Глава 16 · Рада

Стоять у жертвенного камня с раскинутыми в разные стороны руками было не слишком приятно. Навьи не жалуют металлы, поэтому кандалы были из верёвок, но легче от этого не становилось: держали они крепко. Дёргаться было бессмысленно: не потому, что сдалась и отпустила мысли о побеге, а из-за присутствующего ветряного дива.

Он стоял напротив в нескольких шагах и, кажется, внимательно наблюдал. Точно я знать этого не могла — постоянно меняющийся облик не позволял даже найти на его теле глаза, не то что понять, куда те смотрят. Див то становился похожим на шар, то тянулся ввысь, завиваясь почти воронкой. Даже те тяжи, из которых он состоял, всё время выглядели по-разному. Сначала тугими и упругими, а в следующий момент — рассеянными, как облака.

Я осмотрелась вокруг, насколько позволяло моё стреноженное положение.

Круглая поляна, от первых же деревьев на её краю высилась чаща, густая и тёмная. С навьего купола рассеянно мерцала луна, но главный свет давала всё же не она. Под ногами буквально всё было усыпано ходун-травой. Её тоненькие белёсые щупы дрожали и покачивались в такт несуществующему ветру. Возможно, так действовал на них див. А ещё они неярко сияли, и от этого вся поляна становилась какой-то нереальной, волшебной. Жаль, любоваться её красотами мне было досуг.

— Эй, — окликнула я дива. — И зачем ты меня сюда притащил?

Ответа я не особо ожидала получить, поэтому голос, раздавшийся за моей спиной, заставил меня вздрогнуть:

— Как и обещал. Забрал тебя к себе, раз ты снова нарушила договор.

Чернобог вышел и встал передо мной. Он был всё таким же: и глаз от него оторвать невозможно, и дрожь вызывал явно не восхищённую. Служить и преклоняться мне не захотелось, но, полагаю, просто потому, что он не слишком-то старался.

Возразить на его слова мне было нечего. Да, нарушила. Да, сознательно.

Плечи обречённо поникли.

Он смотрел на меня с удовлетворением и интересом. Похоже, всё произошло так, как он рассчитывал. А возможно, именно так, как он и придумал. В голову пришла мысль, что случайностью не было ничего: ни присутствие Аспида в схватке полениц, ни его ядовитый укус. Вот бы ещё узнать, откуда Чернобог узнал про хранящийся у меня пепел феникса. Хотя на мою дальнейшую судьбу это знание никоим образом сказаться не могло бы.

Смотреть этому существу в лицо было выше моих сил, поэтому я сконцентрировала всё своё внимание на косице, висящей вдоль его бледного лица.

Молчал он долго, но в конце концов нарушил тишину:

— Как считаешь, зачем ты здесь?

Тоже мне, загадка.

— Понести наказание, — хмуро ответила я.

— Не угадала, — ухмыльнулся Чернобог.

В душе всколыхнулась надежда. Я осмелилась поднять глаза и на мгновение столкнулась с его чёрным беспросветным взглядом.

— Тогда… Принести извинения? Я очень сожалею, правда, и я…

— Не лги, Яга, — остановил он поток уже готовых вылиться слов. Продолжая разглядывать меня словно забавную зверюшку, он даже слегка склонил голову набок. Этот наивный, по сути, жест смотрелся почему-то очень пугающе. — Какой смысл извиняться, если ты бы сделала абсолютно то же самое, повернись время вспять.

Я подумала: будь у меня такая возможность, кое-что я бы точно сделала иначе. Как минимум, пошла бы с поленицами к лысому холму и свалила бы нахрен аспида в глубокий нокаут, пока тот не натворил дел.

И по тому, как захохотал Чернобог, я догадалась, что и мысли мои для него не тайна.

— Вот об этом я и говорил! Ладно, Рада, давай дальше свои предположения.

А дальше у меня идей не было. Если он не хочет меня наказывать и не желает, чтобы я просила прощения, — что еще? Лишить меня способностей бабы Яги? Так это тоже наказание. Убить — туда же. Перекинуть в другую избу на другой конец света? Неприятно, но полагаю, поленицы в итоге всё равно меня отыщут…

— Я не знаю, — честно призналась я. — Как обычному человеку постичь замысел бога?

