? — прошептал отец.

— Знаешь, большая часть каких воспоминаний остались со мной? Несчастные случаи! — произнесла я жестко, — и я могу с уверенностью сказать, что они подстроены Луизанной!

— Что ты такое говоришь?! — повысил голос отец, —Луизанна заботится о тебе, как о своей дочери! Тебе могло показаться!

— Хорошо! — что и следовало ожидать, бесполезно это обсуждать. — А отменить заявку нельзя?

— Нет, исключено. Правил немного и они не меняются с самого основания Игр и одно из правил - заявку забирать нельзя, считается, что это трусость и акт измены - за это полагается смертная казнь.

— Расскажи мне про Игры всё, что знаешь, — ну а что, это быстрее, чем я буду часами сидеть в библиотеке.

— Их ввел основатель нашей империи, после предательства своего ближнего круга, несколько тысяч лет назад, которые хотели свергнуть его. Но он смог предотвратить все нападения, нашел всех виновных и казнил, а чтобы такого больше не повторилось, он решил провести отбор, который докажет преданность, силу и упорство императору, закрепив это магической клятвой преданности. Так появились Богатырские игры. В те времена вояк называли богатырями, а высших по званию - Великими богатырями. Так выбирался ближний круг императора - пять Великих богатырей: Генералиссимус - генерал армии, Клинок империи - правая рука императора, Тень императора - его телохранитель, Глава тайной службы и Главный судья.

Отец немного расслабился и, откинувшись на спинку кресла, продолжил:

— Игры проводятся в двух случаях: первый - когда смена императора, как сейчас, в этом случае будет пять победителей - весь ближний круг императора, и второй - когда погибает кто-то из ближнего круга, тогда победителей будет один или несколько, в зависимости от того сколько будет необходимо, чтобы заполнить круг. На Играх допускается смертельный исход, судить за это никто не будет, но не поощряется. Что еще… принимать участие могут все желающие и девушки и старики, за исключением несовершеннолетних, а тебе уже исполнился двадцать один год, поэтому ты подходишь. Больше исключений нет ни для кого. Всегда проходят в десять этапов, и каждый раз что-то новое, заранее никто не знает, какие будут испытания. Бывает, добавляют дополнительный этап - прошедшим такой этап даруют разные поощрения, о которых тоже не известно, и всегда они разные. Но от этого этапа можно отказаться - тут на выбор. Магией пользоваться нельзя - надевают антимагические браслеты, чтобы сравнять силы. В день открытия Игр и первого этапа участники приезжают из своих домов, а после прошедших испытание заселяют в Дом императора до конца Игр, либо пока не выйдешь из них… — последние слова отец прошептал.

Мы просидели молча, каждый думая о своем, некоторое время.

— Отец, а что случилось с предыдущим императором?

— Алексо Доминико Миротто долго и тяжело болел. Никто не смог выявить, что это за болезнь. Со всех трёх империй приезжали целители, лекари и шаманы, но не смогли его вылечить. Последние пять лет фактически всем управлял его сын, а теперь нынешний император Виктор Асторио Миротто, и ближний круг императора. По обычаям, императорский трон передается старшему ребенку рожденному с голубыми волосами, и не важно, девочка это или мальчик, но так случилось, что императрица умерла при первых родах, даруя жизнь Виктору Асторио, а второй женой император не пожелал обзаводиться. Хорошо, что Виктор родился с голубыми волосами и проявилась магия.

— А чем отличаются целители от лекарей? — с шаманами мне более-менее понятно.

— Целители лечат магией, а лекари знаниями, настойками. Чаще всего лекари - помощники целителей.

— Ясно. А почему именно с голубыми? — я, конечно, заметила, что тут у всех яркие и цветные волосы… но они-то тут причем?

— О, цвет волос прямо зависит от типа магии. Вот смотри, у меня красные волосы, — показал пальцем на свою косу, — которые передались тебе и Магде, наш род несет огненную магию. Я владею ею, а так как у вас с Магдой магия не проявилась, но у вас красные волосы, то вы носители огненной магии. Так и в императорской семье - носители их родовой магии с голубыми волосами - портальная магия. Ею владеет только императорский род. Больше никто!

— Подожди, я запуталась… я же видела, как ты воспользовался магией, когда меня на носилках несли и это был не огонь?!

Отец замер, словно его застали врасплох, потом усмехнулся и начал объяснять.

— Конечно, это был не огонь! Бытовой магией владеют все маги, но я, например, не смогу вызвать дождь, или грозу, или вылечить больного. Так же как любой другой маг не сможет зажечь факел, возможно, небольшую искру получится зажечь сильному магу, израсходовав очень много сил. Поднять в воздух что-либо или кого-либо относится к бытовой магии.

