Эпилог

Эпилог 1. Богдан и Афина

Несколько лет спустя

Канун Нового года

Афина

— Кто звонил? — спрашивает Богдан, собирая игрушки, раскиданные на полу гостиной, когда я появляюсь в дверном проеме с телефоном в руке.

— Аврора.

На одном из семейных пикников, организуемых Софией в их большом саду, я познакомилась и сразу же подружилась с Авророй.

После того как она мне рассказала, что ее бывший парень хотел убить ее так же, как меня мой, и что она тоже была в тот момент беременна, мы с ней особенно сблизились. Но и без этого я почувствовала в ней родственную душу.

— Снова приглашала тебя в гости? Вы же вчера виделись, — он хмурится, и в его взгляде проскальзывает что-то неуловимо похожее на ревность.

Богдан целиком и полностью окружил нас с дочкой своей заботой и вниманием. Но я не ощущаю себя так, как будто он хочет контролировать меня, как было с моим бывшим мужем, когда он намеренно отрезал меня от всех подруг, коллег и работы.

Это другое.

Богдан просто так сильно любит меня, что хочет проводить вместе каждую свободную минуту каждого выходного дня.

— Нет! — качаю головой, спеша его успокоить. — Она сказала, что они с Давидом хотят провести этот день вместе и отвозят детей к Софии с Марком. Вся детвора там собирается сегодня. Паша будет присматривать за ними, пока родители заняты предновогодними хлопотами. Ну, или не только ими! — улыбаясь, добавляю.

Прислонившись к дверному косяку, я любуюсь им. Впитываю его тепло.

— Я подумала, может, нам отвезти туда дочку тоже? Офелия обожает играть с Венерой. А от Максима так просто без ума!

Богдан приближается ко мне, и я почти осязаю повисшее в воздухе предвкушение того, когда мы прикоснемся друг к другу.

Я до сих пор иногда ловлю себя на мысли, неужели, этот великолепный мужчина мой?

Никогда не устану благоговеять перед его великолепно сложенным телом, перед обещанием наслаждения, которое каждый раз дарят его губы и руки, ровно как и не перестану очаровываться его трепетным и мягким отношением к нам с дочкой.

— Мы обязательно проведем время только вдвоем, — его губы скользят по моей скуле и спускаются к шее, вызывая дрожь в коленках. — Но не сегодня.

— Почему не сегодня? — с хрипотцой вырывается из меня вместе с участившимся дыханием. Мы души не чаем в нашей девочке, но уже так давно не оставались наедине.

— Что-то мне подсказывает, что там будет достаточно маленьких разбойников на одного бедного парня, — со смехом в голосе отвечает он, отстраняясь от меня. — К тому же, я хотел сегодня отвезти вас в лес и поучить Офелию кататься на лыжах. Пока снег такой хороший, надо ловить момент. Сама знаешь, как переменчива погода.

Он говорит это, а сам продолжает, обхватив рукой мой подбородок, проводить по моей нижней губе большим пальцем.

— Да. Конечно. Ты прав. Мы же давно собирались!

От этих слов его лицо озаряет радость.

******

По новой, широкой эстакаде через реку мы добираемся очень быстро загород и оставляем машину на оборудованной парковке около того лесочка, в который я любила приезжать в детстве на зимние прогулки с мамой.

Здесь почти ничего не изменилось. Все то же великолепие природы. Завернутые в иней ветки деревьев. Тишина и покой. И только снег хрустит под ногами.

Место ностальгии занимает распирающее грудь счастье, когда я смотрю на мужа и дочку.

— Вот так. Сначала левой ногой. Потом правой. И помогай палками, — мягким тоном приговаривает он.

Я знала, что Богдан будет очень ласковым и любящим отцом. Но знать и видеть своими глазами — это две разные вещи.

Прижимаю руки к груди, глядя как они скользят все дальше по просеке. А я пока решаю организовать место для пикника. У нас с собой горячий чай в термосе и черничный пирог, приготовленный Авророй.

Моя тяга к сладостям, которая сопровождала меня всю беременность, немного поутихла, но не прошла окончательно даже спустя несколько лет.

Богдан говорит, что пара лишних килограммов, о которых я переживаю, разглядывая себя в зеркало перед сном, ничуть не делают меня менее сексуальной и желанной в его глазах. И я верю ему. Этот мужчина не только божественно красив, отважен и благороден. Но и каждое его слово, каждый комплимент в мой адрес наполнен искренностью.

Кажется, я видела пенек, на который можно поставить корзину с едой. Оборачиваюсь и застываю на месте от неожиданности и охватившего меня благоговения. Совсем рядом, выглядывая из-за гроздьев рябинового куста, на меня смотрит благородный олень.

Время как будто застыло. Должно быть, проходит несколько минут, пока мы смотрим друг на друга. Никто из нас не шевелиться. Только слезы текут по моим щекам.

Желая поделиться этим чудом со своими самыми близкими, я оборачиваюсь, посмотреть не вернулись ли Богдан с Офелией. Но в ту же секунду олень, мотнув увесистыми рогами, исчезает за деревьями.

Я вглядываюсь ему вслед, когда сильные руки Богдана обнимают меня сзади, даря защиту и тепло.

— Я видела… там…

— Я знаю, — тихо шепчет он мне на ухо. — Я тоже видел его. Он всегда здесь поблизости. С нами.

*********

Эпилог 2. Чили

Одну неделю спустя после

разговора с Агнешкой в ветклинике

Чили

— Ну, что, приятель? Бегаешь тут уже неделю. Неприкаянный. Никому-то ты не нужен, — присаживаюсь на бордюр около офиса рядом с грустным псом.

Этот лохматый зверь уже неделю сиротливо бегает по улице. То ли выкинул его кто-то, то ли он потерялся.

А, может, он всегда был ничей? Простая дворняга.

— Понимаю, сам такой, — шепчу, почесывая его за ухом. — Родному деду не нужен. Приемным семьям не нужен. Юле не нужен. Малыш не мой...

Шумно вздыхаю и задираю голову к утреннему серому небу.

— А какая у тебя борода, и усы... Ты — серьезный парень! — усмехаюсь, поглаживая его по спине. — А брови, как у Брежнева. Никогда не видел таких смешных дворняг, — смотрю псу в глаза. Кажется, он все понимает.

А Агнешка?...

Я должен попытаться еще раз.

— Знаешь что? — громко восклицаю, и пес тут же тявкает в ответ. — Она теперь не сможет прогнать меня. Ты же поможешь мне, друг? Теперь она будет просто обязана нас принять!

Вскакиваю на ноги и иду, окрыленный надеждой, к машине. Пес следует за мной по пятам. Открыв заднюю дверь, командую: — Запрыгивай.

В машину. И в мою жизнь.

Его не надо просить дважды. Не теряя ни секунды, он, как серый козлик, запрыгивает на сиденье.

Выруливая на дорогу, говорю ему:

— Сейчас мы прокатимся к одной доброй девушке. Она тебе понравится! Только учти! — оборачиваюсь на заднее сиденье и взмахиваю рукой между нами. — Тот разговор на бордюре — строго между нами! Чтоб никому! — подмигиваю ему, прищелкивая языком.

На что он снова радостно тявкает. А я, улыбаясь, устремляюсь к своему новому шансу.

Агнешка! Я иду к тебе!

КОНЕЦ