— Для лести удачное время, не спорю, — ухмыльнулся он. — Но я был о тебе намного лучшего мнения. Подумай, Рада: ты сознательно нарушала равновесие, но не для своего блага. А для кого-то другого…

— Это хотя бы немного меня оправдывает? — я уцепилась за спасительную мысль.

— Нисколько, — отрезал Чернобог. Похоже, ему надоело играть в угадайки, поэтому он нахмурился и резко сказал: — Я преподам тебе урок, Рада. И от его исхода будет зависеть, сможешь ты покинуть мои чертоги или останешься здесь навсегда.

Маленький огонёк надежды разгорелся с новой силой. Раз он готов допустить мысль о моём освобождении, значит, ещё точно не всё потеряно. Значит, если приложить достаточно сил, можно выйти из всей этой ситуации если не живой и невредимой, то хотя бы просто живой.

— Я готова! — Распрямив плечи, я задрала подбородок. — В чём будет твой урок? Проверь мои способности, загадывай загадки, давай испытания. Я всё смогу, вот увидишь!

— Не спеши, баба Яга. Урок будет в другом. Я знаю, на что ты способна, и вряд ли ты сможешь меня удивить. Пределы твоих возможностей для меня не секрет. Так же, как и размеры наглости. Ты выбрала людей, отдала им много сил, своих способностей, умений, навыков. Ты открывала для них двери в навь. Ты сделала намного больше, чем стоило. Как считаешь, они это ценили?

Я нахмурилась, не спеша отвечать. Куда шли мысли Чернобога, мне не нравилось, но если он хотел прочитать мне лекцию о неблагодарности людей, то — сколько угодно. Лишь бы объяснил наконец, что он желает от моей скромной персоны.

— Ты считаешь людей достойными существами? — спросил Чернобог.

— Точно не всех, — сказала я. — Но замечу, что я тоже человек.

— Ты пострадала из-за людей, — проигнорировав моё высказывание, чуть громче заявил он, шагнув чуть ближе. Дрожь пробежала по спине. — Как думаешь, придут они спасать тебя, или нет?

Кровь ударила в голову, вызвав громкий панический шум в ушах. Я поняла, о каком уроке говорил Чернобог, и осознала, как глубоко я на самом деле завязла.

— Они не смогут прийти за мной, — негромко сказала я, чувствуя, как слёзы бессилия подбираются к глазам.

— Я не спрашиваю, смогут ли. — Чернобог сощурился. — Я спрашиваю: придут ли они?

— Да как хоть кто-то может за мной прийти? — почти закричала в отчаянии я. — Никто не сможет открыть дверь. Только я, баба Яга, могу впустить кого-то в навь! Да они даже внутрь избы не попадут, просто так ни один человек не справится с запором! Это невыполнимое задание!

Чернобог скрестил руки на груди и надменно приподнял одну бровь.

— А в чём честь выполнить выполнимое? Это сможет кто угодно. Ты сделал для них то, что никто и никогда не делал. Поэтому, чтобы вызволить тебя, им тоже придётся совершить невероятное.

И правда — невероятное, невозможное, невыполнимое. Все поленицы на улице, и им не попасть в дом. Если и был шанс, то у Гордея. И тот весьма призрачный. Если он решится… захочет спасать одну бестолковую бабу Ягу, то ему мог бы помочь открыть дверь в навь Мрак Васильевич. Но проблема состоит в том, что кот не может определять место нави, куда распахнётся выход. Это могут быть гмуровы горы, болота Водяного или непролазная чаща во владениях Лешего. И Гордей может бегать хоть неделю, хоть год. Так и не найдя места, в котором мы сейчас находились. Точно в искомое могла направить лишь сама баба Яга. То есть я.

Обида и разочарование клубились в груди, пытались вырваться наружу слезами. Я запретила себе плакать, стиснув зубы. Мне хотелось спросить, в чём же будет его урок, но, боюсь, любое слово расплескало бы запруду эмоций, скапливающуюся внутри меня.

— Ты должна увидеть, что люди не достойны того, что ты для них творила.

— И что мне делать с этим знанием? — тихо спросила я.

— Выводы. — Чернобог посмотрел в небо, на туманную луну, а затем добавил: — Дам им время до утра. Подождём, Рада?

Отчаяние зазвенело в груди.

— Они не смогут прийти, ты же сам прекрасно знаешь…

— Подождём. — Чернобог лениво улыбнулся.

Я опустила голову, закрывая глаза.