Какой отличный из отца рассказчик, слушала бы и слушала. Коротко, ясно и по существу. Но надо навестить нянюшку, как она там, а потом и Магду, успокоить обоих - нечего меня хоронить раньше времени.

— Спасибо, что рассказал, отец. Очень много важной и нужной информации. Пойду навещу нянюшку и Магду. И… — я встала с прямой спиной, строго посмотрела отцу в глаза и продолжила, — возможно я всех еще удивлю, а тебе стоит больше верить в меня! — развернулась и пошла на выход.

Но когда взялась за ручку, отец меня остановил:

— Завтра я отправлюсь в Дом императора, возможно, что-то получится узнать.

Я кивнула и вышла.

Выходит, я действительно попала в переделку. Месяц — это мало, особенно если учесть, что тело такое слабое. Но у меня есть опыт, и я умею быстро адаптироваться. Главное — найти выход из этой ситуации, а не жалеть себя.

Дошла до холла и замерла, а куда теперь? Моя комната находится на втором этаже, но сейчас я ее не найду. Дорогу от комнаты до крыльца я не запомнила - слишком много думала о предстоящем обеде и, вообще, о первом своем выходе из комнаты.

Постояла, покрутилась и, к счастью, откуда-то вышел господин Арнольд.

— Господин Арнольд, как чувствует себя нянюшка Мари? — произнесла я, стараясь сохранить спокойствие в голосе.

Господин Арнольд ответил мягким тоном:

— Нянюшка уже пришла в себя, госпожа Анна. Хотите её проведать?

— Да, пожалуйста, проведите меня к ней. Мне нужно поддержать её и хоть немного успокоить.

Господин Арнольд молча кивнул и повёл меня на первый этаж.

Мы дошли до двери, за которой находилась комната нянюшки. Она была небольшой, но уютной. В центре комнаты стояла широкая кровать с мягким покрывалом, украшенным простыми узорами. На стене висела картина с изображением цветущего сада, а возле окна располагался маленький столик с чашкой травяного чая. Пол был устлан светлым ковром, который делал помещение ещё теплее и домашнее.

Нянюшка Мари сидела на кровати, держа в руках вышитую салфетку.

— Аннушка! Что ты здесь делаешь?

Я подошла к ней и присела на край кровати:

— Как это - что?! Я пришла узнать, как ты себя чувствуешь.

Её голос задрожал, и она закрыла лицо руками:

— Почему ты согласилась? Зачем подавала заявку?! — Её голос звенел от отчаяния, а руки судорожно сжимали салфетку.

— Нянюшка, послушай меня внимательно. Я не знаю, кто подал эту заявку, и почему она была принята. Возможно, это сделала Луизанна, желая избавиться от меня раз и навсегда. Но сейчас это неважно. Важно то, что я должна подготовиться. Я найду способ выжить!

Нянюшка подняла на меня заплаканные глаза:

— Родненькая… ты же понимаешь, что там будут люди сильнее тебя. Маги, воины… те, кто всю жизнь тренировался для этого. А ты… ты за всю жизнь меча в руках не держала!

Её голос дрогнул, и она снова расплакалась.

— Я не могу потерять тебя, Аннушка! Не могу! Ты идёшь на верную смерть!

Я обняла её за плечи и погладила по спине. Нянюшка прижалась ко мне, всхлипывая.

— Нянюшка, все будет хорошо! — уверенно произнесла я. — Не надо со мной прощаться раньше времени, я еще поборюсь за свою жизнь!

— Какая же ты у меня всё-таки наивная.

Мы просидели так какое-то время, и нянюшка начала успокаиваться.

Зато есть и плюс в этой ситуации, нянюшка не заметила даже, как стала ко мне обращаться на “ты”.

— Пойдем, нянюшка, найдем Магду, ее стоит тоже поддержать.

Нянюшка кивнула, сходила в ванную комнату умыться, и мы отправились к Магде. Как мне объяснила Мари, у нас с Магдой комнаты в левом крыле поместья и находятся рядом, а комнаты отца и Луизанны в правом крыле.

Мы тихо вошли в комнату Магды. Она лежала на кровати, свернувшись калачиком, и тихо плакала. Её красные волосы разметались по подушке, а плечи вздымались от рыданий. На все наши слова она не реагировала. Мы осторожно легли с двух сторон от Магды, стараясь не потревожить её больше, чем необходимо. Гладили ее по голове, плечам, шептали, что все будет хорошо и не заметили, как задремали сами.